Диалог не клеился. Цзинь Фэнчунь дернула Юй Сяоюэ за рукав. В обычное время это посчиталось бы некоторой дерзостью, так как глава уезда был выше по статусу начальника охраны Цзиня, да еще и являлся достопочтенным Цзиньши, а потому они принадлежали к разным социальным слоям. Юй Сяоюэ в социальном кругу Линьчэна была одинокой, как луна на небе. Лишь в соседнем уезде она могла найти друзей равного положения. Но сейчас эта преграда, казалось, исчезла.
Юй Сяоюэ поняла намек Цзинь Фэнчунь и не стала расспрашивать дальше. Она тоже побаивалась высокого и крепкого командира Се Второго. Ученицы стали расходиться небольшими группами, вполголоса обсуждая новые диковинки, о которых узнали сегодня и увидели своими глазами. Для большинства самым примечательным были пшеничные паровые булочки. Рисовые пирожные уже и так были невероятно заманчивой причиной ходить в школу, из-за которой младшие братья и сестры в их семьях, не достигшие еще школьного возраста, рыдали от зависти. Если бы лакомства не запрещали есть в другом месте и разрешали уносить с собой, многих учениц домашние заставляли бы нести их домой, чтобы поделиться с членами семьи. Что уж говорить о тех редких днях, когда им давали лакомства, особенно эти наивкуснейшие сладкие пшеничные булочки!
Цзинь Фэнчунь и Юй Сяоюэ шли вместе и обсуждали работу, которую им, возможно, предстоит выполнять в будущем, а также личность Се Шуанъяо. Они, конечно, тоже были не прочь вкусно поесть. В эти неспокойные времена даже семьям главы уезда и начальника уездной охраны приходилось экономить.
Дома Цзинь Фэнчунь ела лишь смешанный рис из неочищенного и очищенного зерна, и только ее бабушка могла есть чистый белый рис. Но, все же они питались лучше, чем девушки из семей аптекарей, портных или торговцев, и присущая им скромность не позволяла подробно обсуждать с подругами вкус пшеничных булочек.
— Я слышала от брата, что сын сотника Ма тоже учится в школе, и что Войска «Покупающих Жизни» очень искусны в земледелии, — поделилась Юй Сяоюэ своей информацией. — И они создают группы из учащихся, чтобы обучать их земледелию, а потом отправляют своих учеников учить крестьян.
Девушка говорила неуверенно, будто сомневаясь, в полученной информации, потому что все это было для нее в новинку. Собирать людей, чтобы обучать их науке земледелия… Это даже звучало как-то смешно.
Цзинь Фэнчунь в свою очередь сказала:
— У нас дома говорят, что у Войск «Покупающих Жизни» полно риса, поэтому они так расточительны. А еще они делают сельскохозяйственные орудия из железа!
— Делают орудия из железа?! — удивилась Юй Сяоюэ.
Государственный контроль над железом был очень строгим, как и над теми, кто занимался кузнечным делом. Во всем уезде Линьчэн был лишь один кузнец. Когда Цзинь Фэнчунь была маленькой, ее отец - начальник уездной охраны Цзинь часто ходил проверять кузницу, и спрашивал, кто купил кухонный нож или еще что-то в этом роде. Если в одной семье за десять лет покупали два ножа, это привлекало внимание властей. А Войска «Покупающих Жизни» использовали железо для сельскохозяйственных орудий!
Это всем казалось невероятным. Девочки удивленно пожали плечами и вскоре расстались у подножия городской стены. Стена уездного города была самым внушительным сооружением во всем уезде Линьчэн. Это место находилось на стыке трех провинций, и на протяжении тысяч лет здесь всегда было неспокойно. Для защиты от мятежных войск и разбойников стены построили высокими и толстыми, ворота представляли собой глубокие арочные проходы. На закате их закрывали, и раньше за вход даже брали одну монету, чтобы не пропускать людей с дурными намерениями.
После прихода Войск «Покупающих Жизни» эти правила отменили. Ворота открывали рано, закрывали поздно, каждый день в город бесконечным потоком ввозили множество товаров, но народу, глазеющего на это, было немного. Раньше по городу бродило много бездельников, которым нечего было есть и негде работать, вот они и слонялись у городских стен. Если бы такая девушка, как Цзинь Фэнчунь, осмелилась подойти к ним, на нее бы показывали пальцами, а если бы она еще и оказалась без свиты (служанка не в счет), ее могли бы и похитить.
Но теперь таких людей совсем не осталось. Войскам «Покупающим Жизни» требовалось много рабочих рук, у них было зерно, за работу платили, на эти деньги можно было купить еду, поэтому все шли работать. Если кто-то ленился, увиливал от работы или даже выступал против Войск «Покупающих Жизни», его отправляли на рудники в горы Биньшаня. А, если кому-то совсем не везло, и он умудрялся разгневать Се Шуанъяо, то его могли казнить на месте. С тех пор как Войска «Покупающих Жизни» вошли в город, помимо тех трех господ, убитых в первый день, за последние несколько дней, по слухам, казнили еще более десятка непокорных «живых покойников». Поэтому все, кто еще оставался в живых, были очень послушны: велят работать – работают, велят учиться – учатся.
