Прошлое Сун Юйцинь было довольно странным. Насколько помнил Шэнь Тянь, в юности эта женщина была столичной цингуаньжэнь в одном из домов свиданий. Она прославилась своими талантами, и один богатый купец купил ее за огромную сумму, чтобы преподнести в дар его дяде, Шэнь Бада.
Но мысли Шэнь Бада были заняты лишь карьерой и боевыми искусствами, женщины его не интересовали. Он тут же передал Сун Юйцинь племяннику.
Хотя этот дядя-евнух и не был психически искалеченным, как другие ему подобные, он был одержим идеей продолжения рода Шэнь. Он не просто хотел, чтобы Шэнь Тянь поскорее завел наследников, но и мечтал женить его на лучших женщинах мира, чтобы те родили детей с сильнейшей кровью.
Шэнь Бада считал Сун Юйцинь выдающейся и надеялся, что она поможет исполнить его мечту.
Она стала самой первой наложницей Шэнь Тяня, войдя в дом еще семь лет назад.
Любопытно, что тогда она была хрупкой и болезненной красавицей, а теперь не только достигла пика восьмого ранга в боевых искусствах, но и стала ученицей Долины Короля Фармацевтов.
— Пусть войдет, постой… — Шэнь Тянь замолчал, осознав, что еще не привел себя в порядок. Это не те времена, когда он был на втором ранге и его тело сияло чистотой, подобно прозрачному стеклу.
Прошлой ночью он тренировался до изнеможения и заснул не помывшись. Сейчас он был весь в липком поту и пах, мягко говоря, не розами.
Но не успел он закончить фразу, как дверь отворилась. Вошла женщина в бирюзовом платье и юбке.
На вид ей было лет двадцать пять-шесть. Лицо изящное, кожа белая, как застывший жир, а миндалевидные глаза смотрели чисто и мягко.
Свет из окна падал на нее, превращая в ожившую красавицу со старинных свитков.
Единственное, что портило картину – ее лицо было мертвенно-бледным, без единой капли крови.
Шэнь Тянь невольно восхитился – прежнему владельцу тела везло на женщин. Жена и личный страж – писаные красавицы, а эта наложница и вовсе казалась небесной феей, чей облик невозможно забыть.
Сун Юйцинь легкой походкой подошла к столу перед Шэнь Тянем и поставила на него фарфоровую чашу.
Уловив исходящий от него запах, она едва заметно поморщилась, но тут же скрыла неприязнь. Ее голос был нежен, как мартовский пух:
— Услышав о том, что случилось в доме, я места себе не находила от тревоги. Какие подлецы посмели отравить вас? Какая ненависть! Слава богу, супруг мой цел, но я все равно неспокойна. Позвольте мне проверить ваш пульс, чтобы знать, как вы себя чувствуете?
Шэнь Тянь непринужденно усмехнулся и встал:
— Не стоит. Я сейчас полон сил, как тигр. Юйцинь, ты как раз вовремя. Я собрался принять ванну и переодеться, помоги мне. А ты, Сюло, распорядись, чтобы принесли воды!
Раздавая указания, он начал снимать нижнюю рубаху и добавил с легкой иронией:
— Удивительно. Ты ведь говорила, что поехала за травами на Гору Лазурных Облаков? Как же ты так быстро обернулась? До тех мест девятьсот ли в одну сторону. Каким же бессмертным искусством перемещения ты овладела, что слетала туда и обратно за три дня?
Стоявшая снаружи Шэнь Сюло, увидев, как он раздевается, мгновенно покраснела.
Сун Юйцинь, глядя на его крепкий обнаженный торс, тоже помрачнела. Этот негодяй всерьез решил помыкать ею, как служанкой?
— Я действительно была на пути к горе, но по дороге почувствовала предостережение от Матери Земли. Испугавшись, что в доме беда, я повернула назад, — ее голос оставался ласковым, полным заботы. — Раз уж вы не хотите давать руку для пульса, выпейте этот отвар. Я специально приготовила для вас Суп Семи Сокровищ, Питающий Сердце. Это секретный рецепт нашей Долины: двадцатилетний линчжи, снежный лотос, женьшень и еще четыре вида трав. Нет ничего лучше для восстановления сил.
Она нежно посмотрела на Шэнь Тяня:
— Я вернулась посреди ночи и два стражи не отходила от огня, пока варила его для вас.
Шэнь Тянь глянул в чашу. Настой янтарного цвета с золотистой пленкой на поверхности источал свежий аромат, в котором, однако, примешивалась едва уловимая приторная нотка.
