«Не подходи! Только не подходи!»
Чэнь Фэн, как вспугнутый воробей, невольно отступил на два шага.
Хэ Тин удивлённо моргнула. В собственной красоте она не сомневалась ни секунды: стоило ей выйти на улицу, и мужчины прирастали к асфальту. А этот пятится. Странно. Очень странно.
Она чуть сощурила красивые глаза.
— Молодой человек, вы чего-то боитесь?
— Боюсь? Я? С чего бы?
Перед ним стояла чудовищная баба, убившая сотню человек и развесившая их шкуры под потолком. Внешне Чэнь Фэн держался невозмутимо, а внутри надрывался: «Т-т-т-тётенька, т-т-т-только не убивай, я н-н-н-не хочу висеть на верёвочке!»
— А может, переждёте у меня? — всё так же ласково предложила хозяйка.
— Нет!
Отказ вылетел мгновенно. Ради такой красотки он, может, и бросил бы все свои планы. Но не жизнь же.
— Чудной какой-то, — фыркнула Хэ Тин.
Видно, обидевшись на такую неучтивость, она развернулась и, покачивая бёдрами, ушла обратно в клуб.
Чэнь Фэн шумно выдохнул. Провёл ладонью по штанам. Влажно.
Пот?
Он опустил глаза.
— А, нет, моча. А я-то думал: с чего бы мне потеть?
Жуткое место. Неудивительно, что здесь сгинуло столько попаданцев.
Попаданцев!
Чэнь Фэн вдруг вспомнил: в прошлый раз он унаследовал их системы. Неужели после загрузки всё обнулилось?
— Система, запуск!
Перед глазами вместо ожидаемого экрана возникли три коробки с номерами.
«Это что ещё такое?»
Он протянул руку. Стоило поднести её к любой из коробок, как раздавался механический голос.
На первой значилось: DS-01-DSR. Голос произнёс: «Человек от рождения добр».
На второй: DS-01-DER. «Природа человека зла; всё доброе в нём — притворство».
На третьей: LS-02-SHSG. «Великие силы Поднебесной: долго единое распадётся, долго разделённое сойдётся».
Чэнь Фэн вспомнил похожий код у своей Системы сохранения и загрузки и сразу понял: каждая коробка — это отдельная система.
«Ну-ка, распакуем одну».
Он схватил первую коробку, и две другие начали бледнеть, пока не растаяли совсем.
Понятно. Выбрать можно только одну.
[Дзынь! Поздравляем, вы активировали Систему Великого Добряка]
[Система поможет вам зарабатывать очки в огромных количествах, стремительно расти и выполнить миссию спасения мира]
«Очки?»
Чэнь Фэн расспросил систему. Выяснилось: очки — это общая валюта всех систем. На них можно прокачивать функции. Для Системы сохранения и загрузки одно очко — это одна дополнительная загрузка. Проще говоря, лишняя жизнь.
А Система Великого Добряка по ходу его приключений будет выдавать благотворительные задания, за которые начисляют очки.
— Погоди. Если совместить одно с другим… я же стану бессмертным?
С горящими глазами он открыл вкладку заданий.
[Хэ Тин, хозяйка компьютерного клуба «Счастье», — демоница, которая высасывает из людей жизненную силу. Под видом найма админов она заманивает бездомных мужчин, убивает их и снимает с них кожу]
[Цель: уничтожить клуб «Счастье» и его хозяев]
[Награда: от 1 до 9 очков в зависимости от результата]
Чэнь Фэн вчитался в условия.
Собрать доказательства, донести куда следует и добиться закрытия клуба — минимальная награда.
Ворваться в «Счастье» и выгнать демоницу Хэ Тин — средняя.
А максимальная…
Чэнь Фэн посмотрел на строчку «Уничтожить демоницу» и ткнул пальцем себе в грудь.
— Я? Уничтожить её? Серьёзно?
Это всё равно что бросить собаке пирожок с мясом: пирожок назад не вернётся, а собака только спасибо скажет. И пирожком в этой истории был он сам.
«Ладно. Настучу для галочки — и хватит».
Едва он это подумал, из клуба вышли те самые полицейские, старый и молодая.
— Наставник…
— Сколько раз повторять: на службе — по званию!
— Капитан, вы же вроде курить бросили?
— Эх, это последняя!
Как нельзя кстати.
