Второе совещание по выбору названия для группы началось в обеденное время, в комнате отдыха. Все участники держали в руках коробки с доставленной едой.
— «Girl Alliance»? Это ещё что? Альянс девушек? Альянс против чего?
— Против всего мира.
— И ради чего?
— Чтобы сражаться с жестоким миром… Что–то в этом роде?
— Странно звучит.
— Тогда как насчёт «Girls Age»?
— Директор Пак, это уже нечестно. Зачем брать название топовой группы второго поколения?
— А само по себе название «Girls Age» вам странным не кажется?
— …
Такова уж природа имён. Сперва они могут казаться смешными, но со временем, укоренившись в сознании, обрастают репутацией и ассоциируются с определённым образом. Даже самое прославленное имя, вырванное из контекста, может показаться странным или даже нелепым.
— Я считаю, что «Girl Alliance» – название осмысленное и в то же время цепляющее.
— Если на то пошло, почему бы не «Девичий Совет»?
— В сокращении получится «ДеСо»! Странно звучит!
— А слово «Союз» в названии – ещё хуже…
Хон Гюхон с видом человека, которому всё это осточертело, поставила на стол тарелку с чачжанмёном.
— Директор Пак, так вы это всерьёз. Ладно, «Girl Alliance» пока оставим. У кого–нибудь ещё есть идеи?
Сон Хебин подняла руку.
— Как насчёт «Bias»? Это название всё время крутится у меня в голове.
— Название команды – «Предубеждение»?
Услышав вопрос Хан Гуина, Сон Хебин громко рассмеялась.
— В англоязычном фандоме словом «bias» называют любимого участника группы, то есть «биаса». Например, «Хан Гуин is my bias» означает «Хан Гуин – мой биас».
— Понятно. Название немного дерзкое, но с большими амбициями. Значит, участницы группы станут для всех «биасами».
— Да, в этом тоже смысл. И к тому же, в названии четыре слога.
В индустрии развлечений бытует такое суеверие: «Название группы должно состоять из четырёх слогов!» Среди успешных групп действительно много тех, чьи названия состоят из четырёх слогов. То ли потому, что их легко произносить и они у всех на слуху, то ли потому, что они привлекают внимание, а может, и впрямь есть в этом какая–то сверхъестественная сила. Даже сейчас, если посмотреть на топовые гёрл–группы, у всех названия из четырёх слогов.
— Честно говоря, я не думаю, что названию нужен какой–то глубокий смысл. Достаточно, чтобы после короткого объяснения люди понимали: «А, вот оно что». Главное, чтобы оно легко запоминалось и вертелось на языке.
Пока Сон Хебин говорила, лицо Мин Гёнсоба становилось всё мрачнее. Сон Хебин, заметив это, впилась в него грозным взглядом.
— Менеджер Мин, вам что–то не нравится?
— А, нет. То есть… да. Думаю, с этим могут быть проблемы.
— Почему? Что не так? Что именно вам не нравится?
— Прекрати, ты его напугала, – вмешался Сонпхиль.
Мин Гёнсоб высказал то, что его беспокоило.
— У иностранцев возникнут проблемы с поиском нашей группы. Знаете, есть такие названия, которые совпадают с обычными, часто используемыми словами. Из–за этого их трудно найти в поисковиках.
— А, точно. Если появится зарубежный фандом, им будет сложно искать информацию.
Если американец введёт в поиск «bias», информация о группе утонет в массе посторонних результатов.
— Не слишком ли радужные мечты? — хмыкнула Хон Гюхон. — Много ли у нас будет иностранных фанатов? Да ещё и из англоязычных стран.
— Госпожа президент, вы что, не верите в наших девочек?!
— Я не то чтобы не верю… просто такова реальность.
Думать о зарубежных фанатах, когда группа ещё даже не взлетела в Корее, – возможно, и впрямь чрезмерное беспокойство.
— В общем, «Bias» тоже пока оставим. Ещё идеи есть?
Хан Гуин робко поднял руку. Когда он собрался высказать свою идею, все уставились на него с огромным интересом. Хан Гуин, смутившись, отвёл взгляд и с трудом произнёс:
— Как насчёт «Near»? В значении «быть рядом с фанатами». Думаю, если произносить это как «Ниа», будет лучше звучать…
— О, классический подход.
От похвалы Хон Гюхон лицо Хан Гуина просияло. Воодушевившись, он решил изложить свою мысль до конца.
— На самом деле, это название пришло мне в голову, как только я прочёл продюсерский план господина директора Пака. Ведь главными ценностями вы назвали творческую самобытность группы и искреннее общение с фанатами. Название «Near» как раз делает акцент на этом общении.