Судя по ее тону и выражению лица, сцена подозрительно напоминала классическое «Дорогой, пора пить лекарство».
— Ты очень внимательна, Юйцинь. Спасибо! — Он без тени сомнения поднес чашу к лицу, вдохнул запах и чуть-чуть пригубил.
Что ж, яда нет.
Однако Шэнь Тянь тут же почувствовал неладное. Отвар действительно укреплял тело и кровь, но это был не настоящий Суп Семи Сокровищ. В него подмешали еще два ингредиента.
Он перевел взгляд на медные курильницы в углах комнаты.
Дым, поднимающийся оттуда, был смесью трав линлин и анхунь. Сами по себе они безвредны, но в сочетании с этим «лечебным» супом давали поразительный эффект: молодой и крепкий мужчина полностью терял интерес к женщинам. А при долгом употреблении и вовсе становился импотентом.
Кстати, Порошок Небесного Отрока, найденный в теле «Шэнь Тяня» после смерти, служил той же цели.
Шэнь Тянь посмотрел на Сун Юйцинь с новым интересом.
Эта женщина знала толк в составлении смесей. Она была мастером отравления.
Разве может такой человек быть просто ученицей внешнего круга?
Он почти не сомневался: прежний владелец тела до сих пор хранил целомудрие для своего Искусства Девственника только благодаря стараниям этой дамы.
— Но почему ты добавила в суп снежный лотос? — Шэнь Тянь провел пальцем по краю чаши, изображая недоумение. — Полгода назад я листал одну книгу по медицине, там говорилось, что в Суп Семи Сокровищ вместо лотоса нужно класть камелию. Лотос холоден по своей природе, и хотя он прочищает каналы, он вступает в конфликт с энергией металла от артефактов. Практик поначалу ничего не заметит, но со временем яд артефакта начнет оседать во внутренних органах, разъедая основы тела, точно ржавчина – железо.
Сун Юйцинь опешила, слушая его цитаты:
— Лотос конфликтует с энергией металла? Быть не может. Где вы читали такой бред? В нашем «Каноне Пилюль Короля Фармацевтов» об этом ни слова.
— Не помню точно, — Шэнь Тянь наморщил лоб, делая вид, что мучительно вспоминает. — Кажется, это был какой-то «Всеобщий Свод Десяти Тысяч Трав. Глава о Восполнении».
— Всеобщий Свод Десяти Тысяч Трав?! — Юйцинь вздрогнула и внезапно схватила его за запястье. — Тот самый Свод, составленный величайшим еретиком, Алхимическим Демоном Шэнь Ао?!
— Именно та глава! — Шэнь Тянь поморщился от боли.
Юйцинь среагировала молниеносно. Шэнь Тянь только успел подумать о защите, как его рука оказалась в железном захвате.
Это потрясло его до глубины души – скорость Сун Юйцинь была не ниже, чем у Мо Цинли!
Сейчас он уже не был тем слабаком, что очнулся в морге. Его Искусство Девственника достигло малого успеха, он заложил фундамент девятого ранга, но без использования Небесных Очей Великого Солнца он все равно не смог уклониться от ее броска.
Более того, пальцы женщины сжались так сильно, что он почувствовал, как кость начинает ныть под ее давлением.
Ее уровень точно выше восьмого ранга! Зачем она скрывает это в доме Шэнь?
— К тому же была еще одна книга, «Фармакопея Великой Юй. Записи об Утерянных Небесных Сокровищах». Там сказано, что основой Супа Семи Сокровищ должен быть старый линчжи, дополненный женьшенем, горцем и порошком небесного кристалла, а в качестве проводника нужно использовать амбру. И ни в коем случае нельзя добавлять снежный лотос. Это цветок крайней стужи, он конфликтует с кристаллическим порошком. На вид лекарство кажется сильнее, но на деле оно лишь копит в теле ядовитый холод…
— «Записи об Утерянных Небесных Сокровищах» составлены придворными лекарями Даюй на основе обрывков трудов Шэнь Ао. Это жалкая подделка, которая и подметки не стоит «Всеобщему Своду»!
Сун Юйцинь презрительно усмехнулась, а затем впилась взглядом в Шэнь Тяня:
— Полгода назад вы провели полмесяца в школе при внутреннем дворце из-за траура по старшему брату, Шэнь Луну. Неужели вы читали эти книги там?
Она невольно сжала пальцы еще сильнее; Шэнь Тянь почувствовал, что рука вот-вот хрустнет.
— Дерзость! — Лицо Шэнь Тяня потемнело, и он с силой ударил ее по руке. В комнате раздался громкий хлопок.
