Многие вещи устроены именно так: пока ты сам не придаешь им значения, они не кажутся чем-то важным. Тем более, как и говорила Шаньнян, ни у кого не хватало смелости пересказывать эти сплетни ей в лицо, поэтому слухи ее особо не беспокоили. Однако всегда находился кто-то, кто обожал портить ей настроение.
В женской школе после обеда обычно не было серьезных занятий, поэтому уроки там заканчивались раньше, чем в мужской. В тот день Шаньнян захотела купить новый набор кистей и туши. Поскольку Линь Жучжи была занята и не могла составить ей компанию, она позвала с собой Ю Хуэй и Чжао Сянъэр. После посещения лавки письменных принадлежностей девочки, как обычно, решили немного прогуляться по улицам. Они как раз обсуждали новые ткани в магазине мануфактуры, когда Шаньнян внезапно услышала, что кто-то окликает ее со спины.
Она обернулась и увидела, как у края дороги медленно остановилась повозка. Юань Чансин спрыгнул на землю и с улыбкой сказал:
— Какое совпадение, встретить здесь Тринадцатую сестрицу. Сестрица, ты гуляешь?
«Ерунда!» — Шаньнян мысленно закатила глаза, но, не желая терять лицо перед Ю Хуэй и Чжао Сянъэр, нацепила вежливую улыбку и обменялась с Юань Чансином парой дежурных фраз. Юань Чансин, не долго думая, тут же решил воспользоваться случаем:
— Раз уж мы встретились, позвольте мне угостить вас. Предлагаю сестрице и этим двум барышням зайти в ту чайную, присесть и немного отдохнуть.
Городок Мэйшань был совсем крошечным, поэтому Ю Хуэй и Чжао Сянъэр знали, что Юань Чансин приходится Шаньнян двоюродным братом, и обе выжидающе посмотрели на подругу.
Шаньнян поспешно покачала головой:
— Нет, спасибо, нам нужно купить еще кое-что, а то скоро совсем стемнеет.
— В таком случае, отложим до следующего раза. Но вы ведь всего лишь три хрупкие девушки, я за вас очень беспокоюсь. Позвольте мне проводить вас, хотя бы помогу донести покупки, — произнося это, Юань Чансин полностью проигнорировал служанок, стоявших за спинами барышень, будто те были невидимками.
Ю Хуэй не удержалась и заговорщицки подмигнула Чжао Сянъэр. Шаньнян же твердо и решительно вновь отклонила предложение Юань Чансина.
Получив второй отказ, он, вопреки опасениям Шаньнян, не стал навязываться. Юань Чансин отступил на шаг и с предельно вежливой улыбкой произнес:
— Раз так, не смею больше докучать сестрице. В следующий раз обязательно приглашу вас троих на чай. — Договорив, он запрыгнул в повозку и уехал.
Глядя вслед удаляющемуся экипажу, Шаньнян недоуменно приподняла бровь. Пока она размышляла над мотивами его поступка, Ю Хуэй внезапно наклонилась к ней и прошептала на ухо:
— Неспроста такая любезность: либо хитрит, либо что-то замышляет.
Шаньнян удивленно посмотрела на нее.
Ю Хуэй, опершись на ее плечо, со смешком продолжила:
— Разве не говорят, что ваши семьи собираются породниться? Он так обходителен с тобой... Неужели у него на тебя виды? — В этом мире нет тайн, которые можно скрыть, тем более что разговоры о помолвке тянулись уже почти два месяца, и в городке все заинтересованные семьи давно об этом прознали.
Шаньнян пренебрежительно скривилась:
— Меня это не касается, и я в этом не участвую.
Чжао Сянъэр, которая, выражаясь современным языком, была заядлой «ценительницей красоты», мечтательно сложила ладони:
— Если бы это был тот Юань Чанцин, еще можно было бы подумать, но этот... Ну уж нет. Один его прыщавый вид чего стоит — смотреть противно, ну вылитая жаба. — Сказав это, она поежилась, заставив Шаньнян и Ю Хуэй рассмеяться.
Шаньнян добавила:
— Мне не интересен ни Юань Чанцин, ни Юань Чансин. Только представлю, что в будущем меня будут звать «госпожой Обезьяной», и мне уже не по себе.
Ее шутка (обыгрывающая созвучие фамилии Юань и слова «обезьяна») вызвала новый взрыв хохота у подруг.
Однако с того дня Шаньнян начала замечать, что Юань Чансин стал буквально преследовать ее — она сталкивалась с ним повсюду. И каждый раз он подходил со своими мелкими знаками внимания, но вовремя и очень ловко отступал, прежде чем она успевала выказать недовольство. Если бы в прошлой жизни она едва не пострадала от него и не сохранила бдительность, то, возможно, и впрямь начала бы воспринимать его как друга.
