Объект в форме башни, в терминах мира грёз — мега-двигатель. Его свечение не прекращается. И только Курай Тамао среди всего этого продолжает безмятежно спать в прежней степени яркости.
Точнее, всё выглядело так, будто мега-двигатель светится именно из-за Тамао.
И, по-видимому, так оно примерно и есть.
— Что здесь начинается?..
— Укрепление мира грёз.
На растерянную Ньярлатхотеп Гипнос ответил без промедления.
С недавнего времени этот один из земных богов кое-что повторял уже несколько раз.
Всё — ради защиты землян.
Неужели правда в этом: укрепление мира грёз?
— ...Чего ты добиваешься, Гипнос?
— Я с самого вступления в должность размышлял об этом. Мир грёз слишком нестабилен. Мы провозглашаем защиту психики землян, но сами земные боги, призванные её обеспечивать, хрупки. А строительство защитных чужих богов продвигается мучительно медленно.
— Это и я замечала. Ещё до того, как ты вступил в должность.
До сих пор всё это сходило за гэг, и казалось, что таков выбор самого мира.
— И тогда я пришёл к мысли: вместо того чтобы защищать земных богов чужими богами, не лучше ли довести прочность самого мира грёз до предела?
— В каком смысле?
— Этот мега-двигатель прежде вырабатывал энергию, необходимую для существования мира грёз. Но ровно столько, чтобы мир грёз держался. А что, если бы он начал производить энергии несопоставимо больше?
— ...Излишек можно пустить на укрепление самого мира грёз?
На слова Ктугхи Гипнос кивнул с таким видом, будто она выразила его мысль точь-в-точь.
— Функции чужих богов, которые должны защищать земных богов, возложить на сам мир грёз. Вот моя цель.
Тогда не нужно будет тратить на постройку чужих богов столетия, а земные боги смогут в безопасной обстановке заниматься своей работой — охраной психики землян.
Он, по-видимому, хотел сказать именно это.
— Н-но этот мега-двигатель — устаревшая модель. Как его теперь ни модернизируй, мощность не вырастет. Если бы всё было так просто, не строили бы новых установок.
— Это стало возможным. Вы ведь помните — система HPL.
Система HPL.
Где-то слышанное название... и, как выяснилось, ничего хорошего.
Это была та самая система, составлявшая ядро «Эйч-билдера» — полностью автоматизированного блока проектирования, разработки, сборки и отгрузки, за одну ночь собравшего нового чужого бога. Имея материалы и базовые принципы конструкции, она сама улучшала и развивала изделие — штука превосходная.
— Ну не тащи же ты зацепки из таких дебрей! И вообще, её разве не заморозили из-за чрезмерной радикальности конструкции?!
Там всё можно было красиво свернуть, так нет же, зачем-то будят спящего ребёнка и усложняют композицию.
— Система всё равно остаётся выдающейся, поэтому потом её изъяли и встроили в мега-двигатель. Остальные земные боги были против, конечно.
Вот, значит, что за ссору земных богов видел Ноденс перед тем, как впал в кому.
А встроенная система HPL сама автоматически модернизировала и развивала сам мега-двигатель, пока он не эволюционировал до состояния, способного выдавать огромное количество энергии.
Но оставалось одно, чего этим не объяснить.
— Погоди. Перейди уже к сути — какое отношение к этому имеет Курай?!
Только этот вопрос оставался без ответа. То, что HPL встроили в мега-двигатель, Махиро понял, — но зачем туда же поместили Тамао?
— Это так и задумано. Более того, без этой девушки система HPL не раскрывает свои функции в полной мере. Да — без Великой расы Итх.
— Итх?!
Теперь у Махиро действительно ёкнуло сердце.
— В системе HPL частично использованы технологии сверхгалактической Итх. А эти технологии раскрывают свою истинную силу только в руках самих представителей Великой расы Итх.
От слов Гипноса у Махиро всплыли в памяти несколько моментов.
Разбушевавшийся новый чужой бог. Тогда ошибкой было использовать личность Ньярлатхотеп, но одно ли это было причиной? Может быть, именно потому, что не хватало представителя Великой расы Итх, система не работала в полную силу, и «Эйч-билдер» собрал тот бракованный экземпляр?
И тот случай, когда Махиро с Исукой отправились в прошлое. Тогда Нёгута не использовала все функции «Гипер-Истера». Наверное, потому, что она — не из Великой расы Итх. Хотя, если бы «Гипер-Истером» пользовалась даже сама Исука, её выдающаяся растяпистость едва ли позволила бы выжать полную мощность.
Но это объясняет только систему HPL.
— Погоди-погоди, Гипнос. С Исукой-сан мы действительно менялись сознаниями, но сама Тамао-сан — чистокровная землянка.
Именно это Махиро и хотел услышать.
Духовная сущность — Великая раса Итх. Да, Тамао действительно с ней связана. Но только связана: сама она — это не она. Её когда-то использовали лишь как сосуд.
Так почему же система HPL с Тамао внутри работает на полную мощность?
— Дело в том, что эта девушка — сверхсовместимый носитель.
— Сверх... кто?
— Сверхсовместимый носитель. Процент совместимости с Итх — процент совместимости с Великой расой Итх у неё аномально высокий. Чем выше это значение, тем лучше существо подходит по психическому типу к Великой расе Итх.
— К-Курай?
— Да. Процент совместимости Итх у этой девушки — 98%.
— И это насколько много?
— Естественным путём такого показателя не встречалось ни разу. LiNKER... препарат, искусственно повышающий совместимость, в лучшем случае даёт 70%. То есть эта девушка — ближайшее во всей бескрайней вселенной существо к Великой расе Итх.
По всей вероятности, 100% — это сама Великая раса Итх.
А Тамао всего на 2% ниже, то есть...
Практически представительница Великой расы Итх, разве нет?
— Значит, встроить Тамао-сан в систему HPL — это...
— Да, чтобы система приняла её за представительницу Великой расы Итх и раскрыла все свои функции. Тогда мега-двигатель, развитый системой, превратит мир грёз в сильнейший барьер на благо землян.
Так вот почему он называл Тамао «жрицей Земли».
Сердцевина системы, защищающей землян.
— То есть... ты действительно, искренне, ради одних только землян?..
— Вы что же, думали, что я, Гипнос, действую ради личной выгоды или каких-то принципов?! Я хочу укрепить мега-двигатель «ради защиты любимых землян». «Ради защиты любимых землян» — и ни для чего иного. Причина одна, но этого достаточно — остальное меня не волнует!
Гипнос обнажил чувства. Махиро ожидал очередного врага, действующего из эгоистичных побуждений и готовящего пошлую развязку, — но этот оказался другого типа.
И всё же, даже услышав это, Махиро должен был ему возразить.
— Ради защиты землян ты засунул в систему такую же землянку — Курай! Что это за защита?!
— Ничего не поделать. Кто боится жертв, тот ничего не добьётся.
— ...По сути, это то же самое, что сказать: без жертв я ничего не могу.
— То есть ты просто бездарь!
Ньярлатхотеп и Ктугха, похоже, были с Махиро заодно.
Да, укрепление мира грёз — вещь для землян заманчивая. Но принести ради этого в жертву другого землянина — это уже перебор.
— Увлёкшись малым, вы упускаете великое. Но уже поздно. Система HPL завершена, мега-двигатель эволюционировал!
Гипнос эффектно раскинул руки.
Как по команде, свечение мега-двигателя прекратилось.
Тамао, вмонтированная, словно распятая на кресте, медленно открыла веки.
В её мутных глазах мерцал тусклый свет.
И затем.
«Земные боги. В безопасности ли вы?»
Изо рта Тамао раздался голос, пропущенный будто через какой-то эффект.
— Что... что это?..
Гипнос резко обернулся к мега-двигателю.
Судя по его виду, и для него это оказалось неожиданностью.
«Земные боги. В безопасности ли вы?»
Тамао повторила снова. Нет — сквозь её безвольное тело слова произносил сам мега-двигатель.
— Н-нет, вы не в безопасности, поэтому я и укрепил мега-двигатель...
Растерянно, но всё же ответил Гипнос.
«Земные боги, быть в безопасности — обязанность земных богов. Если вы не в безопасности, значит, вы не земные боги. ZAP ZAP ZAP...»
Пи-фью.
Шшш.
— ...А?
Махиро ошалело пробормотал это.
Только что из мега-двигателя, похоже, высунулось дуло, и вылетел единичный лазерный луч.
Кружась и выписывая в воздухе спирали, прямо перед Махиро и остальными рухнул обугленный предмет.
— А?.. А?..
Это был Гипнос.
Тело его было изувечено ещё сильнее, чем после ран, нанесённых матерью Махиро.
— М-может быть, всё идёт...
