Глава 25 — Глава 24. Сажа в металле

Глава 24. Сажа в металле Десять дней до начала турнира. Старейшина Те стоял за спиной Ши Юна, наблюдая за работой здоровяка. - Как дела с твоим вторым сердцем, ученик? Ши Юн прислушался к ощущениям. Сердце увеличилось в размере, билось ровно и мощно, наполняя его мышцы энергией. - Я чувствую, как оно растет с каждым ударом, наставник! - отозвался Ши Юн, продолжая опускать молот на раскаленный металл. Старейшина бросил взгляд на несколько готовых клинков, лежавших неподалеку от наковальни. Он взял один клинок, провел пальцем на лезвию и хмыкнул. Взял второй. Потом третий. - Быстро учится... - пробормотал кузнец, возвращая клинок на место. Ши Юн внимательно посмотрел на наковальню. В этот раз на ней лежала не заготовка клинка, а почти готовая алхимическая печь. Небольшая, пузатая, с толстыми стенками - она выглядела как маленький крепостной бастион. Он потратил на нее три дня, выверяя каждый удар, спрессовывая слои металла в единый, несокрушимый монолит. - Последний штрих! - выдохнул Ши Юн. Звонкий, чистый удар молота пришелся по крышке, запечатывая форму. Металл отозвался долгим, певучим звуком. - Наставник! - гаркнул он, утирая сажу с лица. - Готово! Принимайте работу! Старейшина подошел к верстаку, вытирая руки о кожаный фартук. Он отодвинул мечи и с профессиональным интересом уставился на печь. - Ну-ка, дай сюда, - пробасил кузнец, протягивая руку в толстой перчатке. Он ухватил печь за бока, поднял ее на уровень глаз и прищурился, оценивая геометрию. - Стенки ровные, дно тяжелое... Форма держится. Вроде бы неплох... КРАК! Звук был сухим и резким, как выстрел лопнувшей кости. Прямо в руках Старейшины, без всякого предупреждения, печь раскололась надвое. Одна половина осталась в перчатке кузнеца, вторая с тяжелым грохотом рухнула на каменный пол, едва не раздробив Ши Юну пальцы ног. Ши Юн мгновенно помрачнел, с громким стуком опустив молот на пол. - Как... Как так? - прошептал здоровяк с детской обидой в голосе. - Я же все делал правильно! Я чувствовал металл! Я бил в ритм! Старейшина Те тяжело вздохнул и небрежно бросил оставшийся обломок на верстак. - Не кисни, парень. Печь - это тебе не гвоздь. Внутреннее напряжение металла - хитрая штука. Мало у кого получается с первого раза, иначе каждый второй дурак в этой секте уже ходил бы с полными карманами. Перегрел где-то или остудил слишком быстро. Бывает. Он ободряюще хлопнул остолбеневшего Ши Юна по плечу. - Иди, отдохни. Завтра попробуешь снова. Руды на складе достаточно, горы не обеднеют. Кузнец развернулся, чтобы уйти к своему горну, но вдруг замер. Звук, который издала половинка печи при падении, показался ему неправильным. Слишком глухим. - Стоп, - медленно произнес кузнец и развернулся, глядя в сторону печи. Он вернулся к верстаку, взял маленький молоточек и легонько, самым краешком, постучал по месту скола. Старейшина нахмурился и снова постучал молоточком. Он поднес обломок к яркому свету горна и провел ногтем по зернистой структуре металла на срезе. Его лицо потемнело, наливаясь кровью. - Проклятье, Ши Юн! - голос Старейшины стал громким и вибрирующим, как гул печи перед взрывом. - Я же ясно сказал тебе использовать Железо Спящей Горы. Чистое. Без примесей. А ты что сделал?! - Я так и делал! - воскликнул Ши Юн, указав пальцем на гору железа. - Я взял материал там, где вы показали! Я даже пыль с него сдул! - Тогда объясни мне, - кузнец ткнул толстым пальцем в едва заметные темные, почти черные вкрапления на месте излома, - зачем ты подмешал сюда «Пепел Костяной Змеи»? - Чего? - Ши Юн округлил глаза от удивления и уставился на место излома. - Какой еще змеи? Я даже не знаю, что это такое! Я змей только в супе видел! - Это хрупкая добавка, которую используют ювелиры для чернения узоров, - рявкнул