Она перестала голодать и начала строго придерживаться составленного Роландом рациона. За полмесяца она даже набрала несколько килограммов.
Она не говорила, не плакала, не шумела — была тихой, словно дерево.
Первые несколько ночей она стояла у дверей его спальни в шёлковой ночной рубашке, взглядом намекая, что он может делать с ней всё что угодно, но каждый раз получала безжалостный отказ.
Роланд хотел не полгода, а целую жизнь.
После трёх отказов Меланисса поняла, что Роланд не просто любезничает, и прекратила свои попытки.
Появление Меланиссы и трёх других служанок оживило пустующий замок.
Наблюдая, как вокруг него суетятся красивые девушки, Роланд думал, что такая жизнь, в общем-то, и неплоха.
Иногда у него даже возникала мысль бросить всё и просто наслаждаться покоем, но он быстро её отгонял.
Он знал поговорку: «обладание сокровищем навлекает беду».
Избранный богами не имел права на праздность, ему нужно было действовать.
Когда он в очередной раз стоял на третьем этаже замка и вглядывался вдаль, Гранни, стоявшая позади, не выдержала и спросила:
— Господин, на что ты смотришь каждый день?
— Жду, когда прибудет моё новое владение, — с улыбкой ответил Роланд, опуская подзорную трубу.
— Новое владение? — Гранни растерянно посмотрела на него, и в её больших глазах застыл немой вопрос.
— Я объявил войну более чем десяти врагам.
«Война?»
Глаза Гранни загорелись. В этом-то она разбиралась.
Она с силой ударила себя в мощную грудь, заставив её заколыхаться, и громко провозгласила:
— Господин, как можно было не позвать меня на такое дело! Не говори мне, сколько их, просто скажи, где они, и я разорву их на куски!
Роланд с улыбкой ответил:
— Мой первый враг — виконт Блум. У него около пятисот личных солдат.
Улыбка застыла на лице Гранни.
Она любила сражаться, но не была дурой. Идти одной против пятисот было самоубийством.
Она смущённо почесала затылок, тряхнула своим золотистым хвостом и, хихикнув, сказала:
— Господин, врагов, конечно, многовато, но я могу справиться с сотней... э-э, ну, с восемьюдесятью точно... ладно, пятьдесят — вообще не проблема! Кстати, у тебя есть другие враги?
— Есть. Граф Грулл, у него около двух тысяч солдат.
— Э-это... — Гранни впервые покраснела. Её хвастовство рухнуло с небес на землю, больно ударив по самолюбию.
— Ах да, ещё королевство Нижний Сальссон. Не то чтобы великая держава, но при полной мобилизации могут выставить до тридцати тысяч человек.
Гранни остолбенела и недоуменно спросила:
— Господин, у нас всего тринадцать солдат. Мы можем победить?
— Я же не бог, конечно, не можем, — честно признался Роланд.
Гранни потеряла дар речи. Лишь спустя некоторое время она тихо пробормотала:
— Зачем объявлять войну, если не можешь победить? Господин, даже мы, варвары, такой ерундой не занимаемся.
Слова Гранни позабавили Роланда.
«Она и вправду очень проста. Совершенно не понимает, как сложен мир людей».
Он не стал смеяться над девушкой-варваром, а с улыбкой сказал:
— Хотя я и жду врагов, скорее всего, они не придут.
— Почему?
Роланд хотел было объяснить, но понимал, что для простого ума Гранни это будет слишком сложно. Поэтому он с серьёзным видом начал нести чепуху:
— Моя сила превосходит твоё воображение!
— Ты шутишь? — Гранни была озадачена. Она была простодушной, но не глупой.
Протянув свою огромную руку, она сжала бицепс Роланда и пренебрежительно сказала:
— Я могу с лёгкостью сломать тебе руку. Ты не так уж и силён.
— Правда? А если не сможешь?
— Тогда я признаю, что ты силён, — глаза Гранни заблестели.
— Попробуй.
Роланд спокойно протянул левую руку, незаметно накладывая на неё одно заклинание за другим.
【Малый силовой барьер】, 【Каменный щит】, 【Свет леса】, 【Усиление】, 【Отклонение】...
