Он не пришёл в мир Ван Пис зрителем — он занял тело Джиотто в миг казни Роджера и получил Систему, превращающую волю в пламя смерти, а пламя — в силу собственной Семьи. У флота три адмирала, у пиратов — четыре императора, а у него лишь родной остров и горстка мальчишек с оружием. Он не хочет быть ни пиратом, ни служакой закона — он строит нечто третье, чему в этом хаосе ещё нет названия. Но чем громче звучит имя Пенгели, тем быстрее его замечают чудовища Нового Мира — и один из них уже набирает номер на телефонной ракушке.

Он не пришёл в мир Ван Пис зрителем — он занял тело Джиотто в миг казни Роджера и получил Систему, превращающую волю в пламя смерти, а пламя — в силу собственной Семьи. У флота три адмирала, у пиратов — четыре императора, а у него лишь родной остров и горстка мальчишек с оружием. Он не хочет быть ни пиратом, ни служакой закона — он строит нечто третье, чему в этом хаосе ещё нет названия. Но чем громче звучит имя Пенгели, тем быстрее его замечают чудовища Нового Мира — и один из них уже набирает номер на телефонной ракушке.