Огонь пронесся по телу Элайджи, расплавляя мышцы изнутри. Инстинктивно он едва не активировал «Обновление Стража».
Обновление Стража: Мгновенная и полная регенерация. Время восстановления зависит от характеристики «Регенерация». Текущее: Раз в неделю.
Но он вовремя спохватился. У способности был слишком долгий откат, её нужно беречь для крайних случаев. И хотя он корчился в агонии, пока яд растекался по жилам, разжижая и умерщвляя плоть, он знал, что выдержит и не такое. Отодвинув боль на задворки сознания, он сосредоточился на схватке.
Решение было принято в мгновение ока, так что, когда он вернул контроль над ситуацией, клыки паука всё еще были погружены в его мясистое плечо. Это оказалось на руку – тварь находилась в пределах досягаемости когтей Элайджи.
В форме Стража его когти были далеко не такими острыми, как в облике хищника. Он также не мог активировать «Ядовитый Удар», а значит, приходилось полагаться лишь на грубую силу конечностей. К счастью, форма давала значительный бонус к Силе, и, удерживая паука, он мог использовать эту характеристику на полную мощь, не заботясь о недостатке координации.
Он потянулся и схватил первое, что попалось под руку – хелицеры монстра. Пальцы Элайджи сомкнулись на мясистых ротовых придатках, а другой рукой он вцепился в переднюю лапу твари. Та извивалась, но хватка была железной.
Затем, собрав всю мощь, на которую был способен, он рванул.
Челюсти оторвались с фонтаном густой светло-голубой крови, и Элайджа мельком увидел бледную плоть под жестким экзоскелетом. Зрелище длилось недолго: мгновение спустя монстр в панической ярости нанес ответный удар, от которого Элайджа кубарем полетел назад, пока не врезался в валун, за которым недавно прятался.
Удар выбил воздух из легких, он почувствовал, как хрустнуло несколько ребер, прежде чем рухнуть лицом вниз. На секунду перед глазами вспыхнули звезды, он пытался осознать, что происходит, но его Регенерация, усиленная «Аурой Обновления», быстро показала себя в деле. Понадобилось всего несколько мгновений, чтобы худшие симптомы сотрясения прошли.
Когда зрение прояснилось, он поднялся на ноги – поморщившись от боли в сломанных ребрах – и сплюнул пенистую кровь. Как ни хотелось использовать «Обновление Стража», он сдержался. Он всё еще мог сражаться даже с пробитым легким, а паучий яд, хоть и причинял мучения, не выведет его из строя в ближайшее время. Регенерация уже вовсю боролась с токсином.
Он тряхнул головой, прогоняя туман, и посмотрел через перевал на всё еще паникующего паука. На мгновение Элайдже стало жаль существо. Оно не напрашивалось на этот бой. По сути, агрессором выступил он сам. Но жалость быстро угасла под напором боли в мышцах. К тому же он давно понял: быть частью мира природы не значит воздерживаться от убийства. Напротив.
Он будет убивать, как и любое другое животное. Иногда ради пропитания. Иногда ради доминирования. Но какова бы ни была причина, он не пацифист. Этот путь ведет лишь к слабости и смерти.
И всё же, смирившись с необходимостью убийства, он не желал смотреть на мучения твари. С новой решимостью он двинулся вперед обезьяньей походкой, хотя из-за яда, лишившего правую руку подвижности, его немного заносило.
Когда его приближение переросло в рывок, паук справился с паникой и кинулся навстречу. Столкновение вышло титаническим – Элайджа почувствовал, как зубы лязгнули. Под мехом у паука был хитиновый экзоскелет, защищавший жизненно важные органы. У Элайджи оставались чешуя и высокое Телосложение, но они и близко не стояли по прочности с природной броней паука.
Но броня броней, а сила каждого из противников была монументальной. Вскоре воздух наполнился треском панциря: Элайджа вколачивал кулаки в голову и головогрудь монстра. Тот в ответ использовал лапы как копья, вонзая их в Элайджу с безжалостной точностью.
Когда Элайджа впервые применил «Облик Стража» против Кэббота, гном-берсерк почти не мог пробить его чешую. С пауком всё было иначе – он был на порядок мощнее. Элайджа не умел определять уровень других существ, но на самом базовом уровне понимал: паук сильнее его.
Фактически, он напоминал ему стража-косатку, с которой он сражался в Море Скорби, хотя то сравнение было не совсем честным – с тех пор и сам Элайджа стал куда могущественнее. В любом случае, времени на размышления о балансе сил не было. Всё, что он мог – это просто терпеть атаки паука, стараясь в ответ нанести как можно больше урона.
Но постепенно он начал сдавать позиции.
