Глава 16 — Глава 16

Шифу удалился, оставив меня наедине с лотосом. Он продолжил наставлять Пятёрку на другом берегу пруда, а я полностью сосредоточился на своей задаче. Сейчас внутри меня, неожиданно проснулся азарт исследователя. Я наконец-то понял суть: не нужно заставлять тело слушаться, нужно научиться слушать его самого. Я перестал бороться с покачиванием лотоса и начал изучать его ритм. И таким образом я создал новый цикл тренировки: поднимался на платформу, ловил равновесие, падал и снова поднимался. Но теперь я не просто механически повторял движения — я учился чувствовать. С каждым разом я мог стоять всё дольше, потому что перестал командовать своим телом и начал слышать его сигналы. Постепенно между нами возник удивительный диалог без слов. Тело само подсказывало едва заметные поправки: чуть перенести вес, мягче согнуть колени, расслабить плечи. Я не отдавал приказов — я слушал эту тихую обратную связь и следовал ей. В эти моменты я не думал ни о какой философии кунг-фу. Всё моё внимание было занято тем, чтобы почувствовать, как работают мышцы, как двигаются суставы, как распределяется вес. Методом проб и ошибок я все больше понимал самый сложный механизм — собственное тело, учась доверять его мудрости больше, чем указаниям своего упрямого разума. В какой-то момент, оторвавшись от своего микромира баланса, я краем глаза уловил движение на другом конце пруда. Пока я занимался своими делами, на самой середине пруда, на крошечных и нестабильных лотосах, тренировалась Неистовая Пятёрка. Шифу стоял неподалёку на небольшом плоту и, не повышая голоса, направлял их. Их тренировка была не простой статикой, как моя, а танцем. То, чего я с таким трудом добивался — статичное равновесие, — для них было лишь точкой отсчёта. Они двигались — плавно, стремительно, мощно. Их тела были не просто стабильны на этих платформах — они становились единым целым с их качанием, используя инерцию для ударов, импульс для прыжков, сопротивление воды для плавных переходов. Я замер, забыв на мгновение о собственном лотосе, и просто смотрел. Это было то самое «единство разума и тела», о котором говорил Шифу. Не абстрактная концепция, а физическая реальность, воплощённая в плоть и кровь. И в этот самый момент Шифу, не прерывая своих указаний Пятёрке, медленно повернул голову и встретился со мной взглядом. Он не улыбнулся. Не кивнул. Он просто смотрел. И в его взгляде я прочёл: «Тебе есть к чему стремиться, Панда». Я решил лишний раз не отвлекаться и продолжил свои попытки. В таком режиме прошёл остаток дня. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая воду в пруду в золотые и багровые тона, когда Шифу, не повышая голоса, подал команду: - На сегодня достаточно. Подойдите ко мне. Его слова прозвучали не как приказ, а как констатация. Занятия закончились. Для Пятёрки, которая мгновенно, будто по щелчку, замерла на своих лотосах в идеальных стойках, а затем бесшумно скользнула по воде к берегу. И для меня, который в тот момент как раз неуклюже, но уже не так катастрофически, сползал со своего поста в воду. Я выбрался на берег, мокрый, уставший, но с непривычно ясной головой, и присоединился к группе, выстроившейся перед Шифу. Мы стояли перед Мастером, пока он обводил нас своим проницательным взглядом, задерживаясь на каждом чуть дольше обычного. - Вы хорошо поработали сегодня, - начал он одобрительно, и его голос в вечерней тишине звучал особенно весомо. - Каждый на своём уровне. Я заметил, как у Пятёрки округлились глаза, и они едва не разинули рты. «Интересно, почему они так отреагировали? Неужели он их так редко хвалит? - промелькнуло у меня в голове. Или дело в том, что он похвалил нас всех, включая