Глава 58 — Глава 58

— Удивительно, как быстро вы собрали участниц. — Ха–ха, не так ли? — донеслось из трубки. — Большая часть съемочной группы «Проекта For You» сбила ноги, разыскивая стажеров. Сценарист Чон Чжэсон, не скрывая усталости в голосе, продолжил: — Мы проглотили гордость, чтобы хоть как–то привлечь девушек из известных агентств. В итоге к этому моменту у нас собрался вполне приличный состав. Отдельные встречи не понадобятся. Начало совместной жизни в лагере и станет точкой отсчета для съемок и трансляции. — Понятно. Значит, Garo Entertainment никак не сможет вмешаться в процесс. Оставалось лишь отправить стажера и, кусая локти, ждать результатов. Схема походила на предыдущие шоу на выживание, но здесь намерение отсечь любое влияние агентств ощущалось особенно остро. «Неужели они так стараются, чтобы даже намека на подтасовку не было?» — У вас есть еще вопросы? — Нет. — Тогда ждем вас в указанный день и в назначенном месте. Положив трубку, я сообщил новость Рике. — Наконец–то меня покажут по телевизору! — Ты должна выложиться по полной. — Я знаю! Я пересмотрела все шоу со стажерами! Готова на все, чтобы выделиться! — Кроме негатива. Рика горела энтузиазмом. Услышав от меня, что «судьба компании в ее руках», она отточила клинок своей воли, словно самурай перед битвой. — С сегодняшнего дня добавим кое–что к твоим тренировкам. — Я на все готова! — Будем вместе разбирать, что можно делать на камеру, а что – нельзя. Как вести себя, чтобы произвести хорошее впечатление. — Звучит интересно! — Но сначала – урок. — Звучит… интересно… Уроки истории музыки проходили каждую неделю. На прошлой неделе увлекательное путешествие Хан Гуина в мир классики завершилось на музыке позднего романтизма. Сегодня преподавателем становился Сонпхиль. — Что ты так скисла? Мой урок посвящен современной музыке, это может прийтись тебе по вкусу. — Надеюсь, вы не принесете джаз столетней давности? — … Когда Сонпхиль вошел в класс, девушки прекратили болтать. В их глазах зажегся огонек надежды. Одна только мысль о том, что они вырвались из трясины классики, уже служила достаточной мотивацией. Не то чтобы они ненавидели классику, но слушать ее несколько месяцев кряду было утомительно. — Я, конечно, не так хорош в преподавании, как господин директор Хан, но прошу любить и жаловать. После редких хлопков Сонпхиль взял маркер и написал на доске слово. Рика отреагировала мгновенно, не дав ему закончить. — С*кс! — А, да. Верно. — С*кс! — Прекрати… — Пэк Сольха, залившись краской, попыталась утихомирить Рику. Сонпхиль дописал фразу и спросил: — Проверим, как у вас успехи в английском. Кто может это прочитать? — Сек… — Кроме Рики. Ара, попробуешь? — Это сексуальное домогательство. Я расскажу господину доктору. — … — Я прочту, – вызвалась Чан Хаян и, старательно выговаривая, прочла слова с доски. — С*кс энд Драгз энд Рок–н–Ролл. — Окей. — А–ха–ха. — Эта фраза описывает одну страну. Кто–нибудь угадает, какую? Чо Ара подняла руку. — Япония. — Нандэ?! — возмутилась Рика. — Япония не такая распутная! — Хм… Япония прошлого. — Это расизм! — Тогда, может, Рика скажет? — Уфу–фу, это же просто. Америка! — Неверно. — Э? Большинство девушек думали про США, поэтому, когда Сонпхиль сказал «неверно», в классе повисло недоумение. Следующий ответ прозвучал не сразу. Снова подняла руку Чо Ара. Сонпхиль проигнорировал ее, но Ара продолжала тянуть руку, и ему ничего не оставалось, как указать на нее. — Германия. — Неверно. — Тц, тогда не знаю. — Просто интересно, почему ты назвала Германию? — Я слышала, немцы такие… хардкорные. «И зачем я только спросил». — Что значит «хардкорные»? Сложные? Толстые? — Ну, вроде как суровые. — Немцы суровые? — В общежитии расскажу. «Прекрати. Не учи Хаян таким словечкам». — Кхм. Правильный ответ – Англия. — Но Англия – страна джентльменов! Господин директор