Первый крабо-паук врезался в стену щитов с глухим, влажным стуком. Спартанцы даже не пошатнулись. Они приняли удар, как скала принимает волну. В тот же миг, как монстр отпрянул, из-за кромки щита Диона метнулось копье. Удар был коротким, экономным, но чудовищно сильным и точным. Наконечник пробил хитиновый панцирь в уязвимом сочленении лапы. Тварь завизжала и забилась на месте.
Второй спартанец, Ликос, сделал шаг в сторону, пропуская мимо себя еще одного атакующего монстра, и тут же вонзил свой ксифос ему в бок. Это был танец. Смертельный, отточенный до совершенства балет, в котором каждый шаг, каждый удар был выверен и смертоносен. Третий воин, Герос, прикрывал тыл, его щит был постоянно в движении, отбивая атаки с флангов.
Анна, стоящая в центре этого стального вихря, чувствовала себя одновременно и в безопасности, и абсолютно бесполезной. Её жалкая магия казалась детской игрушкой по сравнению с этой машиной для убийства. Но она заставила себя сконцентрироваться. Она не воин. Она тактик.
— Справа! В воде! — крикнула она, заметив блик от панциря под поверхностью мелкого озерца.
Дион, не оборачиваясь, отдал короткую команду, и стена щитов мгновенно перестроилась, готовая к атаке с нового направления. Их слаженность была невероятной.
Анна же подняла свой посох. Она не могла сравниться с ними в силе, но она могла им помочь. Она выбрала цель — краба, который пытался обойти их сбоку, и ударила по нему «Льдинками». Сконцентрированный посохом ледяной шип вонзился монстру в клешню, заставив его замереть на долю секунды. Этого хватило. Копье Героса настигло его раньше, чем он успел опомниться.
«Так, — поняла Анна. — Я не убиваю. Я ассистирую. Я — поддержка».
Она начала действовать осмысленно. Не тратя ману на попытки убить, она выцеливала самые опасные или быстрые цели и била по ним своим замедляющим заклинанием, давая спартанцам драгоценные мгновения для перегруппировки и удара. Она стала их дополнительной парой глаз и инструментом контроля поля боя.
Щелканье и визг наполнили пещеру. Пол грота был усеян трупами монстров и их черной, густой кровью. Спартанцы были покрыты слизью и кровью, но на них не было ни царапины. Они продвигались вглубь пещеры, в самый большой грот, где, судя по усиливающемуся шуму, находилось логово.
И там они увидели ее. Матку.
Она была вдвое крупнее остальных особей, ее панцирь отливал зловещим фиолетовым цветом. Вокруг нее копошился десяток мелких, новорожденных тварей. Увидев воинов, матка издала оглушительный, пронзительный визг и, поднявшись на задние лапы, ринулась на них.
— За мной! — рявкнул Дион.
Он принял на щит главный удар, который едва не сбил его с ног. Ликос и Герос тут же атаковали матку с боков, их мечи скрежетали по прочному панцирю, высекая искры.
Анна поняла — это её шанс. Она проигнорировала мелких тварей. Её цель — матка. Она подняла посох, вливая в него почти весь свой оставшийся резерв. Древко загудело, а молочный камень на навершии засиял тусклым светом. Она не стала стрелять ледяным шипом. Она вспомнила свое второе заклинание.
Она ударила древком посоха о землю.
— Ореол!
Вокруг неё и спартанцев вспыхнул и тут же погас едва заметный круг грозовой энергии. Теперь их оружие было зачаровано.
Дион, оттолкнув от себя матку щитом, нанес очередной выпад копьем. И в этот раз, когда наконечник коснулся панциря, по телу монстра пробежала синяя электрическая дуга. Тварь зашипела от боли, ее движения стали чуть медленнее. Эффект был не сильным, но он был.
— Бейте! — крикнула Анна, чувствуя, как её ноги подкашиваются от магического истощения.
Спартанцы, почувствовав, что их удары стали эффективнее, взревели и удвоили натиск. Теперь каждый удар их копий и мечей не только наносил физический урон, но и бил монстра холодом и молнией. Панцирь матки начал трескаться.
Она в ярости отбросила от себя Ликоса и рванулась к самому слабому звену — к Анне.
Дион закричал, пытаясь ее перехватить, но не успевал.
Анна смотрела на несущуюся на неё смерть с ледяным спокойствием. Она подняла посох, как копье, и влила в него последние капли силы. Ледяной шип, сорвавшийся с навершия, был маленьким и жалким. Но он попал матке точно в один из ее многочисленных глаз.
Тварь взревела от боли и ярости, ее атака сбилась. И в этот момент копье Диона, направленное рукой, полной ярости, вошло ей под брюхо, в самое уязвимое место.
Матка забилась в агонии и рухнула на землю. Мелкие твари, увидев смерть своей королевы, с писком бросились врассыпную и скрылись в расщелинах.
Бой был окончен.
В пещере стояла тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием воинов. Они победили. Анна оперлась на свой посох, пытаясь унять дрожь в ногах. Она была полностью выжата, но она была жива. И она доказала свою пользу.
Дион подошел к ней. Он посмотрел на труп матки, потом на Анну. В его глазах больше не было презрения. Было нечто иное. Неохотное, но все же уважение.
— Ты неплохо держишься для жрицы, — сказал он. — Твои фокусы... пригодились.
Это была высшая похвала, на которую был способен спартанец. Анна лишь кивнула, а сама уже осматривала пещеру хищным взглядом. Бой окончен. Время собирать лут.
Обновлено: 20.01.2026