Глава 26 — Глава 26

Когда она вышла на развилку, Эстелла, как и в прошлый раз, что-то достала. Чайную ложку и маленький медный диск. Эстелла сначала немного зашла в левый проход и ударила чайной ложкой по медному диску. - Дииииинь… Звук затихал, но продолжал слабо звенеть бесконечно долго. То же самое она проделала и в правом проходе. - Дииинь…. Звон прекратился почти сразу. Убрав чайную ложку и диск в сумку, Эстелла направилась направо. Было эффективнее сначала проверить короткий путь. И действительно, свернув в правый проход, она почти сразу же достигла его конца. «Опять дверь». Замок был больше и толще того, что она взломала у входа, но для Эстеллы это не стало особым препятствием. И на этот раз, умело вскрыв замок, она открыла дверь и вошла внутрь. «Кабинет?» Внутри было полно столов и картотечных шкафов. Осмотрев сначала аккуратно расставленные шкафы, она подошла к отверстию в одной из стен. Поднеся газовую лампу, она заглянула внутрь и увидела, что отверстие ведёт наверх, на землю. «Взрослому не пролезть». Ребёнок бы, конечно, смог, но, засунув голову и посмотрев вверх, она увидела, что проход был настолько длинным, что конца не было видно. То есть, это был проход не для людей. Эстелла провела кончиками пальцев по дну отверстия. Были следы падения чего-то. Судя по неглубоким царапинам, упавший предмет не был тяжёлым и тупым. Казалось, что-то лёгкое падало в это место тысячи раз, образовав едва заметную выемку. Её взгляд естественным образом переместился на картотечные шкафы. «Сбор информации». Она открыла шкаф, достала верхний лист и внимательно его рассмотрела. На бумаге виднелась складка, образовавшаяся от того, что её перевязали чем-то вроде джутовой верёвки. «Сверху пишут информацию, сворачивают бумагу и сбрасывают её по этому проходу». Закрыв глаза, Эстелла начала представлять себе ситуацию. «Какое-нибудь место вроде таверны». Там, где заканчивается этот проход. Там где-то есть небольшая щель, через которую тайно передают эти донесения. «Они избегают личных встреч?» Довольно изощрённый метод работы. «Информаторов, похоже, несколько». Она достала ещё несколько листов, и почерк на всех был разным. Слишком много вариантов, чтобы предположить, что один человек менял почерк. Эстелла быстро пробежалась по бумагам. [Чёрный ворон вернулся. Кажется, у него заложен нос.] [Золотой лев пока что слеп.] [Зелёный воробей готовится снова чирикать, но югом не интересуется.] [Жёлтый карп отправился смотреть на снег.] Вскоре с её губ сорвался смешок. — Иан Уиндем, что же ты за человек? Чёрный ворон. Это следователь, служащий бывшей императрице. Золотой лев обозначал императрицу, зелёный воробей — герцогскую семью Тессиан, а жёлтый карп — маркизскую семью Харенес. Слова, следовавшие за ними, на первый взгляд казались забавными, но не для Эстеллы, привыкшей к подобным выражениям. «Он следит за власть имущими». С серьёзным лицом она долго изучала бумаги. И вскоре она, по крайней мере приблизительно, поняла, на что была направлена информация, которую собирал Иан Уиндем. «Это информация не для нападения». А для защиты своего. «Во всяком случае, у него нет дурных намерений по отношению ко мне или Айле». Хоть она и не просмотрела всё, но проверила довольно много бумаг. О них двоих не было ни слова. «Думаю, пока что можно с ним сотрудничать». Конечно, человек, следящий за такими высокопоставленными лицами, определённо не был обычным. Но разве не нужно быть готовым к большим волнам, если хочешь спустить на воду большой корабль? Чтобы основательно расследовать смерть «барона Вансена», лучше доверить это человеку с таким уровнем информированности. «Теперь пора уходить». Она проверила то, что хотела. Оставался ещё один непроверенный проход, но он, скорее всего, вёл наружу. «Его нет нужды осматривать». На мгновение задумавшись, Эстелла аккуратно сложила просмотренные документы. Она сделала это безупречно, так, что всё выглядело в точности как до её прихода. Заперев замок, она вышла из тайного прохода, заметая за собой даже следы. * * * Шесть часов утра. Время, когда все ещё не начали свою деятельность. Но Иан, то ли из-за отсутствия утренней сонливости, то ли по другой причине, каждый раз в это время был в кабинете. Эстелла знала это, поэтому, выйдя из прохода, сразу же направилась к нему. - Тук, тук. — Сэр Уиндем. Вместо ответа дверь открылась. — Госпожа? Поскольку рабочий день ещё не начался, его одежда была довольно свободной. На просторной рубашке было расстёгнуто три или четыре пуговицы, а волосы были взъерошены. — Прошу