Ньярлатхотеп пробормотала, покрываясь холодным потом.
— Что? О чём ты?
— По тому же сценарию, что с новым чужим богом.
— То же самое?
— В этот мега-двигатель ведь встроили систему HPL, чтобы укрепить мир грёз и защищать земных богов?
— По словам Гипноса — да.
— Так вот, эта цель из-за особенностей системы HPL доведена до абсолюта.
— То есть?
— Защищать земных богов. Земные боги должны быть в безопасности. Если не в безопасности — значит, не земные боги. Если не земные боги — значит, посторонние. Уничтожить. Примерно так.
— Как ты вообще прыгаешь до такого вывода?!
Махиро закатил глаза, но опровергнуть слова Ньярлатхотеп было нечем. Ведь сам мега-двигатель только что и правда развернул похожую цепочку.
«Обнаружены спящие земные боги в верхней части замка Полосатого оникса. Отсутствие безопасности — измена миру грёз. Изменники будут казнены. ZAP ZAP ZAP...»
С лязгом и скрежетом из мега-двигателя выдвинулось столько стволов, что пересчитывать было лень.
Все они одинаково смотрели в потолок.
И, как и раньше, мега-двигатель начал тускло светиться.
Словно накачивая стволы энергией.
— Э-эй, это ведь плохо?
Прямо над ними — рабочий кабинет земных богов.
— Его лучше разнести... Ку-ко!
— ...Поняла.
Ньярлатхотеп и Ктугха одновременно швырнули по «невыразимому ломоподобному предмету». Те, описав дугу, обрушились на мега-двигатель с двух сторон, словно беря его в клещи.
Однако невыразимые ломоподобные предметы замерли в воздухе, будто упершись в невидимую преграду, и с сухим стуком упали на землю.
— Барьер?!
— ...Значит, Космический CQC не работает?
Мега-двигатель теперь способен производить столько энергии, чтобы защитить весь этот огромный мир грёз целиком. Установить полноценный барьер в таком ограниченном пространстве для него, стало быть, пустяк.
— Тогда — в полную силу?
— Нельзя, Махиро-сан: в нём же Тамао-сан!
— ...Ни улучшенный Космический CQC Ньяруко, ни моя «Кроссфайр-сиквенс», ни «Циклон-эффект» Хасута-куна в форме Короля в жёлтом — барьер, может быть, и пробьют. Но нет гарантии, что Тамао переживёт такой удар.
Тогда что делать?
Если ничего не предпринять, мега-двигатель выстрелит по земным богам. Они, в отличие от Гипноса, сражаться не умеют — и беспомощно уйдут за горизонт событий. Тогда мир грёз снова останется голым. Мега-двигатель ведь всего лишь замена чужим богам и не может заменить самих земных богов.
А это значит, что психика землян окажется в критическом положении.
Или всё же ударить по мега-двигателю всей мощью Ньярлатхотеп и компании, вместе с Тамао?
Точно так же, как сделал Гипнос, — пожертвовать малым ради великого?
— Неужели... придётся...
Махиро не мог решиться.
Однако время уходило с каждой секундой.
Ещё немного — и мега-двигатель завершит зарядку и разом выстрелит в земных богов наверху.
Что делать?
Как быть?
«Следующие земные боги справятся лучше.»
Свечение мега-двигателя прекратилось, и изо рта Тамао прозвучала безжалостная фраза.
Время выстрела.
— Стой, Курай!
Ничего другого Махиро не оставалось, как закричать.
И тут.
Лязг-лязг-лязг.
— А?..
Махиро захлопал глазами.
Направленные в потолок стволы мега-двигателя разом опустились. Причём ни на что конкретно не нацелились — каждый смотрел в свою сторону.
«В системе возникли помехи... Ясака... -кун... корректировка завершена.»
Стволы мега-двигателя снова повернулись в сторону рабочего кабинета земных богов.
— С-сейчас он что, сказал имя Махиро-сана?
Махиро тоже вроде бы расслышал. Сперва принял за слуховую галлюцинацию, но Хастер, похоже, услышал то же самое. Но почему его имя звучит из мега-двигателя?
Да ещё и «Ясака-кун».
Именно так Тамао зовёт Махиро.
— Может быть, Тамао-сан не полностью слилась с системой?
— ...Отреагировала на голос мальчика?
— А? Почему на мой?
Получается, из-за того что Махиро позвал, у мега-двигателя на мгновение заклинило? Но ведь и Ньярлатхотеп с остальными уже произносили имя Тамао — и никакой реакции. Странно.
Пока Махиро терялся, мега-двигатель начал заряжаться снова.
— Тамао-сан, стоп!
Ньярлатхотеп повысила голос.
Однако свечение не прекратилось.
— ...Тамао, остановись.
Ктугха подхватила следом.
Свечение по-прежнему не прекращалось.
— Т-Тамао-сан, нельзя!
Хастер тоже крикнул во весь голос.
Свечение — см. выше.
Три пары глаз злых богов впились в Махиро.
— ...Так. Курай, остановись!
Лязг-лязг-лязг.
Свечение прекратилось, и стволы опустились.
«В системе возникли помехи... Ясака... -кун... Ясака-кун... корректировка завершена.»
Опять откорректировалось.
— Т-трудно сказать, что к чему, но, похоже, голос Махиро-сан как-то влияет на систему HPL, встроенную в мега-двигатель.
— Голос Махиро-сана — причина помех?
— Н-но почему я?
— ...Возможно, голос мальчика излучает волны Ауфвахен.
— Эй, хватит, в такой момент хватит приплетать ко мне очередной странный сеттинг.
Ничего не понятно.
В этот момент Махиро почувствовал, как кто-то тихонько похлопал его по обоим плечам.
Обернувшись, он увидел мать с мягкой улыбкой.
— Позови её по имени.
— А?
— Хиро-кун, обратись к Тамао-сан. Наверное, это то, что можешь сделать во всей вселенной только ты, и никто другой.
Махиро не понимал, что имеет в виду мать. Но было в её выражении что-то вроде просветления, с безусловной убедительностью, не дающей возразить.
Как бы то ни было, мега-двигатель давал сбои именно от голоса Махиро.
Значит, то, что Махиро может — и должен — сделать, одно.
«Изменники будут казнены. ZAP ZAP ZAP...»
За мгновение до того, как зарядка завершится и в третий раз вверх с дул сорвутся лазеры.
Махиро сделал глубокий вдох.
— Курай, Тамаооооо!
Задрожав всем телом, он прокричал только её имя.
＊＊＊
— М?
Придя в себя, Курай Тамао поняла, что стоит тут.
Идеально белый мир. Пространство, тянущееся куда-то бесконечно в любую сторону. Хотя... непонятно даже, тянется ли оно вообще. Возможно, стоит протянуть руку — и там сразу окажется край.
Ей казалось, что она стоит, но, может быть, она парит. Или падает. Неясно, существуют ли тут вообще понятия верх-низ, право-лево.
«Хм...» — Тамао наклонила голову.
Почему это она здесь?
И вообще, где она?
«Это электрополевой 25-мерный андерворлд, йо. В эту эпоху о его существовании ещё даже не знают, йо.»
Прозвучал голос. Голос ли это? Непонятно, но Тамао восприняла это как слова. Странно — повеяло чем-то знакомым.
Посмотрев вокруг, она заметила, что перед ней уже появился какой-то странный объект. Если сравнивать, он был похож на огромную луковицу тюльпана, из которой торчали корни как щупальца осьминога, — силуэт в стиле старинных «марсиан».
И, что ещё страннее, Тамао казалось, что она это уже видела.
Да — во сне.
«С каких пор оно тут?»
А потом:
«Откуда оно появилось?»
— подумала она.
— Давно не виделись, йо, Тамао-сан.
Не ответив на её мысли, «луковичный монстр» назвал её имя.
— ...А. Я тебя... знаю.
Почему?
Тамао знала, кто этот объект Икс.
Исука.
Да, был период, когда они менялись сознаниями.
— Сколько бы ни менялись сознаниями, в теле остаются воспоминания, йо. Если коллективное бессознательное — мир, простирающийся в глубине психики, то электрополевой 25-мерный андерворлд — мир, простирающийся в глубине тела, йо. Здесь воспоминания, оставшиеся в теле, воскресают, йо.
Исука права.
Тамао — нет, это тело — помнит.
Всё, что происходило, пока в нём жило сознание Исуки.
Это возвращалось к Тамао через обратную связь.
— То, что инопланетяне, послужившие прототипом для так называемых «Мифов Ктулху», существуют.
— Серьёзно?
— И что Земля для них — предмет восхищения.
— Серьёзно.
— И что Ньярлатхотеп и остальные — именно такие инопланетяне.
— Серьёзно.