меня?» Шифу, казалось, не обратил внимания на их реакцию или сделал вид, что не заметил. - Не забывайте то, что почувствовали сегодня на воде. Гармония - не только в равновесии. Она в каждом вашем движении, в каждом решении. Завтра мы продолжим здесь же. Он сделал небольшую паузу, и его взгляд, тёплый и одобрительный мгновение назад, стал сухим и устремился прямо на меня. - Ведь тренировочный зал закрыт на ремонт, и мы никак не можем привести его в порядок, - укоризнённо произнёс Шифу. Под тяжестью этого взгляда я не мог удержаться и отвёл глаза, и постарался показать, что не понимаю, о чём он говорит. - Но, мастер... - робко, но настойчиво спросила Тигрица. - Когда же он будет готов? «Ну конечно, - мысленно фыркнул я. - Кто же ещё.... Должно быть, она уже скучает по скрипу своих костей на том самом тренажёре». Шифу с глубоким, уставшим взглядом ответил, словно произносил это в сотый раз: - Сейчас мы ищем хорошего механика. Тот, что был в Нефритовом Дворце, недавно убыл в столицу. И, как назло, прихватил с собой все чертежи механизмов. «Какой удивительно своевременный отъезд. Ну, впрочем, мне ли жаловаться? Чем дольше чинят, тем позже я вновь попаду в эту мучильню», - язвительно подумалось мне. - И что, нельзя ничего сделать? - почти умоляюще посмотрела Тигрица на Шифу. Тот, казалось, замешкался под её настойчивым взглядом. Он хотел было что-то сказать, но задумался, и в его глазах мелькнула тень нерешительности, что было для него крайне нехарактерно. - Есть один вариант, как всё починить, - наконец, нехотя, произнёс он. - Но для этого нужно обратиться к создателю этих механизмов. И мне этот вариант... не нравится. - Шифу снова вздохнул. - Вообще, это первый раз, когда механизм был сломан столь... катастрофически. «Создатель механизмов...» - в голове тут же нарисовалась картинка: древний затворник на вершине далёкой горы, который встречает гостей капканами и камнепадами. Наступила короткая, красноречивая пауза, в течение которой я почувствовал, как на меня смотрят уже не три, а шесть пар глаз - Шифу и вся Пятёрка. Взгляды были разными: от едкого раздражения Тигрицы до едва сдерживаемого смешка Обезьяны. Я же всем видом изображал оскорблённую невинность, сосредоточенно изучая узоры на мокрых камнях. - Идите отдыхать, - окончательно поставил точку Шифу. Пятёрка поклонилась и стала расходиться. На сей раз я не стал задерживаться и поспешил к казарме в первых рядах, оставляя за спиной пруд, окрашенный багрянцем заката, и ощущение, что завтрашний день обещает быть не менее… насыщенным. - М-да, и зачем я мылся в водопаде, если в итоге всё равно пришлось мокнуть, но уже в пруду, - бурчал я, шагая рядом с Журавлем и Обезьяной. *** - Ты мылся в водопаде? - с искренним удивлением переспросил Журавль. - Зачем? - А разве вы тоже не моетесь там? - непонимающе ответил я. - Нет, - покачал головой Журавль. - Мы моемся в купальнях. Вон они, кстати. - Он махнул крылом в сторону аккуратного здания, из трубы которого поднимался лёгкий пар. - Там термальный источник. А водопад мы используем для медитаций. Его ответ заставил меня почувствовать себя крайне неловко. Видно, мои эмоции отразились на лице, и Журавль с Обезьяной обменялись многозначительными взглядами. - Ну, сам виноват, - фыркнул Обезьяна, игриво подталкивая меня локтем. - Что же сразу не спросил? Решил, что мы совсем уж дикари? - Что-то вроде того, - сконфуженно пробурчал я . «Хотя, учитывая последние события, кто здесь ещё мазохист?» Обезьяна так и залился своим звонким смехом, чуть не падая от хохота на землю. - Ладно, новичок, - сказал Журавль, с лёгкой улыбкой глядя на эту сцену. - Раз уж ты сегодня так усердно трудился, самое время расслабиться. Пойдём, покажу, где