Глава 77 — Глава 77

Участницы гурьбой отправились в уборную. Чо Ара, поправляя челку, недовольно проворчала: — Ну разве это нормально – вот так внезапно менять текст? Мы столько репетировали со старой версией, и что теперь делать? — Это же было указание автора, – попыталась успокоить ее Пэк Сольха. — Наверное, она посмотрела на нас вживую, и у нее появились новые идеи. У каждого человека свой голос, свои особенности, какие–то звуки даются легче, какие–то звучат лучше. Она подсказала нам, как сделать песню еще лучше, так что стоит быть благодарными. — Я и не жалуюсь. «А по-моему, очень даже жалуешься», – подумал он. — Хах… Могли бы и раньше встретиться, раз такое дело. Как и Чон Джиым, который отдавался записи всей душой, девушки тоже хотели выложиться на полную. Когда их песня попадет к дистрибьюторам, она останется в истории навечно – если, конечно, человечество не вымрет. Желание показать всё, на что способна, естественно для любой артистки, но не всегда всё шло по плану. — И еще эта… будка? Ненавижу, когда заходишь туда и ничего не видишь. — А разве это не помогает сосредоточиться? — Чувствую себя как в тюрьме. — Ара, ты, кажется, слишком вжилась в образ песни. Незаметно подошедшая сзади Чан Хаян обняла Чо Ару. Ее холодные руки легли на живот, и Ара невольно вздрогнула. — Везет тебе. Ты, наверное, и летом не перегреваешься. Совсем жары не чувствуешь? — Жарко–то мне жарко. Как раз из–за того, что тело холодное, жара ощущается острее. — А, ну да. Логично. В этот момент из коридора донесся громкий звук. Пэк Сольха бросила поправлять макияж и выскочила наружу. Остальные участницы последовали за ней. Они увидели Рику, бегущую к лежащему на полу Сонпхилю. — Директор! Директор! Директор! При виде подбежавшей Рики тело Сонпхиля среагировало раньше разума. Он уперся рукой в пол и вскочил с поразительной быстротой. — Тут пол скользкий. Ты тоже будь осторожна. — Но здесь же ковровое покрытие! — Мне стыдно, так что просто сделай вид, что ничего не видела. — А–а! Простите, я такая недогадливая! — И говори потише. — Я–а та–ака–ая недо–ога–адлива–ая… К счастью, Рика, похоже, поверила, что он упал случайно. Вскоре вокруг Сонпхиля собрались и остальные девушки. — Директор Пак, вы так рухнули, будто в игре. Голову не ушибли? — Нет, всё в порядке. — Сколько пальцев? — Один. Только давай по–человечески, без среднего пальца. — Похоже, и правда в норме. Короткий пятиминутный перерыв закончился, и запись возобновилась. Сонпхиль сидел на стуле, то сгибаясь, то выпрямляясь. Сидящая рядом Сон Хебин не могла не заметить, что с ним что–то не так. — Ты болен? — Нет. Просто стул неудобный. Да и девочек постоянно критикуют. — Что ты как любитель из–за этого переживаешь? Тоже делай им замечания. — Джиым и так отлично справляется. Вместе с автором. Композитор Чон Джиым и автор текстов Ли Суён, словно сыгранный дуэт, безжалостно гоняли участниц. Звукорежиссер за пультом, казалось, вот–вот затрясется от страха. — Х–х–х… Сонпхиль почувствовал, что дыхание сбивается. Он зажал рот рукой, пытаясь дышать только носом, чтобы успокоиться. Внезапно Сон Хебин крепко схватила его за руку. — Эй. Пойдем выйдем в магазин. — Куда мы пойдем? У девочек запись. — Пить хочу. — Вон же вода стоит. — Просто пойдем со мной. Они вышли на улицу. — Ты болен, да? — Нет. — Болен. Что, мужская гордость не позволяет признаться, что плохо себя чувствуешь? — Эй–эй, прекращай с сексизмом. Раз уж вышли, давай по делу. В круглосуточном магазинчике Сон Хебин купила лекарство от простуды и обезболивающее. — Говорю же, я не болен. — Это я себе купила. Пойдем покурим. — Хебин, ты разве не бросила? — Иногда покуриваю. Дай одну. Они свернули в переулок и закурили. Рука Сонпхиля, держащая сигарету, тряслась, как