Она проснулась от страшного сна. Всё тело ломило от боли и странной скованности. Не что-то смертельное, просто усталость, которая, казалось, длилась уже вечность.
Глаза непонимающе уставились на комнату, в которой она себя обнаружила. Ничего знакомого: пустые стены без окон с одной только дверью, пустая кровать с затхлым матрасом и пыльной простынёй и тусклое бра на стене.
Как она здесь оказалась? Где здесь?
Кто она? Как её зовут, как она выглядит?
Она опустила глаза на свои руки и увидела старые иссушенные временем костлявые пальцы с опрятным маникюром. Тело было одето в длинное экстравагантное белое платье с золотой вышивкой, куцая седая коса лежала на одном плече.
— О, ты очнулась? — в комнату вошёл Алессандро. Перед глазами сразу же пробежали отрывки воспоминаний: ритуальная комната, Алессандро, куча других едва знакомых людей, Мария и Матриарх — предыдущая владелица этого тела.
Ритуал, а за ним тьма.
— Что ты сделал со мной?! — рявкнула она на него.
— Тихо-тихо, — выставил руки он. — Я ничего не делал. Более того, я пытался сделать всё, чтобы этого не произошло.
— Как?
— Ты ведь сомневалась, — напомнил он ей.
Все те разы, что она хотела развернуться. Каждый обрёл страшный смысл. Она поникшим взглядом уставилась перед собой.
— Но моя магия намного слабее её. Так что не вини себя.
— Моё тело, — прошептала она, обхватив себя руками.
— Было сделано Мундусом специально для неё.
— Моя память.
— Была стёрта из этого мира, чтобы никто не усомнился в её личности. Мне удалось сохранить лишь незначительные фрагменты.
— Но ведь настоящая Ева…
— Мертва.
Её взгляд прояснился. Она вновь посмотрела Алессандро в лицо.
Ева? Мертва? Тогда кто та девушка, как две капли воды похожая на неё? Как её звали? Кристина? Алессандро не рассказал о ней? Значит, она тоже не станет. Она потеряла значительную часть памяти о себе, но не рассудок. Не честь, в конце концов.
Она судорожно вздохнула. Из-за жгучей обиды из глаз потекли слёзы.
Её использовали. С самого начала она была просто марионеткой в чужих замыслах. Она вцепилась в свои волосы и тихо завыла.
— Я правда пытался, — тяжело вздохнул Алессандро. — Прости меня.
Она же чувствовала, что нужно отступить. Уйти. Она могла бы прожить свою жизнь, насладиться всеми её дарами. А сейчас? Что ей осталось сейчас?
— Я умру? — тихо прошептала она.
— К сожалению, — вздохнул Алессандро. — Это тело долго не протянет. От силы лет десять.
Она всхлипнула.
— Что мне теперь делать?
Алессандро подошёл к ней и присел в изножье кровати.
— Мне приказали ликвидировать тебя. Обычно в такой ситуации я стёр бы тебе остатки памяти и увёз в какую-нибудь отдалённую деревеньку, доживать свои годы в полном одиночестве. Но у меня есть к тебе предложение.
Она подняла к нему своё заплаканное лицо.
— Я верну тебе всю память, до которой дотянусь, а взамен ты пообещаешь мне сделать всё возможное, чтобы поспособствовать окончательной смерти Матриарха.
Она сморгнула набежавшие слёзы. Первой мыслью было желание согласиться. Отомстить обидчику самым жестоким образом. Но потом она задумалась. А зачем ей это? Что это даст, кроме новой боли? Разве не от этого её изначально пытался отвадить Алессандро?
— Что сейчас с Марией? — она помнила это имя, помнила женщину Верджила, помнила, что этот ледяной дракон мог сделать, будучи закованным в цепи. Кто бы ни посмел причинить вред Марии, он не жилец. Ей даже делать ничего не нужно.
— Живёт свою лучшую жизнь. Матриарх держит её при себе, в качестве дополнительной защиты от близнецов, но заботится обо всех её нуждах.
