Глава 15 — Глава 15. Вежливый грабёж

Глава 15. Вежливый грабёж Покидая ферму, Ши Тянь всё ещё был одет в свою грязную куртку, ведь припрятанные фермером наряды в стиле рококо уж больно походили на женские платья. Такова уж была мода той эпохи. Самым ярким примером тому служили до невозможности затянутые на талии платья, какие носила королева пиратов Елизавета, с их характерными панье — специальными каркасами для юбок. Кстати говоря, чтобы хоть как-то облегчить неудобства от тугого корсета, дамы обычно делали вырез поглубже и для душевного спокойствия томно обмахивались веером. Так веер и стал неотъемлемым атрибутом наряда. Иные юнцы, желая покорить сердце возлюбленной, готовы были на всё, лишь бы раздобыть самый модный и редкий веер, привезённый торговыми судами из-за моря. В общем, переодеваться в женское платье Ши Тянь не собирался. Ни за что. Когда Ши Тянь добрался до пристани, наиболее смелые из торговцев, пользуясь тем, что пираты были заняты грабежом в центре города, уже готовились тайком унести ноги. Действовали они куда проворнее Королевского Флота — как-никак, с морскими разбойниками им приходилось иметь дело постоянно. Спрятавшись поодаль и немного понаблюдав, Ши Тянь выбрал себе судно. Награбленные у фермера золотые монеты позволили ему приобрести право на «побег». Капитан, назвав это справедливой сделкой по спасению души, заявил, что официальный портовый сбор платить не намерен, и, разумеется, тут же включил так называемый налог в стоимость билета. На корабле собралось немало тех, кого средь ночи разбудила тревога — многие выбежали, не успев даже толком одеться. Кто-то трепетал от страха, другие же, напротив, сохраняли спокойствие и даже подбадривали соседей: — Да расслабьтесь вы, дело-то житейское! Пираты пошарят по карманам, и всё. Переждём немного, и можно будет возвращаться. Ши Тянь не знал здесь ни души, да и остальные, похоже, были не слишком хорошо знакомы друг с другом. Он отыскал себе место на краю толпы, ссутулился и натянул рваный воротник повыше, скрывая лицо. Как и ожидалось, никто не удостоил его даже мимолётным взглядом. Торговое судно спешно отчалило. В час, когда речь шла о спасении жизни, никто не желал задерживаться в гавани. Ночное Карибское море дышало лишь мерным плеском волн. Когда они отошли на приличное расстояние, Порт-Ройал внезапно озарился столпом пламени, взметнувшимся до самых небес, и это зрелище приковало к себе взгляды всех беглецов на борту. Тотчас же воздух наполнился молитвами и возгласами «Господи!» да «Иисусе!». Многие разразились бранью. — Вы же говорили, это обычный налёт! Зачем же они дома жгут? — кричали они тем, кто ещё недавно пытался их успокоить. На этот вопрос, конечно, ответа ни у кого не было. Те, к кому обращались, лишь растерянно бормотали: — Кто знает, какая муха их на сей раз укусила. Раньше им хватало простого грабежа... Услышав это, Ши Тянь усмехнулся. Так это у них, оказывается, целый бизнес, да ещё и с партнёрами. Жаль только, бедолаги не знали, что на этот раз в порт вошла Чёрная Жемчужина, а у живых скелетов с её борта никаких «деловых соглашений» с местными не было. Корабль уходил всё дальше от берега, и вскоре огненное зарево над Порт-Ройалом скрылось из виду. Шумная толпа смолкла, люди в отчаянии сидели, уставившись в пустоту. Некоторые женщины тихо всхлипывали. Капитан в сопровождении нескольких матросов появился на палубе. Сперва он снял шляпу и поклонился собравшимся. — Дамы и господа, прежде всего, позвольте выразить вам моё глубочайшее сочувствие в связи с постигшей вас бедой. Люди замерли. Что это значит? Что ещё должно произойти? Капитан широко улыбнулся и продолжил: — А во-вторых, поскольку вы лишились всего своего достояния, я полагаю, что вы более не в силах оплатить оставшуюся часть путешествия... хм, а