«Хочешь жить спокойно — умей не замечать, когда тебе наставляют рога».
Вот же угораздило! Знай она, что будущий кавалер услышит эту фразу, Ся Шао обязательно…
Впрочем, что сказано, то сказано. Даже если выкопать под собой бункер, время вспять не повернешь.
Ся Шао опустила глаза, сделав вид, что ничего не заметила, и проследовала за Тянь Цуйфэнь в дом. Ся Ваньхуэй, страдавший легкой «куриной слепотой» на лица, парня не узнал. Войдя, он, верный своему долгу строгого опекуна, уставился на жениха во все глаза.
Он увязался следом, опасаясь, что стоит отвернуться — и Тянь Цуйфэнь продаст сестру кому попало.
Директор Лу выглядел моложе своей жены, высокий, статный. С двоюродным братом у них было едва уловимое сходство.
С улыбкой он пригласил гостей садиться:
— Ся, верно? Вы с нашим Цзибэем смотритесь вместе очень гармонично, прямо-таки идеальная пара.
— И не говорите! — поддакнула Тянь Цуйфэнь.
Что ни говори, а внешностью Ся Шао бог не обидел. Черты лица у неё были на редкость тонкими и изящными для северянки, ресницы длинные и пушистые, а во взгляде всегда читалась какая-то недосказанность. Кожа — белая, как фарфор. Перед выходом Тянь Цуйфэнь хотела было её подкрасить, да так и не нашла, что улучшать.
Не будь она красавицей, Тянь Цуйфэнь не решилась бы сватать её в такую семью — всё-таки директор завода, где работал её сын.
— А уж характер у Шао-Шао — золото! С детства послушная, кроткая, хозяйственная. Такую девушку в деревне держать — грех, вот я и решила найти ей хорошую пару в городе.
Тянь Цуйфэнь расхваливала «товар», стараясь поскорее сбыть его с рук.
Ся Шао показалось, или при словах «послушная и кроткая» парень у окна бросил на неё быстрый взгляд?
— Характер — это важно. Цзибэй еще молод, горяч, ему нужна спокойная жена, — кивнул директор Лу.
Внешне Ся Шао выглядела именно такой — мягкой и смирной, так что директор остался доволен «презентацией».
Воодушевленная Тянь Цуйфэнь продолжила:
— Уж поверьте мне! Шао-Шао с малых лет за братом ухаживала, о других заботиться умеет. Не будь мы родственниками, я бы её чужим не отдала, сама бы за Баошэна сосватала!
Тут Ся Шао заметила, что парень снова на неё посмотрел.
На этот раз она увидела отчетливо: он даже бровь приподнял, с иронией наблюдая за этим спектаклем.
Ся Шао подумала, что даже если Тянь Цуйфэнь распишет её как героиню слезливой драмы — безропотную страдалицу, толку не будет. Какая она «кроткая», может, другие и не знают, но этот тип, которому она в лицо заявила о его красоте, наверняка догадывается.
— А это её брат? Он тоже в Цзянчэне останется? — вдруг спросила жена директора Лу.
Она сидела на краю кана, закинув ногу на ногу и лузгая семечки. Видимо, слушать дифирамбы ей надоело. В голосе сквозило пренебрежение — мол, не хватало еще, чтобы родня невесты на шею села.
Директор Лу нахмурился, собираясь что-то сказать, но Ся Ваньхуэй опередил его, искренне удивившись:
— Я же не замуж выхожу, зачем мне здесь оставаться? Как только сестра устроится, я домой. У нас мать мягкая, вдруг обидят.
Он сказал чистую правду, но прозвучало это как шпилька в адрес хозяйки дома.
Вытянутое лицо женщины вытянулось еще больше. Чтобы разрядить обстановку, директор Лу открыл ящик стола и достал пачку сигарет.
— Спички кончились. Цзибэй, сходи купи, заодно покажи госпоже Ся окрестности.
Это был предлог оставить молодых наедине. Чэнь Цзибэй молча встал и отнес инструменты в свою комнату.
С момента их прихода он не проронил ни слова, держался отстраненно, словно всё происходящее его не касалось. Ся Шао решила, что он не в восторге от этой затеи, а учитывая, что «реклама» явно расходилась с реальностью, сватовство, скорее всего, провалится.
Солнце уже село. В переулках кто-то ужинал, кто-то отлавливал загонявшихся детей.
Ся Шао шла за Чэнь Цзибэем. Едва они вышли за ворота, как в неё кто-то врезался.
Она схватилась за створку, чтобы не упасть, и тут же едва увернулась от родительницы, гнавшейся за сорванцом.
