Глава 5 — Глава 5. Предок Лунъянь — козырь в рукаве!

Глава 5. Предок Лунъянь — козырь в рукаве! «Чжэ’эр, как… как ты можешь говорить такие вещи?» — Гунсунь Хуэй не ожидала, что всегда послушный Ван Шоучжэ скажет что-то столь шокирующее. «Пятая невестка, я считаю слова Шоучжэ разумными, — Ван Динхай, несколько впечатлённый сегодняшним поведением Ван Шоучжэ, сразу же вступил в разговор. — мы обязаны знать, как долго предок Лунъянь сможет поддерживать семью». Выражение лица Гунсунь Хуэй несколько раз сменилось, прежде чем она наконец ответила: «Только никому ни слова, это семейная тайна. Когда я недавно докладывала предку Лунъянь о семейных делах, она лично сказала мне, что, если не будет участвовать в никаких разборках семьи, то сможет прожить ещё двадцать лет. Но если ей всё же придётся действовать… ну трудно сказать». Двадцать лет? Ван Шоучжэ задумался. Это было значительно дольше, чем он предполагал. Возможно, ещё оставался шанс переломить ситуацию. «Чжэ’эр, ты — единственная надежда семьи, — выражение лица Гунсунь Хуэй стало серьёзным, — наша семья Ван должна продолжать терпеть и вести себя сдержанно. Мы должны объединить все силы семьи, чтобы помочь тебе прорваться в Царство Линтай в течение этих двадцати лет. Ни в коем случае не создавай проблем семье!» «Ага-ага, шестой дядя бросит все силы на поимку духовной рыбы, чтобы продать её и купить тебе больше ресурсов для культивации, — искренне согласился Ван Динхай, — только когда ты прорвёшься в Царство Линтай, наша семья Ван будет действительно опасна». «Ну я прорвусь в Царство Линтай? И что потом? — холодно усмехнулся Ван Шоучжэ. — Не говоря уже о том, смогу ли я этого достичь, даже если бы у меня была такая возможность, разве семьи Лю и Чжао будут сидеть сложа руки? Разве они дадут мне эти двадцать лет? И даже если я каким-то образом смогу этого добиться, действительно ли я так легко стану таким же сильным как предок Лунъянь?» Как переселенец, Ван Шоучжэ естественно превосходил обычное мышление семьи Ван. Его слова вызвали дрожь у Гунсунь Хуэй и Ван Динхая. Долгое время живя под защитой предка Лунъянь, они полагали, что семьи Лю и Чжао никогда не разорвут связи с ними. Но если Ван Шоучжэ, на которого они возлагали все свои надежды, действительно имел шанс подняться в Царство Линтай, будут ли семьи Лю и Чжао просто стоять в стороне и смотреть на это? «Достаточно. Я намеренно намекнул ранее, что дни почтенной старшей сочтены. Я верю, что старый лис, Лю Шэнъе, с его коварным умом, никогда не выберет этот момент, чтобы сделать первый шаг и вступить в конфликт с нашей семьёй Ван. Поэтому наша семья будет продолжать тайно сеять слухи, давая семьям Лю и Чжао примерно пять лет до конфликта, — Ван Шоучжэ фыркнул, — кто бы ни осмелился провоцировать нас в течение этого периода, тот столкнётся с нашей полной яростью. Мы будем преследовать их и уничтожать. В критический момент мы сможем выпустить... э~, попросить почтенную Лунъянь помочь». По мнению Ван Шоучжэ, старшая Лунъянь была козырем последней инстанции. Наибольшая ценность этого козыря заключалась не в его использовании, а в сдерживающем факторе, который он оказывал до того, как был разыгран. «Блестяще! — Ван Динхай хлопнул себя по бедру. — Патриарх невероятно расчётлив! Сейчас мы похожи на умирающего зверя — они боятся нашей отчаянной контратаки перед смертью. Поэтому они не осмелятся нас запугивать, а будут пытаться нас умиротворить. Неудивительно, что хитрый лис, Лю Шэнъе, кротко предложил тридцать золотых цянь в качестве извинения». «К тому же, теперь, когда у нашей семьи Ван есть чёткая «дата смерти», как семьи Лю и Чжао, объединившиеся из-за общей ненависти к нам, не будут иметь скрытых мотивов друг на друга? Никто не станет делиться таким большим куском мяса, если в одиночку можно заполучить его себе, не прилагая больших усилий, — добавил Ван Шоучжэ с понимающей улыбкой, — всё же жадность и ненасытность - основные черты людской натуры. Развивающаяся ситуация обещает стать весьма интригующей. Если бы только мы могли найти способ незаметно подлить масла в огонь... хе-хе». Услышав анализ Ван Шоучжэ, Гунсунь Хуэй и Ван Динхай резко вдохнули и обменялись