Однако бывший глава Цюй занимал в этом уезде государственную должность. Он был в звании императорского Цзиньши, как же он мог предать государя и перейти на службу к разбойникам, да еще и к женщине-разбойнице – дочери мясника! Бывший глава Юй всегда был крайне осторожен, но никогда не думал, что может как-то проявить себя, и что это будет связано с заслугами перед новым правителем*. И вот, сейчас в его душе зародилась мысль, в которую он сам с трудом верил. Се… Се Шуанъяо заняла район, богатый солью и железом, в ее руках боеспособная армия; после захвата нескольких городов и уездов она не предалась удовольствиям, и даже принимая гостей, они вчетвером едят одну курицу. Вместо всего этого, она тратит деньги на ремонт дорог…
П. п.: заслуги перед новым правителем (从龙之功) — выражение, означающее заслуги чиновника или военачальника, поддержавшего будущего императора до его воцарения.
Неужели она… она замышляет захватить Поднебесную? Эта смуглая, полная, четырнадцатилетняя деревенская девица хочет захватить Поднебесную?
Но мысль была слишком абсурдной. Да и сама Се Шуанъяо, судя по ее словам, казалось, об этом даже не задумывалась. Бывший начальник Юй немного поразмышлял, но в итоге отбросил эту мысль, не смея предпринимать сейчас ничего, что могло бы расцениваться как то, что он подталкивает ее к мыслям о престоле или предлагает свою стратегию. Сейчас время неподходящее, и кто знает, сколько лет просуществуют Войска «Покупающие Жизни»? В смутные времена нужно быть еще осторожнее.
Однако, когда он заговорил о торговле, его вопросы стали более краткими и прямыми. Се Шуанъяо любила прямых людей.
— Господин Цзинь и многие люди из торгового сословия хотели бы знать, как вести дела на местном уровне. Внутренняя торговля остается, как и прежде, но как быть с внешней торговлей?
Подумав, он добавил:
— Многие торговые лавки здесь связаны с центром провинции, они должны отчитываться перед головной конторой и теперь не знают, как вести счета.
Се Шуанъяо усмехнулась, и, взяв палочками потроха, положила их в рот.
— Торговля, конечно, должна продолжаться. Но вы все – мои люди, нет смысла отдавать мои деньги посторонним. Внутренняя торговля продолжается, внешняя торговля продолжается, но только от моего имени, отчеты подавать нужно мне, а я уже буду определать вознаграждение.
Вознаграждение, о котором говорила сейчас Се Шуанъяо, похоже было равносильно взиманию торгового налога.
Бывший начальник Юй подумал, что так и должно быть. Се Шуанъяо была слишком сребролюбива, не могла уступить прибыль торговцам. Да и сейчас в Линьчэне фактически не было пришлых торговых людей, только ее подданные -«живые покойники».
— Вознаграждение… оно определяется каждый раз по настроению или есть определенный тариф?
Се Шуанъяо указала на длиннолицую девушку по имени Сяо У. Та объяснила:
— Для каждой отрасли и профессии по-разному. За ошибки вычитают, но в целом есть определенные ставки.
Ее голос был звонким, но в нем чувствовались ехидные нотки. У Се Шуанъяо не было чванства, но Сяо У явно была той самой собакой, что задирается, чувствуя поддержку хозяина. Однако она все понятно разъяснила:
— Хотите заняться каким-либо делом, сначала приходите к госпоже Се договариваться о цене и вознаграждении.
