Зная цены на зерно в Цинчжоу, он понимал: если удастся собрать и продать этот рис, выручки в шестнадцать тысяч лянов чистого серебра хватит, чтобы покрывать расходы поместья несколько месяцев.
А если дело запахнет жареным, эти деньги дадут ему уверенность при побеге.
※※※※
На следующий день в полдень палило нещадное солнце.
С южной стороны угодий рода Шэнь поисковый отряд, собранный Шэнь Тянем, длинной змеей втянулся в лесную чащу. Путь расчищали четверо личных стражников девятого ранга в тяжелых доспехах, а по бокам, с факелами наперевес, выстроились два десятка слуг.
Следом шли больше сотни ополченцев. Кто-то тащил старые палаши-дао, отысканные на складах Шэнь, кто-то прикрывался ржавыми железными щитами. В ход пошли даже железные грабли и заточенные шесты из тутовника, ставшие подобием копий.
Цепь быстро растянулась среди деревьев. Сам Шэнь Тянь ехал в центре под бдительной охраной Шэнь Цана и Сюло, а следом за ними, подобно снежному призраку в своих белых одеждах, следовала Мо Цинли.
Тем временем на меже у кромки леса столпились любопытные крестьянки. Они сгрудились в кучу, обсуждая происходящее и указывая пальцами в сторону зарослей.
— Видали? Тот, что на лошади – второй молодой господин Шэнь. А ведь пригож собой.
— Ну и чудеса! Чтобы второй молодой господин сам приехал в поместье – я такое впервые вижу.
— И с чего это маленькому демону вздумалось нечисть для нас истреблять? Уж не присмотрел ли он себе девку в деревне? Или решил к какой вдове в дверь постучаться?
— Да что ты понимаешь? Не слушай болтунов. Наш молодой господин практикует Искусство Девственника. Знаешь, что это такое? Все евнухи такое учат.
— Знаю, знаю. Пока он основу в этом искусстве не заложит, ему с женщинами никак нельзя, иначе все труды прахом.
— А рядом с ним – его супруга? Красавица, ничуть не хуже Сюло.
— И охота вам об этом толковать? — Старуха с лицом, изборожденным морщинами, оперлась на мотыгу и покачала головой. — Там ведь два демона седьмого ранга! Костей не соберут.
Женщина с нехваткой переднего зуба скривилась:
— И то правда! Слыхала я, что у призраков седьмого ранга облик есть, а плоти нет – ни мечом их не взять, ни огнем не спалить. В прошлом году в деревне Ли тоже такой объявился, так звали Мастера Артефактов седьмого ранга да еще кучу господ-воинов, едва-едва ту тварь забили.
— Ох, дурит второй молодой господин, — тяжко вздохнула старуха. — Нанял бы мастера, и дело с концом. А он шум поднял, людей согнал… Без мастера им с призраками не сладить, а как твари мстить начнут – кто нас, деревенских, защитит?
Не успела она договорить, как из лесной глуши донесся резкий лязг медного гонга, вспугнув тучи птиц, а следом раздались крики:
— Нашли след!
— На западном склоне!
— Окружай! Лей киноварь и собачью кровь!
В самой чаще, где полуденное солнце едва пробивалось сквозь листву, ударяя в гнилой опад, в воздухе повис тяжелый, с привкусом ржавчины зной.
Внезапно завыл ледяной ветер, закружил опавшую листву, и перед Шэнь Тянем и ополченцами предстали двое призраков седьмого ранга.
Тела их извивались, словно полосы дыма, но в них угадывались человеческие черты. В пустых глазницах плясали огни призрачного зеленого пламени, а ошметки гнилой плоти, свисающие с костяков, довершали омерзительную картину.
Призраки парили в воздухе, издавая пронзительный визг, похожий на стон тысячи измученных душ.
— Сыпьте киноварь! Лейте кровь! Серу! Окружайте их! — Зычно скомандовал управляющий Шэнь Цан. — Берите в кольцо, тесните к лощине! Не бойтесь! Никто вас в обиду не даст, мы рядом.
У ополченцев, сжимавших ржавые ножи и щиты, руки ходили ходуном, а ноги подкашивались, точно ватные. Казалось, они приросли к земле и не могут сдвинуться ни на шаг.
Стоило паре трусов попятиться, как в поясницу им уперлись острия клинков стражи:
— Чего мешкаете? Еще шаг назад – и сами к ним в лапы полетите!
Крестьянам ничего не оставалось, кроме как шаг за шагом наступать, выплескивая киноварь и кровь, загоняя призраков в небольшую лощину.
К счастью, нежить испытывала к этим подношениям крайнее отвращение и старалась держаться подальше.
Когда кольцо сузилось до тридцати чжанов, Шэнь Цан первым пошел в атаку. Он вскинул руки, и пара Секир Разделения Света в его ладонях закружилась двумя серебряными вихрями. Сам он, точно тигр на охоте, бросился вперед.
