Я выдохнул и призадумался. Варианта два: либо эта механическая кукла решила поиздеваться над моими нервами, либо…
— Вы имеете в виду Africa Молла?
Кукла всё еще хлопала глазами, поэтому я просто достал пачку и показал. Клиент тут же закивал.
— Суят.
А всё потому, что название сигарет – «Молла», что буквально значит «Не знаю».
И этимология там самая прямая. В пачке двадцать штук, четыре разных вкуса. Каждого вкуса по пять сигарет.
Но соль в том, что курильщик понятия не имеет, какой вкус ему попадется. На сигаретах нет пометок. Поэтому и «Молла». Не знаешь, что куришь.
Мое мнение: господа из табачной компании, если у вас фантазия иссякла, устройте конкурс среди сотрудников, а не заставляйте страдать простых работников минимаркетов.
На кой черт превращать курение в лотерею – я тоже не догоняю, но, надо признать, название вышло хайповое, внимание привлекает.
Эти сигареты появились, когда я еще в армии служил. Тогда мне это казалось забавным… Хотя в те времена на посту и светлячок казался верхом инженерной мысли.
В общем, кукла знала название «Молла», но не знала бренд. Что ж, не только дварфам путаться в названиях…
— С вас четыре тысячи пятьсот вон.
— И еще, босс, «Скай».
— «Скай»?
— Суят. Скай.
— …Эм, голубые? Which Sky?
— Суят.
Слушай, уважаемый. У меня больше двадцати видов голубых пачек, какую именно тебе надо?
Опять же, стоило чуть успокоиться, и ответ нашелся. Я нашел пачку, где мелкими буквами было написано Sky, и протянул клиенту. Тот вежливо поклонился. Я решил провести ликбез:
— Уважаемый, если вы просто скажете «Молла», я действительно не пойму. Нужно называть и марку тоже.
— О. А, суят.
— Со «Скай» та же история.
Бывает, что у сигарет одно название, но разные форматы – твердая пачка или мягкая. Бывают вообще идентичные названия у разных брендов. Или разница всего в одну букву в конце…
Не каждый работник минимаркета – мастер игры в «данетки». Так что, пожалуйста, называйте название целиком. Это же не трудно…
— Спассибо, босс.
Надо отдать должное, этот Порсо был очень вежливым. Обычно клиенты смотрят на тебя как на идиота, мол, ты сам должен догадаться.
Я пробил товар и вернул карту. Кукла снова поклонилась и вдруг спросила:
— Босс, вы каждый день работаете?
— Ну, вроде того. По двенадцать часов в смену.
Пока мой организм справляется с таким графиком, но надолго ли меня хватит – вопрос. Надеюсь, управляющая скоро найдет еще кого-нибудь на подработку…
— Торговля идет хорошо?
— Сегодня затишье. А у вас как дела? Заказы есть?
— Нет. Всё плохо.
Приехали. Я спросил просто из вежливости, а в итоге влип в долгий разговор.
— Мы работаем хорошо. Но работы нет.
— Вот оно как…
— Суят. Порсо не доверяют. Босс говорит, может, придется ехать на родину.
Под «боссом» он, видимо, имел в виду своего начальника. А Порсо – это их самоназвание. Удивительно, что я начинаю их понимать.
Кукла выглядела мрачнее тучи. Казалось, он хочет выговориться, но звук колокольчика заставил его умолкнуть. Вошла нуна.
Механическая кукла смущенно улыбнулась и снова поклонилась мне:
— Суят. Процветания вам, босс.
— И вам удачи в делах, — бросил я ему в спину.
Просто дежурная фраза, больше я ничем помочь не мог…
— Чан, ты чего такой кислый? — Спросила Юнха.
— Да так… Нуна, а скотобойню тоже называют «мастерской»?
— Раньше называли. А что?
Я вспомнил про визитку, которую мне когда-то всучили эти Порсо. Достал ее и протянул нуне. Та покрутила ее в руках с недоумением:
— Ты их знаешь?
— Да не особо. Пару дней назад привалила толпа таких вот кукол, человек двадцать. Тогда и дали.
— Визитку?
— Ага. Один из них сказал, что он директор.
На самом деле я тогда натерпелся по полной. Но ворошить воспоминания, попахивающие посттравматическим синдромом, не хотелось.
— Говорят, работают на совесть. Хотя какая мастерская скажет о себе иначе…
Раз уж интересы сторон совпали, я решил рискнуть. Может, они и работают спустя рукава, но это уже нуне решать.
Ситуация забавная. Я думал, нуна просто посмеется, но она внезапно посерьезнела.
— …Я пару раз пересекалась с механическими куклами по работе.
— Да ладно?
— Угу. Нанимали их носильщиками в рейды через Врата. Ребята толковые, дело знают.
Носильщики? Что-то вроде шерп?
— Но чтобы мастерскую держать – это впервые вижу. Можно заберу визитку?
— Забирай. Тебе нужнее.
Мне-то что. Я не собираюсь заказывать разделку туш, зачем мне визитка скотобойни?