Она усмехнулась. Матриарх думает, что личина Евы и живой щит из Марии спасут её? Сумасшедшая старуха. Она уже подписала себе смертный приговор.
— Но, боюсь, память Марии тоже была изменена.
Она усмехнулась.
— Они оба сыновья Евы. Они как-нибудь справятся с родовым проклятьем.
— Магия Матриарха очень сильна. Скорее она наложит на них очарование, чем они смогут что-то ей противопоставить.
— Ты кажешься уверенным в её силе.
— Она сумела заставить Мундуса сделать ей тело.
Аргумент.
— А Данте, — её снова передёрнуло, — убил Мундуса.
Алессандро невесело усмехнулся.
— Помнишь, я говорил, что мы следим за всеми нашими потомками?
Она моргнула, качнула головой.
Алессандро вздохнул.
— Каждый член семьи Верамальди был ребёнком нашего первого и единственного Матриарха. С тех пор, как Спарда обучил её магии, все мы были прокляты венцом безбрачия. Всё, что нам разрешалось — случайные связи для создания потенциальных сосудов. Ведь мы — её дети — использовали наших собственных детей, чтобы сохранять в их телах наши воспоминания.
Её рот изумлённо открылся.
— Матриарх провела сотни подобных ритуалов, каждый раз лишая жизни кого-то из наших детей. Она делала это для каждого из нас, не спрашивая. Даже если кому-то из нас удалось сбежать в смерть, не оставив потомков, она всё равно находила ключи и рожала нам новые тела — снова и снова. И это не прекратится, пока эта сука не умрёт. Поэтому я прошу тебя…
— С такой силой, зачем ты ей?
— Такова сила нашего рода. Верамальди. Verità Maledetta. Проклятая истина, она же Ложь. Чем больше людей в неё верят, тем сильнее она.
— Ты пытался убить её сам?
Алессандро усмехнулся.
— Чего я только не делал, пока жил эту жизнь! Я пробовал настолько изуверские ритуалы, что принцы ада пали бы ниц перед моей жестокостью. Мне удалось даже спрятать от неё целую ветвь собственных потомков. Я передал им свои знания, обернул всё в культ и планировал использовать их силу, чтобы одолеть её, но… как оказалось, я просто сделал ей одолжение. — Алессандро вздохнул. — Даже если она умрёт, пока хотя бы один из Верамальди жив — она воскреснет в его теле.
Она в ужасе выпучила глаза.
— Именно, дорогая. Близнецы, даже если вырежут всех нас, а после убьют её, просто станут сосудами для её памяти. Поэтому я прошу тебя, помоги!
Она вздохнула и опустила глаза.
— Что я могу сделать?
— Я не знаю! Что-нибудь! Хоть что-то! — отчаянно взмолился Алессандро, глядя на неё.
Но в её голове было пусто. Была горечь обиды и гнев на себя, что не послушала интуицию, не отступила раньше. Но только это.
А потом она посмотрела на Алессандро. Если это тело принадлежало его много-раз-правнуку, остались ли в нём ещё черты той женщины, которой когда-то была Матриарх? А в том теле, что она носила?
— Зачем? — вдруг спросила она. — Зачем она всё это делает?
Алессандро усмехнулся.
— Из-за любви.
Она удивлённо вскинула брови.
— Когда-то давно она влюбилась в мужчину, который уже был занят другой. Она готова была сделать для него всё. И мужчина решил этим воспользоваться. Мужчина не подозревал, что за его спиной та женщина плела свои собственные интриги, чтобы разлучить любовников и забрать мужчину себе.
— Спарда не был идиотом.
— Спарда был всего лишь демоном. — Алессандро усмехнулся. — И, поверь мне, он был идиотом. Влюблённым, но всё же.
— Зачем он учил Матриарха? Для чего ему нужна была Ложь?
— Потому что он хотел детей.
— Но у него есть дети.
