Глава 5 — Глава 5

Поход Мануила II продвигался успешно. Большинство городов не имели ни наемников, ни регулярной армии, а потому быстро отказывались от притязаний на независимость и возвращались под крыло Империи. Император лично назначал судей и провозглашал верховенство имперского права над городским, укрепляя пошатнувшийся авторитет короны. Снабжение, которое принц Константин регулярно присылал из Мистры, позволяло армии двигаться стремительно. Казалось бы, Императору не о чем беспокоиться, но письма, приходившие от сына, тревожили его душу. «Ваше величество, когда в Мистре наступит полный покой, я намерен полностью интегрировать в Империю и другие земли. Молю вас, позвольте мне быть ближе к театру военных действий, чтобы я мог служить богу и государству». Каждый раз ответ Императора был неизменен: десять лет – это слишком мало. Что бы принц ни писал, разрешения он не получал. Даже самые пылкие мольбы не могли смягчить сердце отца. В конце концов Константин сдался. За весь год, что длился поход Мануила II, принц так ни разу и не ступил на поле боя. Зато вместо него вовсю трудились три сотни наемников, нанятых от его имени. — Держать строй! Отбросим их здесь! В кровавой круговерти сражений итальянские наемники, вооруженные пиками и алебардами, были заметнее всех. Их главной силой стала доблесть – они не отступали ни перед каким врагом – и непоколебимый строй. Скованная железной дисциплиной рота отражала атаки в бесчисленных стычках и в конечном счете приносила победу. А во главе их всегда была воительница с золотистыми локонами, выбивающимися из-под шлема. Возможно, ей не хватало физической силы в сравнении с мужчинами, но ее спокойствие и хладнокровие в пылу битвы доказывали: она настоящий лидер. Однако Император, глядя на их успехи, не радовался, а лишь прикрывал глаза. Глядя на них, он еще острее чувствовал плачевное состояние собственного государства. В едва воссозданной имперской армии не осталось ни прежней славы, ни дисциплины. Она держалась лишь на отчаянии и судорожных попытках выжить. Мысль о неминуемой гибели, засевшая в головах солдат, подрывала их боевой дух. Двадцать лет он карабкался вверх, наперекор жестокой судьбе. И вот, былая пылкость и решимость угасли под грузом долгого правления. Старый Император осознал: он смертельно устал. Смотря на солдат, ликующих после очередной победы, Мануил II ощущал лишь глубокое опустошение. Весь Пелопоннес был усмирен. Но это была лишь одна из целей похода. Осознание того, сколько дел еще впереди, изматывало еще сильнее. Он пытался скрыть свою слабость, но сопровождающий заметил всё раньше. — Ваше величество… боюсь, продолжать поход выше ваших сил. Трудно сказать, расслабился ли он от того, что вопрос с престолонаследием был решен, или просто исчерпал лимит прочности. Ясно было одно: у Императора не осталось сил. Пройдя через бесчисленные кризисы, состарившийся монарх жаждал лишь покоя. В марте 1415 года Император вернулся в Мистру. И тогда он отступил от своей жесткой линии, на которой настаивал до сих пор, и дал Константину тот ответ, которого тот ждал. Император назначил принца заместителем командующего экспедиционным корпусом. Формально Мануил сохранял за собой пост главнокомандующего, но фактически передал бразды правления сыну. Однако Константин не смог в полной мере насладиться этим известием. Здоровье старого Императора резко ухудшилось – видимо, сказалось чрезмерное напряжение последних лет. — Состояние его величества… — Ему нужен покой, и он скоро поправится. Он человек сильной воли, — ответил врач. — Но мне нужно обсудить с ним детали похода. — Почему бы вам не поговорить с капитаном наемников? Его величество был впечатлен ее доблестью и часто беседовал с ней во время похода. — С капитаном наемников? Только после слов врача Константин вспомнил о человеке, о котором не думал долгое время. Кажется, это была гордая особа, возглавлявшая отряд, которому он платил немалое жалованье. За последний год принц был так занят снабжением армии и делами Мистры, что это всё, что осталось в его памяти. Раз она заслужила доверие Императора, значит, делом доказала свою ценность. К тому же срок контракта подходил к концу. — Что ж, стоит с ней встретиться. ◈ ◈ ◈ — …Приветствую ваше высочество. Что? Почему