Получив карточку, нуна не стала откладывать дело в долгий ящик и сразу набрала номер.
— Эй, сегодня же воскресенье. Хоть бы сообщение сначала написала.
— Если они не отвечают по выходным, нам не по пути… О, гудки пошли. Слушай, если там всё выгорит, с меня крабы.
Угощение – это хорошо, но почему именно крабы?
— Ах да, кимчи!
Я хотел сказать, что боюсь паразитов, но нуна уже схватила коробку с кимчи и вылетела за дверь. Ее не было минут десять.
Вот поэтому у нее и нет друзей: как только появляется работа, она обо всём забывает. Видимо, у того «босса» Порсо дела и правда швах, раз он берет трубку в воскресенье.
Но главная проблема – я. Сначала живое кимчи, теперь крабы?
Вообще крабов я люблю, но боюсь, что в этом мире они тоже окажутся «с сюрпризом». Решил позвонить управляющей и уточнить, но телефон был выключен – сработала голосовая почта.
Наверное, батарейка села. Бывает.
Я остался один. Покупателей не было.
На всякий случай пересчитал сигареты (вдруг табачная фея опять пошутила), оттер пятна от кимчи, заполнил пустые места на полках напитками и снеками. Пробил одиннадцатый час, а в магазине по-прежнему ни души.
Делать было решительно нечего. Я вышел подышать воздухом и заметил у ближайшего столба девушку в кардигане.
Сначала хотел проигнорировать, но розовые волосы и крохотные крылышки на спине показались до боли знакомыми…
— Что вы тут делаете?
Это была та самая суккуб.
Я окликнул ее на автомате, но как только она подняла голову, я пожалел об этом. Взгляд у нее был совершенно затуманенный.
— Ох… здравствуйте…
Говорила она внятно, значит, не пьяная. Она попыталась выпрямиться, но ее тут же качнуло, и она снова привалилась плечом к столбу. Я уточнил:
— Опять перебрали?
— Нет… Я не пила… О-о-ох…
А что тогда? Суккуб медленно выдавила:
— В клубе…
И что в клубе? Я ждал продолжения, но она лишь беззвучно шевелила губами. Вид у нее был изнуренный.
— Знаете, вам бы выпить восстанавливающее зелье. Купите?
— …Да.
Она кивнула, отлипла от столба и, пошатываясь, зашла в магазин. Внутри она сразу рухнула на стул у столика и низко опустила голову.
Стало ее жалко. Я сам сходил за бутылочкой, принес и поставил перед ней. Раз она согласилась, потом оплатит.
Суккуб вцепилась в бутылочку обеими руками, пыталась открыть, но силенок не хватало даже на то, чтобы провернуть крышку.
— Давайте помогу, — я открыл зелье и вернул ей.
— А… спасибо.
— И всё же, что вы такое делали в клубе, раз так вымотались?
Я почти ничего не знал об этой девушке. Из наших недолгих бесед я сделал вывод, что она ходит по клубам в поисках «истинной любви», но вечно терпит фиаско.
Не верилось, что она ходит туда по своей воле. Клуб – не самое подходящее место для поиска высоких чувств, разве нет?
… Честно говоря, я и сам в клубах ни разу не был. Жизнь заядлого холостяка, знаете ли.
Друзья в моем мире подначивали: мол, раз ты одинокий, сходи хоть разок. Но сами они возвращались оттуда без гроша в кармане и без единого женского номера.
Я не горел желанием заниматься подобной ерундой, да и перспектива получить хук от вышибалы на входе меня не прельщала.
В общем, раз я в этом не смыслю, оставалось только спрашивать. Суккуб покраснела, уткнулась взглядом в пол и начала заикаться:
— Да нет… понимаете…
— Или вы и правда ходили за «истинной любовью», и опять не вышло?
— Да нет же, вовсе нет!
Она вскинула голову, и ее словно прорвало:
— Какая любовь! Я вообще не хотела туда идти!
— Ну, зачем же так кричать…
— Коллеги по работе затащили! Сказали: «Ой, ты никогда не была в клубе? Пойдем, мы угощаем!» И буквально за руки приволокли!
— А, так это была не ваша инициатива…
— Они там терлись друг о друга, вот так бедрами крутили! Пили какие-то странные коктейли, целовались с кем попало! А потом бросили меня и исчезли куда-то с какими-то инородцами!
— Хм… ясно…
Слова ей не вставишь…
Свой рассказ суккуб сопровождала такой активной жестикуляцией, что картина вырисовывалась пугающе живая.
Когда речь зашла о танцах, она сложила ладони домиком и начала ими активно двигать. Когда про выпивку – зажмурилась и смешно выпятила губы.
— И теперь они даже на звонки не отвечают. Где они могут быть, как вы думаете?
Она смотрела на меня с таким искренним непониманием, что мне стало не по себе. У меня был вполне логичный ответ на этот вопрос, но, пожалуй, я оставлю его при себе.
#
Обновлено: 18.02.2026