Хотя расчеты подсказывали, что водный демон проявит себя лишь на десятый день, Ли Чаньминь, верный своей осторожности, решил немедленно встретиться с местными властями.
Городок Двух Ручьев назывался так лишь формально – на деле это был довольно крупный уездный центр.
Их принимал сам уездный глава уезда – Бай Цинму, в чьем ведении находились эти земли.
Узнав о прибытии практиков, Бай Цинму лично вышел к воротам:
— Приветствую уважаемых мастеров! Благодарю вас за то, что откликнулись на нашу нужду.
Он выглядел совсем молодым – на вид ему было не более двадцати с небольшим лет. Несмотря на юный возраст прибывших, в его манерах не было ни тени пренебрежения, лишь искреннее радушие.
Ученики чувствовали себя непривычно. Всего три месяца назад любой чиновник такого ранга казался им недосягаемым небожителем, а теперь, стоило им вступить на путь Дао, как тот же уездный глава сам искал их расположения. Исключение составляли лишь Ли Чаньминь и Фан Юй.
Фан Юй происходил из семьи культиваторов и на простого чиновника смотрел свысока. Ли Чаньминь же по натуре не питал трепета перед властью, а заискивания Бай Цинму оставляли его равнодушным.
— Господин Бай, — начал он, — мы прибыли по делу о водном демоне. Прошу вас, изложите суть: как он появился, какой вред причиняет, и если кто-то видел его облик – это будет крайне полезно.
Весть о демоне ушла в Секту Небесного Небосвода из местной управы, так что Бай Цинму владел всеми сведениями.
Чиновник помрачнел. Именно он настоял на обращении к бессмертным, и всё случившееся стояло у него перед глазами:
— Мастер, этот водный демон объявился месяц назад в Реке Поющего Источника, что протекает через наш город. В тот день вода внезапно вышла из берегов, затопив десятки му плодородных земель.
— Сперва мы решили, что это обычный паводок. Однако в тот же день объявился человек, называющий себя жрецом Речного Бога. Он заявил, что Божество в ярости и требует подношений, иначе беда лишь умножится.
— И вы ему поверили? — Ли Чаньминь пристально посмотрел на собеседника.
Взгляд Бай Цинму потяжелел:
— Разумеется, сперва я не поверил. Я велел стражникам схватить этого «жреца» и бросить в темницу. Но едва они подошли к воде, как поднялась огромная волна и отбросила их прочь. Жрец же остался совершенно невредим.
Ли Чаньминь заинтересованно приподнял бровь:
— В таком случае, как вы определили, что имеете дело именно с водным демоном?
— Когда стража потерпела неудачу, жрец объявил, что Речной Бог разгневан еще сильнее. Он потребовал жертвоприношения. Я приказал найти скот – коров и овец, надеясь умилостивить существо. Но жрец наотрез отказался, заявив, что Речному Богу нужны дети: мальчик и девочка. — При этих словах лицо Бай Цинму исказилось от гнева. — С каких это пор истинному Божеству нужны невинные души? Это дело рук демона, и никак иначе! Потому я и отправил прошение в вашу почтенную секту.
— Кроме того, я сумел обмануть жреца, сказав, что нам нужно время на подготовку. Я отложил жертвоприношение на три дня, надеясь, что вы успеете прибыть.
Если бы дело ограничилось скотом, Бай Цинму, возможно, не стал бы беспокоить бессмертных. Но жертвовать детьми он, как защитник народа, не мог.
Ли Чаньминь был слегка удивлен. Будь на месте Бай Цинму человек менее честный, он бы просто отдал детей, лишь бы не навлекать на себя гнев демона и не усложнять жизнь отчетностью перед сектой. Редкое благородство для чиновника.
— Ваше стремление защитить людей достойно похвалы, — веско произнес Ли Чаньминь. — Раз уж мы здесь, мы не позволим демону бесчинствовать. Но для уверенности – если вам известно о нем что-то еще, не таите.
Бай Цинму сокрушенно покачал голвой:
— Простите, но за всё время демон ни разу не показал своего истинного облика. Он лишь являл свою власть над водой. Больше нам ничего не ведомо.