По комнате отдыха пронёсся одобрительный гул. Хан Гуин смущённо кивнул в знак благодарности.
— Было бы здорово, если бы в буквах названия был какой–то скрытый смысл, – заметил кто–то.
— Вообще–то, в именах участниц есть все буквы из слова «Near».
— Что? Серьёзно?
Hayang. Хая**н**.
S«e»olha. Сольха.
Rik«a». Рик**а**.
A«r»a. А**р**а.
— …Нет, ну это уже какая–то дикая натяжка. Если бы это были первые буквы имён, ещё ладно, но они разбросаны по–разному. Слишком притянуто за уши.
— Думаете?…
— И потом, куда делась Син Арым?
Хан Гуин часто забывал, что в группе не четыре, а пять участниц. Он так долго работал с первой четвёркой, что никак не мог привыкнуть к появлению Син Арым.
Сонпхиль подумал, что и в этот раз случилось то же самое, но…
— В имени Арым есть все буквы из слова «Near».
Он ошибся. В английской записи её имени – Shi**n** A**re**um – действительно были все нужные буквы.
— А вот от этого у меня мурашки по коже…
В алфавите всего двадцать шесть букв, так что найти в одном имени сразу четыре конкретные – не такое уж и частое совпадение. Сон Хебин потёрла плечи, будто ей стало холодно.
— Разве это не судьба? Словно нам велят взять название «Near».
— Нет. Не думаю, – возразил Сонпхиль. — Мне всё ещё больше нравится «Girl Alliance».
Сон Хебин проигнорировала его и повернулась к Мин Гёнсобу.
— Менеджер Мин, а у вас есть варианты?
— Я думал о названии «Labs».
— «Лаборатории»?
— Ещё это может означать «Лейбористская партия», – вставил директор Хан.
— Господин директор Хан, ну какая, к чёрту, Лейбористская партия…
— А, понятно. Тогда уж «Лейбористские партии». Во множественном числе. Как и «Лаборатории».
— …Это аббревиатура от «Look at the bright side».
Мин Гёнсоб, не в силах смотреть, как его идею кромсают на части, поспешил объяснить смысл.
— Я хотел, чтобы это была группа, которая показывает фанатам светлую сторону. Но и «Лаборатории» тоже неплохо. Я, правда, не думал об этом. Ещё можно поиграть с произношением и получить «Lapse», то есть «проходит». В смысле, всё плохое проходит. Как–то так.
— Идея с аббревиатурой неплохая, – сказала Хон Гюхон, – но вот «Лаборатории»… как–то не очень. С имиджем группы это никак не вяжется.
На её замечание Мин Гёнсоб лишь пожал плечами. Похоже, он не особо держался за это название.
— А у вас, госпожа президент, есть идеи?
— Нет.
— А?
— Меня названия групп не особо волнуют. Имя для предыдущей тоже придумал директор Хан.
Этого Сонпхиль ещё не слышал.
— Прошлая группа называлась «Suppress», верно? Что это значит?
— Это значит «подавлять», – ответил Хан Гуин. — В названии был заложен альфа–смысл: группа станет настолько мощной, что подавит всю музыкальную индустрию…
Вот только подавленной в итоге оказалась Garo Entertainment.
— Хорошо. Итак, на данный момент у нас есть «Bias», «Near» и «Labs», – подытожила Хон Гюхон.
— А куда делся «Girl Alliance»? — тут же встрял Сонпхиль.
— Ах да. И «Girl Alliance»… Но тебе правда не кажется, что это странно?
— По–моему, это наш, корейский концепт, а не просто английское слово! Как цветок родного языка среди чужих названий. Мы должны ценить своё. И что в нём такого странного? Есть же группа «Непромокаемые»…
«Непромокаемые» (Бансудан, Bangsudan) – одна из топовых мужских групп, название которой буквально означает «защита от воды». Под «водой» подразумевались волны, дождь или ливни – то есть все невзгоды, критика и испытания, которые обрушивает на них мир.
— Так они же сменили название на WTP.
— Но их всё равно называют «Непромокаемыми».
— Помню, как пресса потешалась над ними на дебюте. Читал даже статью, что на шоукейс им прислал венок производитель гидроизоляции. Хорошо, что в итоге они стали успешными.
Хон Гюхон на мгновение замолчала. Она постукивала ручкой по бедру, а потом вдруг схватилась за голову.
— А–а–а, чёрт. Мне и правда начинает нравиться «Girl Alliance». Оно просто засело в голове.
— И у вас, госпожа президент? У меня тоже. Какое–то оно дурацкое, но прилипчивое…
— Это эффект первичности, – предположил Хан Гуин. — Вы услышали его первым, поэтому оно и запомнилось лучше всего.
