Издательство «Роланд» было семейным бизнесом Софии Роланд. Она представляла уже третье поколение владельцев. Впрочем, даже в свои лучшие времена оно было лишь небольшим издательством, а сейчас, по сути, уже дышало на ладан.
София отчаянно не хотела, чтобы дело ее семьи погибло в ее руках. Она изо всех сил пыталась найти способ вернуть «Роланд» к жизни, но, к сожалению, ее усилия были тщетны.
Если так пойдет и дальше, ей придется задуматься о продаже издательства, чтобы получить хоть какие-то средства и начать новую жизнь.
Для издательства самый прямой путь к спасению — это, конечно же, заполучить в свои руки бестселлер.
Но, увы, будучи крошечной компанией, она редко привлекала внимание как начинающих, так и известных авторов.
Все талантливые писатели предпочитали иметь дело со средними и крупными издательствами.
К ней же заглядывали лишь бездари, чьи романы напоминали кучу навоза.
Да и те со временем стали появляться все реже.
Сказать, что в дверях издательства «Роланд» пауки плели паутину, было бы не таким уж большим преувеличением.
Взгляд Софии на секунду задержался на рукописи в руках Чжоу Циншаня, а затем она перевела его на самого посетителя. Лоб ее тут же слегка нахмурился. Китаец.
Она не была расисткой, но стереотип об американцах китайского происхождения прочно засел в головах: они отлично учатся, но им не хватает творческой жилки.
На литературном рынке писателей-китайцев можно было пересчитать по пальцам.
Более того, ей даже не нужно было напрягать воображение, чтобы понять, в каком отчаянном положении находится Чжоу Циншань.
Первое впечатление имеет огромное значение. Она была почти уверена, что рукопись в его руках — очередная макулатура. Но, будучи владелицей почти обанкротившегося издательства, она не имела права перебирать харчами.
«А вдруг это хорошая книга? В конце концов, у меня столько свободного времени, что я могу позволить себе тратить его впустую», — подумала София. Она встала, подошла к Чжоу Циншаню и протянула ему свою тонкую бледную руку.
Когда она поднялась во весь рост, в глазах Чжоу Циншаня промелькнуло откровенное изумление.
В прошлой жизни он был затворником, но интернет стирал границы, и он повидал несчетное количество красавиц, как натуральных, так и не очень, — их было столько же, сколько рыбы в реке.
В этой жизни он тоже обитал в таком мегаполисе, как Нью-Йорк.
А в Нью-Йорке недостатка в красавицах не было.
Но даже при всем этом София была одной из немногих по-настоящему сногсшибательных женщин, которых он когда-либо встречал.
О ее прекрасном лице и говорить не приходилось, фигура тоже была безупречна. Ростом она была около метра девяносто, с белоснежной кожей. На ней был темный деловой костюм, который сидел на ней так, что дух захватывало. Пуговицы на блузке, казалось, вот-вот отлетят от напряжения.
Длинные, идеально прямые ноги были обтянуты черными чулками. Но даже сквозь нейлон в них чувствовалась сила.
Да.
Именно сила.
Американцы в большинстве своем были высокими и крепкими, здесь редко встретишь хрупких, миниатюрных красавиц. Но даже с учетом этого, такую форму ног можно было обрести, лишь усердно занимаясь спортом.
Если бы оказаться зажатым между этими ногами…
Здоровая, красивая, породистая иностранка.
А если бы она надела кожаную юбку, кожаную куртку и станцевала бы зажигательный танец…
Будучи домоседом и веб-писателем, Чжоу Циншань обладал воображением, в сто раз превосходящим воображение обычного человека. Если бы он продолжил в том же духе, он мысленно уже дошел бы до выбора имени для их будущего сына. Он волевым усилием прервал поток своих фантазий, протянул руку, легко пожал ладонь Софии и тут же отдернул руку.
Он передал ей рукопись со словами:
— Здравствуйте, мисс София. Меня зовут Чжоу Циншань. Я принес рукопись. Это роман, «И никого не стало».