Трудновообразимая цепочка фактов всасывалась в Тамао, как вода в песок.
Почему именно к ней в класс один за другим приезжали зарубежные ученики по обмену. Почему все они — родственники Ясаки Махиро. И почему их поведение временами казалось странным.
В этот самый момент просмотр всех воспоминаний и завершился.
— Я долго колебалась, возвращать ли воспоминания Тамао-сан, йо. Но-но, оставить Тамао-сан одну в неведении — это нечестно, йо. Стартовая линия должна быть общей, йо.
— Стартовая линия?
— В любовной гонке за Махиро-сан, йо!
— Ч-чтоооо?!
Тамао рефлекторно вскрикнула.
— От меня не скроешь, йо...
У луковичного монстра, у которого, казалось бы, и выражения-то быть не должно, Тамао различила какое-то подозрительное выражение лица.
Исука же жила в теле Тамао. Если воспоминания остаются и в теле, то, может быть, и мысли Тамао этот объект Икс тоже разделяет?
И тут до Тамао дошло.
Действительно, было кое-что, на что это можно списать.
— Неужели те странные голоса, которые я порой слышала, — не слуховые галлюцинации?
— Это я из будущего посылала Тамао-сан волны счастья, чтобы поддержать её любовь, йо.
Вот, значит, как.
Это, впрочем, большого вреда не причинило, так что ладно.
Тамао тихо вздохнула.
— ...Но даже если и любовь — у Ясаки-куна уже есть Ньяруко-тян...
— Тамао-сан, вы и сами уже понимаете, йо. Махиро-сан и Ньяруко-сан познакомились совсем недавно, йо. По длительности знакомства Тамао-сан впереди, йо.
— Да, но я с Ясакой-куном почти и не разговаривала...
— Значит, наверстаем теперь, йо. По силе напора Тамао-сан ничем не уступает Ньяруко-сан по ТТХ, йо.
— Легко тебе говорить...
В чужих сердечных делах можно сколько угодно быть решительной, а когда речь о тебе самой — у Тамао не хватает смелости. Ведь человек, которого она полюбила, — только один, Ясака Махиро.
— Мне кажется, терпеть уже больше не нужно, йо...
Исука будто бы грустно улыбнулась.
Терпит ли она?
На самом деле она, настоящая, не хочет отказываться от Махиро?
Непонятно, сама себя не знаешь.
— М?
И вдруг в пустом белом пространстве возникло какое-то изображение. Словно в пустом кинотеатре, Тамао смотрела на внезапно появившийся экран.
Там, похоже, был слабо освещённый склад физкультурного инвентаря. Маты, гимнастический козёл, бревно, в корзинах — разные мячи. Такая же обстановка, как и в школе Коурё.
А в кадре была она сама, в спортивной форме.
— М-м?
Тамао на экране стояла на коленях и как будто на ком-то сидела сверху.
Не на чём-то — на ком-то.
— М-м-м?
Тамао была в спортивной форме, а тот человек — в школьной форме Коурё.
Видимо, парень.
И это был не просто кто-то знакомый, а человек даже больше чем знакомый.
— Э.
Это был — Ясака Махиро.
По расположению Тамао сидела верхом на уровне его пояса.
Если говорить взрослыми словами — «лицом к лицу, наездницей».
— Хааа?!
Курай Тамао была ошарашена.
На экране к растерянному Махиро Тамао опускала закрытые веки.
Её лицо всё ниже, губы — к его...
В этот миг изображение исчезло.
Осталось, как всегда, только бескрайнее белое пространство.
— Почему?! Я почему?!
Зрелище было настолько шокирующее, что Тамао невольно перешла на обрывки слов.
— Это, возможно, одно из будущих, йо. Будущее — не одно, йо. Разница медианная, йо. В зависимости от действий Тамао-сан такой вариант отношений тоже возможен, йо.
— Каких ещё «действий»?..
Что же эта она там сделала? Как нужно поступить, чтобы оказаться со школьным приятелем в пустом спортзале наедине, начать целоваться, а потом, вероятно, ещё и... того?
Ну и заявочки.
Но Исука же только что сказала.
Будущее — не одно.
Каким будущим хочет её, Курай Тамао?
— ...Что бы Тамао-сан ни решила, если это её собственный выбор, я буду всеми силами её поддерживать, йо. Только жалеть об этом я бы ей не хотела, йо.
— Жалеть...
— Это — всё, что я хотела передать Тамао-сан, йо. Мне уже пора уходить, йо. Если задержусь, мастер Йог-Сотот рассердится, йо.
Тело Исуки вдруг начало двоиться.
Как помехи в телевизоре при искажении сигнала.
— ...Слушай, Исука.
— Что такое, йо?
— Если я постараюсь... то хоть немножко смогу измениться?
— ...«Я хочу стать новой. Я хочу измениться». Если Тамао-сан продолжит этого желать, однажды непременно. Спящая в груди смелость пробудится от её собственного голоса, йо. Если по-английски — «just the beginning», йо.
Тамао показалось, что луковица тюльпана улыбается.
— Ясно...
— Тогда ещё увидимся, йо. «Ден-ден-ден камен соодо» — бай-бай-бай, йо.
Помахав одним из щупалец-корней — ловко, словно рукой.
Исука постепенно растворилась.
И снова Тамао осталась в этом мире совсем одна.
— «Измениться», значит...
Одиночество порождает простор для размышлений, и Тамао скрестила руки.
Она любит Ясаку Махиро, и Ньярлатхотеп тоже любит Махиро. А ещё Тамао любит Ньярлатхотеп, и Ньярлатхотеп, наверное, тоже любит её.
Есть ли вообще такой выбор, чтобы все эти чувства исполнились разом? Хочется пожелать, чтобы все были счастливы, но отговорок в духе «если бы» у нас бессмысленно много.
Что делать?
Как быть?
— Стой, Курай!
И вдруг в белом мире эхом раздался этот голос.
— ...Ясака-кун?
Ошибиться невозможно.
Это голос того, кого Тамао любит.
— Курай, остановись!
— Ясака-кун? Почему Ясака-кун?
В тот миг, как она это подумала, перед её внутренним взором возникла картина.
Семейство Ясаки и среди них — Махиро, кричащий в её сторону.
— ...Пришёл меня спасать?
В электрополевом 25-мерном андерворлде воскресают воспоминания тела.
Тамао поняла, что её похитило некое существо под названием «земные боги», а дальше произошло то и сё.
«То и сё» — это вот то и сё.
— Курай, Тамаооооо!
В тот самый миг, когда она услышала эти слова.
«А, вот оно что», — .
Внутри Тамао словно щёлкнул выключатель.
Ощущение, что шестерёнки сошлись намертво.
Настроение — как будто во тьму пробился свет, пронзительно ясно.
Исука велела не жалеть.
Значит, так и поступим.
Правильно это или нет — Тамао не знает.
Но.
— Мучиться в одиночку я больше не буду.
— ...Хе-хе-хе.
Уголки губ Тамао злорадно изогнулись.
Если бы сейчас тут было зеркало — наверняка в нём отразилось бы то же самое «плохое лицо», что было у Исуки...
＊＊＊
Крик Махиро действительно остановил мега-двигатель.
Стволы смолкли, свечение угасло.
«В системе обнаружена аномалия. Запускаю сброс. Запускаю сброс. Сброс-бр-брыщ.»
Мега-двигатель объявил это.
И в следующую секунду, когда Махиро только подумал, что же он собирается сделать...
Тьфу.
Словно выплёвывая слюну, мега-двигатель с силой выбросил вмурованное в башню тело Курай Тамао. Головой вниз она полетела к земле.
— Хаааа?! Э-эй, осторожно-осторожно!
— Предоставьте мне!
Дальше всё произошло в мгновение, пока Тамао падала.
Ньярлатхотеп с помощью своего привычного ускорения биовремени (клок-ап) рванула вперёд. За миг до удара о землю подхватила её тело и вернулась обратно.
— ...Отсоединила Тамао?
— И-из-за голоса Махиро-сана?
— А у меня что за суперспособность такая — голос?
Если его раз десять использовать, у него, наверное, заболит голова, и он станет «небоеспособным»?
— Хи-хи, не совсем так, Хиро-кун.
— А?
Мать зашептала Махиро на ухо:
— Для кое-кого он особенный — твой голос, Хиро-кун.
— Э?..
Смысла Махиро не уловил и только недоуменно склонил голову.
— М-м... ммм...
На руках у Ньярлатхотеп Тамао шевельнулась. Тихонько застонала — и её веки чуть приподнялись.
— В-вы в порядке, Тамао-сан?
— А... Ньяруко-тян?..
Похоже, тело невредимо. Какие последствия оставило встраивание в систему, ещё предстоит узнать, но пока Махиро с облегчением выдохнул.