А таким девушкам, как Цзинь Фэнчунь, теперь можно было смело ходить по улицам. Прохожих было немного, и, хотя, некоторые, похоже, были из тех бывших бездельников, но все шагали быстро, куда-то торопились, никто не обращал на Цзинь Фэнчунь особого внимания.
Проходя мимо арки городских ворот, она почувствовала вонь и услышала хриплое хрюканье. Цзинь Фэнчунь привстала на цыпочки, и заглянула в повозку, проезжавшую мимо, мысленно прикинула количество и ускорила шаг, нагоняя служанку Шуан Си:
— Быстрее, быстрее! Пойдем.
Шуан Си все поняла. Едва переступив порог дома, она юркнула на кухню. Цзинь Фэнчунь же, не переводя дух, вбежала в главную залу.
— Бабушка, отец, матушка! — и тут же торопливо выпалила: — Войска «Покупающие Жизни» пригнали свиней. С завтрашнего дня начнут продавать мясо!
Она тут же покраснела. Ведь дел, о которых нужно было рассказать, было несколько, а она поторопилась и вместо того, чтобы сообщить об всем по порядку, выдала свою любовь к еде.
Цзинь Фэнчунь быстро обратилась к отцу Цзиню:
— Отец, сегодня на уроке госпожа Се сказала, что Войска «Покупающие Жизни» открыли частную пристань в уезде Юньшань. Туда будут приходить торговые суда с севера! Это правда! А еще, сегодня мы ели пшеничные паровые булочки!
Вспомнив о булочках, она снова сглотнула слюну.
— Значит, они обосновались в наших родных краях, там, где живет дядя…
Семья Цзинь, способная купить реальную должность начальника охраны уезда «сяньвэя», разумеется, не только занималась обработкой земли, но и держала торговые лавки, занималась продажей зерна. Когда от них отрезали северные торговые пути, это сильно ударило и по семье Цзиней. Поэтому для Цзинь Фэнчунь эта информация была очень важной. Однако, ее отец, услышав эту новость, не проявил особого волнения, велел дочери сесть и сначала выпить чаю. Госпожа Цзинь сказала:
— Твой отец уже знает об этом. Сегодня им на полдник тоже давали пшеничные булочки.
Цзинь Фэнчунь внезапно осознала свою оплошность, покраснела и села в сторонку, опустив голову над чашкой. Но отец не стал отчитывать дочь, наоборот, он гордился ее проницательностью. Из его четверых детей трое ходили на занятия, и Цзинь Фэнчунь проявляла себя лучше всех. Однажды Се Шуанъяо даже похвалила его дочь в разговоре с ним!
Он подробно объяснил дочери:
— Если бы можно было торговать, доплыв по реке до уезда Юньшань, это, конечно, было бы прекрасно. Но все не так просто. У нас на родине нет кораблей, везти товары по суше рискованно. К тому же, неизвестно, как Войска «Покупающие Жизни» отнесутся к торговле с нами - «живыми покойниками».
Тут Цзинь Фэнчунь вспомнила, что они все теперь были «живыми покойниками», принадлежавшими Се Шуанъяо. Та запрещала «покойникам» тратить деньги вне уезда, и сейчас во многих местах Линьчэна при покупке товаров даже не увидишь наличных денег.
— На самом деле…, — произнес начальник уездной охраны Цзинь. — В уезде немало семей, занимающихся торговлей с соседними провинциями. Сегодня вечером Се Шуанъяо пригласила главу уезда, вернее, теперь просто старшего брата Юя на ужин, и мы уже просили его выведать настроения в Войсках «Покупающих Жизни».
Господин Юй являлся теперь уже бывшим главой уезда. Конечно, с недавнего времени они оба уже не занимали своих должностей, поэтому начальник уездной охраны Цзинь назвал его «старшим братом».
Неужели Се Шуанъяо хочет, чтобы бывший глава уезда Юй продолжал управлять Линьчэном?
Цзинь Фэнчунь почувствовала зависть, ей показалось, что ее отец недостаточно «прогрессивен» и не сумел воспользоваться своими возможностями. Ее чувства отразились на лице. Ей хотелось сказать что-то в оправдание своего отца:
— Приглашать на ужин тебя было бы для них бесполезным делом. Им нужен именно Цзиньши Юй. Госпожа Се на уроке четко сказала, что она особенно ценит тех, у кого есть образование и ученая степень, ну и конечно ум.
Отец Цзинь задумчиво произнес:
— Гляди-ка, эта правительница, хоть и дочь мясника, а ценит ученых господ...
Обновлено: 18.02.2026