Глава 28 — Глава 29. Снова Сюэ Цинхэ

Время быстротечно. Казалось, только вчера они гостили в поместье Дугу, а пролетело уже три месяца. Проведя некоторое время в Оке Льда и Пламени, Дугу Чэнь и остальные вернулись в Город Тянь Доу. Как бы ни была хороша среда для культивации в том благословенном месте, долгое затворничество притупляет интерес к жизни. Теперь Дугу Чэню исполнилось одиннадцать. Благодаря высокому уровню силы духа он вытянулся до ста семидесяти пяти сантиметров – статный юноша, чей возраст выдавала лишь мягкость черт лица. Не знай кто правды, легко принял бы его за пятнадцатилетнего подростка. Закончив утреннюю тренировку, Дугу Чэнь обернулся и замер в удивлении. Его учитель, обычно суровый и деятельный, мирно возился с чайным сервизом в беседке. Дугу Чэнь направился к Дугу Бо: — Учитель, какими судьбами вы заглянули к ученику? — А что, это мой дом! — Дугу Бо притворно насупился, топорща бороду. — Мне что, теперь перед тобой отчитываться, куда я хожу? Видя, как старик сверкает глазами, Дугу Чэнь поспешно примирительно поднял руки: — Виноват, оговорился. Учитель волен идти куда пожелает. Дугу Бо не злился всерьез. Он разлил ароматный чай по чашкам и, понизив голос, произнес: — Сегодня Нин Фэнчжи и Сюэ Цинхэ нанесут нам визит. Как думаешь, как мне стоит себя с ними вести? Дугу Чэнь на мгновение задумался, глядя на пар, поднимающийся от чая: — Если Нин Фэнчжи спросит о чудодейственных травах, скажите, что все ушло на меня. Поверит он или нет – неважно. Что же до любезностей Сюэ Цинхэ… принимайте их как должное, не отказывайтесь. Дугу Бо кивнул. Раз уж они решили негласно поддержать Сюэ Цинхэ, излишняя скромность была ни к чему. В той же гостиной, где проходили их прошлые встречи, Дугу Чэнь внимательно изучал спутника Нин Фэнчжи. Это был старец в безупречно белых одеждах. Его длинные серебристые волосы были аккуратно собраны за спиной, а лицо, несмотря на возраст, оставалось гладким и нежным, как у младенца. От него веяло ледяным безразличием, а его взгляд был настолько острым, что кожа Дугу Чэня невольно зудела, словно от прикосновения клинка. Он сидел неподвижно и молча, но само его присутствие подавляло, транслируя миру одну-единственную истину: «Я – владыка всего сущего». «Это, должно быть, второй защитник Клана Семи Сокровищ, – догадался Дугу Чэнь. – …Чэнь Синь, Титулованный Доуло девяносто шестого ранга, чья атака считается сильнейшей на континенте. Доуло Меч». Почувствовав на себе взгляд юноши, Чэнь Синь обернулся. Его глаза сузились, губы едва заметно дрогнули. Нин Фэнчжи, заметив реакцию старца, крепче сжал подлокотники кресла. В его глазах на мгновение вспыхнул и погас жадный интерес к Дугу Чэню. Дугу Чэнь ощутил холодный пот на спине – под взглядом такого мастера он чувствовал себя абсолютно прозрачным. Тайное стало явным. Нин Фэнчжи первым нарушил тишину, его голос лился мягко, как патока: — Брат Дугу, какой у вас выдающийся ученик! До меня дошли слухи, что юноша в столь нежном возрасте уже стал Старейшиной Духа. Пожалуй, даже Доуло Чистого Неба в те годы не обладал таким талантом. Дугу Бо, хоть и расцвел в душе от похвалы, ответил резко: — Чэнь-эр упрям и ленив, лишь в культивации немного смыслит. Куда ему до гениев вашего клана. Дугу Чэнь неловко поджал пальцы ног, слушая этот обмен любезностями. Сюэ Цинхэ, сидевший рядом, заметил его смущение и вовремя вмешался: — Я слышал, почтенный Дугу – веливый мастер фармакологии. Мой