Глава 16 — Глава 16. Техника «Летающий Бессмертный»

**Глава 16. Техника «Летающий Бессмертный»** В поместье Ли время текло своим чередом. С того момента, как главарь бандитов превратил Ли Цзые в отбивную, прошло пять дней. Все эти пять дней жизнь юноши состояла из двух вещей: бесконечных, мучительных лечебных ванн, которые ему устраивала Цинь Эно, и попыток постичь основы ментальной техники «Летающий Бессмертный». Как и предсказывали наставники, даже найдя правильный путь и имея в распоряжении безграничные ресурсы в виде драгоценных снадобий, прогресс Ли Цзые был чудовищно медленным. Медленным до скрежета зубовного! Настолько медленным, что даже такая возвышенная и отстраненная личность, как Цинь Эно, несколько раз была готова плюнуть на всё, разорвать контракт учителя и ученика и уйти в закат. Спасала только невероятная толстокожесть Ли Цзые. Он каждый раз умолял, клянчил и давил на жалость. К тому же новость о том, что Владычица Меча Сливы взяла ученика, уже разлетелась по всему миру. Бросить его сейчас означало бы потерять лицо. Цинь Эно приходилось терпеть. — А я говорил, не кипятись. Это было ожидаемо, — сидя у озера с кувшином вина, злорадствовал Чжан Лата. — Нет, так дело не пойдет. С такой скоростью ему и за сто лет не догнать Хо Линь’эр, — Цинь Эно с трудом сдерживала раздражение. — Нужно найти способ как можно скорее пробить остальные меридианы. — Сложно это, — покачал головой старик. — Денег у семьи Ли куры не клюют, лекарств — горы. Но ты же видишь: его тело привыкает. Эффективность падает с каждым днем. Даже если собрать все целебные травы Поднебесной, этого может не хватить, чтобы открыть все восемь меридианов. Ли Цзые был настоящей черной дырой для ресурсов. То, что в него влили за эти дни, стоило, пожалуй, небольшого города. Только безумное богатство семьи Ли позволяло поддерживать этот костер, в котором сгорали миллионы золотых. — Если ничего не поможет, мне придется отправиться в столицу, — мрачно произнесла Цинь Эно. Её цель была ясна: в Академии Тай сюэ хранился «Король Лекарств». Если добыть его, можно было бы пробить второй меридиан, и тогда дело пошло бы быстрее. — Не горячись. Это нужно обдумать трижды, — предостерег Чжан Лата. — Тот старый конфуцианец, Кун Цю… он страшен. В столице Великой Шан Глава конфуцианцев непобедим. Даже тебе будет крайне сложно что-то украсть у него из-под носа. — Ты прав. Пытаться силой забрать тысячелетний Горец у Кун Цю — худший из вариантов, — остыв, согласилась женщина. — Нужно искать другой путь. Возможно, обмен? Если предложить Академии Тай сюэ что-то равноценное… — Равноценное? — хмыкнул старик. — Кун Цю управляет всеми учеными мужами Поднебесной, его статус выше облаков. Чем ты можешь его удивить? — Как сказал однажды этот мальчишка: «Все люди ищут выгоду, разница лишь в том, какая выгода им нужна», — прищурилась Цинь Эно. — Даже у Глава конфуцианцев, при всем его величии, наверняка есть что-то, чего он жаждет, но не может получить. — Кстати, о мальчишке… Где он? — Чжан Лата огляделся по сторонам. — Ушел в горы Цилянь, — спокойно ответила наставница. — С самого утра. Если судить по времени, скоро должен приползти обратно. — ФЕЯ-НАСТАВНИЦА!!! Стоило ей это произнести, как тишину поместья разорвал душераздирающий вопль, напоминающий визг недорезанного поросенка. Цинь Эно поморщилась и посмотрела в сторону входа на задний двор. Оттуда, спотыкаясь и хромая, вывалилась жалкая фигура. Одежда Ли Цзые превратилась в лохмотья, лицо было в грязи и ссадинах, а прическа