Воздух наполнился паром, как только с корзины сняли влажную ткань. На вытертый до блеска учительский стол вывалили несколько десятков белых, пухлых, воздушных булочек... Сегодня на полдник давали паровые булочки из пшеничной муки!
Ученицы быстро выстроились в ряд и по очереди стали брать по одной. Даже дочь главы уезда по имени Юй Сяоюэ не отказалась от такого угощения. В других местах и в другое время паровые булочки не считались бы чем-то особенным в семье чиновника такого ранга, но это были булочки, приготовленные в уезде Линьчэн, после его захвата Войском «Покупающих Жизни». К тому же, у Юй Сяоюэ в последнее время был хороший аппетит, и во время совместной уборки в храме Конфуция она тоже с нетерпением ждала лакомств с кухни Войск «Покупающих Жизни».
Цзинь Фэнчунь до этого времени тоже ела мало, но теперь все было иначе. На самом деле раньше она почти ничего не делала. Четырнадцатилетней девушке из хорошей семьи не подобало каждый день показываться на улице, тем более после третьей трапезы. Она лишь занималась рукоделием, выполняла мелкую домашнюю работу, болтала с матерью и сестрами, и, конечно, предавалась волнениям из-за смуты в провинции и своей будущей свадьбы. При такой низкой активности и относительно достаточном количестве жирной пищи девичий организм привык наедаться половиной порции риса. Но сейчас все изменилось: уроки, домашние задания, снова уроки, путь из дома до храма Конфуция под палящим солнцем. Такая нагрузка разжигала аппетит. Более того, с самого ее рождения пшеничная мука была редкостью в уезде. В уезде Линьчэн пшеницу не выращивали, ее всегда привозили торговцы зерном из других мест. Но теперь торговые пути пришли в упадок, и белая мука стала еще более ценной.
Цзинь Фэнчунь несколько раз подула на булочку, быстро отщипнула кусочек и сунула в рот, смущенно издавая при этом чавкающие звуки. Тонкая корочка булочки быстро растворилась в слюне, распространив во рту свежий сладковатый аромат. Возможно, в эти булочки на кухне Войск «Покупающих Жизни» добавили немного сахара. Этого продукта у них всегда было в достатке. Несколько дней назад ученицы ели рисовые пирожные, сделанные из рисовой муки с сахаром. В прежние времена такое лакомство можно было попробовать разве что в праздники.
Все это делало ожидание полдника невероятно приятным. Разнообразие запасов продуктов на кухне Войск «Покупающих Жизни» приводило местных жителей в изумление. Бесплатно раздавать ученикам лакомства – уже это само по себе было неслыханно, но, чтобы еще и пирожными кормить из просеянной рисовой муки, да с добавлением сахара!
Если бы весть о сегодняшних пшеничных булочках, предназначенных для полдника в школе, распространилась по городу, наверняка многие снова ахнули бы от изумления!
Цзинь Фэнчунь тихонько сглотнула слюну, в которой все еще ощущался легкий сладковатый привкус пшеницы, огляделась по сторонам и, увидев, что все поглощены едой, внезапно почувствовала прилив смелости. Наконец решившись, она открыла рот и аккуратно откусила прямо от булочки, вместо того чтобы отщипывать маленькие кусочки, как она делала это раньше.
Зубы погрузились в мякиш, и она невольно издала вздох полный удовлетворения. Воздушный, пушистый кусочек булочки будто сам перекатился в горло, но этого все равно было так мало. Цзинь Фэнчунь услышала, как рядом с ней почти одновременно тоже раздался тихий вздох. Она повернула голову к Юй Сяоюэ. Та держала булочку в обеих руках, ее маленький ротик как раз впился в нее. Их взгляды встретились, лицо Юй Сяоюэ слегка покраснело, но она все же откусила большой кусок.
Такие воздушные мягкие булочки лучше всего есть именно откусывая. Если отщипывать кусочки пальцами, булочка становится менее пышной. Предводительница Войск «Покупающих Жизни» Се Шуанъяо именно так их и ела – откусывала большими кусками. Она отхватила сразу чуть ли не полбулочки, набила рот до отказа, откинулась на спинку стула и, продолжая жевать, взяла со стола несколько домашних заданий и стала их просматривать, иногда тихо посмеиваясь.
Закончив жевать, она сняла с пояса бамбуковый футляр в виде бокала, сама прошла вглубь класса и налила себе из чайника порцию простого чая. Чай был не крепкий, заваренный на не слишком хороших листьях.
Цзинь Фэнчунь думала, что в такую жару Се Шуанъяо будет пить колодезную воду. В храме Конфуция находился колодец, и вода в нем всегда была прохладной. Но Се Шуанъяо, как оказалось, никогда не пила сырую воду. К тому же, она не пользовалась чашками, которые стояли в классе.
Боится, что подсыплют яд?
