Глава 55 — Глава 55

Глава 55. А они тебе кто? — Послушай, мастер Ду, эти две девчушки — твои сестрёнки? До чего же хороши, словно куколки фарфоровые! Да и те две барышни — загляденье просто. Кем они тебе приходятся? Ли Гуйсян, не в силах сдержать распиравшее её любопытство, подкралась к Ду Шаоцзе. Глаза её горели тем особым огнём, который знаком каждому любителю сплетен. — Ну что ты за баба такая, вечно нос свой суешь куда не просят, — рассмеялась Цинь Сяомэй, шутливо погрозив ей пальцем. Впрочем, и самой ей не терпелось услышать ответ: любопытство, оно ведь заразное. — Не боишься, что язык отсохнет? — И парня того здоровенного, сестрица Ли, ты тоже, видать, за пустое место держишь? — подхватил Ду Шаоцзе, прекрасно понимая, что зла в этих вопросах нет. — Всё просто: мы соседи, выросли в одном дворе. Друзья детства, и ничего больше. Ли Гуйсян понимающе улыбнулась, явно довольная полученным ответом, и сменила тему: — Мастер Ду, как закончишь с жаркой, отложи себе порцию побольше, да ступай к ним. А мы тут сами управимся, подежурим. Говоря это, Цинь Сяомэй уже деловито доставала несколько дополнительных мисок. Она не просто сполоснула их, а тщательно ошпарила кипятком, выказывая особое уважение гостям. — Спасибо, тётушка Цинь, — с теплотой в голосе, но твёрдо ответил Ду Шаоцзе, — но право, не стоит так хлопотать. Как начнётся раздача, я их сам позову, поедят со всеми. Он всегда был осторожен в мелочах, стараясь не давать ни единого повода для пересудов. Не стоило позволять кому-то ухватиться за "косичку" его репутации. Несколько порций еды стоили копейки, талоны у него имелись, так зачем же наживаться за счёт казённой столовой? Сегодняшнее меню обещало быть сытным: лагман. Ду Шаоцзе начал с подливы — обжарил баранину с помидорами, сельдереем и острым перцем. Мяса было немного, скорее для запаха и навара, но даже такой "ленивый" лагман куда лучше пустой лапши с травой. Когда огромный казан с подливой был готов, они втроём — он, Цинь Сяомэй и Ли Гуйсян — принялись тянуть лапшу. Ван Ливэнь крутилась рядом, помогая по мелочи. Пришло время обеда. Первые работяги, заглянувшие в столовую, довольно загомонили: — Ого! Сегодня лагман дают! Вот так праздник! Перед окном раздачи Ду Шаоцзе выставил стратегический запас приправ: огромную пиалу с уксусом, миску с *юпо лацзы* — шкворчащим маслом с чили, и целую гору очищенных зубчиков чеснока. Пусть каждый приправляет по вкусу. Убедившись, что всё готово, он сбегал в общежитие и привёл своих гостей — сестёр и Су Дапэна с компанией. — Тётушка Цинь, пробей пять порций лагмана для моих, — Ду Шаоцзе открыто, у всех на виду, выложил на прилавок талоны на питание. Цинь Сяомэй открыла было рот, чтобы возразить, но, встретив его взгляд, промолчал. Лишь рука её дрогнула, и порции вышли поистине царскими — лапша и подлива громоздились в мисках с горкой. — Брат, а ты чего не ешь? — Сяо Мэй и Сяо Я, возбуждённые поездкой, только сейчас почувствовали, как зверски проголодались. Лагман был божественно ароматным, но, проглотив пару кусков, они заметили, что перед братом стол пуст. Он просто сидел рядом. Лян Мэйцинь, ещё не притронувшаяся к еде, тут же подвинула свою миску: — Шаоцзе, возьми мою порцию... — Ешьте спокойно, — покачал головой Ду Шаоцзе, возвращая миску обратно. — У меня смена ещё не закончилась. — Ну так иди работай, чего сидишь? — поторопила его Ци Янь. — Освободишься — тогда и поговорим нормально. Су Дапэн согласно закивал, набивая рот лапшой. Ду Шаоцзе вернулся на кухню. Лишь когда они с Цинь Сяомэй и остальными перемыли посуду и прибрались, он позволил себе быстро пообедать. В обеденный перерыв он устроил гостям экскурсию по ферме Лаолунхэ, даже спустились к реке. Вода в Реке Старого Дракона блестела на солнце, словно расплавленное серебро. — Мэй и Я как только каникулы начались, все уши прожужжали: "Хотим к брату, хотим к брату!". Вот мы и решили: раз у всех выходной, поедем вместе, — объясняла Ци Янь. — Только нам с Мэйцинь вечером обратно надо, а вот эта троица может у тебя на пару дней задержаться. Ци Янь и Лян Мэйцинь, конечно, оценили