кузнец. - Но если добавить ее в сплав для печи, она делает металл ломким при остывании. Она убивает прочность изнутри! Старейшина посмотрел на Ши Юна тяжелым, сверлящим взглядом. - Ты не мог этого не заметить, когда стоял у горна. Эта дрянь воняет серой, когда плавится. - Но я ничего не чувствовал! - в отчаянии закричал Ши Юн. - Только запах угля и своего пота! Старейшина, клянусь самой большой миской риса, я не добавлял никаких змей! Чтоб мне подавиться, если вру! Старейшина посмотрел на клинки, которые уже успел изготовить Ши Юн, а потом снова на здоровяка. - И все же, как это получилось? - прорычал кузнец, медленно поворачивая голову и обводя взглядом притихший зал. - Само собой? Ученики поспешно отводили глаза, утыкаясь в свои наковальни и меха. Теперь стук их молотов, казалось, стал нервным и сбивчивым. - Я тебе верю, ученик. Но вот тебе совет - впредь будь внимательнее с материалом. И с теми, кто тебя окружает, - нахмурившись бросил кузнец. Старейшина подошел к горе руды, взял несколько кусков и бросил перед Ши Юном. Металл гулко ударился о наковальню. - Куй снова. Ши Юн кивнул в ответ. - Спасибо, Старейшина. *** Ли Чэнь неподвижно сидел в своей комнате. Все его внимание было приковано к точке ниже живота. Там, в глубине Даньтяня, с натужным гулом вращался бледно-бирюзовый вихрь. Ли Чэнь ментальным усилием подгонял его, заставляя крутиться быстрее и плотнее. Он отчетливо чувствовал прямую связь: чем выше скорость вращения, тем легче станет его тело, позволяя «Искусству Бесформенного Ветра» эффективнее уводить его из-под удара. И чем мощнее станет тяга вихря - тем больше эссенции противника сможет втянуть его «Последнее Эхо». Ли Чэнь глубоко вздохнул и открыл глаза. «В бою с близнецами я накапливал эссенцию для атаки с поддержкой Ши Юна. Теперь я могу полагаться только на себя. Раньше я мог красть не более двадцати процентов от каждого удара. Теперь, возможно, около тридцати. К тому же я чувствую, что смогу уклониться на пару раз больше. Если не рисковать - то восемь раз точно. Получается, я ударю с силой, равной примерно двум с половиной атакам врага. Худшее, что может случиться - если противник уклонится от атаки. Хотя, она настолько быстрая... Надеюсь моим противником на турнире не будет другой Заклинатель Ветра». В дверь постучали. Ли Чэнь хотел было подняться, чтобы подойти и открыть, как дверь отворилась и в комнату вошел Ши Юн. Выглядел он мрачнее грозовой тучи - ссутулившийся, с потухшим взглядом и плотно сжатыми губами. - Ли Чэнь, проклятье... Все пропало. Су Юэ... Я так хотел помочь ей, понимаешь? - Что случилось? - нахмурившись спросил Ли Чэнь, снова сев в позу для медитации. - Я ковал ей печь три дня подряд, я уже почти закончил... Да не почти, а закончил! Старейшина Те взял ее в руки и она раскололась надвое. Он сказал, что я добавил в металл какую-то дрянь, но клянусь своим молотом, я ничего не добавлял! - И как эта дрянь там могла оказаться? Есть идеи? - Нет, - покачал головой Ши Юн. - Старейшина сказал, что нужно быть внимательнее с материалом и с теми, кто меня окружает. Подожди, значит ли это... - Это близнецы. Ты отходил от горна, пока плавил металл, Ши Юн? - Я вышел на свежий воздух. Три дня в кузнице - то еще испытание, знаешь ли... - уставившись в пол ответил здоровяк. - Проклятье! Возможно, это был единственный шанс для Су Юэ. Она говорила, что ее мать держится из последних сил. Ли Чэнь молчал, а после внимательно посмотрел на Ши Юна. - Почему ты так за нее переживаешь? Ты ведь даже не знаешь эту женщину. - Ли Чэнь, ты серьезно?! Ты же сам слышал ее историю, - пробасил Ши Юн. - Ненавижу несправедливость. К тому же я уверен, что ее мать - отличный человек. Иначе Сю вела бы себя также, как те придурки из клана Бай или еще чего похуже. - Пожалуй ты прав, - задумавшись