После того как «троица» и Камилла вышли из комнаты, я спросила Алло:
— Алло, когда Дом Оферния начал делать пожертвования Поместью Форд?
— Хм, не помню,
Алло почесал затылок и ответил:
— Сколько я себя помню, Герцогиня всегда вливала туда деньги. Покойный Герцог тоже это позволял.
— И на что идут эти деньги? К этому времени они должны были уже разбогатеть, разве нет?
— Не знаю.
Алло пожал плечами.
— Насколько я знаю, они не ведут никакого нормального бизнеса. По крайней мере, с виду они всегда бедны. Ходят слухи, что тамошний лорд живет как король... но никто не знает наверняка.
Я невольно усмехнулась.
Если они получали драгоценности и деньги на протяжении десяти лет, но ничего не изменилось, вывод очевиден.
Поместье Форд использовало эти средства для какого-то дела. Для чего-то незаконного, о чем нельзя заявить во всеуслышание.
— Как же нам это выяснить? — спросила я, наполовину обращаясь к самой себе.
— Ну... — протянул Алло.
— Хм...
Алло ответил небрежно, но Лусиан всерьез погрузился в раздумья.
— ...Нам нужен кто-то, кто хорошо осведомлен в информации. Желательно тот, кто может поделиться новостями из преступного мира.
— Из преступного мира?
— Если лорд Форд живет как король, это наверняка означает, что ведется незаконный бизнес.
В его глазах, устремленных прямо на меня, блеска и ума было куда больше, чем раньше.
— Лира не может сама отправиться в Поместье Форд, поэтому первым первым делом нужно найти человека, который предоставит внутреннюю информацию.
Он осторожно добавил, глядя на меня:
— Поиск такого человека может быть опасным, так что если я помогу...
— Вы совершенно правы.
Какой молодец. Как он может быть таким сообразительным в столь юном возрасте?
Слова Лусиана были именно тем, что я хотела услышать.
— Отличная работа, господин! Но помощь понадобится в следующий раз.
Я по привычке погладила Лусиана по голове. Его щеки слегка покраснели. И тогда я принялась за дело. Как он и сказал, я решила обзавестись собственным информатором.
Цель уже была практически определена.
Был тут один воришка.
Я мысленно представила лицо этого человека.
Пришло время его поймать.
Ведь личность вора мне уже была известна.
Младшие слуги Дома Оферния жили, на первый взгляд, довольно спокойной жизнью.
С тех пор как «троицу» дураков разжаловали до третьего ранга, никто открыто не отбирал деньги у других слуг. Те, кто стоял выше, прогнили куда сильнее, но простых работников это не касалось напрямую, так что это можно было считать исключением.
Однако среди юных слуг оставалась одна нерешенная проблема — вор, который на протяжении последних нескольких месяцев стабильно обчищал чужие карманы.
Тихий, стремительный, и никто не знал, кто он такой. Особенность заключалась в том, что он особенно часто грабил троицу идиотов, был «справедлив» к остальным слугам и...
Мои деньги он не трогал, за исключением того самого первого дня.
Проходя по коридору, я усиленно шевелила мозгами.
Если мои догадки верны...
В конце коридора показалась нужная мне дверь. Я толкнула её, вошла и кивнула хозяйке в знак приветствия.
— Рианелла!
Хозяйка комнаты радостно назвала моё имя.
— Слышала новости? Говорят, Альберта снова обчистили.
— ...!
Как только я услышала её слова, я окончательно убедилась в своей правоте.
— Камилла.
— Да, Лира?
Камилла радостно улыбнулась мне. Это была полная дружелюбия, наивная улыбка, заставляющая мгновенно расслабиться.
Но.
— Это ведь ты, верно?
— А?
Камилла широко раскрыла свои и без того большие глаза и посмотрела на меня.
— Вор.
Я решила нанести решающий удар.
— Карманник, орудующий среди слуг, — это была ты.
Камилла просто смотрела на меня с детским выражением лица.
— ...Я не понимаю, о чем ты говоришь.
Но меня было не обмануть. Передо мной стоял гений актерского мастерства, обладательница невидимых быстрых рук, подлый преступник, способный украсть что угодно прямо из-под носа.
Ведь это была Камилла из Нокпона, мастер маскировки, будущий Великий вор — Камилла Барелл.
