В снежную ночь, когда всё живое замерло, в постоялом дворе среди гор тоже было мало постояльцев. Хозяин уже собирался закрываться и отдыхать, как вдруг вошла женщина.
Женщина была закутана в явно не по размеру широкий плащ, скрывавший её с головы до ног. Она бросила на стойку лян серебра.
— Хозяин, приготовьте для меня комнату, чистую одежду и снадобья для ран.
Хозяин, приняв серебро, внимательнее взглянул на Наньи и с любопытством спросил:
— Девушка, не нарвалась ли на цижэней?
Наньи удивлённо подняла взгляд:
— Откуда вы знаете?
— А разве вы ещё не слышали? Лидуфу сдался без боя, надзиратель распахнул городские ворота, впустив цижэней. В Хугуйшань тоже пришло множество их солдат. И не понять, что они там затеяли, только у всех от этого на душе неспокойно. В ближайшие дни вам следует быть крайне осторожной, по возможности вообще не выходить из дому.
Наньи с содроганием в сердце кивнула и поднялась наверх.
Хозяин вздохнул:
— Времена становятся всё смутнее.
Каким бы хаосом ни бушевал мир снаружи, сегодня Наньи наконец могла принять горячую ванну и обработать свои раны.
Смыв с себя всю грязь и следы пережитого, она растянулась на тёплой мягкой кровати, раскинув руки и ноги в форме иероглифа «大» (большой), жадно занимая каждый уголок этого ложа.
Это был первый раз за многие месяцы, когда она ночевала в постоялом дворе, и наслаждение от этого было неописуемо. Последние остатки беспокойства и страха из-за украденного кошелька были полностью подавлены нахлынувшим сейчас комфортом.
Сама себя успокаивая она думала: всего лишь кошелёк, а тот господин выглядел богатым, вряд ли он станет из-за такой потери скандалить.
Благодаря тому господину у неё появилось хоть и кратковременное, но пристанище. Эта комната была прямо-таки тем местом, о котором она мечтала. Всё это время она так хотела жить под крышей, что укрывает от ветра и дождя, чтобы не скитаться больше. При свете свечи Наньи разглядывала браслет на своём запястье. Она была уверена: стоит только встретить Чжан Юэхуэя, и у неё появится именно такая жизнь.
В этом хаотичном мире, где некуда идти и не на кого опереться, это была единственная вещь, в которую она могла верить.
Наньи накрылась одеялом и погрузилась в сон. Сегодня ночью ей, должно быть, приснится хороший сон.
…
Под утро, когда небо только начинало светлеть, снаружи постоялого двора раздался торопливый стук в дверь.
Хозяин, сонный и накинувший на плечи одежду, вышел открывать. За дверью стоял благородного вида господин. На его плечах лежал снег, а взгляд был холоден, как иней.
— Не видели ли девушку? Невысокого роста, в явно не по размеру плаще, с ранами на теле.
Хозяин на мгновение опешил. Он, конечно, припомнил такую девушку, которая действительно выглядела подозрительно. Он колебался, говорить ли об этом господину.
Хозяин приподнял масляную лампу, чтобы разглядеть лучше, и только тогда заметил за спиной господина солдата-цижэня, явно его подчинённого.
Такое странное сочетание — человек из Центральных равнин в роли начальника, а цижэнь — подчинённого, — подсказывало ему, что с ними лучше не связываться.
— Господин… пройдёмте, пожалуйста.
Не желая раздувать дело и навлечь на себя обыск, хозяин повернулся и повёл Се Цюэшаня наверх, открыв дверь в комнату, где остановилась Наньи.
Но в комнате никого не было.
Се Цюэшань откинул одеяло и потрогал постель — она была ещё тёплой. Значит, человек ушёл совсем недавно. Он отдал приказ стоявшему позади Хэ Пину:
— Немедленно ступай в лагерь и приведи солдат для обыска. Нужно во что бы то ни стало найти эту особу.
Хэ Пин на мгновение застыл. Ему и в голову не приходило, что из-за одного воришки стоит поднимать на ноги столько войск. Но господин всегда был дальновиден в своих расчётах, наверное, в том кошельке было что-то важное, и медлить никак нельзя.
— Слушаю!
Хэ Пин тотчас же бросился бегом из постоялого двора.
——
Всё ещё дрожа от пережитого ужаса, Наньи выпрыгнула в окно и бросилась искать укрытие в заднем дворе. В душе она стонала — ну всего лишь кошелёк! Неужели из-за этого стоило начинать поиски ещё до рассвета?!