здесь женщина? Я же звал капитана… Ах да, точно, это ведь она. Я попытался покопаться в туманных воспоминаниях, но четкой картинки не всплыло. Решив, что заставлять даму ждать невежливо, я скрыл замешательство и принял приветствие. Должно быть, я слишком зашился в делах. Решение двух сложнейших задач – стабилизации Мистры и снабжения армии – отнимало столько сил, что я начал забывать всякие мелочи. Впрочем, об успехах наемников на поле боя мне докладывали исправно. — Мне сказали, вы честно отработали свое жалованье. Награда уже подготовлена. После нашей беседы я прикажу слугам передать её вам. Траты немалые, но раз они оправдали ожидания, платить нужно сполна. Тем более, если я планирую нанять их на долгий срок для будущего похода, мне нужно показать себя надежным нанимателем. — Я крайне доволен нашим сотрудничеством. Если вы не против, я подумываю о продлении контракта на длительный срок… Я осекся, заметив выражение лица капитана. Куда делась та скромная и спокойная особа, что вошла в шатер? Расширенные зрачки, легкий румянец на щеках, участившееся дыхание… Реакция была куда более… гоооораздо более бурной, чем я ожидал. — Конечно! Я согласна на всё! И… если это долгосрочный контракт, могу я узнать, где именно мы будем нести службу?! Ого, какой напор… Я невольно кивнул, но на душе стало как-то неспокойно. Неужели азарт битвы не отпускает её даже в мирной обстановке? Похоже на симптомы ПТСР. Даже наемники, сражающиеся за деньги, остаются людьми. Еще одно горькое напоминание о реальности. — Всё зависит от ситуации, но в основном вы будете под моим началом… — Я соглас…! Она была готова ответить, не дослушав. Пожалуйста, не перебивай нанимателя… Я хотел бы сначала обсудить все условия. Набравшись терпения, я стал ждать. Через секунду капитан заговорила вновь. — …Прежде чем мы подпишем контракт, у меня есть одна просьба к нанимателю. Ее лицо стало предельно серьезным. Неужели начались настоящие переговоры? Схватка не на мечах, а на словах, где каждый пытается выгадать свое. Интересно, чего она потребует? Надеюсь, это не подорвет бюджет Мистры. Если запросы будут заоблачными, придется искать других наемников. Пока я гадал, попросит ли она прибавки к жалованью, она выдала: — …Можно мне называть вас «хозяин»? … И тут я всё вспомнил. Капитан Ивания. Девушка, мастерски владеющая алебардой, которая еще при первой встрече извела меня своим странным обращением. Наверное, я забыл об этом просто потому, что не хотел вспоминать. Видя, что я медлю с ответом, она уставилась на меня пристальным взглядом. Я отвел глаза. Не вижу. Ничего не вижу. — …Очень вас прошу. — …Почему ты так вцепилась в это обращение? Голова пошла кругом. Если до этого она раскалывалась от государственных дел, то теперь – от неё. Но Ивания, совершенно не замечая моих мучений, продолжала: — …Когда я впервые увидела вас. — Впервые? Не помню, чтобы наша первая встреча была какой-то особенной. Хотя нет, погодите. Если подумать, она и правда была шокирующей. — Ваше холодное, безразличное лицо и сухой, деловой тон… — Я проявлял необходимый минимум внимания. — …Вот, именно это! Ваша манера говорить. Я, ну, понимаете… У меня было дурное предчувствие, но я терпел. Сейчас мне позарез нужны опытные наемники. Я не хотел разрывать контракт и множить себе проблемы прямо перед великим делом – возвращением Пелопоннеса. Ладно, черт с ним, я готов пойти на уступки в мелочах. — …Меня это ужасно… Так я думал. — …Ужасно возбудило… … Нет, стоп. Может, она имела в виду, что это её разозлило? Нельзя сразу подозревать худшее. Если она в ярости, мне нужно её как-то успокоить… — Ужасно возбудило… ♡ Не повторяй это дважды… Нет, может, это у меня мысли не в ту сторону пошли? Нюанс был явно слащавым, но я человек, готовый к любым испытаниям. Вспомни последние годы. Каждый день я думал только о том, как поднять Империю из руин. В конце концов, вряд ли взрослая женщина может питать странные чувства к десятилетнему мальчику… — Простите за дерзость, ваше высочество… — Хватит. Перестань. — Просто… я не смогла сдержаться и… — Хватит. Не говори больше ничего. Просто молчи. — Немного… Не надо. Всё ведь шло так хорошо, как в настоящей хардкорной стратегии. Мне не нужны такие «цели для завоевания». — …Промокла… ♡ — Эй!