После окончания отпуска Цю Чжэнцин вернулся к работе и почувствовал себя комфортно.
Мао Хуэйчжу тоже вернулась, они перебросились несколькими сообщениями в сети. Но встретиться им пока не удалось – Мао уехала в командировку. Цю Чжэнцина это не особенно беспокоило. Он никуда не торопился, считая, что поставленный срок в два года – более чем достаточно.
Не встретившись с Мао Хуэйчжу, Цю Чжэнцин зато снова увидел Инь Тин.
В пятницу группа компаний Хуафу устраивала банкет по случаю открытия нового филиала, и Цю Чжэнцин представлял там Юнкай. Всё как обычно – зарегистрироваться при входе, вручить подарки, послушать речи, поаплодировать, поесть, выпить, обменяться любезностями с деловыми партнерами, представить друг другу знакомых, обменяться визитками, поговорить о делах, отрасли, экономике, менеджменте.
Всё по накатанной, никаких затруднений.
Но этот деловой ужин немного отличался от предыдущих. Представитель Хуафу вдруг подошел и представил ему заместителя директора их компании – молодую женщину с очаровательной улыбкой.
«Здравствуйте, я Шэнь Цзяци», – непринужденно представилась она.
Представитель Хуафу держался осторожно и почтительно, а фамилия женщины была Шэнь. Цю Чжэнцин сразу понял, кто перед ним. У владельца Хуафу Шэнь Фухуа была дочь, о которой говорили, что она в расцвете молодости, лет двадцати шести-семи, чем-то напоминала Цинь Юйфэй. Это ведь она и есть?
«Здравствуйте», – вежливо ответил Цю Чжэнцин. – «Юнкай, Цю Чжэнцин».
«Я знаю», – улыбнулась Шэнь Цзяци. – «Наслышана о вас». Они обменялись визитками, и Цю Чжэнцин ответил с улыбкой: «Вы слишком любезны».
«Я говорю правду», – сказала Шэнь Цзяци, произнеся еще несколько вежливых фраз. Цю Чжэнцин вежливо слушал, а затем непринужденно взял бокал с подноса проходящего мимо официанта и предложил ей.
Шэнь Цзяци приняла бокал и поблагодарила. Она бросила взгляд на представителя Хуафу. Тот поспешно сказал Цю Чжэнцину, что должен поприветствовать других гостей, и удалился. Шэнь Цзяци начала беседовать с Цю Чжэнцином. Она выразила восхищение крупными проектами, которые недавно получил Юнкай, и отметила важную роль Цю Чжэнцина в их реализации.
Цю Чжэнцин улыбнулся: «Вы мне льстите. Однако вы неплохо осведомлены о делах Юнкая».
«Да, мы внимательно изучали вашу компанию. Мой отец часто говорит, что самым умным решением господина Циня за последние годы было пригласить вас в Юнкай. Ах, уже почти четыре года, верно?»
«Верно», – невозмутимо ответил Цю Чжэнцин. – «У вас действительно хорошие источники информации».
Шэнь Цзяци усмехнулась: «Безусловно, я даже знаю, что и Шэнци, и Инли пытались переманить вас, но безуспешно». Глядя ему в глаза с улыбкой, она спросила: «Интересно, какие соображения у вас были?»
«Ничего особенного, просто не было причин уходить из Юнкая».
Шэнь Цзяци игриво наклонила голову: «Высокая зарплата, высокая должность и чувство удовлетворения от работы?»
«Всё в целом неплохо, я доволен», – спокойно ответил Цю Чжэнцин.
Шэнь Цзяци снова улыбнулась и перешла к делу: «Вижу, вы человек прямой, так что и я не буду ходить вокруг да около. Знаете, Хуафу ничем не хуже Юнкая. Всё, что вам может предложить Юнкай, Хуафу тоже может. И даже на лучших условиях. Вы слышали выступление моего отца – наше видение не ограничивается сиюминутной выгодой, у нас большие планы, и для вас найдется много возможностей проявить себя. Мы в Хуафу жаждем талантов и готовы обсуждать любые условия».
Цю Чжэнцин тоже улыбнулся: «Спасибо за высокую оценку».
«Уверена, вы уже привыкли к комплиментам, я знаю, что многие компании мечтают заполучить такого специалиста. Мы в Хуафу просто выражаем свою позицию – если у вас появятся мысли о переменах, мы всегда будем рады вас видеть».
«Благодарю», – Цю Чжэнцин прямо отказался: «Но в ближайшее время я не планирую покидать Юнкай».
«Понимаю», – великодушно ответила Шэнь Цзяци, а потом снова улыбнулась: «Что ж, задание отца я выполнила. Знаете, в вопросах переманивания сотрудников, если у вас нет интереса, было бы неловко, если бы он обратился лично. Поэтому младшее поколение сначала прощупывает почву и заводит знакомство. Время еще есть».
Она действительно была прямолинейна, и Цю Чжэнцину оставалось только сказать: «Весьма признателен».
