Глава 22 — Глава 22

Глава 22. Странности Ду Шаоцзе невольно улыбнулся. Его жизненный опыт, далеко превосходящий возраст этого молодого тела, позволял видеть людей насквозь. Маленькие хитрости собеседницы не могли его обмануть. Она говорила грустные слова, но её глаза сияли едва сдерживаемым восторгом. Лян Мэйцинь была по-своему забавна. — Мэйцинь, поздравляю. Твоя мечта наконец сбылась. Ду Шаоцзе искренне радовался за девушку. В эти годы стать женщиной-военнослужащей считалось большой удачей, верным путём в благополучное будущее. Лян Мэйцинь приняла поздравления, и улыбка, расцветшая на её лице, наконец-то совпала с тем, что творилось у неё в душе. Сяо Мэй, стоявшая рядом, в разговор не вмешивалась, но в её взгляде читалась жгучая, неприкрытая зависть. — Здравствуйте, тётя. В комнату вошли Ван Юйсю и Сяо Я. Лян Мэйцинь тут же вскочила, чтобы поприветствовать старших. — О, Мэйцинь, ты здесь? Сиди, сиди, зачем вскочила? — Сестрица Мэйцинь… Ван Юйсю с улыбкой ответила гостье и повела младшую дочь мыть руки. Сяо Я, закончив с умыванием, с довольной улыбкой прильнула к Лян Мэйцинь. После того как они вместе катались на санках, их отношения стали куда теплее. Лян Мэйцинь просидела около часа, а затем начала собираться домой. Ду Шаоцзе, немного подумав, накинул куртку, решив проводить девушку. Ни у кого из них не было велосипеда, но дорога была недолгой — прогулочным шагом можно было добраться минут за десять. — Мэйцинь, Шаоцзе! Вы что тут делаете? Они шли рядом, соблюдая приличную дистанцию, и перебрасывались редкими фразами. В основном говорила Лян Мэйцинь, уже витая в облаках своих будущих армейских будней, а Ду Шаоцзе был немногословен. Внезапно из темноты вынырнула Ци Янь. Уличное освещение было тусклым, и они заметили её только когда столкнулись лицом к лицу. — Янь-цзы, я сначала к тебе заходила, но тебя не было, вот и пошла искать Шаоцзе. Эта его говядина в соевом соусе сегодня просто спасла мою репутацию! Дядюшки и тётушки нахваливали её наперебой. Я специально пришла сказать спасибо. Лян Мэйцинь вдруг почувствовала необъяснимый укол совести. Почему-то ей стало неловко. Она поспешила что-то объяснить, чем только удивила Ду Шаоцзе. — А, так вот оно что… Я как раз заходила к тебе, отец сказал, что ты давно ушла. Мэйцинь, ну как? С армией всё решилось? Ци Янь перевела взгляд с подруги на Ду Шаоцзе, а затем подошла и взяла Лян Мэйцинь под руку. Две девушки тут же защебетали, обсуждая новости. Разговор становился всё оживлённее, то и дело раздавался звонкий смех. Ду Шаоцзе оказался полностью забыт и оттеснён на второй план. Впрочем, он не возражал. Проводив обеих до дома Ци Янь, он развернулся и зашагал обратно. «Неужели та говядина и правда была так хороша?» — подумал он. Наградой системы были два килограмма отличного мяса. Ду Шаоцзе решил, что пора и свою семью побаловать настоящим деликатесом. Дома нашлась жёлтая соевая паста. Он замариновал мясо и убрал его в прохладное место. Ван Юйсю и Сяо Я уже спали, лишь Сяо Мэй сидела над тетрадью, мучительно пытаясь выдавить из себя сочинение. Зимних заданий было немного, но несколько эссе вызывали у неё настоящую головную боль. — Сяо Мэй, завтра вечером я приготовлю нам говядину в соевом соусе. Мясо маринуется в тазу, скажи маме и Сяо Я, чтобы не трогали. Ду Шаоцзе зашёл в комнату и предупредил сестру. Сяо Мэй отложила ручку. Её глаза загорелись, как две маленькие звёздочки: — Сестрица Мэйцинь рассказывала, какая это вкуснотища! Неужели мы тоже попробуем? Здорово! Не волнуйся, брат, я всех предупрежу. К твоему мясу никто и пальцем не прикоснётся. Последнее время сюрпризы сыпались один за другим, и Сяо Мэй порой казалось, что всё это сон. В эпоху дефицита мяса и масла еда была событием первостепенной важности. Быть сытым и вкусно поесть — вот оно, величайшее счастье. — Ложись пораньше, допишешь днём. И кстати, если будут трудности с уроками, спрашивай меня или Ци Янь, она училась лучше меня. Теперь, когда быт немного наладился, у Ду Шаоцзе появилось