— Как ты думаешь, благодаря кому? — усмехнулся Алессандро. — Ты можешь этого не помнить, но поверь мне, ты не встретишь в мире больше ни одного гибрида, кроме этих двоих.
Она разинула рот, чтобы произнести имя мальчика, но Алессандро предупреждающе посмотрел на неё.
— Неро так же был необходим для осуществления её планов. Но мальчик теперь мёртв, чему мы, бесспорно, посодействовали.
Она испуганно осеклась. Опустила взгляд и несмело произнесла:
— Почему?
— М?
— Почему человек не может понести от демона?
— Потому что в человеческой чреве нет места хаосу. Ева могла родить сколько угодно детей, но все они были бы просто людьми. Настоящий Дьявольский Лорд тоже может породить бесчисленные орды демонов, но все они будут просто демонами. А Спарда хотел именно гибрида. Наполовину человека, наполовину демона.
— Как? — она осеклась и ответила на собственный вопрос. — С помощью Лжи…
— Он заставил весь мир людей поверить, что гибрид возможен. К тому времени, как Ева забыла истину, в её чреве уже был плод — чистый человек — без каких-либо намёков на демоническую сущность. Тогда Спарда использовал Ямато, чтобы разделить его и себя надвое. А потом использовал Мятежника, чтобы объединить половинки между собой. Он заставил Верамальди забрать и его память тоже. Чтобы он сам забыл о том, что сотворил. И всё ради каких-то жалких пяти лет счастливой семейной жизни. Ну не псих ли?
— Значит вы убили его?
— Отсутствие силы убило его.
— Тогда вы убили Еву?
Алессандро театрально поклонился.
Она усмехнулась.
Спарда влюбился в дочь Матриарха, и заставил мать — и весь её род — пахать на счастье собственной дочери. А та, вместо этого, разлучила любовников, убила свою дочь и теперь хочет занять её место. Драма, достойная сильнейшего воина ада.
А потом её осенило.
— Но если Спарда мёртв, чего хочет Матриарх?
— Вернуть его. Поправить его память, а потом притвориться его возлюбленной.
— Вернуть? Как?
— Объединив близнецов, — вновь пожал плечами Алессандро.
Чего?
— Чего?
— Довольно просто. Одному из них придётся поглотить второго.
Она задумчиво уставилась перед собой. Случайное воспоминание заставило её вздрогнуть, а затем усмехнуться.
Данте уже поглотил Мундуса. И что-то подсказывало ей, что Мундус — даже если это только его сила — не будет просто сидеть на заднем сиденье и смотреть, как Спарда наслаждается жизнью.
Она усмехнулась. Что ж, Матриарха ждёт весёленькое противостояние в попытке разобраться во внутреннем хаосе близнецов. Туда ей и дорога.
А вот куда лежит её собственная…
Она посмотрела на Алессандро. Даже она видела, как его душа страдает, как хочет наконец-то прекратить свой цикл перерождений. Она хотела ему помочь, уже не из-за мести, но в её израненной душе вновь поднялся тот тоненький голосок — развернись и уйди. У тебя ещё есть жизнь, чтобы прожить её так, как хочешь именно ты.
Даже если Алессандро сотрёт ей память, даже если она ничего не вспомнит, она всё равно сможет сделать что-нибудь для себя. И если она сейчас не послушает этот голосок, то она заслуживает смерти за свою глупость.
Как только она смирилась с этим решением, ей в голову пришла странная, иррациональная мысль о том, как помочь не только себе, но и Алессандро.
— Знаешь, ты говорил, что твоя магия слаба по сравнению с её.
— Ты здесь, — пожал плечами он, — несмотря на все мои старания.
Она улыбнулась.
— Этот голос в моей голове. Он снова говорит со мной.
Алессандро нахмурился, а потом удивлённо уставился на неё.
— И в этот раз я намерена послушать его.
— Но это не я, — залепетал он, а потом резко захлопнул свой рот.
— Поэтому у меня к тебе предложение, — усмехнулась она.
Обновлено: 18.01.2026