Глава 74 — Глава 74

На отбор выставили шесть композиций. Сонпхилю, Хон Гюхон, Хан Гуину и Сон Хебин предстояло прослушать все треки и на общем собрании выбрать один–единственный. Все они были уже с демо–вокалом. На что следовало обратить внимание? Во–первых, насколько песня подходит участницам. Во–вторых, вписывается ли она в уникальный стиль будущей группы. И самое главное – хороша ли сама песня? То есть будет ли она продаваться. — Включаю, – сказал Хан Гуин и запустил первый трек. Сонпхиль тут же начал торопливо записывать впечатления в блокнот. Хоть он и решил для себя, что будет продвигать песню Чон Джиыма, отмахиваться от остальных вариантов он не собирался. «Неплохо», – отметил он про себя. Прозвучала лишь первая композиция, а Сонпхиль уже вымотался – так сильно он сосредоточился. Сердце колотилось так, что, казалось, стук отдавался прямо в ушах. Сама мысль о выборе решающей песни будоражила кровь. Но вместе с тем его грызла тревога: а придётся ли песня Чон Джиыма по душе Хон Гюхон? — Продолжаем. Треки сменяли друг друга. Наконец, настала очередь пятой композиции – «Tingle», написанной Эликом. Как и при первом прослушивании, Сонпхиль не мог не признать – песня была чертовски хороша. Главной темой, судя по всему, была любовь. Но не та, что бывает между мужчиной и женщиной. Лирический герой обращался к некоему «ты», но это «ты» было не конкретным человеком, а скорее собирательным образом. Образом фанатов. «Tingle» была обращением к своим поклонникам. Смысл был таков: пусть впереди туман и неизвестность, пусть на душе тревожно и смутно, но вместе с «тобой» я готова пройти через всё. Я не могу побороть это рвение, так иди же со мной, стань моим проводником. «Да, здесь есть всё, о чём говорила Сон Хебин. Старт. Вызов. Похоже, песню успели доработать – теперь в ней чётко выделяются партии, подчёркивающие индивидуальность каждой участницы». Хороша. Очень хороша, но… «Слабовато». Для дебютной песни, для первого заявления группы о себе – слишком уж гладко и предсказуемо. Сонпхиль лишь укрепился в своём решении. Когда музыка стихла, Хон Гюхон спросила: — Остался последний трек. Директор Пак, как он называется? — «Ani-no». — Что «нет»? — Нет, название песни – «Ani-no». — Что? — На–зва–ни–е – «Ani-no»! — А–а–а, «Ani-no». «Забавное название для каламбуров», – без особого интереса подумала Хон Гюхон и велела включать. Так перед ней впервые прозвучала «Ani-no». Пока играла музыка, Сонпхиль, забыв про блокнот, не сводил глаз с лица Хон Гюхон. Как и во время прослушивания предыдущих треков, оно оставалось совершенно непроницаемым. Прочитать по нему хоть что–то было невозможно. Хотя бы лёгкая усмешка или нахмуренные брови – уже было бы за что зацепиться. Но нет, песня закончилась, а он так ничего и не добился. — Окей. Директор Хан, раздайте листки. — Перед каждым лёг небольшой клочок бумаги. — Напишите названия двух лучших песен и передайте мне. Хон Гюхон собрала записки, просмотрела их и крупно вывела на белой доске два названия: «Tingle» и «Ani-no». Сонпхиль облегчённо выдохнул. Значит, не он один выбрал «Ani-no». И будет совсем хорошо, если этим «кем-то» окажется сама Хон Гюхон. — Что ж, есть один поразительный факт. Все без исключения указали только эти две песни. — Ого, какая у нас в компании сплочённость! — усмехнулась Сон Хебин. — Или просто у всех одинаковый музыкальный вкус? — Когда все слишком похожи, компания идёт ко дну, – заметила Хон Гюхон. — Но ладно, будем считать, что это говорит о качестве треков. Для начала хочу услышать ваше мнение. Кто желает высказаться? Типичная картина для любого совещания: когда просят высказаться, все скромно молчат. — Я, – нарушила тишину Сон Хебин. К ней это правило не относилось. — Я голосую за «Tingle». — Я не просила голосовать. — Ой, правда? Хе–хе. И что теперь? Кажется, я нарушила принцип тайного голосования. — Раз уж начала, продолжай. Расскажи о плюсах и