Чэнь Шао и не подозревал, что в реальности существует немало извращенцев, пускающих слюни на Избранных, оказавшихся в телах детей, как и не знал о том, что уже нашлись люди, готовые жестоко отомстить за тех, кто сражается ради человечества.
Сейчас он стоял перед непростым выбором.
После ухода Лэлэ в доме снова воцарилось спокойствие.
За обеденным столом члены семьи, официально принявшие Чэнь Шао, окончательно перестали притворяться. Они обступили принесенное мамой блюдо с ломтиками мяса неизвестного происхождения, щедро приправленными зирой, и пожирали их с таким упоением, что брызги крови и плоти летели во все стороны.
У брата от возбуждения даже потекли кровавые слезы.
Чэнь Шао, держа свою тарелку с жареной свининой и древесными грибами, молча отодвинулся подальше от центра стола, но мама заметила маневр и окликнула его.
— Ну же, Сяо Шао, кушай больше, — мама ласково подложила в его тарелку порцию мяса с зирой. — Сегодня наш начальник группы неизвестно как разозлил менеджера, и тот отрубил ему все четыре руки. Хорошо, что твоя тетя Сюэ помогала на кухне, иначе нам бы не досталась эта тарелка.
Она говорила об этом с сияющей радостью, словно между ней и начальником группы была кровная вражда.
Во время прошлых разговоров за столом Чэнь Шао уже слышал мамины рассказы об этом начальнике.
Мама работала промоутером в гастрономическом центре города Цзюхуа. По ее словам, их начальник был самым жадным «человеком», которого она когда-либо встречала. Настоящий шкуродер, урезающий даже премии за эффективность. Вся группа давно страдала от его самодурства.
Папа, сидевший рядом с мамой, кивнул:
— Очень вкусно, в следующий раз можно взять еще.
Чэнь Шао не удержался и прикрыл лицо рукой.
— Так сколько у него осталось рук? — прямо спросил он.
Мама задумалась:
— Не знаю точно, но штук восемь-девять должно быть, я видела, он их много накопил... Просто ему не повезло. Обычно он дремлет в своем гнезде, и ничего, а сегодня у менеджера было плохое настроение, вот он и попался под горячую руку.
Из всего сказанного Чэнь Шао вынес только одну крупицу информации: кем бы ни был этот начальник, он точно не человек.
Психологическое давление мгновенно уменьшилось наполовину, и он кивнул, поддакивая маме:
— Тогда он сам виноват в своих бедах. Нечего быть таким ленивым и жадным.
Мама одарила его одобрительным взглядом.
Чэнь Шао мысленно подготовился, подцепил палочками кусок мяса с зирой и отправил в рот. Надо признать, вкус был неплох, вот только при проглатывании возникало ощущение, будто пьешь ледяную воду: пищевод и желудок мгновенно сковало могильным холодом.
Этот холод был точно таким же, как утром, когда он пил кровь из запястья брата. Чэнь Шао предположил, что это внешнее проявление воздействия тканей Аномалии на человеческий организм.
Это могло временно скрыть его человеческую сущность.
Ужин прошел буднично. Учитывая, что Музыкант приходила к нему только утром, у Чэнь Шао были все основания полагать, что Мангака тоже затаился где-то вне поля зрения, готовый в любой момент наложить на него Загрязнение.
Из разговоров с жильцами Чэнь Шао уже выяснил, что рисование, фотографирование и любые подобные действия могут дать Мангаке шанс атаковать. Поэтому он решил не открывать книги и не брать в руки ручку, а подсел к брату и стал смотреть, как тот раз за разом проходит игру.
Стоит отметить, играл он, откровенно говоря, просто позорно.
Время шло. Когда на часах стукнуло 9:29, Чэнь Шао собрался пойти задернуть шторы, но, подойдя к окну, обнаружил, что они уже плотно закрыты. Спальня родителей по соседству была погружена в непроглядный мрак, словно оба они уже крепко спали.
Чэнь Шао нахмурился.
Постояв немного в дверях в раздумьях, он решительно вышел из комнаты, направился в гостиную и еще раз перечитал два свода правил.
[I. Семейные правила:
1. Члены семьи должны понимать, поддерживать, любить и помогать друг другу.
2. Поддерживайте чистоту, не позволяйте маме переутомляться.
