— Давно не виделись, Риан, — бесстрастно произнес Леон.
И это не было преувеличением.
С тех пор как начались тренировки Эльсида, жизнь Леона, и без того небогатая на события, превратилась в добровольное затворничество.
И во время еды, и во время упражнений.
Он не мог позволить себе отвлечься ни на миг, ведь вопрос от Эльсида мог прилететь когда угодно. С Рианом, да и с Хлоей он толком не разговаривал уже недели две.
— Сразу после обеда на плацу – вполне в твоем стиле, брат.
Риан дружелюбно улыбнулся и сделал несколько шагов навстречу.
Казалось, пара фраз помогла ему сбросить неловкость, и странное выражение лица, замеченное Леоном мгновением ранее, бесследно исчезло.
Он остановился шагах в четырех.
И заговорил совершенно непринужденным тоном:
— Я зашел проверить, как ты, и теперь мне спокойнее.
— О чем ты?
Риан лишь пожал плечами на его резкий тон.
— Ты целый месяц не просил о поединке. Я уж грешным делом подумал, не решил ли ты сдаться, как и все остальные. Но, глядя на твое лицо, я вижу, что запал еще не пропал.
— И ты это видишь?
— Вижу.
Леон спросил с издевкой, но Риан ответил без тени сомнения.
Для гения смирение окружающих было делом привычным.
Талант, граничащий с насилием, четко выстраивает иерархию. Он ломает гордость тех, кто с ним сталкивается, вызывая либо вражду, либо благоговение. Это сила, которую называют харизмой.
Риан пользовался этой силой слишком часто, чтобы не узнавать ее плоды.
— Лица людей, которые осознали, что им меня не победить, выглядят совсем иначе.
Леон еще не сдался.
И Риана это втайне радовало.
Пусть это и усложняло задачу по его вербовке, но Риан был бы разочарован, если бы Леон сломался так же легко, как другие. В нем зашевелилось чувство, которое можно было бы назвать противоречивым.
Впрочем, Леону до его чувств не было дела.
— Рад за тебя. Это всё, ради чего ты искал меня в обеденный перерыв? Если дел больше нет, можешь идти.
Риан криво усмехнулся на такую грубость.
— Ну и колючий же ты. Мы так давно не болтали, удели мне еще пару минут.
— О чем нам с тобой разговаривать?
— Десяти минут хватит.
Устав от его настырности, Леон тяжело вздохнул.
Риан, видимо, принял это за согласие и, не дожидаясь ответа, присел рядом прямо на землю.
Веселые искорки в его зеленых глазах сменились серьезностью.
Ведь то, что он собирался сказать, говорил уже не «младший товарищ».
— Ты ведь слышал слухи о том, что я не из простых смертных?
— Слухи, значит… — Леон покосился на него, кривя губы. — К чему эти экивоки? Ты, кажется, и не пытался особо скрываться. Или мне теперь начать величать тебя на «вы»?
— Я не к тому клоню.
— А к чему тогда?
Лицо Риана стало каменным, остатки ребячества испарились.
От него повеяло необъяснимым давлением.
Аура человека, с пеленок воспитанного как член императорской семьи, и решимость, закаленная в суровых испытаниях, отразились в его взгляде. До истинного величия ему, возможно, еще не хватало возраста, но это был лишь вопрос времени.
Голос Риана обрел весомость:
— Считай, что сейчас с тобой говорит не твой «младший» по академии, а Риан, отбросивший маски.
— Хорошо.
Леон кивнул, понимая подтекст.
Раз он скрывает свое происхождение, на то есть веские причины. И то, что он раскрывает карты, уже само по себе могло быть завуалированной угрозой.
Риан помолчал, собираясь с мыслями, и произнес:
— Ты ведь понимаешь, что до сих пор я соглашался на наши поединки лишь по своей воле.
— Да.
Как бы ни были свободны дуэли между студентами, никто не вызывал соперника так часто, как Леон. Риан мог бы просто отказывать ему, и для этого даже не нужно было пускать в ход свое положение.
Их противостояние продолжалось только благодаря доброй воле Риана.
