Арис с задумчивым видом смотрел на экран, простирающийся на весь взор. Информация, плотно утрамбованная цифрами и графиками, казалась бессмысленной мешаниной символов. Если бы у него были настоящие глаза, они наверняка засверкали бы азартом.
Он с упоением изучал данные, способные вызвать головокружение даже у опытного специалиста. “Так вот оно что”, — повторял он из раза в раз. Стремление разгадать тайны мироздания стало одним из последних удовольствий, оставшихся после долгих веков существования.
“Вот оно…” — прошептал Арис, осознавая всю грандиозность происходящего. — “Оказывается, это вовсе не растение, а нечто совершенно иное — организм, похожий на гриб, но гораздо сложнее и глубже. Его корневая система проникает на сотни километров вглубь, распространяясь на невероятные расстояния внутри горных пород”.
— Система, какой шанс обнаружить воду на такой глубине?
— Вероятность составляется семьдесят восемь процентов, — уверенный мужской голос заставил Ариса содрогнуться. “Она меняется. С каждым разом голос становится более живым…” — подумал он.
“Галлюциногенный тип энергии согласно расчетам является продуктом взаимодействия особого жизненного фактора и псионического поля. Но…” — Арис замялся, вспоминая как именно проходил проект “Псионическое возвышение” под руководством профессора Ноймана.
— Псионика не магия из фантастических книг. Это сложный механизм, зависящий от биополя головного мозга и специальных имплантатов на основе квантовых технологий. Откуда этот организм смог повторить подобное? — продолжал бубнить Арис. — Он ведь оставил во мне… — воскликнула субстанция, проклиная себя за беспечность.
Он вошел в пространство разума, где увидел знакомое сияние псионического ядра. Вокруг ядра подобно тонкой ниточке заплетена нежно-розовая дымка.
Попытавшись связаться с существом, Арис ощутил странную вибрацию, словно пульсируя вместе с планетой. Через мгновение он испытал шок, взглянув на собственное тело, заключенное в обломке кометы посреди песчаной пустыни.
Его восприятие изменилось: помимо привычных бархан и пылевых бурь, черные клубы пара проступали из под земли и уходили ввысь, создавая непроходимые тучи высоко в небе.
Этот дым вызывал в нем первобытный, животный страх. Казалось, еще мгновение — и он обретет форму хищника, готового разорвать все живое. В то же самое время под контролем Ариса инопланетный организм мягко качнул белоснежными нитями, выпуская розовый туман и жадно втягивая черный дым.
Дымка сливалась со стеблем и растворялась в потоках питательных веществ, а невероятно длинные корни впитывали прохладу воды.
Небольшие утолщения на нитевидных корнях, залегающие глубоко в песках, скрывали чудо жизни. Микроорганизмы, не похожие на земные, подобно трудолюбивым рабочим выполняли неоценимую роль. Они неустанно работали, впитывая токсичные газы и обеспечивая питание чудесному организму, а тот щедро делился своими ресурсами, защищая хрупкую жизнь.
— Какие удивительные создания, — подумал Арис с внезапной нежностью. — Значит, здесь все-таки есть жизнь. Мои руки наконец свободны.
Не заметив более ничего особенного, он подумал: “Метка позволяет контролировать пустынную форму жизни, но… я не чувствую у него сознания”, — сомнения продолжили гложить. Вся ситуация: от уничтожения космического корабля и потери памяти до инопланетного контакта вызывали чувство крайнего сюреализма.
“Может это проект симуляции… а я лишь подопытный кролик”, — посмеиваясь над собой подумал Арис.
— Система, поясни природу связи между мной и инопланетным цветком, — ответа не последовало.
— Система… — с легким волнением произнес он. — Не может вмешаться в связь или неспособна ответить?
Выдохнув, Арис оборвал контакт и вновь стал сознавать свое существование в виде жидкой массы. Экран с тревожащими предупреждениями проплывал перед мысленным взглядом. “Просто закрой все”, — устало подумал он.
— Ситуация максимально сложная, — амебоидные щупальца переплетались друг с другом, напоминая постукивающие друг о друга пальцы. — Нейромозг корабля и мой мозг по неизвестной причине образовали симбиотические отношения. Я не могу забросить изначальную миссию, иначе активирую протокол ликвидации. Взаимное уничтожение не входит в мои планы… — с каждым предложением голос Ариса становился тише, пока вовсе не замолк.
“Цветок — это потенциальная угроза. Но одновременно величайшая загадка”, — сказал он себе, устремляя невидимый взгляд вверх, сквозь слои дыма и пылевых облаков, пытаясь различить тусклые огни одиноких звезд.
— Сложнее ситуации представить трудно, — произнес Арис, погруженный в глубокую меланхолию. Хоть у него не было больше глаз, на миг показалось, что пылающий взгляд пронзил холодную тьму Вселенной. — Я однозначно выживу.
Под ровный гул расчетов и строк данных в его сознании начал складываться план. Скромный, но грандиозный: превратить крошечные микроорганизмы в разумных существ, похожих на людей. Он знал, что застрял здесь надолго — возможно, навсегда. И хотел создать что-то родное.
— Что главное для жизни? — спросил он сам себя. — Эволюция. Как завещал Дарвин. Это будет моей первой и самой сложной задачей, — и в голосе его впервые за долгое время прозвучала настоящая страсть.
Обновлено: 19.02.2026