Глава 4 — Глава 1-искра внутри

Лагерь был маленьким. Только палатка, костёр и старый мужчина, сидевший на камне с чашей чая. Он смотрел, как Райдзо возвращается из леса — весь в поту, бледный, с пустым взглядом. — Ты снова пытался, — спокойно сказал старик. — …Да, — коротко ответил Райдзо, присев на землю. Его голос едва слышен. Тишина. Только потрескивание костра. Старик отпил из чашки, выдохнул. — И? — У меня получилось… но… — Райдзо отвёл взгляд, вжав пальцы в землю. — Один из них... просто упал. Даже не сопротивлялся. Я не хотел, чтобы он умер. Это была тренировка. Мы должны были просто напугать их. — Значит, ты не подавил, — хрипло сказал старик, — ты сломал. Райдзо замер. — А ты знаешь, чем это отличается? — Подавить — значит заставить сомневаться, — прошептал он. — Сломать — значит… забрать выбор? — Именно. — Старик отложил чашу. Его голос стал строже. — Ты не бог. Не забывай. Подавление боевого духа — искусство, а не проклятие. И если ты будешь использовать свою молнию без контроля — ты станешь не шиноби, а чумой. Райдзо опустил голову. — Я не хотел… но внутри — это чувство… когда они боятся. Я чувствую себя сильным. Первый раз в жизни. И страшным. — Он сжал кулаки. — Очень страшным. Старик подошёл ближе и резко ткнул пальцем в грудь парня. — Это чувство — яд, мальчик. Мы, Кагэнои, не рождены, чтобы править. Мы рождены, чтобы предупреждать. — Но если я стану сильнее… если я доведу технику до идеала… — Тогда ты останешься один, Райдзо. --- Он молчал. В груди — гул. В голове — шепот молний. Он хотел стать сильным. Не ради власти. А чтобы никто не смотрел на него сверху вниз. Чтобы никто больше не приказывал замолчать, не зная, что его тишина — страшнее крика. — Позже ночью, сидя у костра один, Райдзо шептал в пустоту: > — Я не хочу ломать. Я просто… не хочу больше быть сломанным. И в этот момент над ним пронеслась первая осознанная молния подавления — тёмная, бесшумная, родившаяся не из ярости, а из боли. Она не ударила. Она просто прошла рядом. Как предупреждение. Как будущее. День был тёмным, как будто само небо знало, что кто-то сегодня сломается. Райдзо шагал по сырой тропе — молча, с опущенными глазами. Позади шел старик, его учитель — Хосэй. Спереди — хижина. В ней прятались двое перебежчиков, бывших шиноби. По информации разведки, они убили местного дипломата и скрылись в предгорьях. — Не бойся, — сказал Хосэй спокойно. — Я рядом. Но ты должен попробовать сам. Иначе ты никогда не научишься сдерживать силу. — Понял, — коротко ответил Райдзо. Он вошёл. Тишина внутри хижины напоминала кладбище. Запах крови — старой, подсохшей. Один из беглецов поднял голову — мужчина лет сорока, усталый, с безумием в глазах. — Шиноби?.. Из деревни? — хрипло спросил он. — Я не хочу вас убивать, — ровно произнёс Райдзо, вставая прямо. — Ха… такой юнец? Кто тебя послал? Второй беглец, моложе, бросился вперёд с кунаем. Именно тогда Райдзо не успел подумать. Он почувствовал — ту самую дрожь в спине врага, неуверенность в теле, даже секунду страха перед тем, как начался бросок. Его Инь и молния встретились внутри. Взгляд. Импульс. Пульс чакры. Тонкий, как игла. Парень остановился на месте — будто наткнулся на невидимую стену. Потом зашатался… и упал. Без сознания. — Что… что ты сделал?! — заорал второй беглец. — Ты… ты проклятый тварь! Он бросился на Райдзо с криком, и в этот момент… Райдзо испугался. Не за себя. За него. Ещё один импульс — мощный, слишком сильный. Тень чакры сорвалась. И всё. Тело врага остановилось… неестественно. Глаза расширены. Он не упал сразу. Он просто стоял. А потом затих, будто свет выключили. Райдзо не дышал. Он не чувствовал рук. Только... виноватую тишину. --- На обратном пути Хосэй не говорил ни слова. Только в лагере, когда Райдзо сидел у воды, почти дрожа, старик медленно сел рядом. — Ты не убивал. Ты подавлял. Но ты сделал это без разбору. Без меры. Без сердца. Райдзо не ответил. — Помни, Райдзо… с этого дня ты станешь холоднее. Это неизбежно. Люди будут смотреть на тебя с опаской. Ты будешь чувствовать меньше, чтобы не разрушиться. Но… Он положил руку ему на плечо. — …если ты навсегда перестанешь чувствовать, ты станешь тем, кого мы когда-то сами боялись. --- Этой ночью Райдзо сидел один. У костра. Смотрел в пламя. Снаружи — он был уже другим: прямой, безэмоциональный, замкнутый. Он сам убрал лицо в тень, чтобы никто не видел, как дрожат губы. Внутри — остался огонёк сострадания. Он не хотел ломать, он хотел понять. Именно это сделает его сильнее. Но позже. Пока — он шёл в темноту Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов. Его статус: идёт перевод