— У семьи Цзинь родовые владения в районе Усина, там богатые земли, и люди всегда занимались торговлей зерном и рисом, — бывший начальник Юй хотел прояснить все детали. — Вчера, попробовав пшеничные булочки, они стали мечтать о поездке в уезд Юньшань за мукой…и, как бы это сказать…
Однако, главе уезда не обязательно разбираться в практических делах, бывший начальник Юй в этом не был сведущ. Он запнулся и тут же вдруг вспомнил: сухопутный путь в Юньшань неудобен, сейчас до частной пристани можно добраться только морем, нужно пройти через множество инстанций, да еще можно наткнуться на пиратов. Возможно, это дело не будет таким выгодным, как думает бывший глава охраны Цзинь. Разве что… разве что если будет построена дорога от Юньшаня до Линьчэна, как говорит Се Шуанъяо и от Линьчэна до других мест – тогда все иначе.
Так вот в чем польза ремонта дорог! Действительно, очевидная выгода!
Сяо У сказала:
— А, понятно. Бывший начальник охраны сяньвэй Цзинь, конечно, за посредничество в сделках будет брать комиссионные. В будущем все подобное будет считаться вознаграждением. Госпожа щедра, награждает не меньше, чем вы раньше получали.
Мысли бывшего начальника Юя перестроились так же быстро, как у сметливой дочери сяньвэя Цзиня. Он понял, что в будущем названия некоторых статей расходов изменятся, но суть останется прежней. Он тут же хотел произнести несколько лестных слов, и с трудом удержался. Идти против многолетней привычки было тяжело, но, к счастью, он все же ни кто иной, а сам Цзиньши, – способность быстро обучаться у него имелась. Господин Юй снова спросил:
— А все эти детали нужно уточнять у вас, госпожа?
— А то, у кого еще? Два уезда – территория всего в несколько тысяч человек, большинство из которых заняты в сервисе и сельском хозяйстве, — ответила Се Шуанъяо что-то непонятное. — С такой территорией еще можно управиться. Но если вы будете учиться быстро, я смогу пораньше начать «отпускать вожжи».
Командир Се Второй глухо произнес:
— У нас в Войсках «Покупающих Жизни» все работают, и Шестая сестра Се тоже.
Бывший глава уезда Юй почтительно согласился. Се Шуанъяо вздохнула:
— У меня именно людей не хватает. Большинство могут только работать, управлять они не умеют. Мне срочно нужны грамотные «живые покойники», которые смогли бы управлять и сразу готовы взяться за дело.
Грамотные люди везде были ценны. У бывшего главы уезда Юя возникло смутное предчувствие. Как обычно Се Шуанъяо не ограничилась намеком, а сказала прямо:
— Господин бывший глава уезда Юй, есть ли среди ваших одногодок по экзаменам*, или земляков, или однокашников кто-нибудь надежный в соседних провинциях? Составьте мне список имен, и я вам выдам награду. Это ваше первое задание и выгодная сделка. Второе задание вы и сами сообразите. Бывший начальник охраны Цзинь и другие — все местные. В этих землях к югу от реки грамотных людей достаточно много, и у них много родни. Вам, приезжему, лучше было бы обзавестись помощниками. Здесь совсем мало пришлых из других провинций, от Линьчэнского уезда до других провинций тоже далековато, поэтому я оставляю вам на составление списка больше времени.
П. п.: Одногодки по экзаменам (同年 tóngnián) — лица, сдавшие императорский экзамен на степень цзиньши в один и тот же год, между которыми устанавливались тесные связи.
Ученый муж должен был иметь некую стойкость принципов. То, что бывший начальник Юй не покончил с собой при падении города, уже было предметом всеобщего осуждения, ему было стыдно встречаться со старыми знакомыми. А теперь еще и написать список, ввергнув в беду всех друзей и родных на всю жизнь — это было бы ужасным преступлением!