у больного. Он с мрачным видом поднес зажигалку. Стоило ему затянуться… — Кха! Его скрутил приступ тошноты. Некоторое время Сонпхиль просто стоял, глядя в землю и роняя слюну. — Ха–а, вот же не меняется человек с годами. Если болен – так и скажи. Сон Хебин приложила ладонь к его лбу. — Да ты весь горишь! Я еще раньше заметила, что у тебя уши красные, но думала, это ты на девчонок так реагируешь. — Пф–ф… С чего это у меня должны краснеть уши при виде девчонок? — Не знаю. Подумала, на тебя это похоже. Вот, выпей. Сон Хебин протянула ему купленное лекарство. Она знала, что Сонпхиль откажется, если предложить напрямую, поэтому и позвала курить. В прошлом он не раз скрывал свои болезни. «Эта женщина знает меня слишком хорошо». Когда дело касалось работы, Сонпхиль никогда себя не жалел. Так было и тогда, когда он был менеджером Сон Хебин. Воспоминания вызвали на его лице слабую улыбку, несмотря на боль. — От лекарства вроде полегчало. — Не ври. Поехали в офис или домой, я поведу. — Нельзя. У девочек запись. Споря, они вернулись к студии. В этот момент к зданию подъехала машина. Из нее вышла Хон Гюхон. — Почему вы здесь? А как же запись? — Сонпхиль заболел, мы выходили за лекарством, – ответила Сон Хебин. Сонпхиль бросил на нее укоризненный взгляд: «Зачем было говорить?». — Сильно болен? — Нет, я могу присутствовать. — Простуда? — Похоже на переутомление… — Так чего ты внутрь собрался? А если заразишь кого? — А… я сейчас куплю маску и вернусь. — Садись в машину. Отвезу тебя домой. — О нет, госпожа президент, возвращайтесь в студию. Я сама отвезу Сонпхиля, – вмешалась Сон Хебин. — От продюсера Сон сейчас будет больше пользы. Позаботься о девочках. А директора Пака я заберу. — Госпожа президент, я могу остаться. Хон Гюхон пронзила его ледяным взглядом. Сонпхиль не дрогнул и… — Садись. — Да. … сдался. — Ложись на заднее сиденье. — Нет, я сяду рядом. — Не заражай меня. Ах, вот в чем дело… — Меня просто ломит, кашля нет… Хон Гюхон достала из бардачка маску и протянула Сонпхилю. Продуманность, доведенная до абсурда. По дороге к дому Сонпхиля ему не позволили проронить ни слова. Причина: даже в маске слюна может разлетаться. Он чувствовал себя каким–то заразным больным, и от этого становилось грустно. — Госпожа президент, присмотрите, пожалуйста, за девочками. — Я собираюсь зайти к тебе домой. — Что? — Ты выглядишь очень больным. — Нет, я и один справлюсь… — Открывай. — Да. Впервые за долгое время Сонпхиль привел в дом женщину. Стыдиться, впрочем, было нечего. — Сначала в душ, а потом спать, или сразу спать? — … — Ах, черт, опять он о всяком думает. — Я не думал. Сначала в душ. — Вот и правильно. А я пока кашу сварю. — Госпожа президент, вы умеете готовить? — Ты ночевал у меня дома, ел мою еду, и у тебя хватает наглости задавать такой вопрос? — Точно. Было дело. Воспоминание, которое он предпочел бы забыть, всплыло вновь благодаря Хон Гюхон. Сонпхиль взял одежду, полотенце и вошел в душ. Под горячей водой сознание начало мутнеть. «Кажется, я и вправду болен». Когда он вышел, по комнате уже растекался аппетитный запах каши. Видимо, он потерял счет времени в душе. Сонпхиль поплелся на кухню, чтобы узнать, не нужна ли его помощь. — В постель. — Да. Не успев даже заглянуть на кухню, он по приказу Хон Гюхон отправился прямиком в кровать. Стоило натянуть одеяло, как голова затуманилась. Он вроде бы лишь на миг прикрыл глаза, а когда открыл, Хон Гюхон уже была рядом. Она положила ему на лоб смоченное в холодной воде полотенце. — Так гораздо лучше. — Отдыхай. — Да. Госпожа президент, и вы сегодня на записи держитесь. — А что, это я записываюсь? — Ха–ха… Обменявшись парой фраз, Сонпхиль провалился в сон. * * _ Темнота. Глаза не открываются. Но слух работает