Он, как победитель, проявлял великодушие к Леону, который никак не желал признавать поражение.
Проще говоря, Риан в любой момент мог сказать…
— Пора с этим заканчивать.
Он решил подвести черту под их трехлетним противостоянием.
— Заканчивать?
— О, я не имею в виду прямо сейчас. Пусть наш следующий поединок станет последним. Как и всегда – никакой ауры, только мастерство меча. Но вместо деревянных мечей возьмем тренировочные.
Риан пристально вглядывался в лицо Леона, словно пытаясь прочесть его реакцию.
Неизвестно, что он там увидел, но медлить не стал и озвучил главную причину своего визита.
— И если в этом бою снова выиграю я, ты, Леон, станешь моим вассалом.
— …
Это был вызов – попытка окончательно закрепить иерархию, которую они так и не установили. То, что он перешел на «ты», лишь подчеркивало серьезность его намерений.
Леон ответил с каменным лицом:
— Значит, пари. Но где гарантия, что я сдержу слово? Это ведь не магический контракт, а простое обещание. Его легко нарушить.
— Хех, кто-то другой, возможно, так бы и сделал.
Риан уверенно отмел это сомнение.
— Но я отлично знаю, кто стоит передо мной. Человек, который годами истязал себя ради одной лишь гордости. Самый бескомпромиссный и упрямый человек из всех, кого я встречал.
— …Это ты сейчас меня оскорбил или похвалил?
— Это значит, что я верю твоему слову. Ты из тех, кто расшибется в лепешку, но выполнит обещанное.
— Хм.
Отрицать это сейчас значило бы плюнуть самому себе в лицо.
Леон лишь фыркнул, уходя от прямого ответа.
Затем он посмотрел на Риана, ожидающего решения, и задал вопрос, который сам по себе был равносилен согласию:
— Если я проиграю, то стану твоим вассалом. Таково условие?
— Да.
— А если… если я тебя побелю?
Такие слова из уст того, кто до сих пор не одержал ни одной победы, могли показаться нелепыми, но голос Леона был предельно серьезен.
Он не спрашивал «на всякий случай». Он действительно намеревался победить.
Кто-то другой поднял бы его на смех, но Риан даже не улыбнулся. Он лишь кивнул, словно ожидал этого, и выложил свои карты:
— Я исполню любое твое желание, если оно не опорочит мою честь и мой род. Передача секретного искусства меча, метода совершенствования ауры или редкие эликсиры – всё, что в моих силах.
— Идет. Дату боя назначу я. Согласен?
— Скажи мне, как будешь готов. Мне нужно подготовить место, так что предупреди хотя бы за три дня.
Несмотря на отсутствие каких-либо обязательств, два мужчины пришли к соглашению, ни на секунду не усомнившись в слове друг друга.
Герой, избранный капризным святым мечом, – Леон.
И принц, мечтающий вернуть себе трон империи, – Риан.
Это был момент, когда их истинное противостояние началось по-настоящему.
— …
«… Неспокойно мне».
Когда разговор с Рианом закончился и азарт поутих, Леон невольно пробормотал эти слова.
Он не вкладывал в них особого смысла.
Просто горечь от поражений, длившихся три года, и комплекс неполноценности перед Рианом вырвались наружу тихим вздохом.
Но рядом был тот, кто не мог пропустить это мимо ушей.
— Что?! Неспокойно? Только что ты так эффектно парировал слова этого хлыща, а теперь вдруг струсил?
«Да нет, я не об этом».
Слыша явное недовольство в голосе Эльсида, Леон замахал руками, чувствуя, как прошибает холодный пот.
Было бы верхом несправедливости получить «наказание» за одну лишь неверную фразу. Поэтому он лихорадочно соображал и наконец выдал причину, которая не была ложью:
«Просто я гадаю, стал ли я на самом деле сильнее».
— Хм?
«Этот месяц тренировок был чертовски тяжелым, но я не чувствую, что во мне что-то изменилось».
Эльсид, видимо, принял такое объяснение и решил его утешить:
— Не переживай. Ты сам еще не осознал, но ты уже стал гораздо сильнее.