— А мне «Girl Alliance» с самого начала показалось неплохим вариантом, – поддержал Сонпхиля Мин Гёнсоб.
То ли у них с Сонпхилем были схожие вкусы, то ли сказалась долгая совместная работа в Success Entertainment, но казалось, Сонпхиль уже успел промыть ему мозги.
— В любом случае, до дебюта ещё есть время, так что давайте все хорошенько подумаем. Ох, лапша совсем размокла. Это директор Пак со своим «Girl Alliance» всё аппетит перебил, даже поесть нормально не дал.
— Почему вы говорите так, будто это я виноват?
Хон Гюхон, поедая размокшую лапшу, всё бормотала себе под нос: «Girl Alliance…»
* * *
— Чо Ара!
Сонпхиль распахнул дверь в репетиционный зал с такой силой, будто собирался её выломать.
— Если у меня случится инфаркт, это будет твоя вина, честное слово…
— Садись в машину.
— Э–э–э?! Мы кататься?! Возьмите и аташи с собой! — выкрикнула Рика.
Сонпхиль отцепил от себя девушку, прилипшую как банный лист, и увёл одну лишь Чо Ару.
— Дзуруй! Чтобы у вас по дороге шина лопнула! Но я не желаю вам аварии! Просто чтобы шина лопнула!
— Постараюсь, – бросил Сонпхиль через плечо.
Всю дорогу он молчал. Чо Ара, которая поначалу восприняла его поведение как шутку, начала понемногу беспокоиться.
— Я что–то сделала не так?
— Кто знает.
— Куда мы едем?
— Кто знает.
— Да что такое, в самом деле!
Они приехали в Академию танца Ю Но. Сонпхиль повёл ошеломлённую Чо Ару внутрь. Он остановился перед одним из залов и, понизив голос, сказал с напускной таинственностью:
— Ара.
— Что?
— Сегодня я исполню твою мечту.
За дверью, в одиночестве растягиваясь перед зеркалом, была Пэк Минджон. Она встретилась с Чо Арой взглядом в отражении и широко улыбнулась.
— Учитель? Что вы здесь…
— Ара!
— Ай, вы что, все сговорились меня сегодня пугать? Почему вы все кричите и…
— Поработаем над хореографией вместе?
Глаза Чо Ары стали размером с блюдца. Она с нетерпением посмотрела на Сонпхиля. Тот великодушно кивнул.
— Иди.
— Э–эй…
— Что?
— Если я тебя сейчас обниму, это будет нарушением субординации?
— Ничего не поделае…
Не успел он договорить, как Чо Ара заключила его в объятия, и он, не устояв под её напором, рухнул на пол.
«Надо было отдать её в дзюдо, а не в айдолы», – подумал он.
— Здравствуйте!
Вскоре прибыли ещё трое танцоров. Пэк Минджон предстояло ставить хореографию для пяти человек, так что и танцоров требовалось пятеро.
— Все не против, если я буду снимать на видео? — спросил Сонпхиль.
— Да. Оппа, постарайся снять меня красиво.
— Только не работай на камеру.
Сонпхиль начал снимать процесс создания хореографии. Это было важно не только потому, что в разработке участвовала сама участница группы, но и потому, что это была долгожданная совместная работа учителя и ученицы.
«Такое возможно только с Минджон», – подумал Сонпхиль.
Garo Entertainment заказали хореографию не только ей, но и другим специалистам. Попроси они другого хореографа привлечь к работе Чо Ару, им бы, скорее всего, отказали. Только Пэк Минджон, знавшая об опыте и способностях девушки, согласилась на это предложение. Конечно, она не собиралась полностью полагаться на мнение Ары. Пэк Минджон позволила ученице участвовать в процессе в том числе и для того, чтобы помочь ей развить свои навыки.
Чо Ара переоделась в облегающую одежду, подчёркивающую каждый изгиб её тела, и встала перед зеркалом. При создании хореографии танцоры часто надевают обтягивающие вещи, чтобы лучше видеть линии тела.
— Дядь, хорошо меня снимаешь?
С озорным выражением лица Чо Ара приняла соблазнительную позу. Сонпхиль мысленно воздал безграничную хвалу её тренеру из спортзала.
«Это надо запечатлеть для фотосессии…»
Сонпхиль надёжно закрепил мобильный на штативе.
— Да. Начинайте.
— Окей, окей!
Сонпхиль много слышал о создании хореографии, но никогда не видел процесс своими глазами. Поэтому он был взволнован – исследовать неизведанный мир всегда увлекательно.
— Хм… тут высокомерно.
— А здесь немного хаотично.
— Может, поработаем только над руками?
— Да, вот так.
