Прошло несколько дней после разговора с Бурбоном.
Солнце, как и всегда, пересекло небосклон и скрылось на западе, оставив за собой лишь бледный след, медленно угасающий в сумерках.
Наступил час границы, когда день встречается с ночью.
Территория академии, еще недавно кипевшая жизнью, погрузилась в тишину. Студенты разошлись по домам, а те, кто жил в общежитии, должно быть, уже закончили ужинать.
Поэтому по пути к пристройке Леону не встретилось ни души.
Топ, топ.
В пустых коридорах гулко отдавались шаги – звук, который почти невозможно расслышать в дневной суете. Леон прислушивался к этому непривычному эху, стараясь сосредоточиться.
Он уже давно не сражался ни с кем, кроме Риана.
В классе простолюдинов не было никого, кто мог бы составить ему конкуренцию, да и сам Риан не признавал других противников.
Остальные студенты даже начали ошибочно принимать их соперничество за крепкую дружбу.
— А.
— Что такое? — Отозвался Эльсид, заметив, что Леон внезапно остановился.
— Да так, пустяки. Кажется, я понял, почему шайка Бурбона только сейчас решила до меня докопаться.
— Хм? И почему же?
— Из-за Риана.
Леон снова зашагал по коридору, поясняя свои мысли:
— Раньше я постоянно был рядом с ним, и они считали, что меня лучше не трогать. Но мы уже больше месяца не то что не тренируемся вместе – даже не разговариваем. Вот они и решили, что пора прощупать почву. Тот их визит был проверкой: вмешается Риан или нет.
— А если бы Риан их остановил?
— Сказали бы, что вышло «небольшое недоразумение», и пошли бы на попятную.
В каком-то смысле, типично аристократическая повадка.
Словно шакалы, почуявшие запах крови: слюнки текут, но на всякий случай нужно ткнуть палкой. В их политических играх вмешательство того, кто выше по статусу, – самый опасный фактор.
Никаких рисков, сплошная выгода.
Любимый расклад беспринципной знати.
— Ха, какая нелепость, — Эльсид пренебрежительно фыркнул. — Без рисков, говоришь? Неужели они думают, что мир настолько прост? В итоге они сами же попались в собственную ловушку. Начни они задираться прямо тогда – отделались бы позором одного-двух идиотов.
— Верно. Но мне так даже лучше, — согласился Леон.
Главная ошибка Бурбона была в том, что, пытаясь избежать столкновения с Рианом, он перестал наблюдать за самим Леоном. Он даже не задумался, почему тот так спокоен, почему не отступил и принял вызов.
Он просто отмахнулся, сочтя это жалкими предсмертными судорогами ничтожества.
Тот, кто привык смотреть на мир с высоты своего рождения, часто не замечает камня у себя под ногами.
— Я втопчу эту их гордость в грязь, — бросил Леон ледяным тоном и вошел в пристройку.
— Явился.
Едва он переступил порог, как его встретил густой, низкий голос.
Инструктор Хельмут.
Человек, известный как самый суровый наставник в академии. Его седеющие волосы топорщились, напоминая львиную гриву.
Несмотря на возраст за шестьдесят, он сохранил мощное телосложение. Мышцы, отчетливо проступавшие под плотной одеждой, казались способными крошить камни. Из глубоко посаженных глаз на Леона смотрел проницательный взгляд.
— За месяц ты изрядно изменился, — произнес Хельмут с тенью удивления.
— Я собирался остановить тебя, если бы ты задумал какую-то безрассудную глупость, но, похоже, в этом нет нужды. Не так ли, Леон?
— …Не совсем понимаю, о чем вы, господин инструктор.
— Прикидываешься, значит, — старик довольно усмехнулся.
Он знал о бесчинствах шайки Бурбона, но полномочия простого инструктора не позволяли ему вмешиваться во всё подряд. Он лишь присматривал, чтобы дело не кончилось тяжелыми увечьями.
Однако, похоже, этот порочный круг сегодня будет разорван.
— Делай что хочешь.
— Простите?
— Я говорю: проучи этих болванов как следует. Усек?
Леон на мгновение округлил глаза и кивнул.
Они быстро добрались до места поединка.
На ровном полу тускло светился круг диаметром в двадцать метров. Тот, кто заступит за черту во время боя, признавался проигравшим «за выходом из зоны».