«Правда?»
— «Искусство видеть», — это сила иного порядка, нежели выносливость. Ты никогда раньше не пользовался ею осознанно, так что неудивительно, что ты ничего не чувствуешь. Ну и… я тут еще кое-что предпринял, так что не дрейфь… О!
Эльсид, увлекшись своими рассуждениями, вдруг что-то вспомнил.
— Леон, следующим уроком у вас проверка физподготовки, верно?
«Да, точно. Ты помнишь».
— Тогда жди. Случится кое-что такое, что превзойдет все твои ожидания. Больше ты подобных глупостей не скажешь.
«…?»
Леон в недоумении склонил голову.
Ждать сюрпризов от физподготовки?
Последний месяц он только и делал, что тренировал зрение, а обычные упражнения выполнял лишь для разминки. Каких результатов он мог достичь?
Он ведь не выучил ничего нового.
Но Эльсид, словно не замечая его сомнений, больше ничего не объяснял, лишь велел во всём на него положиться.
Так он и пришел на занятие, пребывая в полном неведении.
— Так, построиться согласно номерам. Те, кто чувствует себя плохо, выйти из строя и доложить, остальным – разминка!
Инструктор, стоя на помосте, отдал привычную команду.
Леон послушно принялся разминать мышцы.
Проверка физических способностей всегда проходила без использования ауры. Именно поэтому в данной дисциплине не было разделения на классы аристократов и простолюдинов.
И всё же первые строчки рейтинга неизменно занимали благородные.
«В прошлый раз я был девятым, кажется?»
Даже для Леона, истязавшего себя нагрузками, попасть в десятку было пределом мечтаний. Пусть аура и была под запретом, стартовые условия у всех разные. Эликсиры, принимаемые с детства, особые техники закалки и сам факт владения аурой укрепляли тела дворян изнутри.
Занять девятое место без всякой поддержки было само по себе подвигом.
— А на каком месте этот Риан?
«На первом».
— Кто бы сомневался. Видно, что он пашет не меньше твоего, так что с изнеженными сынками богатеев его не сравнить.
Леон покосился на Риана, но тут же отвел взгляд, заставляя себя сосредоточиться.
Если верить Эльсиду, его ждали перемены.
Лишняя концентрация точно не помешает.
Пока он настраивался, начались замеры. Первым делом шел спринт – база основ.
Хотя спринтом это можно было назвать с натяжкой: два круга по плацу, по четыреста метров каждый. Итого восемьсот метров чистого бега.
— Старт!
Группа студентов сорвалась с места, подняв над плацом целое облако пыли.
Поскольку все они метили в рыцари, уровень подготовки был впечатляющим.
Даже те, кто плелся в хвосте, выбегали из двух с небольшим минут.
«Риан в прошлый раз показал что-то около минуты двадцати».
Для бега без ауры это была чудовищная скорость.
Леон, выложившись без остатка, показал тогда минуту сорок, отстав от лидера на целых двадцать секунд.
Даже по сравнению с другими аристократами разрыв был колоссальным.
Риан был недосягаем.
— Не дрейфь заранее. Да и вообще не дрейфь. В отличие от прошлого раза, теперь у тебя есть я.
«Ха, ладно. Верю тебе, великий меч!»
— То-то же!
Услышав свой номер, Леон вышел на исходную.
Он замер у белой черты старта. Инструктор, убедившись, что все готовы, поднял руку.
Леон почувствовал, как напряглись мышцы его бедер.
Словно туго натянутая тетива перед выстрелом, всё его тело сжалось в комок, готовое выбросить его вперед.
И вот…
— Марш!
Как только рука инструктора резко опустилась, Леон и остальные студенты изо всех сил оттолкнулись от земли.
Вжих!
Комья земли брызнули из-под ног.
Неподвижный доселе воздух ударил в лицо.
Пряди волос хлестнули по ушам.
Вырвавшись вперед раньше всех, Леон не на шутку перепугался от этого непривычного ускорения.
«Что за…?! Откуда такая скорость?!»
Обновлено: 23.01.2026