напоминала взрыв на макаронной фабрике — волосы торчали во все стороны, словно в них порезвилась стая бешеных птиц. — Ого! Какой стиль! Какой шарм! — тут же съязвил Чжан Лата. — Пацан, ты что, пытался украсть жену у лешего и получил от него поленом? — Иди ты, старина Чжан! Хоть бы раз посочувствовал! — огрызнулся Ли Цзые, подбегая к наставнице. Его лицо выражало праведный гнев. — Наставница! Эти бесчестные ублюдки, эти бандиты! Они устроили засаду! Я еле ноги унес! — О, — равнодушно бросила Цинь Эно. Видя такую холодность, Ли Цзые схватился за сердце: — Наставница, как ты можешь быть такой жестокой? Твоего любимого ученика чуть не убили, а тебе все равно? — Ты ходишь к ним в лагерь как на работу, провоцируешь их каждый божий день. На их месте я бы тоже устроила засаду, чтобы прикопать тебя где-нибудь под кустом, — невозмутимо парировала она. — Жив — и ладно. — … — Ли Цзые потерял дар речи и лишь яростно почесал свой «птичий курятник» на голове. Жизнь была болью. — Я вижу, твои раны зажили достаточно, — вдруг сменила тему Цинь Эно. — С сегодняшнего дня начнем изучать боевые приемы техники «Летающий Бессмертный». — Что? Правда?! — все страдания были мгновенно забыты. Глаза парня загорелись фанатичным блеском. — Дай сюда меч. — Держи! — он с готовностью протянул ей Цин Шуан. Цинь Эно приняла клинок. В следующее мгновение она уже не стояла на месте. Легкий толчок — и она взмыла в воздух, подобно испуганному лебедю. Её движения были настолько быстрыми и плавными, что казалось, будто она не касается земли. Вспышка! Воздух загудел. Меч описал дугу, и волна ци, острая, как бритва, ударила вниз. *БУМ!* Земля содрогнулась. Пыль взметнулась столбом. Каменная плита под ударом невидимого лезвия раскололась надвое с пугающей легкостью. Владычица Меча приземлилась так же тихо, как падающий лист, и бросила меч обратно ошеломленному ученику. — Смотри на следы на земле, — холодно скомандовала она. — Повторяй шаги. Когда сможешь пройти этот рисунок идеально, без единой ошибки, я покажу следующий прием. Ли Цзые перевел взгляд на землю. Там, где пронеслась наставница, остались едва заметные, но четкие отпечатки ног. «Она двигалась так быстро, что я увидел только последний удар», — с благоговением подумал он. — «Если бы не следы, я бы решил, что она просто летала». Но если есть следы, значит, это можно повторить! Он подошел к первому отпечатку, глубоко вдохнул и попытался скопировать движение. — Ха! Рывок ко второму следу… — А-а-а-а!!! Тело вдруг перестало слушаться. Инерция подхватила его, закрутила, и Ли Цзые пушечным ядром врезался в ствол векового дерева, растущего неподалеку. *Бам!* Сидящий у озера Чжан Лата сделал глоток вина и ухмыльнулся. Если бы «Летающий Бессмертный» был так прост, его бы учил каждый встречный. Но за тысячи лет никто так и не смог освоить это наследие. Одни только шаги этой техники способны свести с ума. *ПЛЮХ!* Не успел старик додумать мысль, как мимо него пронеслось нечто визжащее и с громким всплеском обрушилось в озеро. — О, решил искупаться? Освежиться захотелось? — крикнул он в расходящиеся круги на воде. — Старик, хватит ржать! — Ли Цзые, отфыркиваясь и выплевывая водоросли, выкарабкался на берег. — Почему это так сложно?! Эта чертова техника меня убить хочет! Помоги, а? — Техника перемещения и фехтования «Летающего Бессмертного» уникальна, — назидательно произнес Лата. — Особенно когда ты начинаешь использовать истинную ци. Если не контролировать тело идеально, собственная сила швырнет тебя куда подальше, и ты покалечишься. А насчет помощи… ответственно заявляю: ничем помочь не могу. Страдай сам. — Ну и друзья у меня! — буркнул Ли Цзые, отжимая мокрый халат. Он встал, отряхнулся и снова пошел к следам. Весь остаток дня задний двор поместья Ли оглашался звуками катастрофы. *БАМ!