Глава 48 — Глава 48

В начале карьеры каждый артист грезит о том, что однажды станет большой звездой. Но никто и не думает, что на этом тернистом и извилистом пути, чем дальше идешь, тем становится труднее, и в итоге теряешь ты гораздо больше, чем приобретаешь. — Я ведь выгляжу очень ярким и успешным, правда? Молодой, богатый, любимец публики? — Шэнь Цинтан опустил глаза, на его лице промелькнула ироничная улыбка. — Это потому, что люди, которым я нравлюсь, никогда не видели меня в самом жалком состоянии... Тогда ему было всего шестнадцать или семнадцать. Его обманом заставили подписать контракт на семь лет с какой-то сомнительной конторой. Что понимает в жизни подросток? Когда он упаковал вещи и приехал в «общежитие», то обнаружил, что в комнате площадью меньше двадцати квадратных метров теснится семь или восемь парней. — Компания хотела привлечь инвестиции и спешила выпустить айдол-группу для вида, набрав кучу людей со всех концов страны. Большинство не умели ни танцевать, ни петь. Каждый день мы проводили в хаосе и страхе, не зная, что ждет нас в будущем. Поначалу у Шэнь Цинтана даже не было кровати. Он робко нашел себе место в углу гостиной и просто бросил на пол одеяло, на котором проспал полгода. В то время А Му каждую ночь спал прямо рядом с ним. Он лежал у стены, А Му — у двери. Между их расстеленными на полу одеялами было расстояние всего в кулак — так близко, что можно было услышать каждый поворот соседа. — Мы спали рядом полгода, и ты, наверное, думаешь, что мы стали очень близки, — Шэнь Цинтан улыбнулся. — Но на самом деле мы едва перекинулись парой слов. Внутри компании всегда была конкуренция и отсев, поэтому артисты относились друг к другу с большим подозрением. И он, и А Му были осторожны и не смели сближаться, ограничиваясь лишь тем, что спали бок о бок. А Му был очень нелюдим, и Шэнь Цинтан тоже. Каждую ночь, когда гас свет и они ложились рядом, их дыхание становилось им в десять тысяч раз привычнее, чем голоса друг друга. * * * Откуда у безвестной группы из маленькой компании возьмется популярность или продажи? Приходилось поддерживать существование одним выступлением за другим. Для привлечения внимания в сценическое шоу добавили эффектный элемент — сальто назад. Шэнь Цинтан был красив и всегда стоял впереди. Однако за всю песню ему доставалось лишь пара строчек, в то время как А Му, стоявший в заднем ряду, должен был в кульминационный момент перед концом песни исполнить чистое и резкое сальто назад в центре сцены. Они выступали каждый вечер на самых разных площадках: то в шумных торговых центрах, то на крошечных сценах в барах. А Му молча раз за разом крутил сальто, никогда не жалуясь. Но однажды они выступали под открытым небом сразу после дождя. На них были прозрачные дождевики, и они механически пели под дождем. На каменной мостовой, залитой водой, ноги скользили, даже когда они просто стояли. И на такой скользкой поверхности А Му должен был сделать сальто. В тот раз он не справился. Сцена была слишком, слишком скользкой. После глухого удара А Му тяжело рухнул на землю с высоты, приземлившись на спину. Под редкие вскрики зрителей брызги грязи полетели во все стороны, попав на молодое и красивое лицо Шэнь Цинтана и заставив его зажмурить янтарные глаза. Но шоу должно было продолжаться. Только когда песня закончилась и последняя нота растаяла в шуме дождя, они подошли, чтобы помочь А Му встать. Шэнь Цинтан тыльной стороной ладони вытер грязь с лица А Му и тихо спросил: — Тебе нужно в больницу? А Му молча покачал головой, не издав ни единого стона от боли. Однако той ночью Шэнь Цинтан, как обычно лежа в углу гостиной, отчетливо слышал необычное, прерывистое дыхание соседа. А Му лежал неподвижно, даже не ворочался. Но если прислушаться, можно было уловить тихие стоны, срывавшиеся с его губ, — признак того, что он терпит великую боль. Шэнь Цинтан тоже не спал. Он долго лежал, нахмурившись, и никак не мог унять беспокойство. Не желая, чтобы товарищи по группе смотрели на него свысока, или боясь выговора от менеджера, А Му предпочел сам перетерпеть эту боль в темноте ночи. Шэнь Цинтану не следовало вмешиваться не в свое дело. Но после долгих колебаний он все же осторожно повернулся и посмотрел на неподвижную фигуру А Му. — Очень больно, да? — спросил он. — Давай я все-таки отвезу тебя в больницу. Не бойся, я никому не скажу. Только мы вдвоем, сходим в травмпункт... Там хоть обезболивающее выпишут, станет полегче... После долгого молчания, когда Шэнь Цинтан уже собрался отвернуться, он увидел, как А Му в темноте едва заметно и очень быстро кивнул. Шэнь Цинтан с облегчением улыбнулся и подошел, чтобы аккуратно помочь А Му подняться. В гостиной на полу спали люди, поэтому они осторожно обходили товарищей и, словно воры, ускользнули из общежития. * * * Той ночью они отправились именно в ту больницу, где