Мало-помалу яд в сочетании с непрекращающимся натиском изматывал его. Элайджа тоже наносил серьезные повреждения, и хотя паук явно побеждал, цена этой победы была высока. Элайдже это напоминало старые боксерские поединки тяжеловесов, которые он видел в детстве. Два мощных бойца обмениваются ударами, пока один просто не перестоит другого.
Для зрителя такие бои превращаются в жуткое, внушающее трепет зрелище стойкости. Для участника всё было почти так же, только вместо трепета приходило истощение.
Минуты тянулись одна за другой. Пара осыпала друг друга ударами, способными дробить валуны, и никто не отступал. Понимая, что проигрыш означает смерть, никто даже не помышлял о сдаче. Они вкладывали в бой всё, что имели, и вскоре минуты сложились в час с лишним.
С обеих сторон стойкость начала иссякать, удары теряли былую мощь. И всё же оба продолжали, выжимая последние капли сил, чтобы прикончить противника.
Кровь – красная у Элайджи и светло-голубая у паука – летела во все стороны, плоть рвалась, и постепенно разрыв между ними увеличивался. С нарастающей усталостью Элайджа замечал, что пропускает всё больше ударов. Паук тоже замедлился, но куда медленнее.
Исход был предрешен.
Элайджа ввязался в драку, которую не мог выиграть.
На миг он задумался о бегстве. Если он вложит все силы в одну яростную атаку, то сможет выкроить момент для рывка. Паук может броситься в погоню, но Элайджа ставил на то, что у него сохранятся инстинкты. Пауки предпочитают охоту из засады и плохи в преследовании. Оставалось надеяться, что мутировавшая версия ограничена тем же.
Но Элайджа медлил по одной простой причине: он хотел победить.
Но стоила ли победа в бою всё более реального риска умереть? Конечно, он мог бы использовать «Обновление Стража» и выиграть. Но стоило ли тратить способность с таким долгим откатом?
Нет.
Несмотря на текущую форму, Элайджа не был тяжеловесным громилой, созданным для обмена ударами с огромными монстрами. Его сила крылась в универсальности. И он мысленно отругал себя за то, что забыл об этом.
Без дальнейших колебаний он сменил стратегию. Вместо того чтобы отвечать ударом на удар, он начал искать лазейку. Вскоре она подвернулась: он прыгнул, вцепился в лапы паука и, задействовав каждый пункт своей Силы, оторвал его от земли. Затем закружился, словно олимпийский метатель молота, и зашвырнул паука подальше.
Раньше он бы закрепил успех рывком и мощным ударом. Но, помня о новой стратегии, Элайджа сделал обратное. Он развернулся и припустил прочь. Потерявший равновесие паук собрался было в погоню, но к тому времени Элайджа уже начал спуск по перевалу. Монстр никак не мог его догнать, особенно когда секунд через тридцать сработало «Единство с природой» через «Эссенцию Волка», увеличив скорость бега на двадцать процентов.
Вскоре паук осознал тщетность преследования и прекратил погоню. Элайджа бежал еще какое-то время, пока, наконец, не вернулся в человеческий облик и не сотворил «Исцеляющий Дождь». Это уняло боль и помогло нейтрализовать яд, но заклинание было слишком слабым, чтобы вылечить его быстро. Тогда он применил «Касание Природы», направляя Эфиру, чтобы разнести живительную силу по израненному телу.
Первое применение лишь остановило кровотечение из многочисленных ран. Однако Эфиры было в избытке, и после шестого раза яд был полностью нейтрализован. Понадобилось еще несколько заклинаний, чтобы устранить нанесенный ущерб, но Элайджа продолжал, пока, сохранив лишь треть запаса энергии, не вернул себе идеальное здоровье.
И на этот раз он даже не добавил новых шрамов в свою коллекцию, что, по его мнению, уже было прогрессом.
Он уселся под чахлым деревом и сосредоточился на Разуме, перекачивая Эфиру в Душу. Как и всегда, он давил на границы своей культивации, заставляя апертуру расширяться. Согласно базовым руководствам, это был общепринятый метод подготовки Разума к следующему этапу. Но хотя Элайджа не отказывался от любого прогресса, сейчас его больше заботило ускорение регенерации энергии в ядре.
Он очистил мысли и втянул в систему столько Эфиры, сколько смог. За полчаса он восстановил достаточно сил для «Облика Хищника». Подождав еще несколько минут – чтобы оставить запас на случай, если придется снова стать человеком для быстрого исцеления, – он принял заклинание и превратился в чешуйчатую пантеру.
Приняв этот облик, Элайджа использовал «Облик Незримого», пересек перевал и вернулся на поле боя, оставленное несколько часов назад. После «Бедствия» земля улеглась, но трупы мелких пауков – как и останки их добычи – никуда не делись. Элайджа несколько минут следил за малейшим движением, но признаков крупного паука не обнаружил.