отец-император в последние годы чувствует недомогание. Не желает ли господин стать почетным гостем императорской семьи? «Почетный гость» – лишь красивая обертка. Сюэ Цинхэ вербовал сторонников. Переманив Дугу Бо на свою сторону, он лишил бы принца Сюэ Сина всякой возможности сопротивляться. Когда власть в империи окончательно перейдет в его руки, у Сюэ Е просто не останется иного выбора, кроме как передать трон наследнику. — Ну… я привык к свободе дикого журавля, — Дугу Бо не спешил соглашаться, но и резкого отказа не последовало. Сюэ Цинхэ не торопил события. Он знал искусство малых шагов: отсутствие отказа уже было добрым знаком. — Ничего страшного. Двери императорского дома всегда открыты для вас, Великий Доуло. Разговор в зале затих. Поняв, что Нин Фэнчжи хочет обсудить с Дугу Бо нечто конфиденциальное, Сюэ Цинхэ проявил завидную прозорливость. Он повернулся к юноше: — В прошлую нашу встречу мы с братом Дугу нашли общий язык. Не уделишь ли мне время? Прогуляемся? Дугу Чэнь поймал взгляд Сюэ Цинхэ – в нем было что-то странное, неуловимое. — Как пожелаете, Ваше Высочество. Прошу за мной. Как только они вышли, Нин Фэнчжи сразу перешел к делу: — Брат Дугу, неужели чудодейственных трав совсем не осталось? Старик внутренне усмехнулся. Как они и предполагали, Нин Фэнчжи пришел за сокровищами Ока Льда и Пламени. — Эх… — Дугу Бо тяжело вздохнул, его лицо исказилось в притворной скорби. — Не скрою от вас, глава Нин, семья Дугу поколениями страдала от яда Императора Нефритовых Змей. Мой сын и невестка погибли в муках, Янь-янь была отравлена с самого рождения. Лишь благодаря годам поисков я вырастил несколько редких трав. Янь-янь исцелена, но мой собственный яд уже въелся в кости. Только найдя способ хранить токсины в кости духа – для чего мне и понадобился обмен Пурпурного Гриба на артефакт вашего клана – я смог спастись. Лекарств больше нет. Рассказывая это, Дугу Бо наполнил голос неподдельной горечью, а в конце «случайно» выпустил ауру девяносто пятого ранга. Это был ясный сигнал: лекарства кончились, а силой из него ничего не выбить. Нин Фэнчжи и Доуло Меч посерьезнели. Ядовитый Доуло девяносто пятого ранга – это угроза, с которой не захочет связываться ни одна сила в мире. Поняв, что ловить здесь больше нечего, Нин Фэнчжи сменил тактику, решив просто укреплять дружеские связи. Тем временем в беседке небольшого дворика Дугу Чэнь разливал чай. — Кажется, у Вашего Высочества что-то на уме, — заметил он, глядя на собеседника. — Расскажите, станет легче. Сюэ Цинхэ рассматривал дно чашки: — Что у меня может быть на уме? Разве я не могу просто выпить чаю с другом? Он поднял взгляд на юношу: — Брат Дугу, у тебя есть мечта? — Ваше Высочество, зовите меня просто по имени. Обращение «брат» для меня слишком почетно. Сюэ Цинхэ вдруг ощутил прилив необъяснимого раздражения. Он сверкнул глазами на Дугу Чэня: — Ты на что это намекаешь? Что я старый?! …? — Дугу Чэнь опешил. По его коже пробежали мурашки. «Это точно говорит наследный принц? – …пронеслось в голове. – …Он меня сейчас не прибьет за дерзость?» Заметив его ошеломленный взгляд, Сюэ Цинхэ осекся. Годы, проведенные в чужой шкуре, украденная молодость… упоминание возраста задело за живое. Но он тут же взял себя в руки и мягко улыбнулся: — Тогда я буду звать тебя Чэнь-ди! А ты забудь про «Высочество». Зови меня старшим братом Сюэ. У Дугу Чэня дернулся уголок рта: — Ну… спасибо, брат Сюэ. — Так есть ли