Эта грань изначально была непреодолимой. Даже под угрозой смерти бывший начальник Юй не согласился бы. Но Се Шуанъяо умела уговаривать. Она противопоставила его и начальника охраны сяньвэя Цзиня, то есть местных и приезжих, и бывший начальник Юй невольно дрогнул. В прежние времена граница между чистыми и нечистыми* была четкой. Он, чиновник-цзиньши, всегда считался благороднее купившего должность начальника, они шли разными путями и вообще не конкурировали, поэтому жили мирно. Но теперь, они все оказались в руках Войск «Покупающих Жизни». Какие уж тут правила о чистоте цзиньши и купленных должностях для Се Шуанъяо? Таким образом, уважение к нему со стороны начальника охраны Цзиня и постепенно становилось малозначительным…
П. п.: Чистые» (清 qīng) и «нечистые» (浊 zhuó) — условное разделение чиновников в имперском Китае на тех, кто получил должность через экзамены, что более престижно, и тех, кто купил ее или получил по наследству.
Но, с другой стороны, они все были частью Линьчэнского уезда, и для тех, кто из Биньшаня или из уезда Юньшань они все были из одного теста.
Бывший начальник Юй, уже полностью переключившийся на мышление в категориях политической игры, горько усмехнулся и, сложив руки в приветственном жесте*, сказал:
— Позвольте мне несколько дней подумать.
П. п.: сложить руки в приветственном жесте (拱手 gǒngshǒu) — традиционный китайский жест уважения, особенно распространенный среди ученых и чиновников.
— Вы не отказались, сославшись на плохую память, это уже хорошо. Награждаю вас пятьюдесятью монетами. У меня говорите всегда прямо, мне нужно думать о многом, не люблю загадки разгадывать.
Сяо У наклонила голову, записывая. Позже с бывшим начальником Юем нужно будет рассчитаться. Се Шуанъяо не особенно торопилась:
— У вас еще есть время. В конце концов, вы единственный цзиньши в двух уездах, и пока это ваше большое преимущество.
Тушеные куриные кости были съедены, обжаренный в масле молодой петушок тоже незаметно исчез. Курятина была очень нежной, с добавлением корицы японской, очень острой и пикантной. Большая тарелка была завалена горочкой, все четверо тянулись к ней палочками. Командир Се Второй, обладавший богатырским аппетитом, молча съел половину тарелки. Потроха в соевом соусе остались недоеденными, хотя в них и добавили рисового вина и корицы японской, но они все равно немного отдавали душком. Се Шуанъяо взяла еще пару кусочков и на этом закончила трапезу. Она заметила:
— В следующий раз потроха лучше тушить.
Миску с утиным супом унесли и подали четыре пиалы с рисовой лапшой. В супе плавали овощи, утиная кровь и несколько сушеных водорослей. Бывший начальник Юй удивился. В последние годы сушеные водоросли считались ценным и довольно редким морским продуктом.
Но утка, сваренная с ними, действительно получилась вкусной: утиный запах перебивался солоновато-свежим вкусом морской капусты, утиная кровь была нежной и упругой, лапша прекрасно впитала бульон, свежесть блюда заставляла даже поднимать брови от удовольствия. К лапше подали маленькую пиалу с уксусом. Это был уксус длительной выдержки, привезенный с севера. Добавив в суп две ложки, получали завершающий штрих. Бывший начальник Юй выпил всю жидкость из пиалы до дна и немного покраснел от смущения, но тут же вспомнил, что он в гостях у правительницы Войск «Покупающих Жизни», а они не любили, когда еду только зря переводят, и снова успокоился.
— Значит, торговать с уездом Юньшань получится не раньше, чем через год? — Перед уходом бывший начальник Юй все же хотел прояснить этот вопрос.
Как только дорога будет построена, родня местных жителей приедет торговать, а это определяло крайний срок для предоставления им списка. Он снова спросил:
— От Биньшаня до сюда больше пятидесяти ли. На хорошую дорогу год, наверное, уйдет? Для вас это долго, да?
Се Шуанъяо громко рассмеялась:
— Ты думаешь, мы будем так долго строить?
Она велела бывшему начальнику Юю завтра же отправиться с ней за город:
— Покажу вам, как мы, дороги ремонтируем!
Обновлено: 18.02.2026