— Карманник? — На меня уставились глаза, полные обиды, как у раненого олененка.
Это было то самое безвредное и несправедливо обвиненное выражение лица, которое она, должно быть, репетировала тысячи раз.
Однако мои глаза, повидавшие немало лжецов, видели расчет, который Камилла вела за этой маской.
— ...Зачем ты такое говоришь?
Я широко улыбнулась.
Значит, прощупываешь почву, есть ли у меня доказательства?
Находить зацепки — это как раз по моей части.
— Сначала я заподозрила тебя из-за твоей ловкости рук.
Я сказала это, вспоминая, как она с невероятной скоростью и мастерством изготовила фальшивое Священное дерево.
— Если обладаешь такой ловкостью на улицах Нокпона, было бы страннее не стать карманником.
Если быть точной, я начала подозревать её с того момента, как Дьюк и Волтер назвали её «Камилла».
Потому что это имя совпадало с именем персонажа, который особенно запомнился мне в оригинальной истории.
— А потом я подумала. Кто мог на второй день пребывания в особняке Оферния подменить мои десять золотых на Соль Пэнсома?
Опуская лишние детали, я продолжила:
— Было три условия. Тот, кто мог быстро войти в мою комнату; тот, кто достаточно ловок, чтобы подменить содержимое кошелька на поясе; и тот, кто точно знает, на что именно нужно заменить вещь, чтобы подмену было трудно заметить. И тогда я вспомнила о тебе.
Ведь она так точно нашла материалы для создания фальшивого Священного дерева.
— ...Это слишком жестоко,
— сказала Камилла, шевеля губами.
— Я же просто хотела помочь.
Её круглые глаза задрожали, словно от шока.
— Я... я просто хотела быть полезной...
— Самое важное начинается сейчас, — перебила я её.
— Что было общего каждый раз, когда Альберта обкрадывали?
— ...
— То, что он контактировал с тобой.
— ...!
Я начала последовательно перечислять события, начиная со второго дня, как стала горничной в Доме Оферния.
Как Камилла оттолкнула Альберта, когда тот коснулся её при первой встрече. Как она хватала Альберта за пояс, делая вид, что учит его убираться, когда они стали моими подчиненными.
И как совсем недавно в комнате Лусиана она попросила дать ей потрогать кошелек Альберта.
Все три раза заканчивались тем, что Альберта обчищал вор.
— Говорят, вор грабил этих троих идиотов куда настойчивее, чем остальных детей.
— ...
— Похоже, ты из тех, кто копит обиды, несмотря на внешность?
Наши взгляды встретились. Из глаз Камиллы, слушавшей меня молча, внезапно брызнули слезы.
— Это не так... Мне больше нечего сказать, кроме того, что это не я.
Я восхитилась.
В современном мире она стала бы выдающейся преступницей.
Вместо того чтобы орать и требовать доказательств, она взывала к сочувствию, изображая бессилие. Это была игра, способная обмануть любого судью. Но актерство бессильно перед фактами.
— А это тогда что?
Хрясь!
Я схватила край обоев за спиной Камиллы и резко потянула. Согласно финалу оригинала, за обоями в доме герцога некоторые слуги прятали украденные золотые вещицы.
То, что обои в комнате Камиллы были подозрительно обшарпанными, не могло быть случайностью.
Дзынь-дзынь-дзынь!
Как и ожидалось, под ноги посыпались сотни, тысячи золотых монет.
— Ах!
Камилла вскрикнула.
— А здесь?
Треск!
Стоило мне оторвать выступающую доску пола, как наружу вырвался ослепительный блеск. В щели между досками во всей красе показались всевозможные золото и драгоценности.
— ...И это всё?
Сколько же ты успела наворовать?
— Нет!
— И наволочка тоже...
— Хватит! Это слишком! Правда, правда...
Её лицо, до этого искаженное рыданиями, в мгновение ока стало холодным.
— А, ну и черт с ним! Это уже ни в какие ворота не лезет, так работать просто невозможно!
Началось.
— Да! Это сделала я, паршивка! Довольна?
Это был момент, когда наружу вырвался истинный характер величайшей злодейки Империи — Камиллы Барелл.
Обновлено: 09.04.2026