Завершив это, божественный аватар, таинственный силуэт из света и тени, немедля вернулся на корабль. Руны, струившиеся вокруг его тела, замерцали, и он погрузился в глубокую медитацию.
Он не желал уделять ни капли лишнего внимания этой захолустной планете, бедной энергией и с низким прогнозируемым потенциалом.
Если бы экзамен по повышению цивилизации не был поручением Высшего совета человечества, он бы и шагу не ступил в этот пустынный сектор.
Поэтому всю рутину — наблюдение за экзаменом, сбор данных и предварительную оценку — он небрежно свалил на главный искусственный интеллект корабля и ту эльфийку, что была Стражем цивилизации.
— Слушаюсь, хозяин. Данные наблюдения синхронизированы и переданы Стражу цивилизации.
Серебристо-белая сфера ИИ послушно ответила. Потоки данных на её поверхности ускорились, и невидимые зондирующие лучи, словно всепоглощающая сеть, окутали Голубую звезду внизу.
Аурелия, оставленная в стороне, молча наблюдала за происходящим. Лишь когда экзамен официально начался и она убедилась, что божество вернулось на свой корабль и не отдаст новых распоряжений, она вновь низко поклонилась флагману:
— Аурелия просит разрешения удалиться. Если вашему величеству что-либо потребуется, я исполню любой приказ, не щадя своей жизни!
Произнеся это, она, не смея больше его беспокоить, окутанная потоком света, вернулась на свой корабль.
Тяжелая дверь шлюза бесшумно закрылась за её спиной, отсекая удушающее давление высшего существа. Нервы Аурелии, натянутые до предела, наконец ослабли. Она больше не могла держаться на ногах — колени подогнулись, и она сползла на пол по гладкой прохладной стене звездолёта, тяжело прислонившись к металлу. Свернувшись калачиком в углу коридора, Аурелия спрятала лицо в коленях. В этот миг от благородства и элегантности, которые она сохраняла всю свою сознательную жизнь, не осталось и следа.
Её хрупкие плечи мелко дрожали — не от слёз, а от инстинктивного трепета души, выдержавшей колоссальное напряжение. Судьба её семьи, её единственная надежда — всё зависело от этого призрачного шанса. Ноша была так тяжела, что дышать становилось почти невозможно. Мягкое сияние, заливавшее коридор, безмолвно окутывало её фигуру, подчёркивая невиданную прежде хрупкость.
Но это продолжалось недолго. Уже через несколько вдохов Аурелия резко вскинула голову. Свет ромбовидного кристалла у неё на лбу, хоть и оставался сдержанным, вновь обрёл твёрдость и решимость.
Она глубоко, почти жадно, вдохнула рециркулируемый воздух корабля, наполненный свойственным эльфам травянистым ароматом, словно пытаясь выдохнуть из себя остатки страха и слабости. Прохлада, хлынувшая в лёгкие, подействовала как укол сильнодействующего средства, и бешено колотившееся сердце постепенно успокоилось.
Опершись руками о холодную стену, Аурелия уверенно поднялась на ноги. Складки её платья из звёздной дымки тут же расправились, вернув образу безупречную элегантность. Лишь едва заметная краснота в уголках глаз напоминала о недавней слабости — в остальном казалось, будто ничего и не было.
Она зашагала к центральному посту управления, и её мысли заработали с бешеной скоростью.
«Холоден... но не создавал проблем, даже свалил на меня всю рутину... Возможно, он из тех нейтралов, что сосредоточены лишь на самосовершенствовании... а такие обычно ценят только результат», – от этого вывода её напряжение слегка ослабло, и в душе зародилось робкое чувство облегчения.
«Пока нет враждебности, есть шанс!»
Она не смела и мечтать о расположении божества, лишь надеялась безупречно выполнить свою часть работы, не допустив ни единой ошибки. Если по окончании экзамена его величество Сюй Чэнь будет в хорошем настроении, тогда, возможно... возможно, она наберётся смелости и в самой смиренной позе попросит его оставить ей контактную печать в виртуальной сети — с самыми минимальными правами доступа. Пусть она никогда не осмелится ею воспользоваться, но одного лишь «случайно» просочившегося слуха о её существовании будет достаточно, чтобы враждебные кланы призадумались. В конце концов, они не смогут выяснить, каковы её истинные отношения с его величеством Сюй Чэнем. А пока они будут пытаться это проверить, пройдёт немало времени, да и не факт, что у них что-то получится. Это и будет её шансом, глотком воздуха в беспросветной тьме!