Однажды, помогая старой госпоже Линь уладить кое-какие дела, Шаньнян задержалась в школе гораздо дольше обычного. Когда она вышла, небо было хмурым, предвещая скорый дождь. У ворот ее ждала Саньхэ. Вид у нее был довольно плачевный: на руках и щеках виднелись царапины.
Шаньнян в испуге подбежала к ней:
— Что случилось?
— Сама не пойму, — доложила Саньхэ, — повозка стояла спокойно, и вдруг лошадь чего-то испугалась, понесла и сломала дышло. Сейчас экипаж увезли в починку, я уже послала человека...
Она не успела договорить, как рядом кто-то вклинился в разговор:
— Что произошло? Я слышал, с вашей повозкой беда?
Шаньнян обернулась — это был Юань Чансин, только что вышедший из школы. Глядя на него, она невольно прищурилась: он ведь только что покинул здание, откуда ему знать о поломке ее экипажа?
Юань Чансин с тревогой посмотрел на небо:
— Похоже, вот-вот хлынет дождь. Позволь мне отвезти сестрицу домой.
В душе Шаньнян закрались подозрения, поэтому она не собиралась соглашаться и с вежливым отказом покачала головой:
— Спасибо, не стоит. Я подожду брата и вернусь с ним.
Юань Чансин поспешил возразить:
— Но Седьмой брат уже уехал. Давай я все же провожу тебя.
Шаньнян не поверила ему и посмотрела на Саньхэ.
Только теперь у Саньхэ появилась возможность закончить фразу, прерванную Юань Чансином:
— Повозка старшего молодого господина уехала еще до того, как случилась беда с нашей. Но я уже отправила человека домой за другим экипажем. Барышня, не хотите ли вернуться в школу и подождать там? Когда повозка прибудет, я позову вас.
Не зря люди поговаривали, что Пятый господин — мастер тратить, а не зарабатывать. Одним из доказательств было то, что в его доме, где было всего пять господ, содержалось целых четыре повозки. Одна из них была огромным экипажем западного образца, купленным господином за огромные деньги в другом городе. На самом деле жителей городка легко было понять, ведь все знали о страсти Пятого господина к живописи, но мало кто догадывался, что одна его картина могла легко окупить стоимость такой повозки. Так что в доме Шаньнян недостатка в экипажах точно не было.
Но проблема была в другом...
Шаньнян посмотрела на небо.
Юань Чансин очень искренне произнес:
— Скоро стемнеет, и дождь обещает быть сильным. Если сестрица решит ждать в школе, я останусь вместе с тобой.
Шаньнян взглянула на него. Раз уж от него не отделаться, лучше было согласиться. Она присела в вежливом поклоне:
— В таком случае, прошу простить за беспокойство, второй молодой господин.
Юань Чансин так и просиял. Он суетливо пригласил Шаньнян в свою повозку.
Когда Шаньнян и Саньхэ устроились внутри, экипаж тронулся. Юань Чансин оказался прекрасным собеседником: он всю дорогу болтал о всяких пустяках, не давая разговору затихнуть ни на миг. Лишь когда они подъехали к дому Пятого господина, он внезапно замолчал и, глядя на Шаньнян, произнес:
— Все эти дни я очень беспокоился о тебе, сестрица. Видя, что ты в добром здравии, я наконец обрел покой.
Шаньнян непонимающе посмотрела на него.
Юань Чансин вздохнул, его взгляд был полон недосказанности. И вдруг он выпалил:
— Сестрица, не волнуйся, я не верю никаким сплетням. В моем сердце ты...
Он осекся, будто сболтнул лишнее, резко замолчал и отвернулся к окну:
— Сестрица, мы приехали. — Не дожидаясь, пока повозка полностью остановится, он торопливо выпрыгнул наружу, словно от чего-то убегая.
Шаньнян не успела никак отреагировать, как Саньхэ инстинктивно сжала ее руку. Обменявшись взглядами со служанкой, Шаньнян вышла из экипажа.
Сделав вид, что не заметила его странной фразы, Шаньнян с улыбкой поблагодарила Юань Чансина, после чего дядюшка Янь, стоявший на воротах, проводил ее внутрь поместья.
Глядя, как ее фигура скрывается за воротами, Юань Чансин с сомнением сощурился и тряхнул головой. Несмотря на юный возраст, в Столице он считался опытным повесой, любившим приударить за девушками. Он полагал, что соблазнить такую провинциалку, как Тринадцатая, будет парой пустяков, но поведение Шаньнян совершенно отличалось от всего, с чем он сталкивался раньше...