И тут же понял, что дело плохо. Тамао сонными, ещё слегка рассеянными глазами огляделась вокруг и остановила взгляд на мега-двигателе.
Как бы теперь скрыть от неё эту откровенно ненормальную ситуацию? Хорошо бы сработал защитный барьер памяти, но вокруг настолько явный «другой мир», что в его эффективности возникают сомнения.
— Э-э... Курай, это сон. Странный сон, который ты видишь.
Подумав секунду, Махиро решил так её утешить. Место это и правда коллективное бессознательное землян, так что «сон» — не совсем ложь.
— Ха-ха, не надо меня успокаивать, Ясака-кун.
— ...А?
— Я в целом уже всё поняла.
Усмехнувшись, Тамао поднялась с рук Ньярлатхотеп.
— Т-Тамао-сан?
— Мне всё объяснили — Исука. В том числе то, что Ньяруко-тян и остальные — инопланетяне.
— Чтооо?!
Ньярлатхотеп искренне округлила глаза.
Нет, Махиро тоже — он почувствовал, как кровь отливает от лица. Неужели эта растяпа, как тогда с ним, отправила голос прямо к Тамао? Ради чего и до какого момента она всё выболтала?
— А нехорошо-то как. Такие важные вещи — и скрывать!
— Э-это ради вашей же безопасности, Тамао-сан.
— ...Ха-ха, это я тоже понимаю.
Что это за внезапный поворот?
Когда софиты вдруг направляют на персонажа, до сих пор остававшегося в стороне, — это обычно дурной знак. Или что, загадочный манёвр для оживления сюжета?
Нет, пусть так. У Махиро и компании цель простая, одна-единственная. «Спасти Курай Тамао» — и всё. Это главное, а какими путями и средствами — не важно.
Задача выполнена, осталось лишь разобраться с мега-двигателем...
Гу-гу-гу-гу-гу.
Внезапно у них под ногами затрясло.
Это ощущение — такое же, как недавно.
Встрепенувшись, Махиро посмотрел туда, где, похоже, был эпицентр.
— ...Это что такое.
Голос Ктугхи был хриплым.
Мега-двигатель, молчавший после того, как выплюнул Тамао, теперь яростно вибрировал. Вместо бесчисленных стволов, высовывавшихся из башни, из неё вытянулась куча проводов-кабелей. По виду — как извивающиеся щупальца актинии или чего-то подобного.
Кабели вонзились в стены вокруг.
С противным треском от стен начали отрываться куски. Кабели, пронзив их, возвращались в исходное положение и присоединяли обломки к башне.
И тут Махиро не поверил своим глазам.
Оторванные куски стены сливались с башней.
— С-слияние?
Понимание, к которому пришёл Хастер, примерно было общим для всех.
Бесчисленные кабели, тянувшиеся из мега-двигателя, один за другим пробивали, отрывали и скребли стены, пол и потолок этого пространства, а затем втягивались обратно в мега-двигатель.
Это было похоже на кормление.
— П-плохо, если так продолжится...
Похоже, находящийся при смерти Гипнос теперь только пришёл в себя. Увидев, что происходит с мега-двигателем, он, несмотря на обугленное состояние, ухитрился побледнеть лицом.
— Э-эй, ты, это что такое, а?!
Как подпольный ростовщик, пришедший выбивать кредит под десятый процент, Ньярлатхотеп скорчила гримасу и начала запугивать Гипноса. Физиономия была настолько злобная, что если бы она открыла лавку где-нибудь в южном Осаке, её короновали бы как императора района.
— ...Это потому что он выплюнул эту девочку.
— Э, меня?
— Утратив тебя как представительницу Великой расы Итх, система HPL, видимо, пытается силой заместить недостающую часть чем-то другим.
— А это возможно?
— Разумеется, нет. Поэтому он в состоянии бесконтрольного разгона.
— Опять та же история! Сколько ж в этой системе HPL брака!
Тот именитый род мастеров чужих богов, кто её проектировал, после надо будет обязательно хорошенько вздуть. Даже лично хотелось бы искоренить их род до последнего колена.
— ...Это уже нешуточно. Если так продолжится, в слияние втянется всё это пространство... да что там, даже весь замок Полосатого оникса.
Судя по действиям мега-двигателя, анализ Ктугхи, похоже, верен.
— Тогда надо его просто разнести! Тамао-сан уже у нас, а дальше — всех-всех крушить! Бить со всей силы, пинать со всей силы!
Когда Ньярлатхотеп закричала, у неё под ногами внезапно проступил круговой узор. На нём сгрудились сложные, похожие на неведомые иероглифы фигуры — словно магический круг.
Этот узор, излучая мягкий жёлтый свет, начал подниматься снизу вверх.
И, когда прошёл над её головой, на месте прекрасной девушки стоял воин в чёрной как смоль броне.
Фулл-Форс-Форм.
— ...Буду сжигать всё, до чего дотронусь.
Ктугха вытянула левую руку вбок, и из её кончика точно так же появился магический круг. Только у неё круг излучал красное свечение.
Круг прошёл сквозь её тело, и из него вышла она в леотарде в виде языков пламени.
— Х-хорошенько молись и удивляйся!
Хастер поднял руки над головой, и там тоже возник магический круг. Этот был покрыт зелёным вихрем и плавно скользнул к Хастеру.
Так, нехарактерно, появился Король в жёлтом. Становиться Королём в жёлтом через зелёный магический круг — как-то это, наверное, не совсем по правилам. В конфликте цвета и атрибута чувствуется компромисс, и это не может не огорчать.
Как бы то ни было, троица самых сильных бойцов Земли — а точнее, чуть ли не всей Солнечной системы — в сборе.
Началось время финальной схватки.
«Джашин-формация» — разгул злых богов.
— С-стойте! Если разрушить мега-двигатель, мир грёз...
— Будет таким же, как раньше. Просто вернётся в то состояние, каким был до того, как ты там всего начудил, нет?
— Вы ничего не понимаете!
— А?
Махиро нахмурился на такой настрой Гипноса.
Да, без чужих богов ситуация не назвать безмятежной, но пока ведь как-то справляются. Земные боги вроде бы выполняют свои обязанности и без вмешательств в мега-двигатель.
Однако Гипнос скривил своё правильное лицо так, словно вот-вот заплачет.
Схватился за голову и:
— Если я не укреплю мир грёз — у меня отберут мою редкую карту!
— издал горестный крик.
— ...А?
Что это было.
Только что прозвучало какое-то подозрительное слово.
— Гипнос? Ты что сейчас сказал?
— А? А, нет, ничего-ничего, ага.
Гок.
Кулак, вложивший в удар всю волю Ньярлатхотеп, впился Гипносу в лицо.
— Что ты сейчас сказал?
— ...Р-редкая карта... моя редкая карта... с таким трудом добытое сокровище!..
Редкая карта.
Банальное, бытовое словечко, которого от земного бога никто не ожидал.
— Что это значит? Что ещё за «редкая карта»?
— ...Я её вытянул в Мохаимасу — ценный экземпляр.
— Мо-хаи-масу?
Ещё одно собственное имя, которого Махиро никогда не слышал.
— Эй, ты, так ты ещё и пользователь Мохаимасу?!
Ньярлатхотеп, однако, была в курсе.
— Что за хрень вы такую говорите?
— ...«Haiyoru M@STER Mobile», сокращённо — Мохаимасу. Сейчас самая популярная социальная игра во вселенной. Мне она неинтересна.
Ктугха, видимо, из тех, кто считает, что соцыгры — это и не игры вовсе.
— И что там с Мохаимасу? Я тоже играю, кстати.
— ...Гм. Ты ведь знаешь, что недавно вышло ограниченное по времени событие.
— А, да, было. Я в нём поучаствовать успела только частично.
Ньярлатхотеп с сожалением вздохнула.
В этот момент дверь в памяти Махиро со скрипом отворилась.
— У меня есть любимая космическая социальная игра.
— Внезапное двухчасовое ограниченное событие вот-вот начнётся.
— Мне нужно участвовать в нём полностью, подключив зарядку...
— У вас, ребята, уже нет никакого приличия в раскладывании зацепок?!
Было ощущение, что теперь зацепки лепят наугад: швыряют камни и подписывают, во что попало. Как лотерея или рулетка.
— На этом ограниченном событии я получил самую редкую карту во всей вселенной — «Комплит-рару»!
— Ко-комплит-рару?!
— Что это, и насколько это круто?
— В Мохаимасу карты идут от Нормал, Рар, Хайпер-рар, Шайнинг-рар, Бластер-рар, Армед-рар, Сэрвайв-рар, Кинг-рар, Райзинг-алтимэйт-рар, Эмперор-рар, Супер-клаймакс-рар — и вот в последнем ивенте добавили ещё выше: Комплит-рар.