у нас тут настоящий рай. По пути я не мог отделаться от странного ощущения. Отношение ко мне со стороны этих двоих явно изменилось, но я не мог понять, что именно я сделал. Скоро мы вошли в здание. Воздух здесь был густым и влажным, пахло нагретым камнем и лёгкой, терпкой смесью целебных трав. Здание было сложено из массивных, почерневших от времени камней, и явно помнило ещё первых учеников Нефритового Дворца. Всё пространство было погружено в полумрак, и только пламя в бронзовых светильниках, свисавших с массивных балки, отбрасывало на стены причудливые, пляшущие тени. Оно делилось на несколько помещений. Едва мы вошли, Тигрица и Гадюка, не говоря ни слова, свернули в боковой проход, затянутый сизым паром и скрытый за резной каменной аркой со знаком «Инь» - очевидно, женская половина. Я остался с остальными в общей части. И в первом же зале я, к своему удивлению, увидел нечто вроде душа: из стилизованных под пасть дракона медных наверший в стене били мощные потоки горячей воды, с шумом падая в округлые каменные чаши со сливом. Чуть дальше располагались углубления в полу - нечто вроде джакузи по-местному, где вода была спокойной, молочно-бирюзовой и подёрнутой лёгким паром, от которой исходил едва уловимый запах серы и целебных трав. *** Десять минут спустя я наконец погрузился в одну из огромных каменных чаш, наполненную горячей водой. Стоило мне окунуться по шею, как моё тело вздохнуло с облегчением - напряжение буквально вытекало из мышц, растворяясь в парной воде. Рядом, на специальном выступе, устроился Богомол. Чуть поодаль, почти по шею в воде стоял Журавль. Обезьяна же, расположившись на подводной скамье, лениво перебирал пальцами ног, создавая на воде мелкую рябь. - Знаете, а я думал, сегодняшняя тренировка будет... ну, обычной пыткой, - разминая онемевшую лапу, начал я, с наслаждением чувствуя, как горячая вода разгоняет скованность в мышцах. - Ан нет, оказалось даже интересно. Хотя до гармонии еще далеко - то тело меня не слышит, то я его. - Терпение, По, - расслабленный голос Богомола звучал почти отечески. - Способности у тебя есть. Пусть и не гениальные, но вполне... перспективные. Честно говоря, даже страшно представить, на что ты будешь способен, когда тело и разум начнут работать в унисон. - Баланс тела и разума? - переспросил я. - Это звучит как какая-то шаманская мантра. Что это вообще значит? И когда мне ждать этих волшебных изменений? Журавль рядом издал мягкий звук, нечто среднее между смешком и покашливанием. - Ты уже начал этот путь сегодня. Стоя на лотосе. - То есть... все эти покачивания... - начал было я. - Это всё и есть основа основ, - тут вступил в разговор Обезьяна, с плеском опуская лапу в воду. - И равновесие, и контроль, и дыхание... Всё вместе. Ты ищешь ту самую точку, где тело перестаёт спорить с головой. Найдёшь её - и кунг-фу перестанет быть просто набором несвязанных движений. Ты будешь чувствовать его... здесь. - Он ткнул себя в грудь. - И как долго обычно ищут этот самый баланс? - поинтересовался я мимоходом. Обезьяна многозначительно хмыкнул: - Кому-то везёт найти его в детстве, интуитивно. Кто-то бьётся днями, месяцами... А некоторые так и не находят никогда. - Полагаю, вы все оказались в первой категории? - предположил я. - Почти угадал, - лениво провёл крылом по воде Журавль. - Насколько я знаю, лишь Тигрице пришлось сознательно искать этот баланс под руководством Шифу. Остальным... скажем так, повезло больше. Их слова заставили меня задуматься. Если этот внутренний баланс - ключ ко всему, то что же стоит на следующей ступени? Ответ напрашивался сам собой: та самая легендарная энергия. - А что нужно, чтобы овладеть той самой Ци? - не