Глава 25 — 【3—7】Неро и Феликс

【3—7】Неро и Феликс Неро, взвалив Сирила на плечо, несся по ночному лесу без единого огня. Даже в человеческом облике он видел в темноте вполне прилично. А если уж говорить начистоту — он был куда сильнее любого человека, так что бежать во весь дух с Сирилом на плече для него означало просто бежать во весь дух, да еще и с запасом. (…Кстати, как этот хладнокровный братец вообще сумел выбраться из общежития?) И мужское, и женское общежития обнесены высокой стеной. У ворот — караул, всю ночь на посту. Выйти или войти так просто не выйдет. Другое дело — если воспользоваться магией ветра и перепрыгнуть или улететь. Только вот магия полноценного полета — штука не такая уж простая. Раньше Моника говорила: чтобы ею владеть, нужны и тончайшая, выверенная работа с магией, и приличная физическая подготовка, так что по-настоящему справляются с ней только маги высокого класса. Правда, Моника при всей своей технике настолько отчаянно неуклюжа, что ей остается разве что подпрыгнуть повыше. (Если верить моему чутью, этот хладнокровный братец в магии льда — прямо выдающийся, а вот остальное у него так себе.) У людей с рождения есть своя «родная» стихия. И сплошь да рядом бывает, что обычный маг умеет толком только ее. А Моника, которая без труда швыряется сложнейшими чарами хоть какой стихии, во многом вообще не укладывается в норму. Иногда об этом даже забываешь. (Наверняка он магией ветра пользоваться не умеет. Хотя, конечно, если в его возрасте так крутить магию льда — уже более чем впечатляет.) И все же — как Сирил, не умея летать, выбрался из мужского общежития? Ответ нашелся сразу, стоило Неро добежать до задней стены. В одном месте в камне зияла трещина. Похоже, Сирил пролез именно тут. — А ничего так, — фыркнул Неро. — Оказывается, и у элитной школы хозяйство через пень-колоду. — Говорят, этой щелью пользовались поколения учеников: вылезали тайком подышать воздухом, — раздался у него за спиной голос. Неро, не снимая Сирила с плеча, обернулся — и увидел знакомого ученика. Стройный высокий силуэт, сладко-правильные черты лица, золотые волосы, мягко мерцающие в лунном свете… Феликс Арк Ридилл, второй принц королевство Ридилл. Феликс был в форме и держал в руках довольно широкую доску. Неро перевел на нее взгляд — и Феликс, закрывая трещину, поставил доску к стене. — Обычно я подпираю здесь доской, чтобы щель не бросалась в глаза. Но у Сирила, похоже, не было на это сил. Значит, щель «обслуживает» и самого принца. Понимающе хмыкнув, Неро опустил Сирила на землю. — Я — путник, просто мимо шел. У этого хладнокровного братца магическое отравление, понесло его, а потом в лесу и свалился. Я вот взял да притащил. Видишь, какой я добрый? Цени. — Да, спасибо. Что ж, ты и правда потрудился. — И вот что: если этот хладнокровный братец начнет чего-то нести, скажи, что это ему мерещилось от магического отравления. Понял? Все, что он там видел, — одни галлюцинации. — …Вот как? Феликс мельком посмотрел на Сирила — и тут же снова уставился на Неро. Лицо спокойное, даже мягкое. Но в голубых глазах — ни тени беспечности: смотрит внимательно, цепко. — Добрый путник. Не назовешь ли мне свое имя? — Не тот я, кому обязательно представляться, но я добрый, так уж и быть, скажу. Бартломью Александр. Стоило Неро выдать эту несусветную ложь, как Феликс прикрыл рот ладонью и тихо рассмеялся. — Как у героя приключенческого романа. — Ты что, Дастин Гюнтер знаешь? Внутри у Неро оценка Феликса поднялась на волосок. Он свято верил: кто любит Дастин Гюнтер, тот по определению не может быть плохим типом. Неро, оживившись, заговорил громче, а Феликс все так же посмеивался. — Я в этой стране перепробовал почти все развлечения. Романы, игры, театр. — И женщин тоже, да? Неро, который лично видел, как Феликс выбирается на ночную прогулку, уколол его этим вопросом. Но принц лишь неопределенно улыбнулся: — Кто знает. (…Мерзкий человек.) Родился принцем, получил все, что только можно, — а смотрит так, будто у него ничего нет. Пустые