Пак лжет! Сонпхиль включил песню «S*x & Drugs & Rock & Roll». Для современного слуха музыка была не самой приятной, да и девушки никогда особо не интересовались роком. — Рок зародился в англо–американском мире и распространился по всей планете. Он стал вызовом традиционным устоям, его приняли как культуру молодежи. Рок был символом протеста. Образ рокера в нашем сознании такой бунтарский именно из–за этих корней. В то время среди молодежи распространилась культура… — Пф–ф. — …культура… — Кхык. — Ара. Что смешного? — Нет, простите… просто забавно слышать от вас слово «молодежь». «Может, запустить ей в лоб маркером?» — После Второй мировой войны вера в разум пошатнулась. Молодые люди… — Сонпхиль бросил взгляд на Ару. — …были полны недоверия к культуре, созданной старшим поколением. «Мы выросли в мире, но смотрим на унаследованный нами мир с тревогой». Эта фраза полностью отражает мысли тогдашней молодежи. В знак протеста против старшего поколения возникли такие явления, как антиавторитаризм, наркотики, антивоенные движения, защита окружающей среды, свободные сексуальные отношения, движение за сексуальное освобождение и так далее. При упоминании секса девушки заметно оживились. Хоть это и не было главной темой, но раз им интересно, стоило рассказать побольше. — Это история из Франции, но был случай, когда студенты–парни захватили женское общежитие. — Какое бесстыдство! — Потому что университет пытался разделить мужские и женские общежития. — Разве это не само собой разумеется…? — Ну, видимо, раньше они жили вместе. — Какое бесстыдство! — Ваши европейские предки бы сейчас вздохнули, глядя на вас. В любом случае, их мысли были примерно такими: «Чем мужчины отличаются от женщин?». Чувствуете дух протеста? — …Отличаются. И это повод захватывать женское общежитие? Как ни посмотри, у них были совсем другие мысли на уме, – Чо Ара не разделяла пылкого протестного духа французов. — Музыкальным выражением этого духа протеста и стал рок. А теперь давайте послушаем еще одну песню. Она вам тоже знакома. — Битлз! — тут же отреагировала Рика, едва услышав вступление. Хан Гуин так часто использовал их песни на уроках английского, что девушки выучили почти все композиции Битлз наизусть. — Период активности Битлз совпал с мировым расцветом британской культуры. Это явление назвали «Британским вторжением». Музыка отвечала настроениям молодежи того времени, и рок действительно захватил весь мир. Казалось, будто Англия правит миром с помощью своей культуры. Сонпхиль встретился взглядом с девушками. — K–pop ждет то же самое. И я хочу, чтобы вы были в авангарде этого движения. Урок Сонпхиля был интересным. Музыка и рассказы удачно переплетались, удерживая внимание девушек. Но Пэк Сольха с каждой минутой чувствовала, как тяжелеют ее плечи. «Какого же уровня господин директор от нас ждет?…» Неужели он метит не просто в популярных айдолов? Даже когда урок закончился и все вышли из класса, Пэк Сольха не могла так просто отбросить слова Сонпхиля. Она снова и снова прокручивала их в голове, и от этих мыслей на сердце становилось все тяжелее. Вечером, когда стажерам пришло время расходиться по домам, Хан Гуин обошел офис, проверяя, везде ли выключен свет. Добравшись до учебного класса, он замер. Хан Гуин протер глаза, глядя на доску. [S*x and Drugs and rock'n'roll] — …?? Чему он их учил? * * * — Ура! Сегодня я первая! Едва войдя в общежитие, Рика пулей метнулась в душ. Остальные девушки без сил развалились в гостиной. Ежедневные изнурительные тренировки высасывали всю энергию, не оставляя сил ни на что другое. — Может… закажем курочку? Никто не ответил на робкое предложение Чо Ары. — Я несерьезно. Чо Ара покаталась по полу, пока не выдохлась, и замерла, лежа на животе. — Девочки, а помните сегодняшний урок господина директора Пака? — С*кс энд Драгз энд Рок–н–Ролл, еее, – протянула