Усилив себя, он тайно наложил на Гранни целую кучу ослабляющих заклятий.
В конце концов, он обладал силой рыцаря третьего ранга. Вместе с магической защитой это была отличная возможность проверить эффективность заклинаний усиления и ослабления.
Магическая система мира Тиамат делилась на шесть рангов. Первые пять относились к сфере смертных, а шестой ранг был божественной магией.
Убойная сила магии первого ранга была невелика, но многие вспомогательные заклинания относились именно к этому уровню и отлично подходили для усиления себя и ослабления врагов.
Гранни с сомнением посмотрела на уверенного Роланда.
Она, конечно, могла сломать ему руку, но он был её господином, а за причинение вреда хозяину служанку могли посадить в тюрьму.
«Наверное, поэтому он и осмелился на это».
Гранни осенило. Её светлый ум наконец-то всё понял.
«Нельзя ломать, говоришь? Ну и ладно. Заставлю его хотя бы взмолиться о пощаде, чтобы не смел недооценивать мою боевую мощь».
— Ну что, я начинаю?
— Хватит болтать, давай быстрее, — поторопил её Роланд. Некоторые мощные заклинания действовали недолго, и если она промедлит, придётся накладывать их заново.
Гранни схватила руку Роланда и вдруг почувствовала слабость. Ей казалось, что она может использовать лишь треть своей силы.
«Ну, треть так треть. Сначала попробую сжать!»
Когда массивная ладонь Гранни сомкнулась на его руке, Роланду стало немного не по себе. Эта девушка могла голыми руками разрывать поленья на щепки, она была настоящей человекоподобной лесопилкой.
Но когда Гранни сжала руку, Роланд успокоился. Магия и впрямь была всесильна.
Чтобы продолжить испытание, он безжалостно поддел её:
— И это вся сила варваров? Ты что, не обедала? Сильнее!
Гранни вспыхнула. Её глаза налились кровью, она взревела и, схватив руку Роланда обеими руками, с силой дёрнула.
Так уж совпало, что в эти дни у неё были особые женские дни, и она находилась в состоянии постоянной потери крови. Гнев в сочетании с этим активировал её способность «Кровавая ярость», для которой как раз и требовалась потеря крови.
Войдя в это состояние, ещё больше крови хлынуло у неё из носа и рта, что, в свою очередь, вызвало эффекты «Множественной кровавой ярости» и «Безрассудного фанатизма».
Кровавая ярость, множественная кровавая ярость и безрассудный фанатизм — три этих усиления развеяли наложенные Роландом ослабления и дали ей мгновенный всплеск силы, в семь раз превышающий её обычные возможности.
Раздался резкий хруст — рука Роланда была сломана.
Услышав этот звук, Гранни тут же пришла в себя.
«Всё, конец. Я сломала руку хозяину. Теперь точно сгнию в тюрьме».
Она в ужасе отпустила его руки и сказала дрожащим, плачущим голосом:
— Я не нарочно, пожалуйста, накажи меня.
— Что за глупости ты говоришь?
Хотя губы Роланда побелели от боли, он продолжал улыбаться.
— Это был мой приказ, так что вся ответственность за последствия лежит на мне. А теперь можешь идти.
Оставив ошеломлённую служанку-варвара, Роланд быстро вернулся в свою спальню, плюхнулся на кровать и покрылся холодным потом от боли.
«И это сила варваров?»
«Магия поглотила большую часть урона, но руку всё равно сломали. Это вообще нормально?»
Глядя на распухшую, как свиной окорок, руку, он шипел от боли, одновременно применяя исцеляющее заклинание и роясь в вещах в поисках мази.
Внезапно на его руку опустился мягкий, бледно-зелёный свет.
Неизвестно откуда появилась Меланисса. В её ладони возник призрачный образ зелёного древа жизни, из которого исходили лучи света, падавшие на руку Роланда.
Опухоль и боль исчезли, а сломанная кость начала срастаться.
Через полминуты Меланисса опустила руки, присела в реверансе и тихо сказала:
— Я не жрица, поэтому не очень сильна в исцелении. Прошу прощения.
Роланд покрутил левой рукой — она была как новая.