Тогда он бесшумно двинулся вперед и принюхался к подсыхающей крови, которую тот оставил. Запомнив запах, он без труда пошел по следу раненого паука вверх по перевалу, к большой пещере. Там он и нашел монстра, свернувшегося в клубок. Почти всё нутро пещеры было затянуто паутиной, и Элайджа достаточно знал о пауках, чтобы понимать опасность. Даже если сеть не поймает его, как мелкую дичь, стоит наступить на эти нити – и он наверняка спугнет врага.
А это разрушило бы его планы.
Медленными, осторожными шагами Элайджа бесшумно крался по пещере. Благодаря высокой Ловкости он идеально контролировал тело – особенно в том, что на инстинктивном уровне так легко давалось форме пантеры. Продвижение шло медленно, но уверенно.
Подобравшись на расстояние нескольких футов к раненому пауку, Элайджа на мгновение замер, просто любуясь существом. Он никогда не увлекался арахнологией, но был бы дураком, если бы не признал, насколько впечатляющими были пауки. Тот, что перед ним, выделялся вдвойне – и не только размерами. Нетрудно было представить, что он правил перевалом с самого начала трансформации мира и, вероятно, правил бы и дальше, не явись сюда Элайджа.
В каком-то смысле было грустно терять столь величественное создание.
Но таков закон природы.
Может, стоило просто оставить его в живых? Теперь, когда «Бедствие» расчистило путь от мелких пауков и их сетей, он мог бы пройти дальше без особых хлопот. Но что будет в следующий раз? Если дать пауку восстановиться, Элайдже может не представиться второго шанса. А если ему снова понадобится этот перевал, кто поручится, что на этот раз верх не одержит монстр? В конце концов, животные тоже могут развиваться, как и разумные расы. У них нет преимуществ Системы, но они всё равно могут становиться сильнее – по крайней мере, так говорил опыт Элайджи и сведения из его справочников.
Нет – нужно убить его, пока есть возможность.
Активировав «Удар Хищника» и «Ядовитый Удар», он прыгнул. Благодаря Силе и усилению от первого навыка его когти вошли в голову существа сравнительно легко. Тем не менее, смерть не наступила мгновенно.
Вместо этого паук забился, едва не задев Элайджу одной из своих лап-копий. Тот отскочил, оттолкнулся от стены пещеры и атаковал снова. На этот раз когти были не так эффективны, но удар всё равно принес с собой новую дозу нейротоксина от «Ядовитого Удара».
Элайджа не прекращал движения: он перепрыгнул через спину паука и метнулся вглубь пещеры. Затем развернулся, припал к земле и стал наблюдать за конвульсиями врага. Мгновение спустя паук обнаружил его и рванулся вперед. Но Элайджа был слишком быстр – он легко уклонился, ответив на выпад своим ударом.
Так продолжалось и дальше. Каждый раз, когда когти Элайджи касались пушистого панциря, он впрыскивал новую порцию токсина. Однако, несмотря на раны – полученные и в прошлом бою, и в этом, – битва не спешила заканчиваться. Элайджа балансировал на острие ножа, едва уходя от одной атаки за другой. Наконец движения паука начали замедляться, но Элайджа продолжал натиск с прежней силой.
Именно тогда он осознал: там, в облике Стража, он был вовсе не так близок к победе, как ему казалось. Даже используй он «Обновление Стража», омолаживающего эффекта, скорее всего, не хватило бы для выживания.
Но теперь?
Ему оставалось лишь продолжать, и форма чешуйчатой пантеры доведет дело до конца.
Еще полчаса Элайджа методично атаковал, и паук медленно проигрывал битву нейротоксину. Когда усталость начала сказываться и на самом Элайдже, паук наконец поддался ранам и рухнул грудой лап и мехового панциря.
Элайджа затормозил, но приближаться не спешил. Он не думал, что монстр достаточно умен, чтобы притворяться мертвым, но рисковать не собирался. Он ждал, пока волна энергии за убийство не окатила его, подтверждая смерть твари, и только тогда позволил себе расслабиться.
[Поздравляем! Вы достигли тридцать второго уровня. Очки характеристик распределены в соответствии с вашим классом.]
Если у Элайджи и были сомнения в силе монстра, то тот факт, что за него дали почти целый уровень, подтверждал: это был далеко не заурядный зверь. Но сейчас его больше интересовало следующее уведомление. Однако, когда оно не появилось, он понял: его догадка о получении нового заклинания на тридцать втором уровне была ошибочной. С легким разочарованием он покинул пещеру и продолжил путь.
Обновлено: 20.02.2026