— Да их там столько уже! Нормал и «рар без довесков» сами по себе уже редкость!
Махиро от обилия «раров» почти получил гештальтный коллапс слуха.
— Но Мохаимасу — это поле боя, где даже смерть кажется мягкой. Не так уж редки случаи, когда, едва получив редкую карту, ты попадаешь под тотальную атаку других пользователей, и её отбирают прежде, чем она попадёт к тебе в коллекцию.
Что за ад такой, в котором душа высыхает при одном взгляде.
— Э, а если просто отрубить сеть и не подключаться к игре? А, нельзя. Данные на серверной стороне, да?
— А, нет. Данные Мохаимасу хранятся не на серверах, а на устройствах каждого пользователя.
— Это же уже не подпадает под определение социальной игры.
— ...
— ...
— Это космическая социальная игра.
— Ну, если космическая — тогда ничего не поделаешь.
Похоже, Махиро зацепил больное место. Но чувствовалось, что если на это слишком давить, вся история на корню развалится, так что он промолчал.
— К тому же Мохаимасу — раз начал играть, уйти уже не позволит. Пока существует мобильное устройство, сеть будет принудительно подключена к тебе постоянно.
— Это вообще легально?
Махиро не очень разбирался, но разве это не противоречит каким-нибудь законам о связи?
Обстановка, в которой утечка пользовательских данных — в порядке вещей.
— Чтобы уберечь редкую карту от отъёма, остаётся только как-то отрубить сеть. И я подумал: что если создать неуязвимый барьер, через который не пройдёт никакой сигнал, и закрыться в нём?..
У Махиро возникло ужасное предчувствие.
Неуязвимый барьер, через который не пройдёт никакой сигнал.
Это, получается...
— ...Скажи-ка мне коротко, в трёх строчках, что ты хотел сделать.
С пульсирующей мигренью, дрожащим голосом, Махиро пробормотал это.
— Встроить систему HPL и эволюционировать мега-двигатель!
Благодаря этому укрепить мир грёз и поставить барьер, который отсечёт любые сигналы, не говоря уже о ментальных атаках!
Тогда другие пользователи не смогут атаковать и отобрать редкую карту, единственную во всей вселенной!
Кёэээээээээээээээээээээээээээээээээээээээ!
Каааааааааааааааааааааааааааааа-кх!
Бьееээээээээээээээээээээээээээээээээ!
— За! Тк! Нись! Уже!
— Аппйоппйоп-хайпа?!
Удар Махиро носком ботинка попал Гипносу в пах, солнечное сплетение, горло и, наконец, в переносицу. Столь мощный приём, запускаемый за 0 кадров, после того как экран потемнел, парировать уже не успеешь.
Ну зачем добавлять к этим трём строчкам ещё и вопли?
Нет, не то, смысл не в этом.
— Эй. Минуту назад ты говорил такие высокие слова. Что действуешь не ради личной выгоды или каких-то принципов, а только ради любимых землян.
— Э-это... ну...
— И что до остального тебе дела нет — тоже говорил, да?
— ...Ну, я же тоже вхожу в категорию «земные боги», так что в широком смысле и меня можно назвать землянином, нет? Значит, «защищать землян» — это в том числе защищать и меня, разве не так?
Речь внезапно стала бытовой.
Видимо, это и есть настоящий Гипнос.
В таком случае:
— Ньяруко. Ку-ко. Хасута.
— Да.
— ...Угу.
— Да.
— Заканчивайте.
— Есть!
Тройка, когда Махиро безжалостно озвучил приказ, хором ответила очень красивым голосом.
И, развернувшись, направилась к мега-двигателю, бесконечно поглощающему материал вокруг.
— Кстати, вчера Атоко-тян оставила опытные образцы, помните?
Ньярлатхотеп, невесть откуда, держала в руках длинные предметы, похожие на мечи. Причём целых три. Она раздала их Ктугхе и Хасуте.
Широкий двулезвийный — тип клинка, который обычно называют «бродсвордом». Но от обычных таких же в RPG у этих была одна решительная деталь.
На гарде была деталь, похожая на форму кисти руки.
— ...А как этим пользоваться?
— Вот так, вот.
Ньярлатхотеп сделала что-то с этой деталью, и «кисть» раскрылась. Теперь она стала похожа на ладонь.
— Ясно... вот так.
Когда Хастер в образе Короля в жёлтом приложил к этой ладони свою, будто пожимая руку, клинок внезапно засветился. Красиво зазеленел и окутался ветром.
— ...Я тоже.
Ктугха сделала то же самое — и её клинок взбросил вверх огонь, сверкая красным.
— Совсем, однако, замучил этот мега-двигатель-тян.
Меч Ньярлатхотеп сиял жёлтым. Только у её клинка вокруг лезвия была обычная аура, вероятно потому, что по атрибуту ничего красивого не получалось.
Троица, словно трое мушкетёров, приносящих клятву, скрестила клинки...
— С-стойте! Прекратите! Моя... моя редкая карта!..
Гипнос кричал напрасно.
— Я же сказала. Мы сейчас его разнесём.
Высвобожденная из трёх мечей энергия взметнулась и пронзила взбесившийся мега-двигатель.
Оглушительный грохот и ослепительная вспышка.
Силуэт башни проявился в сиянии и расползся, словно разлагаясь на молекулы.
А когда свет улёгся, от мега-двигателя не осталось ровным счётом ничего.
— А... А...
Гипнос рухнул на колени.
Не обращая внимания на этого дурака, троица ловко крутанула мечи, как ковбои-стрелки на Диком Западе.
— Фью-у.
— ...Фью-у.
— А, мне тоже надо?.. Ф-фью-у.
Совсем не похоже на конец сражения — они выдохнули совершенно расслабленно.
— Хм, такой себе фейерверк, не очень-то и красиво.
Тамао же выдала свой, по-своему мимо темы, комментарий. Даже зная теперь всё про злых богов, сохранять такой спокойный ритм — это по-своему впечатляет. Или у неё изначально SAN-значение было низким?
И вот так.
Разгоревшиеся в мире грёз беспорядки, попутно вызвавшие серьёзные изменения в человеческих отношениях, завершились.
＊＊＊
— И что же это такое — «зацепка»?..
Когда всё закончилось, Махиро устало осел в диван. Правда, всё ещё в замке Полосатого оникса — в гостиной для посетителей.
Ньярлатхотеп и остальные, как сотрудницы Планетарного Агентства Защиты, по идее сейчас на месте недавнего происшествия занимались разбором. Земные боги вроде бы всего лишь спали и серьёзно не пострадали, так что пока можно выдохнуть.
— Я не жадный, но пусть хотя бы иногда появляется противник с высокой и благородной целью...
То, что цель охоты — Земля, Махиро или кто-то близкий к нему, — с этим Махиро уже смирился как с неизбежным. Видимо, таков выбор мира, и сопротивляться бесполезно.
Но хотя бы чуть более достойный предлог. Почему все эти типы обязательно преследуют мелкие личные интересы и подводят историю к самой пошлой развязке?
А ещё Планетарному Агентству Защиты нужно бы разок провести тотальный внутренний аудит. Преступников из своих рядов слишком много. Чем там кадровая служба вообще занимается, — подумал Махиро, и тут же перед его внутренним взором всплыло лицо Кунэ, от чего все силы покинули его. При такой-то работе отдела кадров проблемы неизбежны.
— Ха-ха... Ясака-кун тоже, оказывается, много через что прошёл.
Сидящая рядом Тамао, с виноватой улыбкой, постукивала Махиро по плечу.
Ах да, его проблемы ведь ещё не закончились.
— Слушай, Курай.
— М?
— Насколько далеко ты в курсе?
Тамао сказала, что ей рассказала Исука. Но в каких пределах?
— Пока Исука жила в моём теле — в общем, по большей части. И ещё что потом Землю часто пытались захватить, и что Ясака-кун с Ньяруко-тян и остальными везде мотались.
То есть, грубо говоря, от «Альфы» до «Омеги».
Голова заболела.
— Эта дура... ну зачем было именно Курай рассказывать...
— Эй, так нельзя говорить. Мне, значит, вредно знать?
— Да очевидно же.
— А, так ты просто волновался, чтобы меня не впутать?
— Если ты узнаёшь, на следующий день об этом знает вся школа.
— ...Ясака-кун, всё-таки ты должен быть ко мне чуть понежнее.
Тамао надула щёки и мило изобразила обиду.
«Боялся, что ты разболтаешь» — правда, но «не хотел тебя впутывать» — тоже правда. И не только Тамао: о посторонних, кто никак не связан, нужно всегда думать. Самовольно совать нос в неприятности — пусть этим занимаются только приживалы Ясакиного дома, их и так достаточно.