3. Не забывайте о трехразовом питании, ложитесь и вставайте рано, больше двигайтесь, поддерживайте здоровье тела.
4. Будьте бережливы, откажитесь от расточительства.]
Правила гостиной, по сути, не изменились.
Однако формулировка трансформировалась из одностороннего требования к Избранному «соответствовать своей роли и не разочаровывать семью» в двустороннее правило: «понимать, поддерживать, любить и помогать друг другу». Это отлично объясняло, почему отношение семьи к нему внезапно стало таким теплым.
Возможно, это означало, что Чэнь Шао получил истинное признание как «член семьи»...
Он догадывался, что изменения произошли после получения карты доступа, но проверить это сейчас было невозможно.
Чэнь Шао прошел к ванной, открыл дверь и взглянул на заламинированные Правила ванной комнаты — изменений не было. Кухня и спальня родителей были недоступны, поэтому он развернулся, подошел к своей спальне, нажал на ручку и толкнул дверь, собираясь войти.
Как только дверь приоткрылась, Чэнь Шао остро почувствовал, что свет падает неправильно. Он немедленно попытался захлопнуть дверь, но, как бы он ни давил, щель словно удерживало что-то невидимое, не давая закрыть створку.
Взгляд его стал жестким. Он мгновенно бросил попытки закрыть дверь и рванул к ванной, находящейся в нескольких шагах, на бегу громко зовя на помощь.
Чэнь Шао прекрасно понимал: без поддержки правил он абсолютно бессилен против этих сущностей! Если нужно звать на помощь — зови. В Аномалии «Милый Дом» обращение к семье-Аномалии было самым оптимальным решением.
Спрятавшись в душевой, Чэнь Шао слушал, как снаружи хлопают двери, а затем раздался знакомый звук топора, врубающегося в дерево. Он мысленно подбадривал своего новообретенного отца. Вскоре послышались шаги, дверь в ванную открылась, а следом и дверь душевой.
Запястье брата Чэнь Чжао снова кровоточило, капля за каплей. Он посмотрел на Чэнь Шао, стоявшего в углу душевой с невозмутимым лицом, протянул правую руку, схватил ребенка ростом меньше полутора метров за ворот пижамы и вытащил наружу.
В гостиной папа, волоча топор, с выражением глубокой скорби и ненависти сверлил взглядом дверь их комнаты. Он так старательно таращился, что у него случайно выпал глаз. Проходя мимо, Чэнь Шао ловко подхватил глазное яблоко и вставил его обратно в глазницу отца.
Когда его принесли обратно в спальню и опустили на кровать, Чэнь Шао тут же соскочил, взял со стола приглашение, закрепил его на планшете и поставил у изголовья.
«В следующий раз, если не успею убежать, — мрачно подумал он, — просто суну эту штуку прямо в комнату Мангаки. Плевать на высокоуровневые предметы для подавления соседей, лучше умереть позже, чем сейчас».
Установив ловушку, Чэнь Шао взглянул на время — 9:47, до 10:00 оставалось 13 минут. Он достал из учебников в рюкзаке три листа с правилами и начал их просматривать.
Правило 1 в «Правилах спальни» изменилось на: [Ты можешь вставать в семь утра и ложиться в одиннадцать, это нормальный режим для студента, который засиживается допоздна, но лучше не ложиться слишком поздно.] В конце была приписка: [Мама обычно не проверяет, когда ты спишь, но если она обнаружит, что ты поздно ложишься и поздно встаешь, она может рассердиться.]
Правило 5 изменилось с [Хороший ученик должен вовремя выполнять домашнее задание, мама будет проверять твою работу. Помни: вовремя и самостоятельно.] на [Хороший ученик должен вовремя выполнять домашнее задание]. Мама больше не проверяла, и не требовалось имитировать успеваемость, прописанную в легенде.
В правиле 6 [Спальня принадлежит младшему брату, младший брат решает, кто может сюда войти] слово «младший брат» везде было заменено на «ты». Это прямо указывало на то, что статус Чэнь Шао в «Милом Доме» был полностью подтвержден.
Правило 10 было удалено, что означало полное доверие к брату.
Правила кухни почти не изменились, только девятый пункт [Каждую неделю необходимо употреблять в пищу «мясной овощ»] был жирно перечеркнут черной линией.