— Здравствуйте, господин Чжоу, — София крепко взяла рукопись, ничуть не смутившись ее грязного вида. — Прошу вас, присаживайтесь здесь, я сделаю вам кофе.
— Спасибо, — поблагодарил Чжоу Циншань.
Когда он уже пил кофе, София, внешне спокойная, но внутри сгоравшая от нетерпения, села за свой стол и принялась читать.
Однако, прочитав несколько страниц, она снова нахмурилась. Редактором она была, по сути, дилетантом — в университете она изучала финансы. Но даже редактор-дилетант проводил исследование рынка. Она прекрасно знала, что сейчас творится в жанре детектива.
Детективный роман с красавцем-сыщиком в главной роли не обязательно принесет прибыль, но даже если он провалится, какая-то часть тиража все равно разойдется.
Это позволяло контролировать расходы. И шансов стать бестселлером у такой книги было больше.
А вот детектив без такого главного героя имел крайне низкие шансы на успех. Вероятность прогореть была просто колоссальной.
«Неужели очередной бред?» — подумала София, но, подавив разочарование, продолжила читать.
Чжоу Циншань сидел с чашкой кофе, не сводя глаз с ее прекрасного лица, боясь упустить малейшее изменение в ее выражении.
Он признавал, что София была из тех женщин, что будоражат воображение.
Но он смотрел не просто на красивое лицо.
Он смотрел на свое будущее, на пачки банкнот, на доллары. Когда София нахмурилась, у него екнуло сердце. Когда он увидел, что она продолжает читать, он с облегчением выдохнул.
Главное, чтобы она продолжала читать. Большинство редакторов-идиотов, отказавших ему, возвращали рукопись после нескольких страниц.
Выдохнув, он горько усмехнулся про себя: «Подумать только, у меня в руках такой классический детектив, как "И никого не стало", а он никому не нужен. И теперь мое настроение скачет вверх-вниз. И кому тут жаловаться?»
София читала все медленнее и медленнее, а ее глаза горели все ярче. Она даже не заметила, как за окном стемнело.
Не заметила, как в животе заурчало от голода.
Она с головой ушла в чтение.
Будучи редактором-любителем, она не была скована рамками и шаблонами и смотрела на книгу глазами обычного читателя.
И пусть в романе не было обаятельного красавца-детектива.
Пусть название «И никого не стало» раскрывало финал. Но сам процесс чтения был невероятно захватывающим.
Десять незнакомцев по разным причинам оказываются на уединенном острове.
Этот остров становится для них герметичной ловушкой.
Никто не может сбежать.
И в этой ловушке незнакомцы начинают умирать один за другим.
Детская считалочка.
Десять негритят.
Она предсказывает смерть каждого.
И в конце, действительно, не остается никого.
Закрыв последнюю страницу, София прикрыла глаза, снова погружаясь в мир романа, переживая тот ужас и напряжение, что испытали его герои.
«Это очень хороший детективный роман, но он не соответствует нынешним трендам. Вероятность прогореть с ним огромна. Но существует и крошечный шанс, что он станет бестселлером. Стоит ли рискнуть всем и выпустить его на рынок? Если я сейчас крупно прогорю, мне придется закрыть и продать "Роланд". На мне закончится дело моей семьи. Но если эта книга выстрелит, "Роланд" сможет возродиться из пепла. А потом можно будет расширить компанию, нанять сотрудников. Ведь один бестселлер приносит колоссальную прибыль. И для издательства, и для автора. Этот мужчина!!!»
София открыла глаза и впилась своим пронзительным голубым взглядом в Чжоу Циншаня.
Она стояла на перекрестке судьбы. Этот мужчина, его книга и ее выбор — все это окажет глубочайшее влияние на ее будущее.
Возрождение или гибель.
Увидев этот испытующий взгляд, Чжоу Циншань понял, что настал решающий момент. Он невольно сделал глубокий вдох, а затем поднял голову и встретился с Софией взглядом.
«Издавай.
Не пожалеешь, красотка.
Мы оба сорвем большой куш».
Обновлено: 21.01.2026