Сун Юйцинь боли не почувствовала, но тут же осознала, что перегнула палку. Она в испуге отпрянула и разжала пальцы.
— Делать было нечего, вот и листал в школе всякую ерунду, — буркнул Шэнь Тянь, растирая запястье. — Что, теперь я должен отчитываться перед тобой за каждую прочитанную страницу?
— Простите мне мою грубость, супруг мой. Я просто слышала, что в той школе хранятся рукописи Алхимического Демона, и не смогла сдержать волнения.
Она горько улыбнулась:
— Возможно, вы не знаете, но Шэнь Ао был гением, рождающимся раз в десять тысяч лет. Его «Всеобщий Свод» описывает девять тысяч рецептов и предлагает улучшения для семи сотен классических составов. Он раскрыл суть каждой травы поднебесной, но еще поразительнее было его искусство создания пилюль…
В глазах Юйцинь вспыхнул фанатичный блеск:
— Говорят, его Пилюля Девяти Закалок для Возвращения Души способна на Воскрешение из Мертвых, а Пилюля Изначальной Ци позволяет простому человеку мгновенно достичь врат неба. А его Искусство Девяти Закалок Сгущения Пилюли и вовсе божественно! Даже основатели нашей Долины признавали, что его мастерство достигло стадии Сотворения. Он – первый человек в алхимии за последние триста лет!
Шэнь Тянь опешил от ее восторженного вида.
Он начал цитировать свою старую книгу лишь для того, чтобы прощупать почву, а оказалось, что эта женщина – его фанатка.
Сун Юйцинь с надеждой подалась вперед:
— Супруг мой, вы помните что-нибудь еще из той главы? И если там был «Всеобщий Свод», не попадалось ли вам «Начальное Постижение Пути Алхимии»?
Осознав, что снова ведет себя странно, она поспешно смягчила тон:
— Я слышала, что в этой книге описаны уникальные взгляды Шэнь Ао на алхимию начальных рангов. Она объединяет лучшие приемы сотен школ и до мельчайших деталей разбирает принципы взаимодействия трав. Это бесценное сокровище.
— Особенно та часть, где описаны секреты Искусства Девяти Закалок Сгущения Пилюли, позволяющие многократно усиливать действие простых лекарств. Если бы я смогла овладеть этим и стать полноценным фармацевтом, это принесло бы вам огромную пользу в развитии.
— Вот как? — Шэнь Тянь недовольно нахмурился. — Вроде видел что-то такое, но уже почти все забыл. Кто станет запоминать подобную муть?
Как раз в этот момент Сюло ввела слуг с ведрами воды. Шэнь Тянь небрежным жестом выплеснул янтарную жидкость из чаши в окно. — Что замерла? Иди сюда, помоги мне вымыться.
Сун Юйцинь даже не взглянула на пролитое лекарство. Все ее мысли были заняты тем, как заставить Шэнь Тяня вспомнить содержание «Всеобщего Свода».
Если ей удастся узнать хотя бы крупицу знаний из той книги, ее навыки фармацевта взлетят до небес.
С такими рецептами любой лекарь будет купаться в золоте, а если удастся вникнуть в саму суть его методов, можно стать великим целителем.
И для ее собственного пути в алхимии это был бы колоссальный прорыв!
«Неужели он и вправду видел „Начальное Постижение“? Или просто болтает?», – подумала она.
Впрочем, та школа подчинялась дворцовой библиотеке. Было вполне вероятно, что там осели те труды. Когда-то Шэнь Ао сам распространял свои книги, желая принести пользу миру, и лишь позже власти объявили их ересью и приказали сжечь.
Но она знала, что во многих знатных семьях сохранились копии, так что и в императорских архивах могли уцелеть подлинники.
Слова Шэнь Тяня «вроде видел» разожгли в ее душе нестерпимый зуд любопытства.
Резкий окрик Шэнь Тяня вернул ее в реальность. Ее лицо тут же стало холодным, а в глазах промелькнула брезгливость.
Она невольно отступила, ее пальцы в рукавах сжались так, что ногти впились в ладони.
Меньше всего на свете ей хотелось прикасаться к этому никчемному существу, к этому вонючему мужлану!
Но мгновение спустя она глубоко вздохнула, подавляя гнев и жажду убийства.
Что такое – помочь этому повесе вымыться? Если это цена за секреты «Всеобщего Свода», разве она велика? Даже этот невыносимый запах можно потерпеть.
«Ничего, я просто представлю, что мою свинью», – решила она.
Обновлено: 02.02.2026