— Но, в любом случае, хорошо, что ты в порядке. А... ты ведь в порядке?
Сейчас Махиро вдруг всполошился. Как-никак Тамао была встроена в мега-двигатель в качестве сердцевины системы HPL. И пусть у неё совместимость с Великой расой Итх самая высокая во вселенной, сама по себе она — чистокровная землянка.
— Да, всё хорошо. Наоборот — как-то всё такое, прояснилось в голове.
— Правда?..
Махиро посмотрел на неё с подозрением, но внешне у Тамао не было никаких признаков недомогания. Напротив, как она сама и сказала, лицо у неё было ясное и светлое.
— ...Спасибо тебе, что пришёл меня спасти.
Тамао низко наклонила голову, и её заколки в виде динамиков качнулись.
— А, ну, на самом деле спасли-то тебя Ньяруко и остальные. Меня обычно держат за бесполезного.
— Ха-ха, ничего ты не понимаешь, Ясака-кун.
— Чего?
— — Ты тоже мой спаситель.
Услышав это в лоб, Махиро вдруг смутился.
Увернувшись от её взгляда, он случайно заметил...
В гостиной стоит шикарный кожаный диван, а мать устроилась у стены в сторонке. На руках у неё мирно посапывает, надувая ноздрями пузырь, Шантак-кун, оставленный хозяевами.
— Мама, ты чего там, с краю? Иди, сядь к нам.
С намерением сменить тему Махиро обратился к матери.
— Не надо, мама посидит тут. А там — место для молодёжи.
Мать мягко улыбалась. Обычно она ведёт себя с Махиро по-детски, пристаёт с обнимашками, а сегодня — как-то особенно полна глубокой, почти материнской нежности.
— Ха-ха, смущаешь...
Тамао покраснела и почесала затылок. Заметит ли она структурное противоречие: это же её семнадцатилетняя «мать» говорит такими словами? Махиро, разумеется, заметил сразу, но сказать об этом — всё, это в последний раз, когда он что-то сказал, поэтому надо крепко держать это в груди.
В этот момент — со стуком открылась дверь гостиной.
— Эх, намучились мы.
Появились Ньярлатхотеп и остальные.
Все трое с уставшими лицами, тяжёлой походкой направились к Махиро.
— Мама Махиро-сана, давайте я заберу.
По дороге Хастер засеменил к матери и аккуратно принял спящего Шантак-куна, прижимая его к себе. Сел бы на диван, так ведь — так любит этого странного зверька?
— ...Мальчик, я устала. Дай коленки полежать.
— У тебя даже первая фраза такая...
Мужские колени — жилистые и твёрдые, на них лежать неудобно, разве нет?
— Э-эй, отстань от Махиро-сан, Ку-ко! Нет-нет, Махиро-сан, вы лучше, чтобы дать мне, измученной, спокойно отдохнуть, поддержите меня в позе «лицом к лицу сидя». По-английски «Mach band shaker».
— Ку-ко, поддайся. На десять секунд.
— ...Этого мне хватит, чтобы достичь.
— Не приближайся ко мне, ты, ходячий пункт огненной эрекции! Сброшу в ад Космического CQC, который ещё жёстче, чем метели неведомого Кадата!
Начался привычный богохульный обмен любезностями, и Махиро, наконец, осознал: всё и правда кончилось.
Да, кстати, они ведь зашли в комнату с таким видом, будто устали донельзя.
— Слушай, что это вы там намучились?
— А? А, Гипнос же.
Вздохнув измученно, Ньярлатхотеп плюхнулась на диван напротив.
— Что с ним?
— По решению Верховного Космического Суда ему назначено наказание без финала: одетым в «самовосстанавливающийся» аппарат быть сброшенным в Солнце и вечно повторять смерть и возрождение.
— Да что у вас вообще за судебная система...
Всё-таки слишком часто у них «арестовали — сразу казнь».
— ...Пока что Гипнос заточён в портативную космическую тюрьму.
Знакомое слово. Вроде бы это был аппарат-изолятор преступников в форме портативной игровой консоли. Удивительно, что им ещё пользуются.
— Мы его сейчас передадим в Планетарное Агентство Защиты, но тут, когда я его пы... допрашивала...
— Стоп, что ты там сказала?
— А? Да нет, ничего особенного.
— ...А. Кстати, ты на руке забыла стереть кровь.
— А?! Не может быть, я же тщательно мыла... А.
— ...Что ты там делала?
— ...Я считаю, что злобных преступников нужно беспощадно и без следа стирать с лица земли.
На лице Ньярлатхотеп проступила самая низкопробная улыбка. Вообще-то, по этой логике её саму первой надо «беспощадно и без следа стереть», но ладно.
— Да ладно. Так что там у вас, когда допрашивали?
— ...Вскрылись дополнительные преступления.
— Какие «дополнительные»?
— ...Угу.
— ...
— ...
— Это что, какой-то космический тренд, так реагировать?
Почему всегда приходится переспрашивать, почему никто с первого раза по-человечески не отвечает.
— ...Гипнос, оказывается, расхищал бюджет мира грёз.
— А?
— ...Хищение.
— Хи-щение?
Опять всплыло пошлое, обывательское преступление. Но ведь земные боги в основном находятся на службе в мире грёз — где там вообще можно тратить деньги?
— И сумма немаленькая.
— К-какая?
— Примерно половина годового бюджета.
Это вообще сумма, нужная на индивидуальном уровне? Да и если бюджет наполовину просажен, мир грёз, по идее, просто должен перестать нормально функционировать.
— На что же он такие огромные деньги тратил?
— — На донаты.
— До... на... ты?
— Всё до копейки засадил в Мохаимасу, этот тип.
Донаты.
В социальных играх — это когда ты платишь реальные деньги в обмен на предметы, ускоряющие или облегчающие игровой процесс.
Получается, всё, что Гипнос сделал в этот раз, было вовсе не ради землян...
А только и единственно ради Мохаимасу.
— ...Он ещё объяснял: «я мало донатил, до цены одной планеты — это не донат», «я не донатил, я просто закинул Мохаи-коины», «по кредитке в донат не считается» — и прочие бессмысленные вещи.
— Эй, можно его обратно достать? Я тоже хочу его попытать.
Махиро, не расставаясь с вилкой, сжал её в руке и более-менее всерьёз внёс предложение.
— Ну что ж, инцидент, стало быть, закрыт, только остался вопрос с Тамао-сан.
— Я?
С удивлённым выражением лица Тамао, всё это время молчавшая, наклонила голову.
— Совершенно случайно, как по заказу, выяснилось, что Тамао-сан — сверхсовместимый носитель.
— ...И так это оставить, пожалуй, нельзя.
— В каком смысле?
Атмосфера немного изменилась, и Махиро задал вопрос.
— На Тамао-сан, способную раскрыть возможности технологий Великой расы Итх пусть не на 100%, но на 98%, из-за её физиологии могут начать охотиться.
— А, ясно.
Та же ситуация, что и с Махиро, которого из-за «сингулярности, неподвластной времени», пытались похитить.
— Хм. Не знаю, Ньяруко-тян, но мне кажется, всё будет хорошо.
— А? П-почему?
— Думаю, даже если появится злоумышленник, который захочет сделать со мной что-то плохое... Исука из будущего, не выбирая средств, во что бы то ни стало, всеми силами его раздавит.
Тамао простодушно рассмеялась.
— Н-нет, Тамао-сан, такой удобной истории...
— ...А я согласен.
— М-Махиро-сан?
Да, Махиро знает.
Знает про «тень из времени», которая, чтобы он с Тамао сходили поесть сладкого, не гнушаясь никакими средствами, во что бы то ни стало, всеми силами пыталась изменить поведение Ньярлатхотеп и остальных.
Эта чуточка, кажется, способна даже Йог-Сотота подбить на всякое.
— К тому же, если что случится — меня ведь Ньяруко-тян защитит?
— Это... ну, разумеется.
Ньярлатхотеп вздохнула. Она и сама понимает: прямо сейчас, поверх того, что уже есть, усилить защиту невозможно. Иначе она давно бы уже сделала это для Махиро, который и так в эпицентре уже не одну неделю, задолго до того, как выяснилась уникальная физиология Тамао.
В итоге — всё так же, как было до инцидента.
Только теперь Тамао — «по эту сторону».
Мии...
— А, Шантак-кун, проснулся?
Из рук Хастера спрыгнул Шантак-кун. Покачивая лошадиной шеей, он зашагал к своей хозяйке.
— Что случилось, Шантак-кун?
Ньярлатхотеп подхватила странного зверька на руки.
Мии, мии.
— Что он говорит?
— Говорит, что проголодался.
— Так он же только что наелся до отвала...