Эта мысль мелькнула, но была отвергнута. Ведь яды, которые можно подсыпать в еду, тоже были редки и дороги, наверняка их везли издалека, и вряд ли в уезде Линьчэн кто-то мог такими разжиться. Цзинь Фэнчунь подумала, что Се Шуанъяо и впрямь, должно быть, спустившаяся с небес бессмертная небожительница*. До прихода Войск «Покупающих Жизни» Цзинь Фэнчунь какое-то время все еще не могла определиться, кто же такая Се Шуанъяо: небожительница или оборотень, но сейчас все изменилось. Се Шуанъяо была права. Тот, кто может накормить всех вкусной едой, конечно же, является небожителем, спустившимся в мир смертных. Иначе, кем стали бы она и ее одноклассницы? Неужели они превратились в злобных оборотней, поев булочек, которые им дал этот злой дух?
П. п.: Бессмертный/небожитель (神仙 shénxiān) — в даосизме и народных китайских верованиях существо, достигшее бессмертия и сверхъестественных способностей через духовное совершенствование, алхимию или благословение. Часто выступают как покровители или помощники людей.
Цзинь Фэнчунь все еще побаивалась Се Шуанъяо, даже можно сказать, очень сильно побаивалась. Но она уже уяснила правила Войск «Покупающих Жизни». Эти люди очень ценили умных людей. Но не тот ум, за который уважали в прежних чиновничьих кругах. Се Шуанъяо нравился практичный ум, даже в какой степени приземленный.
Проглотив последний кусок булочки, Цзинь Фэнчунь осмелилась спросить:
— Госпожа Се, а вы не пользуетесь школьными чашками потому, что считаете их нечистыми?
Тут же на нее все обернулись, кто-то, не скрывая своего удивления, кто-то, наоборот, не подавая вида. Многие решили, что Цзинь Фэнчунь сама лезет на рожон.
Действительно, ходили слухи, что барышни из знатных семей не любят пользоваться общей посудой и могут даже перебить целый набор прекрасного фарфора, если, например, деревенский крестьянин воспользуется их чашкой. Но проблема в том, что в таких сценариях Се Шуанъяо обычно как раз таки вела себя, как самая обычная «деревенщина».
Однако Се Шуанъяо не разозлилась и не восприняла вопрос Цзинь Фэнчунь как насмешку:
— Да, — спокойно ответила она. — Топлива, то есть дров в уезде Линьчэн не так уж много. Чашки, что стоят в классе, никто не стерилизует, обдав кипятком. Их просто моют колодезной водой. Для меня этого недостаточно, они могут быть переносчиками инфекций.
Некоторые слова были не совсем понятны, но все присутствующие тут же начали обдумывать, не продаются ли в городских лавках такие же бамбуковые стаканы. Такие вещи не должны стоить дорого, и ученицы вполне могли бы себе позволить их купить. Лучше всего было бы купить такую же, как у Се Шуанъяо, просверлить в нем дырочку и носить на поясе. Если есть такой выбор, то это прекрасно, ведь никто не хотел заболеть.
Цзинь Фэнчунь снова спросила:
— А питье сырой воды тоже может привести к болезни?
— Может! — ответила Се Шуанъяо. — Сейчас топлива не хватает, поэтому я еще не вводила такое правило, но в будущем всем моим «живым покойникам» * будет запрещено пить сырую воду. Оба твоих вопроса были толковыми. Я награждаю тебя пятьюдесятью монетами.
Тех, кто еще не «выкупил жизнь» * и не стал ее подданным, Се Шуанъяо называла «живыми покойниками». Цзинь Фэнчунь находила это выражение слишком грубым, но очень метким. У Се Шуанъяо было странное, непонятное ей чувство юмора.
П. п.: «Выкупить жизнь» (买活 mǎihuó) — ключевой термин в романе, означающий присоединение к обществу/системе «Покупающих Жизни», которая предлагает спасение от хаоса и новые возможности через труд, образование и соблюдение правил гигиены и науки. Здесь идет также игра слов в китайском языке: буквально «купить жизнь», но также «использовать кого-то на наемной работе». «Живые покойники» для правительницы означало то, что они являются просто человеческими головами, людьми, которые не принадлежат сами себе.
Как только один человек нарушил неловкое молчание, остальные тоже понемногу осмелели. Посыпались вопросы:
— Госпожа Се, зачем вы носите такую одежду?
— Удобно для работы, и немаркая. Если ты ходишь по улице каждый день в шелках и парче, это непрактично. Позже и вы сошьете себе такую одежду, она вам очень пригодится.
Ой, им же всем предстояло потом ходить каждый день на работу и трудиться на Се Шуанъяо! Ученицы на мгновение замолчали, застыв в оцепенении. Но, возможно, немного расслабленные легкой работой по уборке храма Конфуция, немногие выразили страх или желание отказаться, а те, кто действительно страшился работы, еще больше боялись показаться бесполезными. Ведь это могло означать смерть. А трусливые люди больше всего боятся именно смерти. И тогда все стали спрашивать:
— Где нам предстоит трудиться?
— Еще не решила, но сидеть без дела точно не получится, — отвечала Се Шунъяо.
Все смирились с фактом предстоящей работы.
Обновлено: 18.02.2026