Пятеро танцоров, включая Чо Ару, сидели на полу, словно у костра, и лишь их руки и плечи двигались в замысловатом танце. Так прошло десять минут.
«… Скукота».
«Хоть бы в игру на мобильном поиграть». Но это было бы невежливо, поэтому Сонпхиль изо всех сил старался сохранять сосредоточенный вид.
— Окей. Пока досюда.
Пятеро синхронно задвигались в такт, но в замедленном темпе. Они танцевали небольшой фрагмент, исправляли, снова исправляли. Иногда делали пометки, десятки раз переслушивали песню, оттачивая движения.
— На какую высоту здесь поднимать руку?
— Может, остановим на уровне плеча?
— Хотелось бы помасштабнее. Резче.
— Вжух.
«О чём они вообще говорят? — подумал Сонпхиль. — Неужели они понимают друг друга с помощью этих звукоподражаний?»
— Прогоним всё до этого момента?
— Ага!
Прошло уже три часа, но Чо Ара, казалось, совсем не устала. Сонпхиль рассеянно смотрел на отражения танцоров в зеркале, но вдруг их взгляды стали гораздо серьёзнее. И они представили идеально отточенную хореографию первого куплета.
Сонпхиль, сам того не заметив, был полностью поглощён их танцем. «Круто. Танец, словно созданный для песни „Ani-no“…» Ну да, он и был для неё создан. «Как бы то ни было, это действительно круто».
Но вишенкой на торте стал финал. Пятеро танцоров, пересекаясь, сменили позиции. Одна нога двигалась вверх–вниз, другая оставалась на полу, но при этом они переместились на несколько метров.
— Что за?! — вскрикнул от удивления Сонпхиль.
— А? Оппа, что такое?
— Ч–что это сейчас было? Как можно так передвигаться, двигая только одной ногой?… Вторая же всё время на полу…
«Тут что, действуют инопланетные законы физики? Или бог изменил мироздание, пока я не смотрел?»
— А, это? Это базовое движение. Модификация шага «T-step».
— Модификация какого ещё шага?
— Оппа, если немного поучишься, тоже сможешь. Попробуешь?
Не смог. Сонпхиль так усердно двигал бёдрами, что что–то хрустнуло, и он, испугавшись, больше не пытался повторить.
— Но это и правда круто.
— Правда? А впятером будет ещё круче!
Сонпхилю так не терпелось увидеть, как этот танец исполнят участницы группы, что он пришёл в возбуждение. От одних только мыслей об этом у него перехватывало дыхание.
— Чего это с ним, – поморщилась Чо Ара с выражением отвращения на лице.
Сонпхиль не знал, как он выглядит со стороны, но догадывался, что не совсем обычно.
— А–а, скорее бы уже перейти к этапу стилизации… Ара, как тебе каре? Короткое каре. А что думаешь насчёт одежды в стиле «рок-шик»?
— Насчёт остального не знаю, а вот то, что ты похож на отаку, это я поняла.
— Сделай ещё раз то выражение лица, когда ты так щуришься…
Чо Ара спряталась за спину Пэк Минджон.
Работа над хореографией шла гладко. За один день всё закончить было невозможно, но создать общую структуру вполне удалось. После того как они прогнали обсуждавшийся танец, Пэк Минджон вынесла свой вердикт.
— Ара.
— Да?
— Нам нужно сделать танец ещё эффектнее. И передвижения по сцене должны быть масштабнее. Впятером заполнить сцену очень сложно.
— А то, что мы уже сделали?
— Это мы оставим. Просто сделаем… сложнее и зрелищнее?
Было бы здорово создать такой танец, чтобы зрители смотрели на него с открытыми ртами. Проблема в том, что эффектные и крутые танцы обычно очень сложные. Люди и считают их «крутыми» именно потому, что видят нечто свежее и необычное.
— Сложнее и зрелищнее?
Да ещё и исполнять такой танец одновременно с пением? Для неопытного исполнителя это чистое самоубийство. Хореография должна соответствовать сложности песни. Если выступать под AR, фонограмму с записанным вокалом, можно обойтись и пением под плюс, но Хон Гюхон такого не хотела. Она хотела группу с безупречными живыми выступлениями. Это означало, что если Пэк Минджон, чтобы компенсировать недостатки состава из пяти человек, сделает хореографию сложной и зрелищной, участницам придётся несладко. Без подтанцовки, чтобы привлечь внимание публики, эффектность была просто необходима.
Чо Ара, которая разбиралась в танцах лучше кого–либо, конечно же, учтёт уровень сложности…
— Сложно и зрелищно? Обожаю!
Энтузиазм Чо Ары вспыхнул с новой силой.
Обновлено: 22.01.2026