«А теперь – от себя лично», – Шэнь Цзяци сделала изящный приглашающий жест рукой. – «Не окажете ли честь потанцевать со мной?»
Цю Чжэнцин поставил свой бокал на ближайший столик: «Простите заранее за мою неуклюжесть в танцах».
Шэнь Цзяци звонко расхохоталась, тоже отставила бокал, вложила свою руку в его ладонь, и они вместе направились к танцполу.
Когда Цю Чжэнцин говорил о своей неуклюжести в танцах, это не было простой скромностью – он действительно не был хорошим танцором. После начала карьеры он специально записался на курсы бальных танцев, чтобы не ударить в грязь лицом в подобных ситуациях. Но от природы он не был одарен в этом искусстве, к тому же его характер не располагал к развлечениям, он редко практиковался, так что просто умел танцевать – и не более.
Сейчас он держал Шэнь Цзяци за талию, его рука сжимала ее ладонь, и он серьезно и старательно делал шаги. Шэнь Цзяци, глядя на него, не могла сдержать улыбку: «Вы самый серьезный партнер из всех, с кем мне доводилось танцевать».
«Техника хромает, приходится компенсировать серьезным подходом. Когда партнерша будет недовольна, у меня хотя бы будет оправдание – "я старался изо всех сил"».
Шэнь Цзяци расхохоталась: «Вы такой остроумный!»
Цю Чжэнцин с трудом сдержался, чтобы не нахмуриться. Остроумный? Он ведь говорил серьезно. Какое тут остроумие? В голове внезапно всплыли слова Инь Тин из той смс – похоже, его снова посетил дух юмора.
В этот момент боковым зрением он заметил знакомую фигуру.
Инь Тин.
Цю Чжэнцин вздрогнул от неожиданности, подумав, что у него галлюцинации. Надо же – только что вспомнил о ней, и тут же увидел. От удивления он сбился с ритма и наступил Шэнь Цзяци на ногу.
Цю Чжэнцин тут же остановился и принялся извиняться. Шэнь Цзяци моргнула: «Хорошо, я больше не буду вас хвалить, только не наступайте на меня».
Цю Чжэнцин невольно рассмеялся, снова извинился и сказал, что действительно плохо танцует. Они продолжили танец, а когда музыка закончилась, покинули танцпол. К Цю Чжэнцину подошел знакомый бизнес-партнер. Извинившись перед Шэнь Цзяци, он подошел к нему.
Бизнес-партнер позвал его, чтобы спросить о каналах для одного проекта. Цю Чжэнцин объяснил и порекомендовал двух друзей. Тот обрадовался, поблагодарил и пошел общаться с другими. Оставшись один, Цю Чжэнцин огляделся, но не увидел Инь Тин. Он начал сомневаться, не почудилось ли ему. Разве Инь Тин могла быть на подобном деловом мероприятии?
Цю Чжэнцин подошел к фуршетному столу и взял немного еды. Только успел подцепить кусочек стейка и отправить его в рот, как за спиной раздался голос: «Я же говорила, что красная нить судьбы работает?»
Цю Чжэнцин чуть не поперхнулся и едва не выронил тарелку. Обернувшись, он увидел, что это действительно Инь Тин.
С трудом прожевав кусок стейка, он наконец проглотил его. Инь Тин заботливо протянула ему бокал. Цю Чжэнцин сделал большой глоток и наконец перевел дух. «Ты как здесь оказалась?» – спросил он.
«Ты ешь стейк? Он невкусный. Я уже всё попробовала – жёсткий, тяжело глотать. Вот эти кальмары в кляре неплохие, и свиные отбивные тоже ничего. А баранина с чесноком так себе. Соус к салату превосходный, попробуй», – Инь Тин проигнорировала его вопрос и с энтузиазмом начала рассказывать о еде.
Цю Чжэнцин нахмурился: «Понятно, ты просто пробралась сюда поесть».
«Именно», – без тени смущения подтвердила Инь Тин. Цю Чжэнцин хотел рассмеяться, но подумал, что это совсем не смешно. Однако, видя её непоколебимо уверенное выражение лица, он всё-таки улыбнулся.
«Мэй хвасталась, что у них готовит супер-шеф, конечно, я должна была проверить, насколько он супер».
«Мэй?»
«Та, с которой ты только что танцевал», – Инь Тин оглянулась по сторонам, но не увидела Шэнь Цзяци.
«Ясно», – Цю Чжэнцин понял ситуацию. С точки зрения делового банкета, Инь Тин здесь быть не могла. Но если смотреть на это как на приём у подруги, её присутствие вполне объяснимо.
«У тебя сразу видно, что не хватает практики в танцах», – критика Инь Тин переключилась с еды на танцевальные навыки Цю Чжэнцина. Он промолчал, потому что она не сказала прямо, что он танцует ужасно, а лишь тактично заметила, что ему не хватает практики. Разве он мог возразить? Действительно не хватает практики, потому и выглядит неуклюже.