прощения. Но я подумала, что сейчас лучшее время для разговора. — А… Он, казалось, ещё не до конца проснулся и выглядел ошеломлённым, но вскоре вернул себе обычное выражение лица. — Прошу, входите. По его приглашению Эстелла прошла к дивану и села на то же место, что и вчера. — Сейчас в кабинете есть только вода. — Ничего страшного. После её отказа Иан налил воды только в свой стакан и сел на диван. Эстелла обратилась к нему. — Я принимаю ваше вчерашнее предложение. На столь быстрое согласие Иан слегка улыбнулся. — Это значит, что вы принимаете оба условия? Это был вопрос о том, принимает ли она не только роль «фиктивной возлюбленной», но и «партнёра». — Да. Я также принимаю и предложение о партнёрстве. Всё равно без помощи сэра Уиндема эти исследования будут похоронены. Расследование смерти барона Вансена Эстелла, в общем-то, могла провести и сама. Это заняло бы время, но не было невыполнимой задачей. Однако «технические исследования», «патенты» и тому подобное? Это было за пределами её компетенции. — Рад, что вы так считаете. — Но у меня тоже есть условия. — Говорите. — Помимо раскрытия несправедливой смерти барона Вансена, помогите Айле вернуть её законные права. — Насколько я знаю, с титулом барона проблем нет. Даже при том, что законы стали гораздо мягче, передать титул человеку, не состоящему в кровном родстве, было нельзя. Хотя право первородства и наследование по мужской линии были отменены, и имущество, привязанное к титулу, можно было свободно завещать кому угодно, сам титул по-прежнему мог наследоваться только членом семьи. Поэтому Селена унаследовала только имущество, за исключением титула. В этой ситуации титул барона должен был перейти к жене, Эстелле, но проблема заключалась в том, что она была замужем всего около полугода. Чтобы быть признанной по закону членом семьи, имеющим право на наследование титула, необходимо было состоять в браке не менее года. Поэтому «титул барона Вансена» перешёл к Айле, и она должна была получить его по достижении совершеннолетия. — Я говорю не об этом. — Вы имеете в виду наследство. — Да. — А ваша доля вам не нужна? — Моей доли изначально и не было. Иан плавно поднял и опустил брови. Похоже, сказанное её несколько удивило его. — Вы очень заботитесь о ребёнке. Иан, словно раздумывая, перевёл взгляд на стакан с водой. Бессознательно постукивая пальцами по подлокотнику дивана, он спросил, будто бормоча себе под нос: — Зачем вы так стараетесь? Ведь это даже не ваш ребёнок. Казалось, он спрашивал именно об этом. Эстелла на мгновение заглянула в себя, а затем медленно произнесла: — Она же ребёнок. Которого ещё нужно защищать. Ей показалось, что она, когда-то собиравшаяся бросить ребёнка и жить одной, не имеет права говорить такие слова, но, тем не менее, ничто другое не могло лучше выразить её нынешние чувства. Лицо Иана неуловимо помрачнело. — Понятно. Нет. Если присмотреться, то не «помрачнело», а скорее… «стало печальным». Непонятно, что именно его так опечалило, но, во всяком случае, сейчас он выглядел погружённым в свои мысли. Однако он вскоре, казалось, отбросил их и продолжил разговор. — Хорошо. Тогда доходы от исследований барона Вансена тоже переводить на имя мисс Айлы? — Да. — Так и сделаем. — И, пожалуйста, дайте нам с Айлой достаточно времени для траура. — Сколько угодно. Она так и думала, что он с готовностью согласится. Ведь не было фразы более подходящей для скандала, чем «молодая вдова». — Каковы другие условия? На этот раз речь шла об условиях фиктивных отношений, поэтому Эстелла сделала небольшую паузу между вопросом и ответом. — Даже если это фиктивные отношения, чрезмерный физический контакт недопустим. Он замер. Может, из-за внезапной смены темы? Казалось, ему потребовалось время, чтобы понять, и, помедлив мгновение, он слегка улыбнулся. — Хорошо. Он глубоко откинулся на спинку стула. — Однако, думаю, нам стоит уточнить критерии «чрезмерного». С этими словами он естественно закинул ногу на ногу. Это не выглядело высокомерной позой, скорее, это было отношение к ней как к полноценному «деловому партнёру». Поэтому Эстелла тоже сбросила маску «баронессы». — Постель. Короткий ответ. Но дальнейших объяснений не требовалось. Он посмотрел на неё странным взглядом. — Значит ли это, что всё, кроме постели, приемлемо? — Если это необходимо для того, чтобы доказать людям, что мы «влюблённые». — Хм. Он прищурился. — А если я буду настаивать, что мне это необходимо? — Сомневаюсь, что человек, выгнавший служанку из-за физического контакта, пойдёт на такое.