Надо сказать, исчезновение этого правила заставило Чэнь Шао с облегчением выдохнуть.
Как и предполагала Группа анализа, Чэнь Шао хотел остаться в мире Аномалии.
Хотя здесь было полно ужасов и опасностей, превосходящих человеческое воображение, но, по крайней мере, здесь Чэнь Шао мог бегать и прыгать, обладал здоровым телом и не должен был лежать в больничной койке, ожидая смерти.
Да и что толку возвращаться? Если Избранный не проходит полный цикл из 20 раундов, ему придется постоянно возвращаться в миры Аномалий. Оставшись здесь, он мог бы заранее разузнать информацию для себя же в следующем раунде.
Более того, по сравнению с предыдущими Рекрутинговыми сценариями, уровень защиты Избранного в «Милом Доме» был беспрецедентным. Отказаться от таких условий мог только дурак.
Возможность спокойно остаться здесь, не будучи обязанным регулярно есть «мясной овощ» — что может быть лучше?
С этими приятными мыслями Чэнь Шао спокойно уснул.
Возможно, Музыкант сдержала слово: несмотря на внезапную атаку Мангаки, когда Чэнь Шао проснулся в субботу утром, он не услышал той музыки, что усыпляет бдительность.
Однако это не заставило Чэнь Шао полностью расслабиться. Он понимал: раз Музыкант осмелилась объединиться с Избранным, чтобы подставить Мангаку, и раз их Загрязнения могли на равных бороться в его голове, значит, уровень ее опасности ничуть не ниже, чем у Мангаки.
Если Чэнь Шао не сможет передать приглашение Мангаке, возможно, имя в приглашении снова изменится на «Чэнь Шао».
После завтрака Чэнь Шао не стал ложиться досыпать, а снова отправился с братом в супермаркет.
В этот раз в лифте они столкнулись с дядей Сунем и Сунь Лэлэ, которые приходили вчера. Лэлэ вернул себе облик нормального, озорного ребенка, каким был при первой встрече, но, увидев Чэнь Шао, бросил на него жалостливый взгляд.
Чэнь Шао с улыбкой посмотрел на него, но быстро перевел взгляд на дядю Суня.
— Дядя Сунь, Лэлэ разобрался с решением задачи, которое я вчера написал? — Чэнь Шао притворился, что очень заботится о Лэлэ. — Честно говоря, задача несложная, может, в школе плохо объяснили. Ему бы лучше побольше читать учебники и тренироваться.
Говоря это, он перевел тему на одежду:
— Кстати, дядя Сунь, у Лэлэ очень необычная одежда, где вы ее покупали?
— Тебе тоже нравится моя одежда? — внезапно вклинился Лэлэ.
Глаза Чэнь Шао блеснули, и он не ответил прямо:
— Твоя одежда действительно очень индивидуальна, но у меня уже много вещей, в этом году вряд ли буду покупать новые. Мама говорит, нужно быть бережливым.
— О, — услышав это, Лэлэ снова опустил голову и недовольно пнул дверь лифта.
Чэнь Шао облегченно выдохнул и услышал объяснение дяди Суня:
— Одежду Лэлэ мы покупаем в супермаркете нашего района, говорят, это лимитированная коллекция!
Мужчина средних лет с ранними морщинами улыбнулся с обожанием. С самого выхода из квартиры он все время держал Лэлэ за руку. Он боялся отпустить, но боялся и сжать слишком сильно, чтобы не причинить боль ребенку, поэтому держал его руку мягко, но надежно.
— Лэлэ обычно очень старается в учебе, просто в последнее время в школе программа стала сложнее, я потом с ним позанимаюсь, почитаем вместе...
Чэнь Шао невольно задержал взгляд на дяде Суне.
В этом доме почти у каждого встречного были какие-то странности. О его собственной семье-нежити и говорить нечего. Девушка с седьмого этажа — жестокая особа, обращающаяся с людьми как с собаками. Та компания малышей в странных одеждах несла на себе смертельное Загрязнение. И только дядя Сунь не имел никаких признаков аномальности.
Неужели дядя Сунь, живущий в 13-м корпусе, действительно обычный человек?
Но в глазах дяди Суня Чэнь Шао не видел страха.
* * *
Обновлено: 19.02.2026