минусах. Нет, давайте лучше по очереди разберём достоинства и недостатки обеих песен. — Хорошо. Начну с «Tingle». Эта песня выстрелит. Я это чувствую. — Сразу предупреждаю, одного «чувствую» недостаточно. — Я знаю. Хм–м, как бы это сказать… — Сон Хебин коснулась щеки, собираясь с мыслями. Следующие её слова прозвучали уже без малейшего колебания. — Основная тема «Tingle» – это мечта, которой хочется поделиться. Это не просто декларация «вот моя мечта!», а приглашение к слушателю разделить её. Может, песня и не заставит сопереживать, но вызвать сочувствие и эмоциональный отклик – вполне. А если говорить не об обычных слушателях, а о фанатах, такая структура повествования становится ещё ценнее. В целом, «Tingle» идеально подходит на роль дебютной песни для айдол–группы. — Помните концепцию Сонпхиля? Госпожа президент, вы же сказали, что она вам близка? — Верно. — Девочки должны показать рост, верно? И дебютная песня – это отправная точка этого пути. Эмоциональный посыл «Tingle» идеально ложится в эту канву. Образ юной девушки, которая, несмотря на внутреннюю тревогу, крепко сжимает кулаки и идёт вперёд. С одной стороны – хрупкость, с другой – достоинство. Такой героине невольно хочется сопереживать и болеть за неё. Видите? Мы получаем и историю, и проработанный образ. Дальше Сон Хебин продолжила свой анализ, делая основной упор на повествовательной силе «Tingle». Она не стала углубляться в музыкальные дебри – разбирать аккордовые прогрессии или цепкость припева. Это было и так очевидно. — Она же просто приятная на слух, разве нет? Десятиминутный разбор от Сон Хебин подошёл к концу. Она с улыбкой победителя опустилась на стул. Хан Гуин ошеломлённо смотрел на неё, а затем торопливо застучал по клавиатуре. «Вот, значит, какой уровень анализа требовался». Он–то сосредоточился лишь на том, как песню воспримет публика. Если Хон Гюхон спросит его мнение прямо сейчас, он сможет выдать лишь жалкое подобие речи Сон Хебин. Он молился, чтобы очередь не дошла до него, и, к счастью, у Сон Хебин было что добавить. — А что насчёт «Ani-no»? Ты же должна и про неё сказать. — Ах, да. В ней, в общем–то, и цепляться не за что, но если вкратце… Сказав, что «цепляться не за что», Сон Хебин, тем не менее, с лёгкостью перечислила все недостатки. — Эта песня вроде как о сопротивлении? О свободе? Такая у неё тема, да? — Да, верно, – кивнул Сонпхиль. — Тема–то понятна, но истории в ней нет. Текст – набор обрывочных деклараций. «Я такая!», – вот и весь посыл. В тексте участницы должны обмениваться эмоциями, вести диалог, а здесь этого нет. Весь месседж сводится к «А я не такая!», «А мне не нравится!», «Это вы не правы!». Звучит как детские капризы и пререкания со взрослыми. Горькая критика. Рука Сонпхиля, сжимавшая шариковую ручку, задрожала. Стоило ему немного успокоиться, как Сон Хебин наносила новый удар, и ярость вспыхивала с новой силой. — Ощущение, будто кто–то просто набрал слов в горсть и швырнул их на бумагу. Понимаешь, о чём я? — … — Если честно, это инфантильно. Это был контрольный выстрел. Сонпхиль сжал ручку с такой силой, что она согнулась в его ладони. С тихим треском пластик лопнул, и в стороны брызнули мелкие осколки. — Г–господин директор Пак, – попытался успокоить его Хан Гуин. — И аранжировка слишком экспериментальная. Слишком много пустот. — Аранжировку доделают. — А–а, ясно. Доделают, значит. — «Она специально говорит таким тоном, чтобы вывести меня из себя?» — Продюсер Сон, ты закончила? — Если дадите ещё время, я могу продолжить. — Дадим шанс и директору Паку. Директор Пак, твой черёд. Сонпхиль поднялся с места и взглянул на свои записи. После разгромной критики Сон Хебин у него всё плыло перед глазами. Так не пойдёт. — Для начала я бы хотел возразить, – он отложил блокнот в сторону и начал говорить то, что вертелось на языке. — Целевая аудитория этой песни – подростки. Максимум – молодёжь до двадцати пяти. Это