Чэнь Фэн оживился. Идти ему некуда. Можно, конечно, пересидеть ливень под каким-нибудь мостом, но где-то поблизости бродит невидимая тварь, которая голыми руками сворачивает людям шеи.
Нужно безопасное место на ночь.
Он замахал рукой.
— Здравствуйте, товарищ полицейский!
— Здравствуйте. Что у вас?
— Меня зовут Чэнь Фэн, я не местный.
На ходу он сочинил историю: потерял кошелёк и телефон, никого в городе не знает, со вчерашнего дня ничего не ел.
— Не найдётся чего-нибудь перекусить?
— Попрошайка, что ли?
Молодая полицейская Чжан Жобин смерила его взглядом с головы до ног и отрезала:
— Вон стройка рядом. За день на подработке сотню-другую поднимешь запросто. Здоровый мужик, руки-ноги на месте — и на еду не заработал?
Либо бродяга, либо лодырь. А скорее всего, и то и другое. Больше всего на свете Чжан Жобин ненавидела халявщиков.
— Наставник, не обращайте внимания. Поехали.
— Стой-стой-стой!
В голове у Ли вспыхнул завтрашний заголовок на первой полосе: «Полиция Цыхана бросила голодающего умирать на улице». Без преувеличения — каждая буква такого заголовка стоила бы погон кому-нибудь из начальства.
Он тут же схватил Чэнь Фэна за руку, будто тот мог свалиться замертво прямо сейчас.
— Моя фамилия Ли, так и зови. Я знаю одно место, где неплохо готовят лапшу с говядиной. Сначала накормим тебя, а потом отвезём в центр помощи, отдохнёшь. Договорились?
— Д-договорились!
Так, под презрительным взглядом Чжан Жобин, Чэнь Фэн впервые в жизни сел в полицейскую машину.
Внутри его обдало жаром. В такую погоду кондиционер выключают, только если машина долго стоит без дела. Значит, припарковались они давно.
Чэнь Фэн покосился на полицейских впереди. Столько времени торчали в «Счастье». Неужели проверяли хозяйку?
Так и оказалось. Едва пристегнувшись, Чжан Жобин принялась ворчать:
— Наставник, мы полдня впустую убили.
— Ну вот, опять ты торопишься, — усмехнулся Ли, положив руки на руль.
— Я не тороплюсь! Мы весь день там всё перерыли — и ни одной зацепки. По-моему, эти пропавшие бомжи вообще никак не связаны со «Счастьем».
— Не факт. Не спеши с выводами.
— Не факт? — вскинулась та. — Хозяйка почти не выходит из клуба. Даже если она убийца, где тогда жертвы?
«Большая часть висит наверху, — мысленно подсказал Чэнь Фэн. — А одна сидит у вас на заднем сиденье».
Но мысленные шуточки не отменяли главного вопроса. Как знает любой, кто убивает регулярно, убить легко — избавиться от тела трудно. Третий этаж завешан кожей от стены до стены. За полдня обыска его нашли бы даже две свиньи. Почему же полиция не нашла ничего?
Чэнь Фэн вспомнил, как на лестнице вдруг исчезли все, кто бежал рядом, и до третьего этажа добрался он один. Нет, здесь всё куда сложнее.
И тут ожила рация.
— Восемь-два-три-два-три-пять… принял… понял.
Ли опустил рацию и серьёзно обернулся:
— Извини, господин Чэнь. Сильно проголодался?
— Да нормально вроде, — отмахнулся тот. — А что?
— Сообщили, что на мосту Цыхан опять кто-то собрался прыгать. Надо съездить.
— «Опять»? Этот мост что, какой-то особенный?
Ли кивнул.
— Ты приезжий, не знаешь. С тех пор как мост построили, с него всё время прыгают. Власти решили исправить ситуацию и повесили на перилах таблички с подсветкой. Идёт человек по мосту — лампочки загораются, и появляются всякие фразы. «Устал?», «Как ты в последнее время?», «А тот, кого ты любишь, любит тебя?» Ну и так далее.
— И как, помогло?
— Помогло. Через год самоубийств на мосту стало в шестьдесят четыре раза больше.
«О. Эффективно, ничего не скажешь».
— Откуда вообще столько самоубийц? У вас в Цыхане такая жизнь тяжёлая?
— Если честно, — сказал Ли, — таблички и тяжёлая жизнь тут ни при чём. На этом мосту столько народу гибнет, потому что…
Он помолчал и глухо закончил:
— …там живёт утопленник.