Оставим Юань Чансина и вернемся к Шаньнян. Проходя по переулку поместья и вспоминая игру «второго брата», она вдруг усмехнулась и легонько подтолкнула Саньхэ, которая все еще придерживала ее под локоть:
— Зачем ты меня так ущипнула?
Саньхэ улыбнулась:
— Боялась, как бы барышня не попалась на его удочку. Но наша барышня куда умнее. — Стоило ей договорить, как первые капли дождя, так долго собиравшиеся в небе, упали на землю. Хозяйка и служанка, подхватив юбки, бегом бросились к дверям и успели влететь во двор Чуньшэнь за миг до ливня.
Уфу вышла встретить их и, глядя на крупные капли, выбивающие фонтанчики брызг на террасе, заметила:
— Ого, какой сильный дождь! Как хорошо, что барышня успела вернуться вовремя. — И добавила: — Матушки Ли до сих пор нет, боюсь, промокнет до нитки.
Только тогда Шаньнян вспомнила, что кормилица снова отпросилась домой.
Когда матушка Ли вернулась, она и впрямь была похожа на мокрую курицу, как и предсказывала Уфу. Шаньнян к тому времени уже легла в постель и велела Саньхэ и Уфу помочь кормилице привести себя в порядок. Вскоре Саньхэ поднялась на второй этаж. Увидев, что Шаньнян не спит, а подпирает голову рукой и смотрит на нее, она подошла и тихо доложила:
— С телом все в порядке, ран нет, но колени разбиты. Видимо, матушка дома на коленях стояла.
Шаньнян нахмурилась и, немного подумав, спросила:
— Удалось что-нибудь разузнать?
Саньхэ покачала головой, но вдруг вспомнила:
— Ах да, браслета на руке у матушки больше нет.
Шаньнян горько усмехнулась:
— И гадать не нужно — наверняка тот человек снова забрал его, чтобы спустить в игорном доме. — Она в сердцах ударила кулаком по кровати: — Почему она никак не может уйти от него?!
Саньхэ вздохнула:
— Матушка боится пересудов. Как говорится, язык хоть и мягкий, а раздавить может до смерти.
Шаньнян снова яростно ударила по постели:
— Только если принимать эти слова близко к сердцу, они могут раздавить! Но это слова посторонних людей, какое до них дело? Зачем кормилице принимать это так близко к сердцу? Неужели эти люди для нее важнее, чем мы?! — Шаньнян, сама находясь в центре сплетен, никак не могла понять позицию матушки Ли.
После того случая Юань Чансин стал смотреть на Шаньнян странным (возможно, по его мнению, полным страсти) взглядом, от которого у нее мурашки бежали по коже, и она старалась избегать его еще усерднее. А Юань Чансин, каждый раз заставая ее одну, отпускал туманные, приторные фразы. В конце концов он начал намекать, что даже если в ее сердце есть кто-то другой, он все равно будет ей верен...
Честно говоря, Шаньнян была в полном замешательстве. Она никак не могла взять в толк, чего он добивается. Даже вспоминая прошлую жизнь, она не находила ответа. Завидовал Юань Чанцину? Это несомненно, она и раньше знала, как он его ненавидит. Но зачем он увивался вокруг нее? Неужели он решил, что между ней и Юань Чанцином что-то есть, и хочет «увести» ее у него?!
— Ха-ха. — Шаньнян подумала, что эта шутка совсем не смешная.
После Праздника драконьих лодок начался сезон дождей, и весь городок Мэйшань окутало туманной дымкой. Иногда ненадолго проглядывало солнце, но к вечеру обязательно начинал накрапывать дождик. Когда мысли Шаньнян переключились с Юань Чансина на Юань Чанцина, она осознала, что на дворе уже середина пятого месяца, а тот, кажется, и не собирается возвращаться.
Только теперь Шаньнян окончательно убедилась, что Юань Чанцин совершенно вылетел у нее из головы — если бы не Юань Чансин, она бы и не вспомнила, что того все еще нет.
Впрочем, в последнее время ее беспокоил не Юань Чанцин и не Юань Чансин, а ее кормилица.
Шаньнян заметила, что родные матушки Ли стали приходить за ней подозрительно часто. Однако сколько бы Шаньнян ни спрашивала, кормилица упорно молчала. Переживая за нее, Шаньнян втайне попросила дядюшку Гуя разузнать, что происходит. Выяснилось, что ее непутевый муж-игрок наделал кучу долгов и теперь каждый день требует у жены денег.
Поэтому когда в один из дней, вернувшись из школы, Шаньнян увидела, как этот мужчина снова донимает кормилицу, она не выдержала. Вспыхнув от гнева, она велела слуге прогнать его палками.
Эту сцену как раз и застал проходивший мимо Юань Чансин.
Обновлено: 02.02.2026