время подумать об образовании сестёр. В эти годы за учёбой детей особо не следили — не то что в безумной гонке будущего. Но времена меняются, и восстановление вступительных экзаменов в вузы — гаокао — уже не за горами. Для детей с городских окраин, таких как Сяо Мэй и Сяо Я, путей в жизни было немного, но хорошая учёба оставалась самым надёжным социальным лифтом. Конечно, если у них не окажется способностей, придётся придумывать что-то другое. — Хорошо, брат. Только вот тема сочинения… «Провести Праздник Весны со смыслом». Я понятия не имею, что писать. Ду Сяомэй сначала закивала, а потом с надеждой посмотрела на старшего брата. Ду Шаоцзе замер. Школьное сочинение для него не было проблемой технически, но сама тема ударила в больное место. Если писать честно, исходя из нынешних реалий, он и сам не знал, как подступиться к этому вопросу, чтобы это звучало «правильно» для текущей эпохи. — Если не знаешь, подумай ещё. Или завтра спроси у сестры Янь-цзы. Улыбка сползла с лица Ду Шаоцзе. Отговорившись дежурной фразой, он ушёл умываться. Сяо Мэй, прибирая со стола, хихикала в кулак. Она помнила, что брат никогда не блистал в учёбе, а сейчас его голова забита только кулинарией. Наверняка он просто не знал, что написать. Ей и в голову не приходило, что этот брат — уже не тот прежний балбес. Нынешний «брат» окончил престижный университет, и уровень его интеллекта был на высоте. Проблема была в другом: Ду Шаоцзе не хватало печати времени. Он не мог написать текст, который дышал бы духом этой эпохи, не фальшивя. На следующий день. В учреждениях начались полноценные рабочие будни. Однако в полдень многие расходились по домам коллег, продолжая праздновать — новогоднее настроение ещё не выветрилось. В столовой народу поубавилось. Второй и третий повара, люди опытные, готовили меньше обычного, так что работы было немного. Ду Шаоцзе заметил странность: Дай Цзяньго сегодня не появился. Дай Тун утром мелькнул в столовой, покрутился и исчез в неизвестном направлении. Лишь после обеда Дай Цзяньго приполз на работу — грязный, помятый, с серым лицом. При виде Ду Шаоцзе его глаза метнули молнии. Из-за одной фразы, брошенной Ду Шаоцзе, милиция вцепилась в него мёртвой хваткой, и он чувствовал, что вот-вот сломается. Если бы Директор У лично не вмешался и не вытащил его, неизвестно, чем бы всё закончилось. Ду Шаоцзе в ответ лишь закатил глаза. Кто просил этого идиота нанимать людей, чтобы проучить его? Теперь сам виноват: не только не отомстил, но и сам попал в переплёт. Поделом! — Куда пялишься? А ну за работу! Реакция Дай Туна удивила Ду Шаоцзе. Увидев переполненного злобой племянника, дядя подлетел и отвесил ему смачный пинок. Дай Цзяньго не посмел огрызнуться, вжал голову в плечи и поспешил к мойке с овощами. Дай Тун даже не взглянул на Ду Шаоцзе. Сделав круг по столовой, он снова ушёл. Вечером, поужинав на работе, Ду Шаоцзе вернулся домой. Ему предстояло долгое священнодействи с говядиной, поэтому он сразу заперся на кухне. Сяо Мэй и Сяо Я то и дело заглядывали к нему, крутились под ногами, словно один только аромат, плывущий из котла, был для них лакомством. Когда мясо было готово, Ду Шаоцзе отрезал небольшой кусочек и отнёс в комнату, чтобы Ван Юйсю и сёстры сняли пробу. — Не зря Мэйцинь тебя так нахваливала. Шаоцзе, мясо и правда получилось отменным. — Брат, как же вкусно пахнет! Как и ожидалось, эксперимент удался. Вернувшись в свою комнату, Ду Шаоцзе открыл интерфейс Системы, чтобы узнать вердикт. **[Связанный повар: Ду Шаоцзе]** **[Ранг: Ученик (третий год)]** **[Текущее блюдо: Говядина в соевом соусе]** **[Комплексная оценка: Крайне низкая]** **[Бонус: Рецепт «Говядина в маринаде»]** **[Награда: Суповая кастрюля (1 шт.)]** **[Особая награда: Нет]** Хоть оценка и не повысилась, он получил новый рецепт и добротную кастрюлю. Ду Шаоцзе остался доволен. Принципы приготовления маринадов и тушения схожи: поняв одно, поймёшь и другое. Можно считать, что в мир холодных закусок и маринадов он успешно вошёл.