Дитя, живущее исключительно по инстинктам.
— Ну что ж, пора, наверное, и домой.
Ньярлатхотеп достала серебряный ключ.
— ...В реальности ещё ночь, Тамао тоже надо поскорее домой, а то родители забеспокоятся.
Точно.
Виновник всего — Гипнос — повержен, так что и Тамао в реальном мире скоро проснётся.
— Тогда возвращаемся.
На слова Махиро все согласно кивнули.
И тут он случайно встретился глазами с Тамао.
Уголки её губ.
Злорадно приподнялись в какой-то хитрющей улыбке.
Конец
Эпилог
— А?
Махиро очнулся и обнаружил, что стоит где-то.
Ослепительно белое пространство.
Мир, залитый одним-единственным цветом, — и даже не понять, бесконечный он или конечный.
Почему он оказался здесь? Вроде бы только что они воспользовались серебряным ключом и вернулись в реальный мир. Или как там — сбой при перемещении, зашвырнуло в скрытый данжен, или что-то в таком духе?
У Махиро холодок пробежал по спине.
И вдруг —
— Говорят, это место называется «электрополевой 25-мерный андерворлд».
Раздался чей-то голос.
Он обернулся — и, как и следовало ожидать, там стояла...
— Курай...?
Одноклассница Махиро, Курай Тамао.
— Ёу, Ясака-кун.
Тамао беззаботно помахала ему рукой.
— Ан... «андер»? А, и почему только мы с тобой вдвоём оказались в таком месте?
— Исука, похоже, подсуетилась.
— А?
Смысла он не уловил и нахмурил брови.
Не обращая на это внимания, Тамао медленно подошла ближе.
И остановилась на расстоянии вытянутой руки.
Лицо Тамао было, как показалось Махиро, непривычно напряжённым.
Вдох-выдох, вдох-выдох.
Приподнимая и опуская не особо-то и пышную грудь, она глубоко дышала.
Что здесь сейчас начнётся?
В тот самый момент, когда Махиро засомневался, —
— ...Ясака-кун. Я тебя очень люблю.
Тихо, но с отчётливо чувствовавшейся твёрдой волей в голосе.
Тамао смотрела Махиро прямо в глаза.
— ............
— ............
— ...А, это... шутка?
— С чего ты вообще это взял... Я же сказала: я тебя люблю. Не как друга, а как парня. Не в смысле «лайк», а в смысле «лав».
— ............
— ............
— ха-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а?!
Громче всего, что он издавал за сегодняшний день, из глубины тела у Махиро вырвался вопль.
Это было даже сильнее, чем когда совсем недавно он взывал к Тамао, поглощённой мега-двигателем.
Можно сказать — крик души.
— А-ха-ха, так и знала, что не заметил.
— Э, пог... Нанде?! Курай нанде?!
В совершенно непредвиденной ситуации Махиро от неожиданности начал говорить чуть ли не на ломаном языке.
— Ну-у, Ясака-кун, ты уж совсем тугодум. Ты же не главный герой в романтической комедии. Можно было бы и догадаться о моих чувствах.
— Да как я мог догадаться?!
Что вообще сейчас происходит?
Когда и где между ним и Тамао возник какой-нибудь «флаг»?
Сколько он ни пытался вспомнить — никакой точки соприкосновения у него с Тамао в этом роде не было. Пока не объявилась Ньярлатхотеп, они за день и двумя-тремя словами хорошо если обменивались.
Даже теперь, когда по линии Ньярлатхотеп они стали немного общаться, Тамао в основном в его разговоры незаметно вклинивалась и, не успеешь оглянуться, исчезала.
А тут вдруг — признание в любви.
И когда ему говорят, что тот «парень, который ей нравится», о котором Тамао изредка упоминала, — это он сам...
Ничего, кроме «ты не в своём уме, как у тебя мозги-то вообще работают?», на ум не приходило.
Махиро ведь даже не знал, какую музыку любит Тамао.
— На самом деле, знаешь... я думала — не буду ничего говорить. Мне и Ньяруко-тян нравится не меньше Ясака-куна. Если бы вы встречались — мне-то уже было бы всё равно.
— Да не встречаемся мы с ней!
— Но Исука мне сказала. Чтобы я хотя бы не жалела потом ни о чём.
— Ты меня слушаешь вообще?!
— Поэтому я решила: скажу. Ясака-кун, я тебя очень люблю.
С этими словами Тамао застенчиво улыбнулась.
И это было выражение, какого Махиро у неё раньше не видел, — живое, настоящее.
— А-а, э-э...
Голова грозила вот-вот закипеть, и всё, что он мог, — только жалко поскуливать.
И тут его вдруг осенило.
Возможно, всё поведение Исуки до сих пор.
То, что она навязала ему странное задание — куда-то вытащить Тамао.
И сегодняшнее странное поведение матери.
И «дай нормальный ответ», и «крикни поглощённой мега-двигателем Тамао»...
Не в этом ли был весь смысл?
Но как же Махиро теперь на всё это реагировать?
— ...А-ха-ха, можешь не волноваться, Ясака-кун. Я даже сейчас считаю, что Ньяруко-тян тебе подходит больше всех и это самый естественный вариант.
— Я... я с ней совсем не...
— Но это ведь совсем отдельный вопрос от того, что я люблю тебя, правда? Так что пусть и мои чувства тебе будут известны. А терзаться одной внутри себя — это уже глупость какая-то, и я с этим покончила. Вот и...
— Ч-что — «и»?..
— ...А дальше, Ясака-кун, теперь ты за меня помучайся.
С самым озорным и разом каким-то посветлевшим лицом Тамао показала ему «большой палец вверх».
— ~~~~~~~~!!!
У Махиро вырвалось нечленораздельное рычание.
— Ну-ну, в молодости чего только не бывает.
— Т-ты серьёзно...
Тамао хлопнула его по плечу — хлоп, хлоп.
Свалив свою проблему на другого, она выглядела абсолютно беспечной.
Или, если хотите, безответственной.
— То, о чём мы здесь говорили, — наш с тобой секрет, Ясака-кун. А-ха-ха, стыдно же.
— ...Да кому я такое скажу.
— Ага, спасибо. Люблю тебя.
— Угх...!
Дыхание перехватило. Со стороны, наверное, Махиро выглядел так, будто беспомощно покраснел и мелко дрожит.
— О, а это забавно. Ясака-кун, лю-блю! Ясака-кун! Ясака-кун! Ясака-кун!
— Ты издеваешься?!
Эта зараза точно играет.
У Махиро даже промелькнула зловещая мысль: а не обрубить ли на корню эту напасть, пока не поздно?
— Ну что, пора возвращаться, наверное.
— ...Если мы и правда можем вернуться, то поторопись.
Оказаться один на один с Тамао в таком бескрайнем мире — он уже совсем не знал, что с собой делать.
И тут белизна пространства, как ему показалось, вдруг стала ещё гуще.
До сих пор её ещё можно было распознать как «белое», а теперь — настолько белым, что цвет уже не воспринимался.
Честно говоря — больно глазам.
Фигура Тамао прямо перед ним постепенно растворялась в этом подавляющем однотонном потоке.
Вскоре зрение у Махиро пропало полностью.
И в это самое мгновение —
Чмок.
Ему показалось, что к губам прижалось что-то тёплое и мягкое.
＊＊＊
В следующий раз, когда Махиро открыл глаза, он оказался в знакомой ему обстановке.
Комната Ньярлатхотеп.
Значит, в реальный мир они всё-таки вернулись.
— М-м... Махиро-са-а-ан...
Он посмотрел рядом — Ньярлатхотеп с каким-то блаженным, глуповатым выражением на лице посапывала, пуская слюну.
— ...Ньяруко... ах-х... давай скорее заведём малыша... если будет мальчик... его ребёнка тоже рожу я... если будет девочка... её пусть Ньяруко оплодотворит... создадим большую семью Дагонов...
Страшноватые сонные бормотания выдавала Ктугха. Если бы дело и правда пошло такой геометрической прогрессией, Землю завалило бы злыми богами. Может, пока до этого не дошло, действительно сдать её сестрице Кунэ?
Нет, сейчас не время для таких праздных раздумий.
Махиро резко сел.
На мгновение его повело, но он как-то удержался и вышел из комнаты Ньярлатхотеп.
Сбежал по лестнице, курс — гостиная.
С лязгом, немного грубовато, он распахнул дверь.
— А, доброе утро, Ясака-кун.
А там сидела — в абсолютно бодром виде — Тамао.
— О, Хиро-кун, поднялся?
Мало того, рядом с ней за столом с чаем сидела ещё и мать.
— Э, а это что за сцена?
— Мы с Тамао-сан поговорили. О Хиро-куне.
— ...А?