* — Ли Цзые встретился со стеной. *ХРЯСЬ!* — Ли Цзые обнял дерево. *БУЛЬК!* — Озеро приняло его в свои объятия в десятый раз. Слуги ходили по двору на цыпочках, пугливо озираясь, боясь попасть под траекторию полета своего молодого господина. Солнце село, а Ли Цзые так и не смог продвинуться дальше третьего шага. При том, что Цинь Эно оставила цепочку из девяти. — Ладно, пора спать, — потянулся Чжан Лата, вставая с насиженного места. Он ушел, оставив юношу одного в темноте. Но звуки падений не прекратились. Из окна своей комнаты на втором этаже за этой сценой наблюдала Цинь Эно. В её красивых глазах промелькнуло уважение. Упорство. Вот чего у этого парня было не отнять. Любой другой на его месте уже сдался бы. Не говоря уже о технике шагов — даже сам процесс открытия меридианов был пыткой. Каждый день ему дробили каналы и восстанавливали их заново. Боль адская. Но он терпел. Именно поэтому она все еще была здесь. Гениев в мире много. Но людей с такой стальной волей — единицы. Путь боевых искусств — это не спринт, это марафон. Многие юные дарования, имея блестящий старт, сдувались на полпути, не выдерживая рутины и боли. Ли Цзые начал с позиции проигравшего, но если он сохранит этот огонь внутри, однажды он потрясет этот мир. Ночь накрыла поместье Ли. Все спали, кроме одной упрямой фигуры на заднем дворе. *ПЛЮХ!* Очередное падение в холодную воду. Ли Цзые выполз на берег, жадно глотая воздух. Легкие горели, мышцы дрожали. «Бессмертный Меч… звучит круто», — подумал он, глядя на звезды. — «Я должен это сделать. Я не проиграю». Раньше у него не было пути, он был в тупике. Теперь дорога есть, пусть она и усыпана шипами. Это все равно лучше, чем безнадежность. Стиснув зубы, он снова поднялся. Когда рассвело и прокричали первые петухи, двор опустел. Ли Цзые, закончив утреннюю медитацию, снова, не теряя ни минуты, умчался в горы Цилянь — получать новую порцию побоев от бандитов. Выйдя во двор, Цинь Эно увидела истоптанную землю. Тысячи, тысячи следов. Пятый шаг. Он смог дойти до пятого шага. «Трудолюбие способно компенсировать бездарность», — мысленно кивнула она. Скоро он освоит первую форму. --- Тем временем в столице Великой Шан прибытие Ли Ювэй вызвало настоящий переполох. Семья Ли из Юйчжоу за десять лет превратилась в легенду. Из обычных торговцев они стали финансовыми монстрами, с которыми приходилось считаться даже императорскому двору. Их богатство пугало и манило. Поэтому, стоило их карете въехать в ворота, как к гостинице, где остановилась Ли Ювэй, потянулись гонцы от различных фракций. Особенно активны были люди Четырех Принцев. В Великой Шан много сыновей у Императора, но реальных претендентов на трон всего четверо: Первый Принц Му Юань, Третий Принц Му Яо, Четвертый Принц Му Бай и Одиннадцатый Принц Му Цин. Их противостояние, названное в народе «Борьбой Четырёх Принцев», длилось уже много лет. Однако первым человеком из императорской семьи, кто прислал приглашение Ли Ювэй, оказался не кто-то из этой четверки. Это была самая яркая жемчужина Великой Династии. Девушка, чью красоту и ум воспевали поэты, а суровые историки, нарушая правила, посвящали ей целые страницы в летописях. Самая красивая женщина Великой Шан. Девятая Принцесса, Му Жун!