именно расходы на питание, санитарные нужды и прочее, что в сумме составляет сто золотых монет. Посему, дабы защитить свои интересы, я вынужден просить вашего позволения продать вас моим гостям. Толпа взорвалась криками. — Что? Он собирается нас продать? — Разве можно продавать кого-то, кроме черных? — Что? Продать нас черным? Боже, да я лучше умру, брошусь за борт, чем буду терпеть их плети! — Что? Чёрные будут хлестать нас своими нижними... у-у-у... — это пролепетала какая-то явно возбуждённая дама, прежде чем спутник зажал ей рот. — Что? Мы стоим дешевле негров? … Ши Тянь прищурился, в уме прикидывая, как лучше действовать. Ещё до посадки он приметил, что вооружение на этом судне было самым скудным: лишь у капитана за поясом красовался пистолет, у остальных же в лучшем случае имелся стальной тесак, а большинство и вовсе обходилось деревянными колотушками да вилами. Капитан был на редкость беспечен. Его кремнёвый пистолет не был даже заряжен и торчал за поясом лишь для вида. Должно быть, он был слишком уверен в своих матросах и полагал, что без труда справится с этой толпой сломленных горем обывателей. — Итак, приступим к переписи. Называйте ваши имена и возраст. И лучше говорите правду, мне бы не хотелось потом возиться с возвратом товара. И должен предупредить: на моём корабле гнилые яблоки обычно просто выбрасывают в море. Сказав это, капитан развернулся и ушёл. Дальнейшее он предоставил своим матросам — у них в этом деле был богатый опыт. Едва капитан скрылся, палуба превратилась в арену «веселья». Первыми пострадали женщины. Что именно там происходило, история умалчивает. Матросы не просто записывали имена и возраст. Они срывали с людей всё ценное: кольца, серьги, ожерелья. Даже более-менее чистую одежду сдирали без зазрения совести, оставляя несчастных дрожать на пронизывающем морском ветру. Ши Тянь терпеливо ждал. Он выжидал, когда матросы займут наиболее удобные для него позиции, чтобы он мог обезвредить их всех в кратчайший срок. Наконец, увлёкшись грабежом, матросы рассредоточились. Один из них, срывая с пальца кольцо, случайно уронил его. С руганью пнув бывшего владельца под ребра, он наклонился, чтобы поднять добычу. Ши Тянь, подобно призраку, бесшумно скользнул ему за спину. Простая подсечка, резкий удар вниз — и череп грабителя с ускорением встретился с твёрдыми досками палубы. Раздался отчётливый хруст, будто лопнул перезрелый арбуз. Тело, похожее на мешок с мясом, дёрнулось пару раз и замерло. Не давая остальным опомниться, он выхватил из-под одежды два морских тесака и, используя инерцию разворота, одним вращательным движением полоснул по шеям двух стоявших к нему спиной матросов. Лезвия прошли полпути и застряли в шейных позвонках. — Дрянь! Ши Тянь мысленно выругался. Он успел осмотреть эти клинки раньше — работа была отвратительной, лезвия кривые. Обычные поделки той эпохи, бесконечно далёкие от машинной штамповки будущего. Он предвидел, что клинки могут застрять, а потому, вновь развернувшись, отпустил один тесак, второй перехватил обеими руками и, снова вложив в движение всю силу вращения, выдернул его в противоположном направлении. По инерции он вонзил клинок в заранее намеченную цель — туда, где один из матросов как раз успел обернуться, собираясь что-то предпринять. Точно в цель! Бросив тесак, Ши Тянь ринулся к двум другим матросам, что стояли поодаль. Высокий и мощный, он показался им морским чудищем, внезапно вынырнувшим из пучины. На мгновение они оцепенели от изумления. Удар локтем и удар коленом обрушились соответственно на нос одного и в пах другого. С дикими воплями оба рухнули на палубу. Оставались ещё трое. Они успели прийти в себя и теперь с дубинками наперевес неслись прямо на него. Ши Тянь небрежно вскинул руку, преграждая путь дубине. *Хрясь!*