возраст наших участниц. Разве в их чувствах есть какая–то сложная подоплёка или железная логика? Это возраст кипящей крови и горячих сердец! Философский посыл? Можно, конечно. Но что трогает сильнее? Кумир. Айдол. В основе любви к айдолам лежит тоска по тому, кем ты сам стать не можешь. Это желание трансформируется в обожание. Сонпхиль собирал идеи участниц и показывал их Хан Гуину. Тот, используя свои знания, помогал их расшифровать. До тех пор, пока девочки не услышали трактовку Хан Гуина, они и сами толком не понимали глубинных причин своего протеста и недовольства. — Нет нужды в тексте всё подробно разжёвывать. Простого заявления достаточно. Вы сказали, что текст фрагментарен, но именно сила участниц соберёт его воедино. Чтобы изобразить кого–то порой инфантильного, эгоцентричного, дерзкого и не оглядывающегося на других, нужна энергия. Уверенность. Неподдельность. Желание. Протест. Мечта. Всё это сливается в одно мощное заявление: «Мне плевать на ваши слова, я буду делать по-своему!». Разве это не круто? Вы, продюсер Сон, рассуждаете с позиции взрослого. Но вы же в молодости… — Я и сейчас молода. — …Вы тоже в юности были такой. У каждого человека есть этап, когда для самоутверждения необходимо сознательно отгородиться от других. Текст этой песни как раз об этом. Инфантильно? Конечно! Мы ведь взрослые, для нас это естественно так воспринимать! Сонпхиль тяжело дышал, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. В голове было пусто. Его охватило опустошение, будто он выплеснул из себя всё без остатка. — «У меня есть мечта, давайте мечтать вместе» – это же избитая тема, которую использовали уже десятки айдол–групп. Что в этом может зацепить? Людям понравится внешность или звучание, не более. Я считаю, что начало, по крайней мере дебютная песня, должна отражать подлинные чувства самих девочек. — А в тексте «Ani-no» что, есть что–то особенное? Подобный «гёрл-краш» концепт тоже не новость. — Важно то, что он отражает их чувства!… — Хватит, – прервала их Хон Гюхон. — Директор Хан, твоё мнение? — Я… — Сонпхиль и Сон Хебин уставились на Хан Гуина. Под их испепеляющими взглядами ему было трудно даже поднять глаза. — В словах вас обоих есть смысл. Всё, что я хотел сказать, вы уже озвучили. Так что мне, пожалуй, остаётся полагаться только на чутьё. — Ясно. Хорошо. У вас двоих есть что добавить? — Да! — Есть. — Ладно, валяйте. Сонпхиль и Сон Хебин без устали продолжили словесную дуэль. Битва затянулась на несколько часов. Никто не хотел уступать ни на йоту. И чем дольше они спорили, тем чётче вырисовывались сильные и слабые стороны обеих песен. Хон Гюхон лишь молча слушала их. Время от времени она просила включить треки заново, подводила промежуточные итоги, направляя ход совещания. Четыре часа спустя. — Так, а теперь подводим итог. Буквально одной фразой. Вы меня поняли? Оба? Сонпхиль и Сон Хебин, вымотанные до предела, лишь кивнули, словно сонные курицы. — Начнём с тебя, продюсер Сон. — Она выстрелит. «Tingle» выстрелит. Именно потому, что она знакомая и предсказуемая, она и зацепит слух. — Окей. Директор Пак. — «Ani-no» создаст фанатов. Возможно, не массовую аудиторию, но в пределах нашей целевой группы она точно найдёт отклик. Для дебюта, для старта, нам нужна именно преданная фанбаза… — Без лишних слов. — …Да. У Хон Гюхон уже кровь из ушей шла. С нескрываемой усталостью она снова раздала листки. — Пишите. Что именно писать, уточнять не требовалось – все и так поняли. Хон Гюхон собрала голоса и развернула их. Затем на доске появились результаты: «Tingle» – 2. «Ani-no» – 2. Ничья. В таком случае решающее слово оставалось за Хон Гюхон. Сонпхиль молился, чтобы она поддержала «Ani-no». — Позовите девочек. — Девочек? Госпожа президент, вы что, собираетесь заставить их голосовать? — Да. Но это не голосование по принципу большинства. Я просто хочу услышать их мнение. Участниц выдернули прямо с репетиции