исправно. — …когда в слове есть «… изм», это значит, что та часть, которая стоит перед ним, ценится больше всего. Либерализм ценит свободу, национализм – нацию. Понятно? — Хай! Значит, коммунизм ценит коммуну! А что такое коммуна? — Ха, забавно ты вывернула. Хм… Что такое коммунизм? Давай я тебе нарисую. Есть средства производства, произведенные товары и рабочая сила. Если выдержка средств производства равна тысяче, то при производстве одной единицы товара… — Что вы ей преподаете? Сонпхиль с трудом сел. Полотенце со лба соскользнуло и упало на одеяло. Оно все еще было влажным и прохладным. Значит, его сменили совсем недавно. — Директор! Рика, до этого слушавшая лекцию Хон Гюхон, тут же подскочила и забралась на кровать к Сонпхилю. Несмотря на недавний оживленный тон, ее глаза наполнились слезами. — Вам больно? Было очень больно? Все еще больно? Сонпхиль приложил руку ко лбу. Жар почти спал. — Теперь все в порядке. — Ложь! Вы и упали тогда, потому что болели! Вы же обещали мне больше не врать! Лжец! — Рика, слезь. Хон Гюхон схватила Рику за шкирку и стащила на пол. Рика высунула голову над краем кровати и с беспокойством наблюдала за Сонпхилем. — Ешь кашу. — Спасибо. Сонпхиль, словно младенец, послушно следовал указаниям Хон Гюхон. Проглотив пару ложек, он внезапно опомнился. — А как же запись?! — Закончилась. Если Рика здесь, значит, прошло как минимум семь часов. Но больше всего его беспокоило другое… — Госпожа президент, вы все это время были здесь? — Конечно, я была в студии, а потом приехала. — Но госпожа президент не приходила в студию? — Рика. Мы же договаривались. — А–а?! Госпожа президент была в студии! — Все, проехали. Сама виновата, что на тебя понадеялась. — Гомэннасай… — Госпожа президент, мне очень жаль. Все из–за меня. — Да ладно, что бы я там делала? Скучала бы да книжку читала. — Наша битва, пропитанная слезами и потом, кажется вам скучной?! Сонпхиль подобрал упавшее полотенце и промокнул шею, вытирая пот. «Естественно, пот со всего тела она мне вытирать не стала». — Что вы здесь делали? — Это допрос? Боишься, я с тобой что–то сделала? — Нет, просто любопытно. — Книги читала. У тебя тут много интересного. Значит, лекция про коммунизм – это Хон Гюхон читала Рике одну из его книг. — Кроме вас с Рикой, кто–нибудь еще приходил? — Хай! Приходили господин директор Хан, Хебин–онни, Джиым–оппа, Хаян–онни, учитель Сольха и Ара–тян. — Проще было сказать, что все приходили. А ты почему не ушла? — Директору плохо, как я могла спокойно отдыхать?! Сонпхиль с трудом сдержал подступившие к горлу эмоции. Как ему повезло встретить такую добрую душу? Он был благодарен ее родителям, что подарили миру Рику, и своим родителям, что подарили ему жизнь. Лучшей благодарностью будет явить Рику всему миру. Каждый должен узнать о ее очаровании. — Когда Рика впервые тебя увидела, тут такое было… рев, слезы, просто кошмар. А ты спал как убитый. — Правда? — Правда! — Вот как. Рика гордо выпятила грудь, словно ожидая похвалы. Сонпхиль коротко бросил: «Спасибо». — Завтра тоже отдыхай. — Завтра я смогу выйти на работу. — Отдыхай. — Правда. Мне уже почти лучше. — Директор Пак, здоровье важнее работы. От одного–двух пропущенных дней ничего не случится. — Странно слышать это от человека, который платит мне зарплату. Хон Гюхон усмехнулась и снова коснулась его лба. Жар еще не спал. — В нашей семье многие страдают от болезней печени. Мой дядя был управляющим в компании и очень любил выпить. Хотя, может, и не любил, а пил по работе. Он всегда говорил, что все в порядке. А потом его не стало. Потому что не следил за собой. После такой тяжелой истории Сонпхиль не сразу нашел, что ответить. — Люби себя немного больше. Если болен – лечись, если тяжело – говори. Понял? — …Да. — Отлично. Рика, пошли. — Аташи