Ара. — Это все, что ты запомнила? — Представь, что все люди живут в мире–е–е, хны–ы–ык. Это была строчка из песни Джона Леннона «Imagine». Чо Ара безвольно напевала ее, снова катаясь по полу. — Я еще на уроках господина директора Хана чувствовала, что от нас ждут чего–то большего, – сказала Пэк Сольха. — Не просто уровня айдолов. — Наверное? Мы ведь так много тренируемся. — Дело не только в тренировках… Garo Entertainment вкладывало в них все. В своем прежнем агентстве Пэк Сольха и мечтать не могла о таком отношении. Уход за кожей и волосами, массаж, даже йога для «укрепления тела и духа». И это не говоря об остальных тренировках. Питание тоже было на высшем уровне: не абы что, а блюда, с любовью приготовленные Хан Гуином. Вдобавок – уроки английского и истории музыки. В будущем обещали еще и японский. Да, было тяжело, но такие условия можно было назвать роскошными. Особенно для агентства, которое не входило в число гигантов индустрии. — А разве в Garo Entertainment не как везде? Я думала, стажеры потому и говорят, что им тяжело, что у всех так. — Нет. Совсем нет. Наша компания… странная. В смысле, очень хорошая. — Раз так много вкладывают, то и ожидания, должно быть, высокие. — Да, Хаян права. Невероятно высокие. Выше, чем мы можем себе представить. Хан Гуин говорил, что хочет, чтобы они стали «Моцартами» современности. Сегодня Сонпхиль привел в пример «Битлз». Неужели они действительно ждут такого уровня? Артистов, что оставят след в истории музыки? — Говорили еще, что мы будем учиться писать музыку… — Господин директор Пак как–то сказал, что его цель – создать лучших айдолов. — Лучших айдолов? Цель, от которой и так захватывало дух, но из уст Сонпхиля она звучала особенно весомо. «Разве айдол в принципе может вырасти до артиста такого уровня?…» — Я все! Рика с триумфальным видом вышла из ванной. — Эй, Исикава Рика! — А? — Сколько раз тебе говорить, чтобы ты одевалась! Нет, так не пойдет. Это нужно внести в правила. Девочки, вы согласны? Все согласно кивнули. — Э–э, Ара–тян, хидои! Мы же обе девушки, какая разница. — Какая разница? Ха–а, с тобой бесполезно. — Ты… ты что, ударить меня хочешь? — Я познакомлю тебя с традиционной корейской забавой, которой наш народ гордится уже много веков. Рика побледнела. — Н–но мы же договорились, что это только за нарушение правил… — В моем сердце ты уже трижды провинилась. — Я в душ. Пэк Сольха, словно давая разрешение, покинула гостиную. Чан Хаян отвернулась к стене. Пока Рика дрожала от страха, Чо Ара вернулась с подушкой. — А ну! Ара повалила Рику на пол и накрыла ей голову подушкой. Затем она легонько щелкнула по макушке беззащитной Рики. — Кья–а–ак! Тасукэтэ! Это насилие! — Будешь еще так делать или нет? — Не буду! Не буду! — На этот раз тебе можно верить? — Угу… Отпусти–и… грудь давит, больно… — Какая нахалка. — Ай! Освободившись, Рика тут же оделась. Затем она прижалась к уставшей Чо Аре, которая молча сидела. — Ара–тян, ты же не злишься? — Просто не делай так больше. Я тебе уже четвертый раз говорю. В следующий раз так легко не отделаешься. — А что ты сделаешь? — Придется сесть на «стул примирения». «Стулом примирения» называлось место для разговоров, которое определил Сонпхиль. Там нужно было сидеть, держась за руки, смотреть друг другу в глаза и высказывать все недовольства. — Потому что я, кажется, вот–вот по–настоящему разозлюсь. — У–угу. Прости. Я не знала, что тебе так не нравится мое тело. Гомэн… — И ты меня прости, что ударила. — Ничего. Было не больно. Это же просто щелбан. Чо Ара обняла Рику. * * * Все сотрудники Garo Entertainment вышли проводить Рику. Рика бодро отдала честь. — Я отправляюсь! «Не болей. Береги себя. Старайся. Порви там всех на британский флаг». Звучали самые разные слова поддержки. Рика сияла, отвечая на них, но вдруг ее лицо исказилось. — Да, я