и привели в конференц–зал. Без лишних объяснений им дали прослушать две песни. — Ой? А во второй песне поёт учитель… — Рика, тихо. Хон Гюхон оборвала Рику. Она не хотела, чтобы участницы совещались. Ей нужны были их чистые, непредвзятые впечатления. — Напишите на листках, какая песня вам понравилась больше. С какой вы хотели бы дебютировать. При этих словах лица девушек посуровели. Они поняли, что это не простое прослушивание. Каждая взяла ручку и листок. Одна из них определилась почти мгновенно. Это была Чан Хаян. Она чиркнула ручкой и тут же свернула листок, чтобы никто не увидел её выбор. Следующей была Пэк Сольха. Она крепко зажмурилась, словно боясь встретиться взглядом с Сон Хебин или Сонпхилем, и протянула свою записку. — Можно послушать ещё раз? — Нельзя. Чо Ара нервно трясла ногой и цокала языком. В конце концов она сделала свой выбор, но лицо её выражало крайнее недовольство. Последней оставалась Рика. Она выглядела как ребёнок, которого родители при разводе заставляют выбирать, с кем остаться – с мамой или с папой. — Рика. Ты ещё не закончила? — Э–э… Е–ещё… ещё минуточку. Прошло полчаса. Что там можно было так долго обдумывать? Ожидающие уже начинали уставать. Рика то притопывала ногой в такт, то тихонько напевала себе под нос мелодию. Она не просто тянула время, потому что не могла решиться. Она заново прокручивала обе песни в голове. — Рика. — Е–ещё чуть–чуть! Рика продолжала качать головой в такт и что–то мурлыкать. Для остальных это звучало как невнятное мычание. Когда прошло уже больше сорока минут, Рика наконец вывела на листке цифру. Наконец, все голоса были собраны. — Можете идти. — Девушки вышли из зала, так и не узнав результата. Хон Гюхон просмотрела записки. — Дебютной песней будет «Ani-no». Объявление было настолько внезапным, что Сон Хебин и Сонпхиль ошарашенно переглянулись. — Совещание окончено. Все свободны. — Г–госпожа президент… Это… это было по большинству голосов? — Да. — И какой счёт? — Мне обязательно это говорить? — …Нет. — И на всякий случай предупреждаю: не вздумайте спрашивать у девочек, за что они голосовали. Мне не нужно, чтобы они разделились на два лагеря из–за вас. — Да. — Есть. — Предположим, «Ani-no» провалится. Тогда вся вина может пасть на тех, кто за неё голосовал. И наоборот, даже в случае успеха это может стать поводом для упрёков в будущем. Это действительно было проблемой. Голосование распределяет ответственность, но только при условии соблюдения тайны. Как только тайна раскрыта, оно, по сути, становится публичным выбором. — Если больше вопросов нет, можете идти. Долгое совещание наконец–то завершилось. * * * Хон Гюхон разложила перед собой все листки. «Tingle»: Хон Гюхон, Сон Хебин, Пэк Сольха, Чо Ара. «Ani-no»: Пак Сонпхиль, Хан Гуин, Рика, Чан Хаян. Вопреки её словам, результат был ничейным. А при ничьей решающий голос оставался за президентом. Изначально Хон Гюхон выбрала «Tingle». А значит, дебютной песней должна была стать именно она. Однако в последний момент её решение изменилось. «„Tingle“ будет продаваться. Да, конечно, будет». Это хорошая песня. «Ani-no», впрочем, тоже хороша. Но сила «Tingle» была в её узнаваемости для массового слушателя. Узнаваемое легче запоминается, ему с большей вероятностью уделят внимание. Особенно те, кому нравится этот жанр. «Tingle» гарантировала бы стабильный старт и хорошие результаты. Будь Хон Гюхон просто руководителем, она бы выбрала «Tingle». Но в тот миг, когда перед ней легли все голоса, она вспомнила раскадровку, которую они делали все вместе. Там были записаны цели Сонпхиля, Хан Гуина и её собственная. «Директор Хан: айдолы, которые займут первые места на всех музшоу. Директор Пак: лучшие айдолы. А я…» Айдолы, в которых я сама смогу влюбиться. «Будь я фанаткой, меня бы больше зацепила „Ani-no“, а не „Tingle“.» Хон Гюхон собрала все листки и разорвала их в клочья. Дебютной песней была выбрана «Ani-no».