Женщина в два прыжка настигла чадо и отвесила пару шлепков по мягкому месту:
— Тебя звали есть, не слышал?! Бегает он!
Мальчишка, привычный к такому воспитанию, даже не пискнул, а только показал Ся Шао язык.
Женщина наконец заметила пару и просияла, словно нашла клад:
— О, Цзибэй! Девушку завел?
Одной рукой удерживая извивающегося ребенка, она бесцеремонно разглядывала их, переводя взгляд с одного на другого.
— Ребенок извиняться не умеет, а вы? — холодно спросил Чэнь Цзибэй, нахмурившись.
Улыбка на лице женщины застыла.
Смутившись, она дождалась, пока они отойдут, и громко фыркнула, уперев руки в боки:
— Ишь какой! Я к нему по-доброму, а он нос воротит. Подумаешь, брат — директор! Возомнил о себе невесть что.
Соседка, услышав это, выглянула:
— Лу опять ему невесту ищет?
— Да кто ж знает, из какой дыры она вылезла, — презрительно бросила женщина. — Нормальные люди за него дочку не отдадут, если хоть немного разузнают.
Она говорила громко, специально, чтобы они услышали. Ся Шао нахмурилась и посмотрела на спутника.
Лицо Чэнь Цзибэя оставалось бесстрастным. Его пальцы с четко очерченными суставами постукивали по пачке сигарет.
Он уже поднес сигарету к губам, но, глянув на Ся Шао, с раздражением сунул её обратно в пачку.
— Ты ей правда родственница? — он вертел пачку в руках, словно спрашивал о погоде, но глазами указал в сторону, где осталась Тянь Цуйфэнь.
Ся Шао не сразу поняла, о ком речь.
Вопрос бил в точку, куда сильнее, чем разоблачение её «кротости».
Ся Шао не знала, о чем именно он догадался, и хотела было отшутиться, но он равнодушно добавил:
— Тебе наставили рога, а ты это просто так проглотишь?
На этот раз он на неё не смотрел, но в голосе слышалась насмешка.
Рога-то у неё, а не у него. Чего он так завелся?
Ся Шао вздохнула:
— Ну наставили, и что? Домой вернуться я не могу. Так хоть получу с них компенсацию, хоть какая-то польза.
— Не можешь вернуться? — он на секунду замер.
Ся Шао промолчала.
Она поняла: у парня отличная голова. Сопоставил пару фраз с прошлой встречи и нынешнюю ситуацию — и всё понял. Но характер у него колючий, лезет в душу без спросу, такта ни на грош.
Ся Шао пошла вперед.
— Не будь таким злым, парень. Если жизнь обошлась с тобой несправедливо, это не повод самому себя изводить.
Подумав, что зря откровенничает с незнакомцем, она замолчала и пошла, глядя на свою длинную тень в лучах заката.
То ли он понял, что перегнул палку, то ли заметил, что она не хочет говорить, но дальше они шли молча.
Держа дистанцию в метр, они почти дошли до универмага, когда он вдруг спросил:
— А какого ты ищешь?
Решил загладить вину и помочь с выбором?
Ся Шао удивилась, но ответила:
— Красивого. Вроде тебя.
Услышав комплимент во второй раз, Чэнь Цзибэй даже бровью не повел.
— А еще?
— Чтобы после свадьбы я могла работать. Я замуж выхожу ради работы. И еще — чтобы домашние дела пополам.
Родители, дедушки и бабушки Ся Шао работали, так что она с детства видела равноправие. Только повзрослев, узнала, что некоторые мужчины дома палец о палец не ударят, считая быт женской долей, даже если жена тоже работает.
Ся Шао этого не понимала и терпеть не собиралась.
— Оба работают — значит, делает тот, у кого есть время.
Запомнил он или нет, неизвестно.
— Еще что-то?
Оставалось уточнить условия труда. Ся Шао спросила серьезно:
— Говорят, ты на пищевом комбинате. Там переработки есть?
Обычно спрашивали про тяжесть труда и зарплату. Про сверхурочные — впервые.
Чэнь Цзибэй наконец повернул голову:
— Хочешь, чтобы муж пораньше домой приходил?
Вообще-то она хотела сама пораньше уходить, но раз работать вместе — разницы нет. Она кивнула.
Он помолчал, разглядывая её, потом отвел взгляд и толкнул дверь магазина:
— Перед Праздником середины осени печем лунные пряники, тогда задерживаемся. В остальное время — восемь часов. Сделал норму — можешь идти.
Ничего себе!