Уже ожидавший там юный аристократ закричал, едва завидев Леона:
— Ты! Жалкий простолюдин, как ты смеешь заставлять меня ждать?! Да ты совсем страх потерял!
— Ха-ха, — Хельмут, стоявший рядом, издал короткий смешок, полный иронии.
Инструктору, который ясно видел разницу в их силе, этот выскочка из семьи Генрих казался кроликом, пытающимся запугать медведя.
Леон проигнорировал спесивый тон и, не проронив ни слова, вошел в круг.
— Инструктор, давайте начнем немедленно.
— Хорошо.
Прежде чем ошеломленный таким пренебрежением противник успел вставить слово, Хельмут официально провозгласил:
— Джефф Генрих и Леон. В моем присутствии вы сразитесь, поставив на кон свою честь и клятву. Джефф Генрих, чего ты желаешь в случае победы?
— Чтобы этот смерд чистосердечно признался во всех своих грехах!
— Хм-м?
Хельмут с загадочным видом покосился на Леона, но, увидев его невозмутимое лицо, лишь горько усмехнулся. Затем он задал тот же вопрос Леону:
— Леон, чего желаешь ты?
— Чтобы после этого поединка они навсегда оставили меня в покое.
— Принято.
Хельмут кивнул, подтверждая условия. Роль свидетеля заключалась в двух вещах: беспристрастно судить бой и заверить выполнение условий.
Оставался последний шаг.
— К бою!
По сигналу Хельмута оба подняли оружие.
Это были деревянные мечи, а не стальные. Даже тренировочный меч может стать смертельно опасным, если в него влить ауру. Поскольку Леон аурой не владел, Хельмут лично настоял на таких условиях, чтобы уравнять шансы.
И сразу за этим:
— Начали!
В тот же миг Леон сделал первый шаг.
— Леон, показать тебе его характеристики?
«Нет, не нужно».
Отвергнув предложение Эльсида, Леон сосредоточился. Знать параметры врага – огромное преимущество, но если привыкнуть к этой легкости, можно разучиться доверять собственным глазам.
Кем бы ни был этот парень, он всего лишь прихвостень Бурбона. Использовать против него силу Эльсида было бы излишне.
Т-и-и-инь.
Концентрация возросла. Зрение обострилось, впитывая визуальную информацию со всех сторон. Леон осознанно активировал Метод взора Родрика.
Мир вокруг словно замедлился.
Мозг, принимая колоссальный объем данных, разогнался сам собой, превращая мгновенный шум в долгий звон в ушах. Обычно такое чувство посещает человека лишь в моменты смертельной опасности.
«Идет».
В застывшем мире враг пришел в движение.
Джефф Генрих, кажется? Леон успел рассмотреть его серые волосы, синий галстук и кольцо на указательном пальце правой руки, прежде чем решил, что пора отвечать.
Диагональный удар сверху вниз.
Траектория слишком предсказуема. На случай финта Леон сместился на полшага и выкинул деревянный меч навстречу.
И…
Хрясь!
Меч с глухим стуком врезался в висок Джеффа, который несся вперед на полной скорости.
— Кха…
Потеряв сознание от одного удара, Джефф рухнул на пол. Леон с недоумением посмотрел на это жалкое зрелище.
Неужели он победил так просто?
Даже обидно, что он успел хоть немного разволноваться.
— Я же говорил, что ты победишь, — подал голос Эльсид, пока даже Хельмут в изумлении хлопал глазами.
Видать, даже будучи духом святого меча, он сохранил глаз великого героя.
Пока Леон мысленно восхищался, Джефф начал приходить в себя. Ничего не понимая, он глупо озирался по сторонам.
Жестокую реальность ему озвучил Хельмут:
— Джефф Генрих, ты проиграл.
— Что?!
Джефф завопил, не желая верить, а затем вскочил и подлетел к Леону, срываясь на крик:
— Ты! Не думай, что победил, просто случайно попав один раз! Это была ошибка! Еще раз! Сразись со мной еще раз!
Верх наглости. Похоже, он забыл, что, несмотря на разницу в сословиях, они здесь не одни.
Лицо Хельмута потемнело от гнева.
— Довольно! Джефф, я не позволю тебе позориться дальше…
— Ну, давайте попробуем еще раз.
— …Что?
Хельмут непроизвольно переспросил, ошарашенный легким согласием Леона. Отдавать уже одержанную победу – безумие.