сейчас находились Шэнь Цинтан и Сяо Хай. Прошло много лет, люди изменились, старых друзей больше нет, и только эта больница стоит непоколебимо среди всех жизненных бурь, оказываясь надежнее любого банка. Шэнь Цинтану нравилась эта больница, так же как ему были дороги все детали, связанные с его прошлым. — Раньше ведь не было никакой мобильной оплаты... — Шэнь Цинтан усмехнулся. — Врач велел сделать рентген, мы с А Му обыскали все карманы, но так и не наскребли нужную сумму. Те наивные и бедные годы в воспоминаниях все равно казались прекрасными. В глазах Шэнь Цинтана заиграла теплая улыбка: — К счастью, в те времена на музыкальные группы еще был спрос. Мы выпустили одну незамысловатую песенку, которая стала хитом в качестве рингтона для мобильных телефонов, и заработали немного денег. Компания почувствовала выгоду. Их переселили из крошечного общежития. Теперь они жили по двое в комнате, и у Шэнь Цинтана наконец-то появилась своя кровать. Менеджер опрашивала каждого, с кем бы они хотели жить вдвоем. Когда очередь дошла до Шэнь Цинтана, он сначала растерялся, а затем инстинктивно перевел взгляд на А Му. И в тот самый момент А Му тоже смотрел на Шэнь Цинтана. Их взгляды встретились, и они одновременно улыбнулись. В те одинокие годы чувство привязанности крепло с каждым днем. — Быть рядом — это тоже своего рода спасение... Сейчас у меня, пожалуй, никогда больше не будет такого спасения. В конце того года они впервые участвовали в коммерческом концерте. Около десятка более-менее известных певцов и групп собрались для сборного выступления. Шэнь Цинтан впервые стоял на такой официальной сцене, и его руки и ноги дрожали от волнения. А Му стоял рядом. Он был гораздо спокойнее, его взгляд был твердым, а голос — уверенным. Он положил руку на плечо Шэнь Цинтана. — Мы долго ждали этого дня, не так ли? — медленно произнес А Му. — Мы становимся артистами, готовимся год, два или даже пять-шесть лет разве не для того, чтобы появиться перед людьми? Чего бояться зрителей? Даже если я упаду при сальто, я предпочту сделать это перед публикой. Миссия кумира — получить признание, и каждый мечтает о моменте выхода к людям. Шэнь Цинтан постепенно успокоился, выражение его лица стало решительным, и он плечом к плечу встал рядом с А Му. Они находились на подъемнике под сценой. Заиграло вступление, и платформа начала медленно подниматься. Свет перед глазами был таким ослепительным, что пространство под сценой казалось абсолютно черным. Шэнь Цинтан едва сдерживал волнение, крепко сжимая микрофон и ожидая момента, когда закончится вступление и пора будет петь. Но именно в этот момент произошел мощный толчок. Он не удержался на ногах, необъяснимым образом подался вперед и наполовину вывалился за край подъемника, едва не скатившись вниз. Сценическое оборудование вышло из строя! Подъемник, который должен был быть ровной платформой, внезапно просел с правой стороны. Товарищи по группе повалились кто куда в этой неожиданной аварии. Шэнь Цинтан стоял в самомпереди, и когда подъемник сломался, он принял удар на себя. Когда одна его нога зависла в воздухе, его душа чуть не рассеялась от страха, он вот-вот должен был упасть. Но вдруг его правую руку резко и больно дернули. Шэнь Цинтан обернулся и увидел, что А Му одной рукой крепко вцепился в его предплечье, а другой отчаянно пытается нащупать опору. Он сам еще толком не стоял на ногах, но инстинктивно схватил Шэнь Цинтана. Именно в момент смертельной опасности проявляются истинные чувства. В сердце Шэнь Цинтана разлилось тепло. Опираясь на силу А Му, он постепенно обрел устойчивость и крепко ухватился за его плечо. — Держись крепче, — вполголоса произнес А Му. — Хм, не отпущу до самой смерти, — так же тихо ответил Шэнь Цинтан. * * * Они становились все ближе и ближе. Жили в одной комнате, спали на двухъярусной кровати и в ночной тишине делились друг с другом секретами и амбициями. А Му, всегда молчаливый при посторонних, в присутствии Шэнь Цинтана становился все более разговорчивым. В ту новогоднюю ночь они вернулись в общежитие после выступления и улеглись в постели, изможденные, но из-за прилива адреналина долго не могли уснуть. — А Му... — Шэнь Цинтан закрыл глаза и сонно спросил. — У тебя есть какое-нибудь новогоднее желание? А Му помолчал пару секунд: — Стать невероятно популярным и заработать много денег. Восемь иероглифов, и ни капли лжи. Самые искренние слова, какие только могут быть. Шэнь Цинтан широко улыбнулся и кивнул: — Обязательно сбудется. А Му тихо рассмеялся и спросил в ответ: — А ты? У тебя есть желание? Шэнь Цинтан думал долго-долго, так долго, что А Му на нижнем ярусе уже уснул, и послышалось его ровное, знакомое дыхание. Только тогда он тихо произнес, и голос его звучал нежно, словно шепот влюбленного: — А я... я просто хочу посмотреть с тобой вдвоем какое-нибудь кино.