удержался я. - Ух, новичок, тебе пока рано об этом думать, - покачал головой Журавль. - Сначала научись чувствовать своё тело и обрести статичный баланс. Потом - найти баланс динамичный, когда ты сможешь двигаться, не теряя гармонии. А уж потом, возможно, ты прикоснёшься к состоянию «Потока», где исчезнут даже мысли о движениях... И лишь после долгих тренировок настоящей медитации... - Вообще... - в разговор вклинился Богомол, и его хитиновые «брови» хитро изогнулись. - Если говорить о самой сути из сегодняшнего объяснения Шифу... Для осознанного контроля над Ци есть два пути. Либо развить в себе титанический самоконтроль, либо... - он сделал драматическую паузу, - достичь высшей гармонии, когда ты становишься единым целым не только с телом и разумом, но и с собственной душой. Причём недостаточно просто понять это умом - нужно растворить в этом ощущении всё своё существо. Я выслушал это с видом понимания, но в мыслях только разводил лапами. «Очень впечатляюще и абсолютно непонятно. Высокие материи вроде "единства с душой" - явно не для меня. По крайней мере, не сейчас.» Вместо туманных философий куда полезнее было сосредоточиться на том, что я хоть как-то мог постичь. Сначала - добиться того самого баланса в движении, чтобы не падать с лотоса при каждом шаге. А уж о «Потоке» можно было только помечтать. Но и то, и другое казалось куда более реальной целью, чем возня с душой. - И этому нам всем только предстоит научиться, - добавил Журавль, заключая тему. После этих слов в купальне на несколько мгновений воцарилась тишина, нарушаемая лишь мягким плеском воды. Её прервал Богомол, блаженно зажмурившись. - Ну что, По? - произнес Богомол с лёгкой ухмылкой. - Как тебе наши скромные купальни, а? - Да уж… - выдохнул я, откидывая голову на тёплый камень. - Теперь я понимаю, откуда у вас силы на все эти тренировки. За такое и душу продать не жалко. Обезьяна фыркнул и весело произнес: - Неужели ради горячей ванны ты готов душу продать? - с притворным укором покачал он головой. - Плохой из тебя выйдет мастер кунг-фу, если за такие мелочи готов на всё. - Во-первых, я в первую очередь качок, - с достоинством парировал я, демонстративно напрягая мышцы груди. - А во-вторых, качки понимают важность качественного отдыха для восстановления. Вам, акробатам, с вашими прыжками, этого не понять. - Куда уж нам, простым смертным, до великого Воина Дракона, что одним ударом разрушил ворота Нефритового дворца! - произнес Богомол, не меняя своей беззаботной позы. Журавль повернул ко мне свою длинную шею. - Кстати, я до сих пор не понимаю... Что ты там делал в тот день? И как ухитрился их... разрушить? - Ну, никакого секрета тут и в помине нет, - я развёл лапами, стараясь сохранять невозмутимость. - Сюда бы я никогда не попал, не случись целой вереницы нелепых случайностей. Под их пристальными взглядами я начал рассказ: - Всё началось со странного сна, из-за которого я грохнулся с кровати и своим шумом... - начал я, невольно морщась при воспоминании о сне. - А потом... - я вкратце описал череду нелепых событий, тактично опуская некоторые детали. Когда я добрался до истории с магической урной, которую напоил спиртом, все уже давились от смеха. И закончил свой рассказ я на моменте встречи с Шифу. - А что тебе вообще приснилось-то? - выдохнул Обезьяна, едва переведя дух после хохота. Его вопрос заставил меня вздрогнуть. Чёрт, зачем я вообще упомянул про этот сон? Нужно было срочно придумать что-то правдоподобное. В голове пронеслись обрывки последних событий, и, кое-как собрав их в подобие связной истории, я выпалил первое, что пришло в голову: - Пустяки... Приснилось, будто я овладел кунг-фу, - я отвел взгляд, стараясь