Вскоре Аурелия подошла к главному пульту управления и ровным голосом отдала приказ:
— Синъюй, принимай полный поток данных от ИИ с корабля его величества Сюй Чэня. Проводи анализ в реальном времени и немедленно докладывай о любых отклонениях.
— Слушаюсь, хозяйка, — ответил виртуальный эльфёнок, появившийся из воздуха. Он облетел Аурелию и снова нырнул в главный пульт.
Разобравшись с неотложными делами, Аурелия с облегчением вздохнула и медленно подошла к огромному обзорному иллюминатору в носовой части корабля. Сперва она с почтением взглянула на флагман божества, а затем перевела взгляд вниз, на крошечную голубую планету. На её утончённом лице отразилась гамма сложных чувств.
За пять тысяч лет стойкость и воля людей Голубой звезды не раз вызывали у неё уважение, но, к сожалению, они были слишком поглощены бесконечными междоусобицами. Жадность, подозрительность, амбиции... Войны, не раз обращавшие их блестящую цивилизацию в пепел, ужасали её. И хотя после этого экзамена её пути с цивилизацией Голубой звезды, затерянной на задворках человеческого космоса и почти наверняка обречённой на низшую оценку, разойдутся, она не могла не испытывать к ним никаких чувств. Всё-таки она молча наблюдала за ними несколько тысячелетий.
Она невольно вспомнила наказ бабушки, данный ей перед отлётом: «Если не сумеешь заручиться поддержкой божества, не возвращайся. Оставайся на территории людей, приложи все силы, чтобы прорваться на уровень Звездного Домена, и продолжи наш род там...»
В душе Аурелии промелькнуло сочувствие к судьбе, похожей на её собственную. Глядя на планету, которую она оберегала пять тысяч лет, она мысленно вздохнула:
«Надеюсь... мы обе сможем ухватиться за тот лучик света в непроглядной тьме...»
…
А в этот самый миг на Голубой звезде, в государстве Ся, в городе Хэлу.
Линь И был полностью поглощён своей «игрой». Его взгляд время от времени скользил по настенным часам: 12:09:01... 12:09:02... 12:09:06...
Внезапно незримая, неощутимая, но безмерно могучая и всеобъемлющая воля, подобная грохоту рождения Вселенной, в один миг пронеслась над всей Голубой звездой.
Беззвучно — но будто миллионы звёзд взорвались в глубине души!
Без всполохов — но весь банкетный зал на мгновение утонул в удушающей, всепоглощающей серости!
В этот миг замерло даже само время.
Все гости — те, кто поднимал бокалы, брал еду, смеялся, шёл — застыли на месте.
Замерли играющие дети, замерли официанты с подносами, замерли даже вращающиеся люстры.
Вся Голубая звезда на одно мгновение погрузилась в абсолютную, леденящую душу неподвижность.
Лишь разум Линь И продолжал работать.
Первородная душа уровня Звездного Вихря инстинктивно содрогнулась, но он намертво сковал её силой воли, отчего его тело, как и у всех остальных, «оцепенело».
Через долю секунды давление исчезло, и мир словно перезапустился.
Вернулись краски, хлынули звуки.
— Э... что... что это сейчас было?
— Мне... мне, кажется, померещилось?
— Голова кружится...
За короткой мёртвой тишиной последовало смятение и тревожный гул голосов. Гости растерянно переглядывались, дети, напуганные странным ощущением, жались к родителям.
Его дядя, Чжоу Цзяньцзюнь, резко вскочил. Нахмурив брови, он орлиным взором устремился в окно.
Инстинкт отставного военного подсказывал ему, что в воздухе запахло смертельной опасностью.
Линь И же намеренно выждал несколько секунд и лишь затем повернул голову, устремив взгляд через окно на газетный киоск через дорогу.
Обновлено: 21.01.2026