у тебя цель? — Сюэ Цинхэ снова вернулся к теме. — Может, пойдешь ко мне на службу? Дугу Чэнь про себя хмыкнул. Какая бесхитростная вербовка! Даже «золотых гор» не пообещал. Неужели он не заслужил хотя бы красивой лжи? — Мои интересы далеки от дворцовых интриг, — покачал он годовой. — Боюсь, я тебя разочарую. Сюэ Цинхэ лишь рассмеялся: — Видимо, мой храм слишком мал для такого божества. И какова же тогда твоя цель? Просвети меня. Дугу Чэнь посмотрел ему прямо в глаза, и его голос зазвучал твердо, как сталь: — Стать самым молодым Титулованным Доуло. Стать непобедимым на всем континенте. Превзойти сотый уровень и стать Богом. Сюэ Цинхэ на мгновение замер, глядя на огонь в глазах юноши. «У него получится», – внезапная мысль прошила сознание. Ему нестерпимо захотелось заполучить этого гордого, сияющего юношу в свою свиту. Только такие таланты достойны того, чтобы он их покорял. Подавив странное волнение, Сюэ Цинхэ кивнул: — Амбициозно. Твой талант велик, Чэнь-ди, но сотый уровень – лишь легенда. Не слишком ли ты увлекся сказками? Впрочем, в то, что ты станешь самым молодым Доуло, я верю. — Я не верю в слухи без оснований, — парировал Дугу Чэнь. — Разве Храм Боевого Духа не поклоняется Богу Ангелов? — И ты веришь в то, что они говорят? — Верю. — И каким же ты представляешь этого Бога Ангелов? — Это должно быть самое доброе, прекрасное и святое существо в мире. Сюэ Цинхэ расплылся в улыбке, его глаза превратились в узкие щелочки: — А ты, Чэнь-ди, тот еще льстец. Представляю, сколько девичьих сердец ты разобьешь в будущем. Он даже заговорщицки подмигнул – жест, понятный только мужчинам. Дугу Чэнь лишь горько усмехнулся. «Ты же сама сидишь и сияешь от удовольствия, зачем же на меня напраслину возводить?» — Брат Сюэ, не говори глупостей. Если я из-за твоих слов не найду себе невесту, тебе придется нести ответственность! Сюэ Цинхэ решительно кивнул: — Не беспокойся. Я знаю, какой ты человек. Если не найдешь невесту – просто приходи ко мне, я что-нибудь придумаю. — Ловлю на слове, — отозвался Дугу Чэнь. — А как насчет твоей мечты? — Моя мечта? Чтобы отец был здоров, а империя Тянь Доу процветала, — без запинки ответил Сюэ Цинхэ, но в глубине его глаз мелькнула тень потерянности. «Ври больше, – подумал Дугу Чэнь. – …Ты, небось, спишь и видишь, когда старик Сюэ Е отправится к праотцам». — Я не спрашивал про мечту наследного принца. Мне интересна мечта человека по имени Сюэ Цинхэ. Принц замер. В голове воцарился хаос. Какова его цель? Захватить империю, чтобы доказать «ей» свою значимость? Он вдруг остро почувствовал, насколько пустой была его жизнь последние десять лет. Видя его замешательство, Дугу Чэнь поднял чашку: — Какова бы ни была твоя цель, брат Сюэ, я желаю тебе успеха. Вместо вина – этим чаем. Сюэ Цинхэ пришел в себя. В груди разлилось непривычное тепло. Он чокнулся своей чашкой о чашку юноши и улыбнулся: — А я желаю тебе удачи на пути воина. Они осушили чашки и рассмеялись. Смотря на Дугу Чэня, Сюэ Цинхэ поймал себя на мысли, что это был самый спокойный и приятный день с момента его прибытия в империю. Он вдруг понял: у него появился друг. Всю жизнь он был один. Он думал, что привык к одиночеству, но сегодня этот юноша раз за разом взбалтывал стоячую воду его души. Подперев голову рукой, Сюэ Цинхэ слушал, как Дугу Чэнь с жаром описывает свой первый бой на арене. Мягкий солнечный свет падал на лицо принца, и он чувствовал себя по-настоящему живым.