придать лицу как можно более безразличное выражение. - Ну знаете, армии злодеев разбегаются, я размахиваю огромным молотом, а вокруг... горы трупов... В общем, ужасное зрелище. Бред сивой кобылы. «Чёрт, зря я ляпнул такое! Надо было что-нибудь про качалку сочинить... Сейчас начнётся: "вещий", "знак свыше"...» - с раздражением пронеслось в голове. Смех оборвался так резко, словно его перерезали ножом. Воцарилась густая, звенящая тишина, нарушаемая лишь размеренным плеском воды. Я чувствовал, как на мне застывают взгляды. - А ведь возможно... это был вещий сон? - Журавль произнёс это осторожно, словно пробуя на вкус каждое слово. - Твоё появление здесь и впрямь отдаёт неким... сюрреализмом. Как будто рука судьбы... - Рука судьбы? - внезапно вклинился Богомол. Его голос прозвучал на удивленно твёрдо, разрушая витавшее в воздухе мистическое настроение. - В этом нет никаких сомнений. Он связан с нами и с кунг-фу. Намертво. Навеки. Я смотрел на Богомола с выпученными глазами, не в силах скрыть своё замешательство. - С чего ты это взял? - вырвалось у меня, прежде чем я успел подумать. - Откуда такая уверенность? Богомол многозначительно потер лапки, и в его больших глазах вспыхнули озорные огоньки. - А вспомни-ка наш разговор в лесу! Мы же с тобой уже выяснили, что ты, сам того не ведая, стал одним из создателей Неистовой Пятёрки! И, видя недоуменные лица остальных, он с готовностью принялся пересказывать историю о том, как панда-повар случайно заразил Шифу и тем самым изменил ход истории. Пока он говорил, я наблюдал, как на лицах моих товарищей сменялись эмоции: сначала недоверие, потом удивление, а к концу рассказа - откровенный шок. Все смотрели на меня так, будто я только что признался в создании Вселенной. Меня охватило странное, давящее чувство - будто все стены вокруг медленно сдвигаются. Так и подмывало вскочить и биться головой о каменную кладку, лишь бы развеять это наваждение. Я и сам до конца не осознавал всю цепь этих чудовищных случайностей, но, слыша свою же историю из уст Богомола, с ужасом наблюдал, как разрозненные обломки моей жизни складываются в идеальный, слишком уж безупречный пазл. Картина выходила законченной, продуманной - и оттого невыносимой. От этих разговорах об «избранности» и «судьбе» начинало физически подташнивать, словно я проглотил что-то несвежее. И тут мой взгляд, блуждавший в поисках спасения, уловил движение у двери. Она была приоткрыта, и за ней в полумраке чётко вырисовывались два силуэта - изящный тигриный и плавный, извилистый змеиный. - А-А-А! ИЗВРАЩЕНКИ! - завопил я писклявым голосом с преувеличенным ужасом, указывая трясущейся лапой на дверь. - ПОДСМАТРИВАЮТ! Все резко повернулись. В дверном проёме мелькнули два силуэта, которые запоздало шарахнулись в стороны - видимо, Тигрица и Гадюка и впрямь не ожидали такого поворота событий. Наступила секунда ошеломлённой тишины, которую нарушил Обезьяна: - Ну что, девочки, составляете отчёт для мастера Шифу о санитарном состоянии мужской купальни? - прокричал он в сторону двери. - Или Тигрица хотела потереть нам спинки? Из-за двери донёсся сдавленный смех Гадюки и сердитое фырканье Тигрицы, сопровождаемое отдалённым: - Да пошли вы все! Пока Обезьяна хохотал, а остальные переваривали произошедшее, я с облегчением ухватился за возможность сменить тему. -Ну, раз уж наша уважаемая публика разошлась не солоно хлебавши... - начал я, с наигранной невинностью поднимаясь из воды. - И раз уж судьба нас свела в одну компанию... То самое время отметить это дело по-настоящему вкусным ужином! - Так что предлагаю немедленно двинуть на кухню, где я приготовлю фирменную лапшу по отцовскому рецепту. Кто за? Возражений не последовало.