— Ну, у мамы Ясака-куна надо же получить разрешение. «Сын у вас, возможно, начнёт теперь зарабатывать гастрит на нервной почве, просим любить и жаловать».
— Что?!
— Хе-хе... Приятно знать, что Хиро-кун у меня вон какой видный — мама спокойна. Когда у сына от девушек отбоя нет — матери тоже радость. И Ньяруко-сан, и Тамао-сан, очень надеюсь на вас.
— ХА-А-А-А-А?!
Почему они так спелись, эти двое?!
Махиро ведь всего лишь пытался спасти свою одноклассницу Курай Тамао от того, что на неё охотились.
А когда всё закончилось — вот тебе, пожалуйста, такая ситуация.
Что это такое вообще?
— О, кстати, Тамао-сан, уже ведь поздно — может, переночуешь сегодня у нас?
— Да вы серьёзно...
— А, правда можно? А-ха, ну тогда воспользуюсь вашим гостеприимством.
— Серьёзно...
— Хи-хи. Набор для гостей у нас уже готов, вот, смотри.
— Серьёзно...
Махиро чувствовал, как надежда превращается в отчаяние.
Паника во взгляде уже проступила, а до финала, похоже, ещё далеко.
«Если это дурной сон — пусть закончится», — от всей души думал Махиро.
Послесловие
Как и предполагалось — или, точнее, дурное предчувствие оправдалось, — земляная стихия снова оказалась обделена. Нет, простите, что каждый раз об одном и том же, но речь о Райдере. О Land Style у Wizard. Даже когда он превращается в дракона, особо чаще в кадре не появляется, и CG у него не то чтобы какой-то особо роскошный, — а потом его тут же объединили с All Dragon. Ну почему же лишь за одну принадлежность к земляной стихии так издеваются? Нет, согласен, Water Dragon и Hurricane Dragon выглядят круче, и самому Манте они нравятся куда больше (ужас какой). А вот тема-песня у Land Style у меня любимая. Всё же раз спецатака — Clawed, значит, обречено...! Если так взглянуть, то, пожалуй, можно сказать, что в Хэйсей-первой эпохе не везёт стрелкам, а в Хэйсей-второй эпохе — когтистым. Ты о чём вообще?
Итак, эффектно запустив авантитул с райдер-болтовнёй, говорю: давно не виделись, уважаемые читатели. С вами таинственное летающее морское существо — Айсора Манта. В последнее время гигантская манта всё чаще появляется по телевизору, и меня это радует (не о тебе речь). Интервалы интервалами, а в этот раз я снова благополучно доставил вам в руки «Ньяруко-сан» — этому я очень рад и от души вздохнул с облегчением.
В этот раз два коротких рассказа, публиковавшихся в электронном журнале «GA Magazine», были встроены в основной сюжет и переработаны так, чтобы всё вместе составило один большой роман. Лично я не люблю перепечатывать то, что уже было опубликовано на другой площадке, но читателей, которые следят в том числе и за «GA Magazine», по всей видимости, совсем мало. Значит, если сделать так, чтобы материал прочитало больше людей, всем будет счастливее. А вы сейчас счастливы...?
И всё же: в апреле исполняется ровно четыре года с тех пор, как я назвался Манта Айсора. Четыре года, вы понимаете, четыре! За четыре года даже Райдер успевает превратиться из разрушителя мира в мага, превращающего отчаяние в надежду. Да, были всякие зигзаги, но дойти до сегодняшнего дня мне удалось исключительно благодаря вам, читатели, — ещё раз выражаю свою признательность. Впрочем, меня до сих пор коробит, когда ко мне обращаются «писатель» или «сэнсэй», — хотелось бы, чтобы вы относились ко мне попроще, как к обычной гигантской манте.
Как бы то ни было, даже за четыре года жизнь самого Манты не поменялась ни на йоту: всё те же работа, рукописи, тренировки и Mister Donut. Именно поэтому в послесловиях я каждый раз пишу одно и то же. Рад бы изложить жизнь с большим количеством взлётов и падений, но по натуре я консервативен. Ну да, идеал — пройти единый госэкзамен и попасть в ряды «победителей». Если даже произведение, написанное таким обывателем, станет для вас хоть на миг развлечением, — одно это придаёт жизни Манты ценность.
Ну, на этом переходим к анонсам.
Примерно одновременно с этим одиннадцатым томом «Ньяруко-сан» выходит и третий том всеми любимой «Супер-Ньяруко-тян! Время»! Причём в этот раз в строй наконец-то встаёт тот самый извращенец, чьего появления так долго ждали! Ой, погодите, там же все извращенцы! Так непонятно, кто именно! Ну так купите и прочтите! В общем, прошу любить и жаловать. Тем, кто купит комплектом, с северной земли без пропусков будут долетать волны «люблю-люблю» от Манты. Оружие класса MAP с бесконечным радиусом.
И ещё одно. На самом деле одновременно с этим новым томом «Ньяруко-сан» выходит новая работа Манты. Называется она «Valkyrie Works». Если попроще описать содержание — это романтическая комедия, в которой «неуклюжая валькирия», да-валькирия, и травоядный тип главного героя размноже-кхе-кхе, встав в пару, то мечами машут в боёвке, то в ванне занимаются «боёвкой» (метафора), то в постели занимаются «боёвкой» (эвфемизм). Совсем не попроще получилось! Иллюстрации — кто же ещё рисует валькирий, если не он! — Цуруки Канэтто-сама. Тем, кому пришёлся по душе настрой «Ньяруко-сан», и эту вещь, думаю, будет в радость читать в том же духе. Пожалуйста, прошу любить и жаловать и её тоже. В-в этот раз между «love» и «comedy» ничего не встряло!
Ну что ж, позвольте перейти к благодарностям. Благодарности-кроссроуд.
Коин-сама, чьи иллюстрации с каждым томом эволюционируют без остановки. Сколько бы Ньяруко ни раскидывала в тексте свои несуразные шуточки, без Коин-сама, которая улавливает их и точно передаёт в иллюстрациях, этот путь никак нельзя было бы пройти. Большое-большое вам спасибо. Обложка этого тома с первого взгляда показалась мне похожей на «Неопознанную форму жизни №4», но раз рука не лежит на поясе — значит, это всё-таки «вечный джокер»...?! Это же моя самая любимая вещь из всей первой эпохи Хэйсей, — непростительная ошибка на всю жизнь для гигантской манты! Кстати, почему когда ищешь в картинках по запросу «Blade превращающаяся поза», вылезает figma Ньяруко...?
«Супер-Ньяруко-тян! Время» Хошино Соитиро-сэнсэя — это, по-моему, редкостная комикализация: набита злободневными шутками, которых в основном произведении не провернуть, да ещё и с фирменным хошиновским привкусом, от чего и совсем уморительно. Мысль «да ведь это и после основной истории можно продолжать...» посещала меня не один и не два раза. Скорее уже не как автор оригинала, а в роли самого обычного читателя я каждый раз жду продолжения с нетерпением. Берегите себя и будьте здоровы!
Уважаемому ответственному редактору. Целых четыре года, представляете. Ещё на втором томе я начал хныкать и был готов всё бросить разом, — спасибо вам, что крепко держали Манту под уздцы до сего дня. Наверное, тот самый момент и был развилкой в жизни... ах-ха-ха... ха-ха... прошу вашей благосклонности и дальше (поза «жду морковку»).
Уважаемые читатели. Я вас обожаю! Нет, правда. Если здраво рассуждать, «Ньяруко-сан» — произведение явно не в мейнстриме, а скорее уже в области ереси, если не прямо-таки внешнего пути, но дойти до двузначного числа томов удалось благодаря вашей поддержке. Что будет дальше — не в силах знать Манта, не обладающий божественным взором, но, прошу, оставайтесь рядом.
Всё-таки одними мечтами человек не проживёт, — дайте же мне предчувствие, что меня любят. На этом и закончим.
Подзаголовок следующего тома — «LOVE (крафтовая) MACHINE».
Шутка. Манта ни о чём не думает.
Автор
Айсора Манта (あいそら まんた)
Снегопады в этом сезоне даются тяжело. Даже в начале марта, когда я пишу эту краткую биографию, в Саппоро всё ещё лежит больше ста сантиметров. Вот бы его чуть подогреть — и бабах! — всё исчезло. Сима-сама, на вас вся надежда.
Любимые AT — Shadow Flare и Regzeonator. Понимаю, что выбор попсовый. Причём второй даже не AT!
Иллюстратор
Коин (こいん)
Иллюстратор родом из префектуры Канагава.
Держит кролика, фретку и собаку — и продолжает рисовать в окружении звериных запахов.
Ждём ваши фанатские письма и отзывы о произведении
Обновлено: 12.07.2026