К счастью, привыкшая спать на ветру и под дождём, она всегда была настороже. Услышав шум снаружи, она тут же проснулась. Заглянув в щель двери и увидев того самого господина с лодки, она мгновенно поняла, зачем он пришёл, и, выпрыгнув в окно, едва успела избежать беды.
Но почему за тем господином следовал цижэнь? Он же явно был с Центральных равнин… Кем же он мог быть? Почему он так настойчиво хотел вернуть кошелёк… Может, в кошельке было что-то важное?
Эта мысль лишь мелькнула в голове, как Наньи заметила во дворе колодец, крышка которого была слегка приоткрыта. Она ухватилась за верёвку и спустилась вниз, чтобы спрятаться на время.
Неожиданно колодец оказался сухим, и дно было неглубоко. Наньи просто отпустила верёвку и спрыгнула. Она уже хотела исследовать тёмную глубину колодца, как вдруг почувствовала у шеи холодное острие лезвия.
Тело Наньи одеревенело, и она замерла.
— Ни звука, — раздался мужской голос.
На дне колодца протекала подземная река, но вода уже высохла, обнажив отполированное до гладкости русло. На каменной стене у края русла стояла слабо мерцающая масляная лампадка.
Прижавшись к лезвию, Наньи медленно повернула голову и при тусклом свете пламени разглядела неожиданно появившегося на дне колодца мужчину.
На его груди зияла огромная рана. Хотя её уже перевязали, кровь всё ещё сочилась наружу, казалось, он был серьёзно ранен. Его лицо выглядело очень бледным, и даже рука, сжимавшая кинжал, слегка дрожала.
— Снаружи меня преследуют, я просто хотела спрятаться на время… Умоляю вас, господин, позвольте мне остаться здесь ненадолго.
Пан Юй окинул Наньи оценивающим взглядом. Такая девушка в самом деле вряд ли могла вызвать подозрения, и он медленно убрал кинжал.
— Кто тебя преследует?
Наньи на мгновение замялась, решив, что не стоит посвящать незнакомца во все детали. Вспомнив, что с тем господином наверх поднимался ещё и цижэнь, она опустила подробности:
— Цижэни.
Не ожидала она, что, услышав эти два слова, Пан Юй мгновенно насторожится. Собрав последние силы, он подтянулся к устью колодца и выглянул.
Двор постоялого двора уже был залит светом факелов. Цижэни быстро прибыли и окружили это место. В центре, среди цижэней, стоял мужчина — это был Се Цюэшань.
Пан Юй отпрянул назад, его взгляд на Наньи стал крайне серьёзным, а голос зазвучал торопливо:
— Ты навлекла на себя внимание Се Цюэшаня? Кто ты такая?
Наньи была в полном недоумении:
— Кто такой Се Цюэшань?
— Тот человек с Центральных равней среди цижэней!
Наньи вспомнила, как на переправе, стоило ей высунуть голову из воды, как те цижэни в панике разбежались. Тогда она подумала, что тот господин, должно быть, искусен в боевых искусствах и просто прогнал их. Но сейчас в её сердце зародилось смутное и нелепое предположение.
— Почему он может приказывать цижэням?
— Ты и вправду не знаешь, кто такой Се Цюэшань?
Наньи честно покачала головой.
— А слышала ли ты о «Весенней катастрофе»?
— Это я слышала. В день весеннего равноденствия двадцать второго года Юнкан из-за предательства одного генерала, сдавшегося врагу, цижэни с лёгкостью захватили Юйдуфу…
— Наньи вдруг осенило. — Неужели…
На лице Пан Юя мелькнула сдерживаемая ненависть, но врождённое воспитание заставляло его сохранять в голосе сдержанность:
— Да. Се Цюэшань изначально был чиновником династии Юй, но предал родину, сдавшись цижэням, что привело к падению Юйдуфу и крепости Чжаосюгуань. Двор был вынужден унизительно уступить земли и заплатить дань за несколько лет мира. Сейчас он — доверенный сановник канцлера Великого Ци Хань Сяньвана, служит цижэням верой и правдой. Его появление здесь означает, что он специально прибыл на юг, чтобы разыскать и арестовать князя Линаня.
Наньи немного опешила. Человек из династии Юй, сколько же жизней соплеменников ему пришлось предать, чтобы выделиться среди цижэней и подняться на высокий пост? У него наверняка полно коварных приёмов против своих же сородичей, и попасть в его руки — верная гибель.
❖ ───────── ❖ ───────── ❖
Если перевод вам интересен — поддержите книгу лайком или закладкой.
Это помогает истории находить новых читателей.
Обновлено: 18.02.2026