глаза. Феликс легко подхватил Сирила на плечо, а потом будто вспомнил о чем-то и снова посмотрел на Неро. — Кстати, путник. Ты в курсе, что этот лес относится к территории академии? Посторонним вход запрещен. — Ого, правда? Неро терпеть не мог, когда его заставляли подчиняться человеческим договоренностям. (Я вообще-то не человек.) Людские правила — не его забота. Он кивнул на Сирила. — Я этого хладнокровного братца спас. Так что прикрой глаза, а? — Конечно. Я не стану устраивать допрос тому, кто помог Сирилу. — О-о-о? Неро подозрительно сощурился и сунул руку себе под мантию. Пальцы зашуршали в складках, словно он на ощупь ловил что-то живое. — …И допрашивать не надо, потому что вот этот сам проверит, кто я такой? Сказав это, Неро выдернул руку наружу. На кончиках пальцев, за хвост, болталась белая ящерица. Неро поднял ее на уровень лица и, хищно прищурившись, прошипел: — Съем. Ящерица отчаянно замолотила лапками. Неро оскалился и улыбнулся так, что улыбка вышла скорее угрожающей. — По виду — дух воды? Спрятал у меня под одеждой, хотел, чтоб незаметно разнюхал? Не повезло. Я к магическим откликам чувствителен. Духи — это почти что сгустки магии. Поэтому чем дух выше, тем быстрее Неро его распознает. Эта белая ящерица — высший дух воды. Похоже, контрактный дух этого принца. Феликсу ткнули ящерицей в лицо — а он все равно держал ту же ровную улыбку. От этого становилось особенно не по себе. Неро-то ждал хотя бы «Что?!» или «Ты кто такой?!» — но принц и бровью не повел. — Ну, бывай. Скучающе фыркнув, Неро бросил белую ящерицу на землю и, отвернувшись от Феликса, зашагал прочь. (Эй, блестящий принц. Даже если тебе скучно — к моему любимчику не лезь, понял?) Еще немного болтовни — и его могут раскусить. Поэтому Неро не произнес это вслух, только пробормотал про себя. Оскалив зубы и хищно улыбаясь. (Тронешь Моника Эверетт — я тебя с головы начну грызть. Хрустеть будешь.) ＊　＊　＊ Белая ящерица, брошенная на землю, — Уилл — обернулась человеком и склонила голову перед Феликсом. — Простите мою слабость. Я немедленно догоню того… — Не надо. Мне будет неудобно, если тебя и правда съедят. Феликс сказал это как шутку, но Уилл, пристыженный собственной беспомощностью, опустил взгляд. Феликс и не собирался больше преследовать того черноволосого юношу. Он не знал, кто это… но на уровне инстинкта понял: это не тот противник, которого берут погоней. Это было нечто нечеловеческое. И… не дух — что-то другое. Впрочем, кем бы оно ни оказалось, если оно не намерено вредить Феликсу, пока можно оставить все как есть. — Уилл, вернись в образ ящерицы. Если Сирил увидит тебя человеком, это будет не очень удобно. — Как прикажете. Уилл снова стал белой ящерицей, ловко взобрался по ноге Феликса и юркнул в карман. Убедившись, что тот спрятался, Феликс перехватил Сирила поудобнее и пошел. И тут у него на плечах Сирил тихо застонал. Похоже, пришел в себя. — …у… …я… На хриплый шепот Феликс ответил мягко: — О, ты очнулся? — …ва… ше… выс…? Сирил несколько раз моргнул и мутным взглядом уставился на Феликса. — У тебя было магическое отравление. Ты упал в лесу. Тебя донес сюда один добрый путник. — …простите… за… — Пустяки. Обычный Сирил тут же заявил бы, что дойдет сам. Раз он не спорит — значит, действительно выжат. Феликс довел его до комнаты. Сирил рухнул на кровать, распластавшись, и, не фокусируя взгляд, посмотрел на принца снизу вверх. — …путник… что спас меня… это был… невысокий человек… в капюшоне? Феликс покачал головой. — Нет. Высокий мужчина с черными волосами. — …вот как… Сирил пробормотал это и закрыл глаза. Феликсу вдруг стало любопытно, и он спросил: — А что тебе мерещилось в лесу? Сирил замолчал, словно не решаясь. За опущенными веками он, должно быть, перебирал увиденное снова и снова. Наконец, так и не открывая глаз, он медленно заговорил: — …мне мерещился… монстр. Ужасающе тихий… и ужасающе сильный… Я… этот облик… не забуду до конца жизни. Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов. Его статус: перевод редактируется