Немного отдохнув и попив воды, он оставил тяжёлые мешки и коромысло на поляне. Сюда вряд ли кто заглянет, а если и заглянет — поймёт, что добыча чья-то, и не тронет: стоит она копейки. Взяв одну пустую сетку и мотыгу, он снова нырнул в чащу.
Через час блужданий он вышел к небольшой канаве.
Вытирая пот со лба, Дахай перевёл дух. Он не был здесь несколько лет, в манграх легко потерять ориентацию, да и местность изменилась.
В мангровых лесах есть поляны и канавы. Полян мало, а канав много. Во время приливов и отливов вода промывает в рыхлом грунте русла. Большинство из них неглубокие, метр-два. Во время отлива в них остаётся вода, и они превращаются в маленькие речки.
Дахай спустился в канаву и побрёл по воде. Мелкой рыбы и креветок здесь хватало, но его интересовало другое. Он внимательно осматривал глинистые берега, поросшие травой и лианами. Многие думают, что в соленой воде трава не растёт, но это не так — зелень здесь буйная.
Полчаса он шёл, всматриваясь в берега, пока наконец не заметил нору. Она находилась сантиметрах в двадцати над уровнем воды, размером с кулак и слегка приплюснутая. Дахай подошёл ближе, присмотрелся, и на лице его появилась улыбка.
— Хе-хе!
— Похоже, сегодня я заработаю!
Дахай улыбался.
Экосистема мангровых лесов богата: здесь полно мелкой рыбы, креветок, улиток и моллюсков. Но всё это мелочь, денег на ней не сделаешь. Однако есть здесь кое-что ценное — мангровый краб (Сцилла).
Этот морской краб питается мелкой живностью и обитает в илистых отмелях и мангровых зарослях. Днём он прячется в норах от врагов и палящего солнца (без воды он погибнет), а ночью выходит на охоту. Нора перед Дахаем явно принадлежала крабу. Улитки и черенки были лишь приятным бонусом, настоящей целью похода были именно крабы.
Дахай не спешил копать.
Нор в манграх много, особенно по берегам таких канав, но не в каждой сидит краб. Крабовая нора обычно приплюснутая. Кроме того, норы бывают старые (заброшенные) и новые. Глубина тоже разная: чем крупнее краб, тем глубже нора. Чтобы не тратить силы впустую, нужно уметь их различать. А если нора новая, нужно ещё понять, есть ли кто дома. Бывает, краб выкопал нору на скорую руку, чтобы переждать жару, или просто затаился в луже, не успев вернуться в старое жилище.
Дахай внимательно осмотрел вход. Глина у входа влажная и грубая, лежала горкой — явно вырыта недавно. На стенках видны царапины, словно от ножа, — следы клешней. Осмотрев площадку вокруг, он заметил следы только у самого входа, и вели они внутрь.
Нора крабовая! Новая! Хозяин дома.
Теперь Дахай не медлил. В самих зарослях копать нельзя — корни мешают, да и деревья портить жалко. Но здесь, на берегу канавы, корней нет, земля мягкая. Взмахнув мотыгой, он быстро углубился на полметра.
Увидев на дне ямы воду, он остановился. Крабам нужна вода, чтобы смачивать жабры, но полностью погруженными они сидеть не любят. Копая нору, они доходят до воды и чуть заглубляются. Днём они сидят именно на урезе воды.
Дальше копать мотыгой нельзя — можно разрубить краба или оторвать ему клешню, тогда он обесценится.
Дахай отгрёб землю, сделав вокруг ямы валик, чтобы вода из канавы не залила раскоп. Затем осторожно, руками, расширил отверстие у воды.
Упершись левой рукой в край ямы, правой он слепил из глины ком размером с кулак. Нагнувшись, он сунул руку с комом глины в нору, держа его перед собой как щит.
У крабов чудовищная сила. Клешня старого краба легко перекусывает палочки для еды, а палец может раздробить до кости. Лезть в нору голой рукой вслепую — самоубийство. А если толкать перед собой ком глины, то при встрече с крабом можно залепить ему «лицо». В тесной норе (а крабы копают их строго под свой размер, без лишних «квадратных метров») даже самые мощные клешни бесполезны, если они заблокированы грязью.
Двигаясь очень медленно, Дахай просунул руку почти по локоть. Нащупав что-то твёрдое, он слегка надавил — твёрдое шевельнулось.
Краб!
Сердце Дахая подпрыгнуло.
Чем больше волны, тем дороже рыба! Чем шире нора, тем крупнее краб. Вход в эту нору был больше двадцати сантиметров — там сидел монстр.
Дахай сосредоточился. Главное сейчас — не упустить добычу и не получить травму. Он с силой пихнул ком глины вперёд, добавил ещё один, чтобы наверняка прижать краба. Одной рукой тут не справишься. Засунув в яму обе руки и растопырив пальцы, он с силой вонзил их в дно норы и рывком вытащил ком глины размером с футбольный мяч. Внутри сидел краб, залепленный грязью так, что не мог пошевелить клешнями.
Дахай сунул ком в сетку и поболтал её в воде канавы, смывая грязь.
— Ха!
— Вот это размерчик!
В сетке бесновался огромный краб весом более полутора цзиней (750 г). В мангровых лесах еды много, крабы здесь жирные и крупные. За полкило дают по сорок юаней, за килограмм — пятьдесят-шестьдесят. Этот экземпляр потянет на сотню!
Дахай вытащил краба на берег, нашёл гибкую лозу и связал ему клешни. Краб был буйный, если не связать — может сам себе оторвать клешню в борьбе, а без клешни цена упадёт вдвое.
Заработал!
Дахай был счастлив. Попив воды, он засыпал раскопанную яму, взял сетку и мотыгу и пошёл дальше по канаве.
Солнце палило.
Обновлено: 20.02.2026