Когда правительница Войск «Покупающих Жизни» приглашала в гости, угощение, конечно, подавалось отменное. На четырех человек накрыли шесть блюд и суп. Суп приготовили утиный, все мясо из него выбрали, оставили только прозрачный бульон и нарезали в него овощей. Три из шести блюд были с мясом: обжаренные кубики курицы, куриные потроха в соевом соусе, а куриные косточки Се Шуанъяо велела как следует проварить в рассоле. На протяжении всего дня из лавки, где готовили жареное и тушеное мясо*, доносился густой аромат, там снова установили котел для тушения, и говорят, даже привезли хороший рассол со специями для тушения прямо из Биньшаня.
П. п.: Речь здесь идет о традиционной китайской уличной лавке, где подают жареное и тушеное мясо. Такие заведения специализируются на двух основных видах приготовления: 烧 (shāo) — «жареное» мясо, приготовленное на открытом огне или в печи до хрустящей корочки. Самый известный пример — кантонская жареная свинина (Char Siu) или жареный гусь. 卤 (lǔ) — «тушеное в рассоле» мясо (чаще всего утка, гусь, свиная грудинка или субпродукты), которое долго томят в ароматном соевом соусе со специями (бадьяном, корицей и др.).
铺 (pù) означает «лавка» или «магазинчик». Обычно это небольшие уличные точки, где готовое мясо выложено на витрине или прямо на прилавке. Покупатели берут его навынос или заказывают в виде сета с рисом (烧卤饭).
Се Шуанъяо сначала спросила бывшего главу уезда Юя, не хочет ли он выпить вина. Тот вежливо отказался, подумав, как он будет выглядеть, – мужчина со стороны и незамужняя девушка пьют вместе за столом! Будь Се Шуанъяо хоть немного привлекательнее, это стало бы железным доказательством их порочной связи.
Конечно, в Линьчэне никто бы ничего не заподозрил. Бывшему главе уезда Юю сейчас сорок, он был даже старше отца Се Шуанъяо. Отцу Се в этом году исполнилось всего тридцать пять. Услышав, что гость отказывается от спиртного, трапезу решили немного отложить и для начала побеседовать. Командир Се Второй и худенькая длиннолицая девушка уселись справа и слева от бывшего главы уезда Юя. Се Шуанъяо – напротив. Устроившись в кресле поудобнее, она сказала:
— Раз не пьете спиртное, попейте с нами чаю, будем беседовать за чаем.
Она четко дала понять бывшему главе Юю, что хочет от него услышать. В общении с Се Шуанъяо была одно преимущество. Она не любила ни строить догадки о других, ни заставлять своих оппонентов гадать.
Бывший начальник Юй, потягивая теплый чай, обдумал свой ответ и рассказал о ситуации в южной провинции и даже о том, что происходит во всей Поднебесной, исходя из той информации, что была у него.
— Беспорядки и смута, конечно, присутствуют. Мы, например, уже давно не получали вестей с севера.
Это было обычным делом. Уезд Линьчэн находился на стыке трех провинций, кругом высокие горные хребты, еще чуть более ста ли на восток — и уже море. В последние годы действовал запрет на морскую торговлю*, сельское хозяйство приходило в упадок. Раньше здесь была даже шахта, поддерживалась регулярная связь с внешним миром. Десять с лишним лет назад случились волнения, шахту закрыли, но горный надзор так и не восстановили, нелегальных шахт тоже не осталось. Ничего особенного не производили, линия Великого канала проходила неблизко, торговые пути отрезаны… И некогда процветающий уезд быстро пришел в упадок, потеряв каналы связи с внешним миром. То, что в уездном городке все еще жили две-три тысячи человек, уже говорило об основательно заложенном в старые времена «фундаменте». Но, была и другая причина: в нынешние времена жить в деревнях было еще страшнее. Все боялись разбойников.
П. п.: запрет на морскую торговлю (禁海) — политика изоляционизма, периодически проводившаяся в имперском Китае, особенно во времена династии Мин и Цин, с целью контроля над прибрежным населением и борьбы с пиратством.
Не было торговых караванов, большинство почтовых станций на этом маршруте опустели, правительственные сводки* сюда не доходили. Знали только, что на севере неспокойно, но не представляли масштабов. Однако новости внутри провинции все же доходили. Путь из уезда Линьчэн на юг был открыт.
П. п.: сводки или правительственные бюллетени (邸报) — официальные газеты в имперском Китае, рассылавшиеся чиновникам для информирования о государственных делах.
— В южной провинции сейчас более десятка очагов беспорядков, — продолжал рассказывать господин Юй. — Крестьяне отказываются платить ренту и налоги, те кто занимаются ткачеством тоже в плохом положении. Того и гляди, что они вместе затеют бунт. В столице провинции тоже сплошная головная боль. Усин и его окрестности – сердцевина региона, там нельзя допускать смуты, основные войска расквартированы именно в Усине. А где стоят войска, там возникает новый очаг беспорядков.
— А в соседних с нами уездах спокойно? — поинтересовалась Се Шуанъяо. — Есть ли у вас географические карты? Как власти провинции относятся к вам?
Каждая фраза Се Шуанъяо била в самую точку. Бывший глава уезда Юй слушал ее вопросы, испытывая сильнейший дискомфорт. Но выбора у него не было. Если бы ему суждено было погибнуть, он бы погиб в день падения города, или даже раньше, когда его сотник - начальник караула Ма раз за разом ходил на усмирение этих «бандитов», раз за разом «покупал жизнь» у них, а по возвращении докладывал о великих победах, требуя наград. В конце концов, господин Юй был главой уезда, умеющим приспосабливаться к обстоятельствам, вся его семья была при нем на месте службы, поэтому господин Юй старался отвечать быстро и уверено:
— Карты есть, и подворные списки тоже имеются. Все хранится в ямэне* под наблюдением писцов.