взглядами. В их сердцах зародилось чувство беспокойства. Но в то же время в них зажглась искра надежды — надежды на то, что их семья ещё может переломить ситуацию и выбраться из капкана! «Матушка, шестой дядя, — серьёзно сказал Ван Шоучжэ, уважительно сложив руки, — это дело является важной тайной, касающейся самого выживания семьи Ван. Во-первых, я прошу вас сохранить его в секрете. Во-вторых, я умоляю вас довериться мне и поддержать меня безоговорочно». Это была истинная цель Ван Шоучжэ. Его тело было слишком молодым; даже с титулом патриарха он неизбежно столкнулся бы со скептицизмом. Он мог только сначала представить поразительные идеи, чтобы завоевать ключевых фигур и обеспечить себе союзников. Гунсунь Хуэй была его мачехой, а он — её будущей опорой. Что касается шестого дяди Ван Динхая, то его прямолинейный и щедрый характер позволял легко завоевать его доверие. Гунсунь Хуэй и Ван Динхай глубоко вздохнули и серьёзным тоном принесли клятву. Пока трое беседовали, среднее рыболовное судно, управляемое лодочником, уже покинуло глубоководный причал и вошло в бурные течения в центре реки Ань. Ширина реки Ань намного превосходила ожидания Ван Шоучжэ. Насколько хватало глаз, туманные волны простирались безгранично, а переправа Динпу становился всё меньше и меньше, пока не исчезла из виду. По мере того как они отплывали всё дальше от берега реки, ветер и волны становились всё сильнее, вызывая сильное качание судна. Даже Ван Шоучжэ, обладавший физическим телом шестого уровня Очистки Ци, почувствовал приступ тошноты. Гунсунь Хуэй, столь же привыкшая к комфортной жизни, слегка побледнела и начала чувствовать себя нехорошо. «Ха-ха, пятая невестка, Шоучжэ, рыбацкие лодки не так устойчивы, как пирс. Когда судно качается, не сопротивляйтесь наклону своим телом. Вместо этого качайтесь вместе с ним, как неваляшка», — Ван Динхай терпеливо объяснил, как побороть морскую болезнь. И Ван Шоучжэ, и Гунсунь Хуэй были мастерами боевых искусств, их энергия и физическая сила были намного сильнее, чем у обычного человека. Через несколько мгновений они привыкли к покачиванию судна. Ван Шоучжэ, в частности, подражал Ван Динхаю, упираясь ногами в палубу, как кольями. Его тело ритмично качалось вместе с волнами, его осанка постепенно расслабилась, и он почувствовал себя легко и комфортно. «Шоучжэ действительно обладает замечательным талантом. Позволь шестому дяде показать, как мы обычно ловим рыбу», — Ван Динхай был нетерпелив продемонстрировать свои навыки рыбалки; мало кто из семьи когда-либо поднимались на борт его рыболовецкого судна, чтобы посмотреть, как он работает. «Я уверен, что твоя техника исключительна, шестой дядя, но, может быть, пусть сначала попробуют обычные рыбаки», — предложил Ван Шоучжэ. Ван Динхай застыл на мгновение, после чего с улыбкой сказал: «Шоучжэ, так ты хочешь оценить возможности нашего судна добывать рыбу? Ну что ж, каждый рыбак на борту этого корабля — опытный мастер. Ван Гоудань, покажи главе нашей семьи, как это делается». «Да, господин Хай!» — крепкий парень лет двадцати с лишним с ловкостью обезьяны спустился с мачты. Он схватил рыболовную сеть, быстро привел её в порядок, затем, изгибая талию, бросил её за борт. Сеть развернулась в воздухе, как великолепное большое кружево. Всплеск! Сеть, утяжелённая грузилами, скрылось под водой, и за несколько мгновений достигла дна. «Превосходно!» Окружающие рыбаки одобрительно зашумели. Это... закидывание сети, и с большим мастерством. Ван Шоучжэ сразу это понял. До своего путешествия он был обычным офисным работником, который иногда ходил на рыбалку с друзьями. Поэтому, просматривая видеоролики о рыбалке в таких приложениях, как Тик-Ток, алгоритм предлагал ему контент о рыбалке, в том числе видео и прямые трансляции, демонстрирующие мастеров закидывания сетей. Хотя Ван Шоучжэ сам не практиковал это ремесло, он мог оценить качество заброса. Он должен был признать, что этот парень по имени Гоудань был довольно хорош. Как только сеть опустилась на дно реки, Ван Гоудань начал осторожно сматывать верёвку. Наконец, резким рывком он одним быстрым движением вытащил всю сеть на лодку. Бинго! В сети оказалась большая рыба