Но бесстыжий Джефф тут же ухватился за этот шанс:
— Ха-ха-ха! Хоть ты и простолюдин, но, видимо, знаешь свое место. Ладно, раз уж ты проявил уважение, я тоже буду милосерден.
— …
Леон даже не счел нужным отвечать. Он просто снова поднял меч.
Джефф, так и не осознавший ситуацию, радостно последовал его примеру, а Хельмут, потирая шею, лишь тяжело вздохнул.
Раз обе стороны согласны переиграть, делать нечего.
— Начали, — вяло произнес он.
Леон усмехнулся этому упадническому тону и сосредоточился на противнике.
— Правильно. На этот раз не заканчивай всё одним ударом, попрактикуйся на нем, — Эльсид раскусил его замысел и ехидно хмыкнул.
Джефф, вероятно, думал, что Леон пошел на уступки, но скоро он поймет: лучше бы он признал поражение сразу.
Тот быстрый и чистый удар был актом высшего милосердия.
Т-и-и-инь.
Как и в первый раз, мир замедлился.
Леон затрепетал от этого непривычного чувства и повел взглядом.
Враг двигался в несколько раз медленнее. Руки, ноги, даже движение зрачков – всё было как на ладони. Благодаря Методу взора Родрика Леон успевал осознавать всё это одновременно.
И в этот момент он понял.
«О!»
Образ будущего движения возникал в его сознании на полтакта раньше, чем действовал Джефф. Понимая саму отправную точку каждого маневра, он мог предсказать, что будет дальше.
«Конечно, сейчас он чуть быстрее, чем в первый раз, но…»
Горизонтальный выпад.
Вертикальный удар сверху и переход в боковой срез.
Серия атак, целящая в шею, поясницу, колени и плечи.
Леон уклонялся от каждого удара идеальными, выверенными движениями. Джефф, похоже, начал использовать ауру, и его скорость возросла, но всё, чего он добился, – пара касаний по ткани одежды.
«Просчет».
Джефф замер на мгновение из-за инерции после серии ударов. Даже усиленное аурой тело имело свои пределы.
Уставшие мышцы задеревенели, дыхание сбилось.
Его главной ошибкой было пытаться задавить непрерывными атаками противника, по которому он никак не мог попасть. Не имея реального боевого опыта, он совершенно забыл о распределении Выносливости.
Хлысь!
Леон, прочитав этот момент, ударил его по бедру.
— А-а-агх!
Не привыкший к боли Джефф вскрикнул и задрожал, но меч не выронил. Кое-как отступив на два шага, он судорожно задышал, пытаясь осознать свою ошибку.
«Глупец! Ты должен был прикончить меня тогда. Такими тычками меня не свалить!»
Но Джефф до последнего не понимал.
Леон не «не смог» прикончить его. Он «не стал» этого делать. Он мог завершить бой в любую секунду.
Эта бессмысленная схватка продолжалась лишь потому, что Леон использовал его как живой манекен. Для тренировки Метода взора Родрика ему нужен был именно такой, движущийся противник.
Поэтому Леон действовал крайне осторожно.
Чтобы бедолага не откинулся после пары ударов, но и чтобы ни одна его брешь в обороне не осталась без «внимания»…
Бам! Хрясь! Тук! Ба-бам!
В тихой пристройке зазвучали звуки методичной порки, перемежающиеся воплями.
— Отлично! Я же говорил, что такие навыки лучше всего оттачивать на практике! — Эльсид, дух святого меча, который должен был символизировать милосердие, вовсю наслаждался избиением и так и сыпал советами.
Мол, по голени лучше бить не сильно, а хлестко – так больнее.
Ключица – кость хрупкая, ломается на раз, будь нежнее.
По голове больше не бей, а то вырубится, оставь на десерт.
Эти лекции больше подошли бы уличному бандиту, чем герою, ведущему к миру. И Леон, внимая этим наставлениям, орудовал мечом всё изощреннее.
— Я-я с-с-сдаю-ю-юсь! — Простонал Джефф, получив уже около сотни ударов, но Леон даже не дал ему договорить, продолжая экзекуцию.
Хельмут, которого уже тошнило от выходок шайки Бурбона, лишь сухо покашливал. Видя, что Леон старательно избегает жизненно важных точек, он решил просто не вмешиваться.
— Победитель – Леон!
В итоге Джеффа унесли в лазарет только через два часа.
Обновлено: 23.01.2026