Ученики понимали: простым смертным не под силу выследить затаившуюся тварь.
— Что ж, понятно. Можете ли вы отвести нас к этому жрецу? — Спросил Ли Чаньминь.
Бай Цинму тотчас ответил:
— Разумеется. Желаете отправиться прямо сейчас?
— Прямо сейчас. — Ли Чаньминь повернулся к Ван Миньюе. — Миньюе, пойдешь со мной. Посмотрим, что это за жрец и нет ли в нем чего-то подозрительного.
Её чутье было острее, чем у него самого, несмотря на разницу в уровнях культивации. Она могла заметить то, что ускользало от других.
— Хорошо, брат Чаньминь.
В сопровождении уездного главы они вышли к пристани на Реке Поющего Источника.
Там, у самой кромки воды, уже высился наспех сколоченный помост для ритуала.
Наверху стоял немолодой даос в рваном, грязном облачении. Он монотонно выкрикивал странные, режущие слух слова молитв.
А у подножия помоста ниц лежали несколько десятков человек, чей вид выражал крайнюю степень фанатичного благоговения.
— Я велел построить этот помост, чтобы усыпить бдительность жреца и его хозяина, — вполголоса пояснил Бай Цинму. — Но с тех пор этот человек без устали туманит разум горожанам. Эти люди уверены: если искренне служить «Речному Богу», все их желания исполнятся. Даже уговоры родных на них не действуют.
Было видно, как горько ему признавать собственное бессилие перед этой слепой верой.
Ли Чаньминь сосредоточился, пытаясь прощупать жреца своим Божественным Чутьем, но не обнаружил в нем ничего необычного. Он взглянул на Ван Миньюе.
Та лишь отрицательно покачала головой:
— Брат Чаньминь, я тоже не чувствую в нем ничего особенного. Похоже на обычного смертного. Или же мы стоим слишком далеко.
— Стоит ли нам подойти ближе? — Предложил Бай Цинму.
— Нет, — Ли Чаньминь немного подумал и отказался. — Скажите, а во время самого обряда – покажется ли водный демон?
— Жрец утверждает, что Речной Бог явится лично, дабы принять подношение и благословить верных. Именно этого обещания и ждут те безумцы у помоста.
В голове Ли Чаньмина начал вырисовываться план:
— Понятно. Возвращаемся в управу.
Когда они вернулись, Бай Цинму с надеждой и тревогой посмотрел на юного лидера:
— Мастер Ли, что же вы решили?
— У этого жреца были особые требования к возрасту детей? — Спросил Ли Чаньминь.
— Он сказал – от шести до двенадцати лет. И чем больше будет детей, тем лучше, — ответил чиновник, всё еще не понимая, к чему клонит практик.
— Отлично. Подготовьте подходящую одежду. Роль детей исполним мы сами. Я хочу своими глазами увидеть, как этот демон творит свои бесчинства.
Это и было причиной, по которой Ли Чаньминь не хотел подходить к помосту раньше времени – он не желал спугнуть зверя.
— Мастер, но разумно ли это? — Бай Цинму был ошарашен. Он никогда не слышал, чтобы бессмертные мастера сами шли на роль приманки.
Ему доводилось слышать в столице, что адепты великих сект – люди достойные, но он всегда считал, что между бессмертными и простым людом лежит непреодолимая пропасть. Сегодняшний день вдребезги разбил его предубеждения.
— В этом нет ничего плохого. Любой метод хорош, если он ведет к уничтожению врага. Распорядитесь о подготовке, — отрезал Ли Чаньминь. Для него это был самый быстрый и надежный путь.
Жертвовать настоящими детьми было недопустимо – любая случайность могла обернуться трагедией и провалом испытания.
Бай Цинму не посмел возражать:
— Слушаюсь, мастер. Я немедленно всё подготовлю. И… я велел накрыть стол в вашу честь, прошу вас, окажите нам честь своим присутствием.
Ли Чаньминь не стал отказываться от хорошего обеда, после чего группа разошлась по заранее приготовленным комнатам.
Разумеется, после трапезы ученики не пошли отдыхать. Они собрались в комнате Ли Чаньмина для военного совета.
Обновлено: 20.02.2026