Ся Шао решила: вернусь — скажу Тянь Цуйфэнь, чтобы искала жениха на пищевом комбинате. Даже если с этим не выгорит (а он явно просто вежлив), надо застолбить место в таком социалистическом раю.
Когда они вернулись, уже стемнело. Во дворе Лу стоял какой-то черный тощий мужик лет тридцати и шептался с женой директора.
Услышав скрип ворот, они замолчали. Выражения лиц у обоих были кислые, особенно у хозяйки — она еле сдерживала злость.
Зато в доме царила идиллия. Тянь Цуйфэнь и директор Лу мило беседовали, а Ся Ваньхуэй с удовольствием лузгал семечки.
Земля здесь жирная, подсолнухи растут знатные, семечки крупные и ароматные. Ся Шао, хоть и была сыта, ощутила этот запах.
Ваньхуэй протянул ей горсть и подмигнул: мол, ну как?
Ся Шао семечки взяла, но есть не стала. Тихо спросила Тянь Цуйфэнь:
— Который час?
Часы стояли на столе, так что вопрос был намеком: пора уходить.
У хозяев гость, засиживаться неприлично. Тянь Цуйфэнь встала:
— Директор Лу, не будем вас отвлекать.
И добавила:
— Ваньхуэй ждет, когда сестра устроится, чтобы домой ехать. Вы уж дайте знать поскорее, получится у нас дело или нет.
— Конечно. Спрошу у Цзибэя и завтра отвечу.
Директор Лу пошел провожать. Тянь Цуйфэнь замахала руками:
— Что вы, не надо! У вас же гости!
Но он настоял и проводил до ворот, включив свет под козырьком.
Лампочка вспыхнула, осветив двор. Тощий мужик обернулся и сразу заметил Ся Шао.
Девушки из-за Шаньхайгуаня обычно высокие, но у Ся Шао кость была тонкая, и даже свободная одежда не скрывала изящной фигуры.
Мужик так и впился в неё глазами, но тут его обзор перекрыла высокая фигура.
— Я покурю, — бросил Чэнь Цзибэй, доставая пачку, и вышел за ворота вместе с гостями.
Мужик с сожалением посмотрел им вслед и спросил сестру:
— Кто это была?
— Тебе мало проблем?! — чуть не задохнулась от злости женщина. — Совсем мозгов нет?!
— Да я откуда знал… — начал было он, но под её испепеляющим взглядом умолк.
Директор Лу, вернувшись, спросил:
— Что случилось?
— Ничего, — быстро ответила жена. — У Цяоюнь молока мало, Дацзюнь пришел спросить про народные средства.
Услышав про женские дела, директор потерял интерес и ушел в дом.
Как только дверь закрылась, тощий снова заныл:
— Сестра, помоги! Если узнают, мне конец!
— Помоги! Было б чем! Раньше надо было думать!
Женщина металась по двору.
— Ладно, иди домой, пока зять не заподозрил. Я что-нибудь придумаю.
Брат облегченно выдохнул, но она тут же рявкнула:
— И не думай, что пронесло! Ты же никому не болтал?
— Нет-нет, ты что!
— Смотри у меня!
Она хотела еще что-то сказать, но вернулся Чэнь Цзибэй.
Женщина осеклась, хотела пройти мимо, но вдруг передумала и нацепила фальшивую улыбку:
— Цзибэй, ну как вы поговорили с этой Ся?
— Как поговорили? — спрашивала и Тянь Цуйфэнь по дороге.
Ся Шао ответила честно:
— Думаю, ничего не выйдет. Я не в его вкусе.
Тянь Цуйфэнь криво усмехнулась:
— Да ну? А по мне, так очень даже. Ты вон какая довольная идешь.
Ся Ваньхуэй, на удивление, поддержал её:
— Ага, и этот Цзибэй вышел нас проводить специально.
Ся Шао была довольна, потому что ей было всё равно.
Не могла же она сказать, что парень в курсе её истории с семьей Ли.
— Мне кажется, шансов мало. Давайте еще кого-нибудь посмотрим.
— Завтра узнаем, — отрезала Тянь Цуйфэнь. После истории с условиями она считала, что этой девчонке верить нельзя. — Всё, идите сами, у меня стирки полно.
Как только она ушла, Ваньхуэй хитро прищурился:
— Сестра, колись, ты её специально водишь за нос?
— Зачем мне это? — удивилась Ся Шао.
— Чтоб помучилась, — захихикал брат. — А что, приятно смотреть, как они дергаются.
Ся Шао: «…»
И это тот простодушный мальчик, который приехал с ней пару дней назад? Кажется, он стал еще коварнее, чем она.
Обновлено: 22.01.2026