с пятнистым спинным плавником. Ван Гоудань освободил её из сетей, схватил и радостно подошёл, чтобы получить похвалу: «Старший брат Хай, это полосатый девятизвёздочный окунь, весит около пяти цзиней». «Неплохо, парень. Брось его в резервуар, — Ван Динхай похлопал его по плечу в знак одобрения, а затем повернулся к Ван Шоучжэ и объяснил, — хотя это и не духовная рыба, полосатый девятизвёздочный окунь отличается нежной, сочной текстурой, что делает его ценным уловом. Даже продавая его небольшому торговцу рыбой, мы получили бы за него большую медную монету. Но наша семья держит рыбный магазин в акрополе Чаннин, где мы продаем свой улов напрямую. Таким образом, мы получаем на несколько серебряных монет больше». Ван Шоучжэ с пониманием кивнул. Валюта Великой Империи Цянь измерялась в больших медных монетах, мелких серебряных, а также в золотых цянь. Обычно один цзинь риса стоит всего пять-десять мелких серебряных монет, а сто мелких серебряных монет можно обменять на одну большую медную монету. Поэтому эта рыба, стоившая большую медную монету, была довольно ценной. [1] Ван Гоудань поместил улов в резервуар с проточной водой в центре рыбацкой лодки. В этом отсеке поддерживался постоянный приток свежей воды извне, что позволяло максимально сохранить жизнеспособность улова. Однако, по словам Ван Динхая, туда помешали обычно только ценную рыбу. Также резервуар был разделён на несколько отсеков, каждый из которых предназначался для разных видов рыб. Вдохновлённые показом Ван Гоуданя, другие рыбаки начали демонстрировать свои навыки. Каждый из них продемонстрировал значительный опыт, закидывая большие, идеально круглые сети. Однако улов был непредсказуемым. Большинство поднятых сетей были пустыми, и только изредка случались сюрпризы. Через час улов постепенно увеличился. Было поймано три полосатых девятизвёздочных окуня, а также более ценная прибойная леопардовая ауха. Хотя её вес составлял чуть более двух цзиней, Ван Динхай объявил, что он стоит не менее одной большой медной монеты и шестидесяти мелких серебряных. Лучший улов был отложен для наслаждения патриархом семьи. Ван Шоучжэ выглядел весёлым, но в его голове кипели расчёты. Это рыболовное место площадью тридцать ли принадлежало семье Ван, и было семейным достоянием, которое они высоко ценили, поскольку служило важным источником дохода семьи. Со временем Ван Шоучжэ стал терять терпение, поэтому он перешёл сразу к делу: «Шестой дядя, твоя демонстрация была достаточно долгой. Навыки рыбаков в закидывании сетей весьма впечатляют. Можем ли мы теперь перейти к главному событию и посмотреть на настоящую рыбалку?» Ранее румяное лицо Ван Динхая застыло, его выражение стало озадаченным. «Шоучжэ, разве мы уже не продемонстрировали настоящую рыбалку? Может быть... ты хочешь увидеть, как ловят духовных рыб? Мелкие духовные рыбы ловятся по чистой случайности, а крупные — это свирепые звери, которых нужно подчинять с помощью охотничьих стрел». Это и есть профессиональная рыбалка? Лицо Ван Шоучжэ потемнело. В прошлой жизни любопытство заставило его отправиться на коммерческое рыболовное судно родственника коллеги, чтобы получить опыт. Улов тогда составил более сорока тысяч цзиней, но даже это посчитали плохим уловом… Что касается закидывания сетей, то на Земле это было чисто развлекательным занятием — едва ли лучше обычной рыбалки с удочкой. Это считали лишь хобби. Любой, кто пытался зарабатывать на жизнь рыбной ловлей сетями, обрекал всю свою семью на голод. ******************** [1] – Что касается валюты тут. Мелкая серебряная монета действительно была в Древнем Китае и это примерно 10 центов или 8 рублей. Большая медная монета. В оригинале нет слова «монета». Просто «большая» и «медная». Так что непонятно, что это и почему эта медная вещь стоит дороже серебра, если обычно наоборот. Золотой цянь – это валюта названная в честь Великой Империи Цянь из этой книги, такой империи не существовало в реальности. Буду использовать слово «монета(ы)» для обозначения денежного знака. Если будет пояснение этому потом, то исправлю. Так что не путайтесь. Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов. Его статус: перевод редактируется