не уйдёт! Я буду ухаживать за директором! — Директор Пак. — Рика, уходи. Ты мне не нужна. — Сонна! Хон Гюхон потащила Рику за собой. — Директор, если вам станет плохо, звоните в любое время! Я примчусь босиком! «Точно не буду звонить», – решил Сонпхиль. Уже у самой двери Хон Гюхон, словно что–то вспомнив, бросила ему флешку. — Здесь финальная запись девочек. Послушай. Если тебя все устроит, сразу отправим на сведение. А теперь все, отдыхай. В комнате воцарилась тишина, будто в ней никого и не было. Сонпхиль подобрал упавшую на одеяло флешку и подошел к компьютеру. Подключив ее, он увидел один музыкальный файл. Он надел наушники и погрузился в прослушивание. Уголки его губ поползли вверх от радости. — Отлично поработали, все. Это создали участницы. Это создали в Garo Entertainment. Это создал Сонпхиль. Это создали все вместе. * * — Нужно нанять роуд–менеджера. — Уже? — Я подумала об этом, когда ты в прошлый раз свалился. Кажется, я вас всех слишком загоняла. Хотя участницы посещали одни и те же академии, расписание у них было разное. Тренировки подбирались индивидуально под уровень каждой, отсюда и возникала разница во времени. Поэтому Сонпхилю, Хан Гуину или Сон Хебин приходилось каждый день в разное время забирать их. У всех троих была и своя работа, так что тратить время на поездки туда–сюда было мучением. Маршруты часто не совпадали, что еще больше увеличивало временные затраты. Одним словом – неэффективно. — Так что давайте наймем роуд–менеджера. Директор Пак, я могу поручить это вам? — Да, конечно. А директор Хан и Хебин согласны? — Директор Хан согласен. А продюсер Сон, думаю, обрадуется, что ей подкинули работу. Хан Гуин отвечал за финансы Garo Entertainment. Если он дал согласие, значит, тоже считал, что роуд–менеджер необходим. — Хорошо. Я займусь этим. Сонпхиль вышел из кабинета президента и сел на свое рабочее место. «Роуд-менеджер, значит». Мало кто задерживается на этой должности надолго. Сейчас у Garo Entertainment не слишком плотный график, но если позже, во время активной деятельности, роуд–менеджер внезапно сбежит, это станет огромной проблемой. «Лучше взять кого-то из знакомых, чем искать с нуля. Может, обзвонить своих?». Он разослал сообщения знакомым менеджерам с просьбой порекомендовать кого–нибудь толкового. В течение нескольких дней он получал один и тот же ответ: «Таких нет». «Ну да. Хорошего специалиста ни одно агентство просто так не отпустит». Он уже решил, что придется размещать объявление о вакансии, как вдруг на экране мобильного высветился давно забытый номер. «Син Арым?». Стажер из Success Entertainment. Когда–то давно, по пути на съемки «Проекта For You», он даже подвозил ее. Странно, что она звонит. У нее не было причин для этого. «Неужели?…». Недавно «Проект For You» завершился, и было объявлено о создании группы «For You». Но, как и в его прошлой жизни, вокруг одной из участниц разразился скандал из–за школьной травли. Раньше таких участниц было двое, но Син Арым, которая в прошлом не попала в «For You», теперь вошла в дебютный состав, вытеснив одну из них. Однако тот факт, что проблемная участница была одна, а не две, не уменьшил разрушительной силы скандала. Группа «For You», как и в прошлом, подвергалась яростным нападкам общественности. «Арым тоже, должно быть, досталось». Скорее всего, она звонила за советом. Она ни разу не связывалась с ним после его ухода из Success Entertainment, а значит, сейчас ситуация была действительно серьезной. Взвесив все за и против, Сонпхиль принял вызов, заранее настроившись на безоговорочное принятие, искреннее сочувствие и уважение, что бы ему ни предстояло услышать. — Да, Арым. — Директор, хай! — раздался в трубке на удивление бодрый голос. _