Он с улыбкой схватил руки Меланиссы и радостно сказал:
— Спасибо, ты мой ангел.
Роланд держал её руки, и тело Меланиссы необъяснимо запылало.
Она могла бы легко высвободиться, но не стала.
«Это право, данное Роланду контрактом. Я понимаю и уважаю это».
...
Вольный город Лантис, расположенный на слиянии двух великих рек, был процветающим и никогда не спящим центром торговли.
Это место также было известно как «золотая яма» — здесь, если были деньги, можно было окунуться в жизнь, полную роскоши и развлечений.
На окраине города находилась таверна «Синяя ночь» — заведение весьма необычное.
Цены здесь были не низкими. Простые крестьяне и городская беднота не осмеливались переступить её порог. Основными посетителями были представители среднего класса, мелкие дворяне, рыцари и торговцы.
Публика здесь собиралась самая разная, и иногда даже могущественные воины, скрыв лицо под маской, заходили сюда в поисках развлечений.
Ходили городские легенды о том, как однажды в «Синей ночи» наёмник четвёртого ранга был избит до полусмерти пьяницей, и о том, как здесь заключались пари на миллион золотых.
Но главной приманкой «Синей ночи» было мероприятие, проводившееся здесь уже много лет.
«Конкурс баек».
Он проходил раз в полгода. Участвовать мог любой, независимо от статуса. Единственное требование — вплести в свою невероятную историю долю правды.
Хозяйка таверны была гадалкой и обладала даром отличать правду от лжи.
«Вы рассказывайте, а она решит, кто станет чемпионом».
Эта игра, балансирующая на грани вымысла и реальности, была увлекательнее азартных игр и привлекала множество участников.
30 июня 1453 года Эпохи Забвения. Летний зной не спадал с наступлением ночи, а, наоборот, разгорался ещё сильнее в шуме таверны.
В центре толпы молодой человек в маске вёл свой рассказ.
Его голос был выразительным, а речь — складной. Слушатели были в восторге.
Заканчивая своё выступление, он перестал улыбаться и спокойно произнёс:
— А теперь я расскажу вам нечто совершенно правдивое. Так что слушайте внимательно.
Сделав паузу, он таинственным шёпотом продолжил:
— Однажды я купил за одну золотую монету девушку несравненной красоты. И она была эльфийкой. Верите или нет, а я вот верю.
Рассказчик говорил с абсолютно серьёзным видом.
В ответ на него обрушился шквал свиста и насмешек.
— Давай, рассказывай дальше, я почти поверил!
— Ага, ага, а я вчера за одну монету купил феникса, жаль только, что сегодня утром он почему-то превратился в индейку. Ну что, верите?
— Ха-ха-ха, слезай уже, чемпионское звание тебе сегодня не светит!
Если бы за спиной рассказчика не стояла высокая воительница с весьма грозным видом, в него, возможно, полетели бы гнилые ботинки и тухлые яйца.
Но Роланда насмешки толпы нисколько не смутили. Он пожал плечами и медленно сел.
Ему было всё равно, верят эти люди или нет.
В конце концов, не им решать, кто победит.
Он перевёл взгляд на хозяйку за стойкой.
Эта таинственная женщина, всегда скрывавшая лицо под чёрной вуалью, по слухам, была хороша собой. Но это были лишь слухи, ведь никто не видел её настоящего лица. Может, она была морщинистой старухой.
Говорили, что она была замужем, говорили, что до сих пор одинока, но всё это было неважно. Важно было то, что она обладала особой способностью — ни одна ложь не могла укрыться от её взгляда.
Именно это и давало ей право проводить конкурс баек.
Кого она назовёт чемпионом, тот им и станет.
Обычно она не показывалась, но во время конкурса всегда приходила в таверну.
Роланд пришёл сюда именно в этот день, чтобы забрать титул чемпиона первого полугодия.
Награда была проста — победитель мог попросить хозяйку один раз погадать ему.
Он не хотел больше ждать и желал как можно скорее узнать, чем закончится его затея с объявлением войны одиннадцати фракциям.
Закончив своё выступление, он вернулся в свой угол, поднял бокал и с улыбкой стал слушать байки других участников.
Обновлено: 21.01.2026