Секиры были излюбленным оружием речных пиратов – тяжелые, с коротким древком. Сейчас же, напитанные ярой энергией седьмого ранга, их лезвия при каждом взмахе высекали в воздухе электрические искры! Скрещенные серебряные дуги крушили всё на своем пути; каждый удар разрывал клочья черного тумана, заставляя призрака пятиться с истошным воем, пока зеленое пламя в его глазницах судорожно мерцало.
Воспользовавшись моментом, Шэнь Сюло подобралась ближе, и в ее лисьих глазах вспыхнул золотой свет.
Ее длинный клинок покинул ножны, окутанный тонкими нитями кроваво-красного демонического сияния. Там, где проходило это свечение, воздух взрывался чередой негромких хлопков.
Она ударила по когтям правого призрака, и те части призрачного тела, которых коснулся алый свет, мгновенно испарились, пуская густой белый пар.
Тварь взвизгнула, пытаясь обернуться дымом и ускользнуть, но Сюло обратным взмахом рубанула прямо по центру ее духовного тела, заставив призрака кубарем отлететь назад.
Шэнь Тянь, укрытый в центре строя, с легким одобрением наблюдал за их схваткой.
Силы этим двоим было не занимать: один – с богатым опытом и отточенным мастерством, другая – с мощью древней крови и невероятной скоростью. Жаль только, что оба – мятежники да изменники.
Мо Цинли до последнего безучастно взирала на бой. Лишь когда призраки оказались прижаты к тупику в лощине, она внезапно обнажила меч.
В миг, когда Меч Холодной Реки покинул ножны, температура в лесу упала на десять градусов. Поток ледяной энергии, несущий в себе снежные цветы, прочертил небо и одновременно поразил обоих призраков.
Черный туман зашипел под ударом морозной силы; призрачные силуэты вдруг обрели подобие плоти, а их гнилая кожа мгновенно покрылась коркой голубого льда.
Твари зашлись в оглушительном визге. Их внутренняя энергия взорвалась, исковерканные тела судорожно дернулись – они превращались в полупрозрачные тени, готовые раствориться в пустоте.
— Плохо дело! — Лицо Шэнь Цана исказилось. Обе его секиры выплюнули серебряные разряды, но те лишь вскользь задели тени.
Демонический клинок Сюло и вовсе прошел сквозь призраков, лишь подняв волну холодного ветра.
Призраки седьмого ранга имели форму, но не имели плоти; если они решали бежать, одной лишь человеческой энергии не хватало, чтобы удержать их духовное ядро.
Мо Цинли нахмурилась. Ее меч прочертил в воздухе ледяной след, нанося еще один удар, но это лишь немного замедлило исчезновение нежити.
Стоявшие вокруг ополченцы побледнели как полотно, кто-то в ужасе повалился на землю:
— Пропали мы! Теперь они точно вернутся за нами!
— Уходят! Призраки уходят! Они же с нас живьем кожу сдерут…
И в тот самый миг, когда отчаяние захлестнуло людей, яркая золотая вспышка прорезала лесную тьму!
Это был Шэнь Тянь! Поймав миг, когда призраки еще не могли шевельнуться, он выпустил из ладони сияние, подобное жару великого солнца. Рывком, напоминающим прыжок дракона или тигра, он взмыл ввысь; его алебарда, охваченная ярым золотым пламенем, прочертила в воздухе идеальную дугу.
— Смерть!
Там, где прошло золотое пламя, головы едва исчезнувших призраков разлетелись прахом.
Их жуткие личины так и застыли в гримасе ужаса, а духовные тела были без остатка поглощены огнем, обратившись в струйки сезого дыма.
В лесу воцарилась гробовая тишина. Все, затаив дыхание, смотрели на Шэнь Тяня, замершего с алебардой в руках.
Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь кроны, заливали его фигуру и вороненую сталь оружия, всё еще изрыгающую золотые искры. В этот миг он казался сошедшим с небес божеством.
Хромой юноша из ополченцев протер глаза, и его мотыга с глухим стуком выпала из рук на древесный корень:
— Пресвятые небеса… Что это было?
Он уставился на парящее над ладонью Шэнь Тяня темно-золотое око. Артефакт медленно вращался, а рубин в его центре испускал багряно-золотой свет, окрашивая лица людей в красный цвет.
Молодой арендатор, судорожно сжимавший ржавый нож, с трудом сглотнул:
— Мас… Мастер Артефактов? Когда это второй молодой господин им стал?
— То-то он призраков уложил! — Вскрикнул пожилой крестьянин. — Это же Небесные Очи Великого Солнца! Я такие видел у старшего молодого господина, точно такое же пламя! Молодой господин Шэнь подчинил себе артефакт!
Шэнь Тянь крутанул кистью, и золотое пламя на алебарде угасло. Золотое око свернулось, превратившись в едва заметный золотистый узор на ладони.
Это окончательно подтвердило его статус Мастера Артефактов, и толпа взорвалась криками.
— И вправду Мастер!
— Я же говорил, что второй молодой господин – человек необыкновенный! — Выкрикнул какой-то сметливый паренек. — Видали, как он алебардой машет? Какая сила!
Шэнь Цан и Шэнь Сюло переглянулись с Мо Цинли. В глазах каждого из троих застыло очень странное выражение.
Обновлено: 02.02.2026