отпра… Улыбка вернулась, но тут же сменилась гримасой, готовой расплакаться. — Я отправляюсь, хнык… — Эй. Чо Ара властно притянула Рику к себе. Та уткнулась лицом ей в грудь. Рика была выше, поэтому Аре пришлось слегка приподняться на цыпочки. Догадливая Рика тут же немного присела. — Не плачь. Увидимся через сто дней. Я буду писать тебе письма. И смотреть все эфиры. — Угу. Спасибо, Ара–тян. Можешь выдернуть мне один свой волосок? — В качестве талисмана? Звучит жутковато. — Чтобы съесть. Волосы ведь в желудке не перевариваются. Так мы всегда будем вместе… — Проваливай. После Чо Ары Рика подошла и обняла каждую из участниц. — Учитель. Я обязательно займу первое место в вокальном состязании. — У тебя получится. Держись, – Пэк Сольха нежно погладила Рику по голове. — Онни, обязательно смотри, как я буду сиять. Я буду постоянно посылать тебе сердечки в камеру. Ты должна их принять. — Да. Буду смотреть в прямом эфире, – Чан Хаян похлопала Рику по плечу. Рика, перестав всхлипывать, уже собралась уходить. — Рика, а меня обнять? Рика, услышав голос Хон Гюхон, тут же подбежала и бросилась ей на шею. — Почему ты такая высо… — Госпожа президент! Я обязательно подниму нашу компанию! Я непременно выиграю и спасу Garo Entertainment! — Мы еще не разори… — Поддержите меня! Выбравшись из объятий Хон Гюхон, Рика повернулась к Хан Гуину. Тот протянул руку для рукопожатия. Но не тут–то было. Рика заключила его в объятия. — Рика–сси, не сжимайте так сильно… — Я буду скучать по вашей еде, господин директор Хан. И по вашим интересным, но бесполезным знаниям. По вашей вежливой речи, по всему. И я обещаю, что буду каждую ночь перед сном читать книгу, которую вы мне дали. — …Возвращайтесь с победой. Следующим был Сонпхиль. Рика вытерла слезы о его грудь. — Ты это специально? — Не стирайте эту рубашку. Когда будете скучать по мне, смотрите на это пятно от слез. — Большое спасибо. Лучше бы вещь свою какую–нибудь оставила, чем рубашку пачкать. — Господин директор, вы плачете? — Нет… — Плачете же… — Послушать вас, так можно подумать, что ее в армию провожают, – бросила Чо Ара, но они оба не могли перестать плакать. — На этот раз я правда–правда отправляюсь! Рика вытерла слезы и снова бодро отдала честь. Она села на пассажирское сиденье, а Сонпхиль – за руль. Эмоции от прощания еще не улеглись, и оба с трудом сдерживали слезы. — Нам еще два часа вместе ехать, а ты устроила тут… — пробормотал Сонпхиль. — Всего два часа? Эх… Пятьдесят минут спустя. Они молча смотрели вперед, не в силах развеять неловкую тишину. — …Может, сделаем вид, что ничего не было? Как–то неловко. — Давай. Заедем на автостоянку, перекусим? — Отличная идея! Вскоре они ели хот–доги и булочки с каштанами на стоянке для отдыха. — Там ведь даже перекусить не дадут? — Скорее всего. Я и сам толком не знаю подробностей. — Вы ведь будете писать мне каждый день? Я буду ждать. А если не напишете, спать не лягу. — Похоже, тебе предстоят бессонные ночи. — Правда не напишете? Хонтони?! А–ан, напишите! Напишите, пожалуйста! Я сбегу от одиночества! Сбегу и вло́млюсь к вам домой! — Понял–понял, только перестань меня тряс… На парковке Сонпхиль заметил знакомое лицо. — Черт бы побрал. Мужчина с открытым капотом сыпал проклятиями. Рядом с ним, на корточках, сидела девушка примерно возраста Рики с видом, будто вся жизнь прошла мимо нее. — Гёнсоб? Мужчина, чье лицо было искажено от злости, посмотрел на Сонпхиля, и его глаза стали размером с блюдца. — Сонпхиль–хён? Услышав «Сонпхиль-хён», девушка тоже обернулась. Она удивилась еще больше, чем мужчина, которого назвали Гёнсобом. — Г–господин руководитель, вот это да. Рика с тревогой посмотрела на Сонпхиля. — Что значит «господин руководитель»? Вы же директор. — …Это мой бывший коллега и стажер из прошлой компании. Менеджер из Success Entertainment Мин Гёнсоб. И стажер Син Арым.