бросил Ли Чэнь. - Тогда нельзя терять время. Скоро турнир, кто знает, в каком состоянии мы будем после стычек с этими гениями из других сект. Ши Юн вытер пот со лба. - Я пошел. И да... В это раз мимо горна и муха не пролетит! Увижу - сделаю из этого ублюдка настолько уродливый артефакт, что наковальня треснет со стыда! Ли Чэнь снова закрыл глаза. «Отличный человек... Кажется, что привязанность к кому-то делает тебя слабее. Ты жертвуешь чем-то ради кого-то, кто не принесет пользы. А с другой стороны - никогда не видел, чтобы вечно голодный Ши Юн так рьяно занимался чем-то, что не связано с едой. Может быть, желание восстановить справедливость - это тоже своего рода голод? И у каждого хорошего поступка, который приближает тебя к цели, есть свой насыщенный вкус. Тот самый вкус, который ты не сможешь описать словами, просто назвав его сладким или горьким. Вкус, для которого у меня нет слова». Ли Чэнь глубоко вздохнул, откинул лишние мысли и снова сконцентрировался на Даньтяне. «Интересно, насколько силен вихрь Сяо Пэна? Он говорил, что нужно усилить его до максимума, прежде чем делать прорыв. Но как выглядит этот максимум?». *** Спустя пол часа Ли Чэнь подошел к корпусу зеленых халатов. У входа стояли две знакомые фигуры - Гуан Цзинь и Шэнь Юань. Завидев Ли Чэня, Шэнь Юань сразу же бросился к нему навстречу. - Ли Чэнь, какая встреча! Как себя чувствуешь? Пришел в себя после боя с близнецами? Готов поклясться, это лучший бой новичка, который видела эта секта! Даже старший брат Гуан Цзинь, ученик Царства Основания, бросил тебе вызов! О таком головокружительном старте можно только мечтать. Уверен, если ты расскажешь эту историю внукам, они ответ - деду снова мерещится, что он монстр в человеческой шкуре, несите воду и целебные травы! - Спасибо, Шэнь Юань, - спокойно ответил Ли Чэнь. - Могу я войти в этот корпус? - Нет, - холодно бросил стоящий в стороне Гуан Цзинь. - Нас разделили не для того, чтобы тут шастали все подряд. Войдешь, только если тебя кто-то пригласит. - Старший брат, не мог бы ты передать Сяо Пэну, что я жду его у входа? - Да пожалуйста, - фыркнул Гуан Цзинь. - Подготовка тебе не помешает, если конечно не струсишь и примешь вызов. Спустя несколько минут за спиной Ли Чэня внезапно раздался щелчок пальцами. - Не ожидал?! Привет, парень! - выпалил Сяо Пэн, улыбаясь во все зубы. - Этот вечно хмурый Заклинатель Света передал, что сильнейший, талантливейший, самый неотразимый ученик второго корпуса по имени Ли Чэнь ждет меня у входа. Как я мог отказать? - Э... - успел сказать Ли Чэнь. - Ладно-ладно, он сказал просто: Ли Чэнь, - почесав затылок продолжил Сяо Пэн. - Но мы то с тобой знаем, что Заклинатели Ветра и вправду неотразимы, так ведь? Верно? - Верно, - попытался улыбнуться Ли Чэнь. - Старший брат, я хотел спросить, а как выглядит тот самый «сильный вихрь» на первой стадии Царства Пробуждения? Сяо Пэн, наклонился к Ли Чэню и понизил тон. - Вихрь? Слушай сюда. Как только ты почувствуешь, что он начинает петь... Не просто шуметь, как сквозняк, а издавать тонкий, пронзительный свист, от которого у тебя начнут вибрировать зубы и кости, ты поймешь, что это максимум. Мы называем это «Песнь Предела». Сяо Пэн схватился за горло двумя руками. - Вихрь буквально говорит тебе, «Ааа! Мне нечем дышать»! Он рвется на свободу, а значит пора расширить эту клетку, сделав прорыв. Если ты не послушаешься его - он разорвет клетку сам, уничтожив тебя изнутри. Так что будь аккуратен! - Спасибо, старший брат, - ответил Ли Чэнь и направился в сторону корпуса синих халатов. У входа в здание он услышал знакомый голос. - Ли Чэнь, подожди. - Старший брат Хань, Вы что-то хотели? - ответил Ли Чэнь, поклонившись. - Позови остальных, - задумчиво бросил Хань. - Ситуация с турниром... гораздо сложнее, чем кажется.