пасторальные пейзажи, но ночёвка в полевых условиях в их планы не входила. Днём автобус увезёт их обратно в городскую цивилизацию. А вот Су Дапэн, скопивший несколько отгулов, и сестрёнки, у которых было полно свободного времени, никуда не торопились. — Что-то вы быстро, галопом по Европам, — удивился Ду Шаоцзе. — Ладно, я сейчас отпрошусь у директора, хоть погуляем нормально у подножия гор перед вашим отъездом. Удерживать девушек он не стал — мало ли, как на это посмотрят их родители. Лучше не рисковать. Он разыскал Чжао Дацзюня, выбил полдня отгула и повёл всю компанию к дому Цинь Сяомэй. Хозяева были дома. Цинь Сяомэй тут же бросилась заваривать чай, а её муж, Чу Сяовэй, выставил на стол вазочки с семечками и арахисом — гостеприимство било ключом. — Тётушка Цинь, я отпросился на вторую половину дня, так что ужин сегодня на вас с сестрой Ли, ладно? А вас, дядюшка Чу, я хотел попросить переправить нас на тот берег. Ребята хотят у гор погулять. До моста было пять вёрст, крюк немалый, да и на лодке всяко интереснее. Сяо Мэй и Сяо Я визжали от восторга, да и старшие — Су Дапэн с девушками — смотрели на Ду Шаоцзе с такой надеждой, что отказать было невозможно. — О чём разговор! — Чу Сяовэй широко улыбнулся. — Перевезу в лучшем виде. Гуляйте сколько влезет, только в саму чащу не лезьте, горы шуток не любят. Попили чаю, перевели дух — и снова к реке. Лодка мягко отчалила, разрезая водную гладь. Девушки и дети смеялись, брызгались водой, и их звонкие голоса разносились над рекой. Только Су Дапэн сидел с зелёным лицом, вцепившись в борта. Оказалось, морской волк из него никудышный — укачало бедолагу. К счастью, переправа была короткой. Стоило ногам коснуться твердой земли, как краска вернулась на лицо парня. — Дядюшка Чу, вы нас не ждите, — крикнул Ду Шаоцзе лодочнику. — Обратно через мост вернёмся, прогуляемся. Чу Сяовэй наказал быть осторожными и, взмахнув веслами, направил лодку обратно. Склоны гор и подножие пестрели полевыми цветами. Воздух здесь был другим — сладким, пряным от трав. Ци Янь и Лян Мэйцинь, забыв о городской сдержанности, носились по траве наперегонки с Сяо Мэй и Сяо Я, словно малые дети. Су Дапэн пнул камешек и буркнул: — Эх, хотел отцовское ружьё взять, пострелять, а батя не дал. Говорит, самому нужно. Облом. — Ты что, правда собрался здесь охотиться? — усмехнулся Ду Шаоцзе. — Уши мыл? Дядюшка Чу же сказал: опасно. Одинокий волк — полбеды, а ну как на стаю нарвёшься? Костей не соберёшь. Но Су Дапэн продолжал киснуть, пока Ду Шаоцзе не применил запрещённый приём — пообещал приготовить вечером что-то "этакое". Глаза друга тут же загорелись, и хандру как рукой сняло. Они догнали девушек и забрались на небольшой холм. Отсюда открывался потрясающий вид: Река Старого Дракона извивалась нефритовой лентой, огибая наносную равнину, на которой уютно устроилась ферма. Честно говоря, Ду Шаоцзе и сам впервые видел ферму с такого ракурса — всё работа да работа. Время пролетело незаметно. Насладившись видами, они перешли реку по шаткому мосту и вернулись на ферму. Когда Ци Янь и Лян Мэйцинь уже садились в автобус, к ним подбежала запыхавшаяся Цинь Сяомэй. В руках она держала пакет со свежими овощами — прямо с грядки, ещё пахнущие землёй. Подарок копеечный, но от чистого сердца. — Брат, а ужинать мы в столовку пойдём? — спросила Сяо Я. Нагулявшись, маленькая обжора снова проголодалась. — Нет, — Ду Шаоцзе загадочно подмигнул. — Столовая отменяется. Сегодня шеф-повар готовит спецзаказ. Он так хитро улыбнулся, что заинтриговал не только сестёр, но и Су Дапэна. Вернувшись в общежитие, Ду Шаоцзе ненадолго исчез и вернулся с пакетом кукурузных пампушек — *вовотоу*. Затем одолжил у соседей несколько тазов, помыл овощи и принялся чистить двух увесистых карпов. Стол в комнате превратился в разделочную доску. Рыба была выпотрошена, надрезана и отправлена мариноваться. Су Дапэн наблюдал за этими приготовлениями с растущим недоумением. Наконец, не выдержал: — Шаоцзе, у тебя в комнате даже примуса нет. Ты где жарить-то собрался? На утюге? Вопрос повис в воздухе, вызывая лишь смех.