«Спасибо за оценку», – сухо ответил Цю Чжэнцин.
«Но красная нить работает, правда? Благодари меня».
«С чего бы?» Да, кто-то пытался переманить его на работу и открыто говорил о хороших условиях – возможно, бог богатства и приласкал его немного, но при чём тут красная нить Бога любви?
«Мэй явно положила на тебя глаз», – заявила Инь Тин.
Цю Чжэнцин усмехнулся: «Это просто социальный этикет, мы всего лишь танцевали».
«Не только», – Инь Тин покачала пальцем. – «По моей женской интуиции и глазам, умеющим распознавать любовь, скажу тебе – она точно заинтересовалась. Даже если это не любовь с первого взгляда, то определённо симпатия. Ты ведь известен в деловых кругах, да? Если она много слышала о том, какой ты способный, а потом встретила интересного мужчину с презентабельной внешностью – конечно, у неё появились мысли. О чём вы говорили, когда танцевали? Ты её так развеселил – теперь она точно к тебе неравнодушна. Ты заметил, как она на тебя смотрела? Это классический "хищный взгляд"».
Ну и выражения у неё! Цю Чжэнцин нахмурился. Что, эта девушка стала профессиональной свахой? Он поддразнил её: «А твои глаза, умеющие распознавать любовь, помогли тебе найти подходящего парня?»
«Конечно. Я даже смело выражала свои чувства, отбросив стеснение. Но, увы, их сердца не смогли оценить прекрасное – ни людей, ни события», – так серьёзно произнесла Инь Тин, что Цю Чжэнцин снова чуть не рассмеялся.
«Но я не унываю и не сдаюсь, а продолжаю стараться», – сказала она, оглядываясь вокруг.
Цю Чжэнцин вдруг понял – значит, Инь Тин пришла на банкет за двумя вещами: вкусной едой и мужчинами. «Присмотрела кого-нибудь подходящего?»
«Нет. Да и как узнать, кто подходит, а кто нет – сначала просто смотришь на внешность. Видишь кого-то привлекательного, приятного глазу, а потом уже узнаёшь поближе».
Цю Чжэнцин не хотел вмешиваться, но, вспомнив печальную историю неудачных романов Инь Тин, всё же решил дать совет: «Чтобы наладить сотрудничество, важен баланс интересов. Внешность – это одно, но соответствие потенциала и потребностей друг другу тоже важно. Только когда есть взаимная выгода, сотрудничество может развиваться дальше. Понимаешь?»
Инь Тин растерялась. Сказать, что не понимает? Тогда этот серьёзный господин, возможно, продолжит свои объяснения, а ей совершенно неинтересно слушать. Но сказать, что понимает – значит солгать, а совесть будет мучить. Взаимная выгода, развитие сотрудничества? Он точно говорит о романтических отношениях? Инь Тин моргнула, глядя на серьёзное лицо Цю Чжэнцина, и вдруг сказала: «Давай поспорим – Мэй непременно пригласит тебя на свидание».
Цю Чжэнцин устало вздохнул – он ей про Фому, а она про Ерёму. Вот уж точно – беззаботный бог крепко её обнял.
«Не буду с тобой спорить».
Но Инь Тин уже заинтересовалась другим: «А как думаешь, кто лучше – Мэй или Зоя?»
Лучше? Эти двое совершенно несравнимы.
Инь Тин продолжила: «Кстати, я ещё не спросила – Зоя уже твоя девушка? Если вы встречаетесь, нельзя сидеть на двух стульях».
«У тебя слишком богатая фантазия», – Цю Чжэнцин очень захотел, как Инь Ши, стукнуть Инь Тин по голове. – «Зоя ещё не моя девушка, а госпожа Шэнь вовсе не собирается за мной ухаживать».
«Я же говорю, красная нить работает! Смотри, как вокруг тебя расцветают цветы любви», – Инь Тин проигнорировала его слова, всем своим видом требуя благодарности, но Цю Чжэнцин никак не реагировал.
«Ладно», – Инь Тин решила выразиться иначе: – «Сейчас на твой "заказ" много претендентов».
Цю Чжэнцин наконец отреагировал. Он приподнял брови и ответил: «Я тщательно оценю условия всех заинтересованных сторон. Спасибо тебе». Сказав это, он не удержался от улыбки. Слово "заказ" в её устах звучало забавно.
Инь Тин нахмурилась. Что тут смешного? Не похоже, что он радуется популярности у женщин. Кстати, почему красная нить в чужих руках действует так эффективно, а у неё – не очень? Ничего страшного, препятствия на пути только означают, что в будущем счастье будет ещё больше. Не унывать!
Через несколько дней действия Шэнь Цзяци подтвердили, что женская интуиция Инь Тин и её глаза, умеющие распознавать любовь, действительно обладают долей проницательности.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
Обновлено: 02.02.2026