П. п.: «подворные списки» (黄册) — официальные регистрационные книги населения (кадастровые фискальные подворные списки), пересоставлявшиеся каждое десятилетие, с дин. Мин до 1668 г. использовавшиеся для налогового учета и контроля. Ямэнь (衙门) — уездная администрация, управа, комплекс зданий, где размещались чиновники и ведались дела.
Писцы были местными, они не могли не понимать, «куда ветер дует». Бывший глава Юй также сказал, что в соседних уездах особых беспорядков сейчас не было.
— Беспорядки в южной провинции связаны с тем, что в последние годы погода была плохой, урожайность с каждого му* упала, зерна не хватало. Хотели рубить тутовые деревья под рисовые поля, но ткачи были против. Затем хотели увеличить ренту и налоги — запротестовали крестьяне. Да еще и соседние деревни из-за воды и строительства дамб постоянно ссорились.
П. п.: Му (亩) — традиционная китайская мера площади, примерно 0,0667 гектара.
Се Шуанъяо заметила:
— Коренное противоречие, на самом деле, в нехватке еды. Это в основном проблема тех уездов, что занимаются ткачеством. В наших уездах население небольшое, текстильная промышленность не развита, и тут полегче. Хотя бы один большой источник противоречий отсутствует. Максимум — стихийные бедствия, эпидемии, проблема беженцев.
Она говорила не так, как обычные люди, но бывший начальник Юй быстро приспосабливался. Все же он отсидел уже несколько уроков. Он только лишь поддакивал:
— Угу, угу. Госпожа Се зорко подметила.
Он собирался сказать еще несколько лестных слов, но Се Шуанъяо прервала его:
— Каждое наше слово записывается. Не тратьте чернил Сяо У, а то она вас возненавидит.
Длиннолицая девушка тут же бросила на бывшего главу Юя неодобрительный взгляд, перевернула бумажную страницу, изготовленную из конопли* и продолжила быстро писать. Бывший глава Юй тут же стал следить за словами, чтобы больше не сболтнуть лишнего.
— Понял. Что до столицы провинции… Провинциальные власти не имеют о Войсках «Покупающих Жизни» никакого представления.
П. п.: Бумага из конопли (麻纸) — дешевый и распространенный в старом Китае материал для письма.
— Никакого? — Се Шуанъяо слегка удивилась. — Я ведь уже три года как заняла уезд Юньшань.
— Хотя уезд Юньшань и называется уездом, но после запрета на морскую торговлю люди оттуда разбежались, это место стало почти пустынным, туда постоянно заходят пираты и японские контрабандисты*. На самом деле, если бы не Войска «Покупающие Жизни», которые заняли Юньшань и занялись там выпариванием соли, мы бы еще несколько лет не услышали оттуда вестей, — ответил бывший глава Юй.
П. п.: Японские контрабандисты или вако, вокоу (倭寇 wōkòu) – японские пираты, ронины и контрабандисты, которые разоряли берега Китая и Кореи с XIII по XVI века), часто состоявшие из японцев, китайцев и корейцев.
Хотя от Юньшаня до Линьчэна всего тридцать или сорок ли, сообщение между ними было неудобным.
— Еще до того, как ваши Войска «Покупающие Жизни» заняли уезд Юньшань, тамошний глава и вовсе бросил пост и сбежал. У нас говорили, что, когда Войска «Покупающие Жизни» вошли в сам город, там оставалось всего три-четыре сотни человек. Неужели это правда?
Се Шуанъяо усмехнулась:
— Приблизительно так и есть. Сейчас все иначе. Если будет время, съездите, взгляните. Сейчас там постоянно проживает четыре-пять тысяч человек.
Бывший начальник Юй вздрогнул от неожиданности, но, подумав, нашел это логичным. Соль, выпариванием которой занимались Войска «Покупающие Жизни», была отменного качества, а продавалась по цене грязи. Менее чем за два года в Линьчэне вообще перестали есть казенную соль. Казенную соль, распределенную по правительственной разнарядке, продать не удавалось, и уездная администрация испытывала сильнейшее давление со стороны управления по соляным делам*. Задолженность по соляным выплатам копилась уже больше года. Бывший начальник Юй вынужден был снова и снова требовать от сотника Ма идти на усмирение «бандитов», а в ответ получал лишь очередную дань – «покупку жизни» его солдат. После пятого возвращения с ярмом на «покупку жизни» у него возникла мысль попросить помощи у высшего начальства провинции. Однако Се Шуанъяо прислала ему весть, прямо заявив, что его начальник караула Ма уже морально сломлен, и, если он осмелится обратиться к властям с просьбой о помощи, Войска «Покупающие Жизни» тут же войдут в город, не встретив ни малейшего сопротивления.
П. п.: Управление по соляным делам (盐道) — административный орган, контролировавший государственную монополию на соль, важный источник доходов императорской казны.
Бывший глава уезда Юй был приезжим чиновником, его род не принадлежал этой земле, но вся его семья была при нем. Сам он мог бы и умереть за свое дело, но что стало бы с его семьей? Тем более, ему и самому умирать совсем не хотелось. Он тогда ответил Се Шуанъяо, попросив у нее серебра на покупку соли. Та дала ему двести лянов, чтобы заткнуть рот управлению провинции по соляным делам. Начальник караула сотник Ма доложил в столице о великой победе: усмирено более тысячи бандитов, главарь банды сестра Се Шестая немедленно обезглавлена.
П. п.: сестра Се Шестая (谢六姐) — одно из имен/прозвищ Се Шуанъяо.
Обновлено: 18.02.2026