Небольшой цветочный павильон действительно был крошечным – узкий, вытянутый в длину, с деревянными стеллажами, установленными вдоль северной и южной стен, на которых в изобилии красовались горшки с орхидеями самых разных сортов. Когда Инь Лоу переступила порог вслед за Сяо До, её обволок пьянящий аромат цветов. Она непроизвольно вдохнула его полной грудью, радуясь возможности завязать с ним беседу.
– Неужели господин начальник питает слабость к орхидеям? Их здесь поистине великое множество! – воскликнула она, приседая, чтобы рассмотреть цветы поближе. Лепестки цимбидиума (1) были нежного жёлтого оттенка, обрамлённые по краям изысканной фиолетовой каймой, что придавало им особую утончённость. – Я тоже когда-то выращивала их, – прошептала она задумчиво. – У меня был большой глиняный горшок, за которым я ухаживала несколько зим подряд. Но потом Инь Гэ приглянулись мои цветы, и в день праздника цветов, воспользовавшись моим отсутствием, она тайком унесла их к себе.
Говоря это, Инь Лоу улыбалась с лёгкой грустью. Было заметно, что расставаться с цветами ей не хотелось, но и особой злобы в её голосе не чувствовалось. Девушка не принадлежала к числу тех, кто склонен преувеличивать свои невзгоды. Сталкиваясь с несправедливостью, она позволяла себе немного погрустить, а затем вновь поднимала глаза к небу, где её неизменно ждала безмятежная лазурь.
Сяо До любезно предложил ей присесть, налил чашу ароматного вина и спросил с лёгкой иронией:
– Разве Вам не становится грустно, когда у Вас отнимают то, что Вам по-настоящему дорого?
– А что проку в этой грусти? – ответила она, слегка покачивая чашей. – Было время, когда я плакала, но слёзы не приносили облегчения – напротив, в груди появлялась тягостная пустота. Когда плакала Инь Гэ, вокруг неё тут же собиралась толпа утешителей, но со мной такого никогда не случалось. Моя мать покинула этот мир слишком рано, и меня растила кормилица. Видимо, я была нелюбимым ребёнком – стоило мне лишь чуть громче заплакать, как она тут же принималась щипать меня под одеждой, выбирая места на спине, где синяки не были бы заметны. Я боялась жаловаться отцу, поэтому быстро усвоила урок и решила навсегда отучиться от слёз, – с этими словами она сделала небольшой глоток вина. На языке ощущалась лёгкая терпкость, но, согревая горло, вино оставляло приятное сладковатое послевкусие. – Вино поистине восхитительное, – улыбнулась она, слегка прищурившись. – Летом его можно охлаждать в колодце – тогда я, пожалуй, смогу осилить целый кувшин.
– Но чрезмерное увлечение им может привести к опьянению, – мягко предупредил он, поправляя широкие рукава своего шёлкового одеяния с узорами. – Немного вина – это изысканно, но перебор всегда является дурным тоном, – Сяо До учтиво положил ей в пиалу несколько кусочков изысканного угощения. – Если бы госпожа смогла остаться в скромном жилище Чэня до восьмого месяца, когда речные крабы наберут жирку, мы могли бы вместе любоваться луной, потягивая хуадяо (2). Это было бы поистине прекрасное времяпрепровождение. Однако осмелюсь предположить, что Его Величество вряд ли согласится ждать так долго. Пока Чэнь строит планы провести Фестиваль Середины Осени в Вашем обществе, Его Величество, возможно, уже строит собственные расчёты в стенах зала Ян Синь! – он изящным движением поднял чашу в её сторону. – Позвольте Чэню выпить за Ваше здоровье. Прошу не стесняться.
Инь Лоу ответила на тост, и они выпили в комфортной тишине. За окном внезапно пронеслась птица, её короткий крик постепенно затих вдали. Инь Лоу повернулась к окну – за его резной решёткой буйствовала весна, третья-четвёртая луна считалась самым прекрасным временем года. В саду росли две цветущие яблони, их ветви, никем не подрезанные, живописно тянулись к оконному проёму. Несколько молодых листочков пробивались сквозь затейливую резьбу оконной решётки, их глянцевая зелень радовала глаз.
Сяо До незаметно наблюдал за каждым её движением, в глубине души отмечая, что её спокойный, несколько флегматичный нрав идеально подходил для жизни в дворцовых стенах. Однако отсутствие амбиций означало и отсутствие продвижения, а без продвижения её быстро затмили бы другие. Сяо До аккуратно отложил чёрные лаковые палочки для еды, промокнул губы шёлковой салфеткой и заговорил:
– Вчера официально завершился траурный период по покойному Императору. Все бывшие наложницы были переведены в отведённые для них резиденции, а Его Величество обнародовал указ о назначении новых жён. Хэлань-ши, бывшая его супругой ещё во времена, когда он был принцем Императорской крови, получила титул Императрицы – это вполне ожидаемо. Две другие наложницы были возведены в ранг Фэй, однако место Гуй Фэй остаётся вакантным. Для Вас это поистине уникальная возможность.
Инь Лоу повернулась к нему, её глаза расширились от изумления:
– Господин начальник хочет сказать, что мне следует претендовать на эту позицию? Но моё положение... Я ведь принадлежала к гарему покойного Императора!
– Именно поэтому Чэнь ранее предлагал сделать достоянием гласности историю с подменой Бу-ши, – невозмутимо ответил он. – Такой шанс выпадает раз в тысячу лет. Неужели госпожа не желает хотя бы рассмотреть эту возможность? – его лицо оставалось бесстрастным, тонкий фарфоровый бокал медленно вращался между его пальцами, напоминавшими по цвету отполированную яшму. – Ваш рассказ о детских годах задел Чэня за живое. Чтобы достичь величия, необходимо отбросить сантименты. Позвольте мне взять это дело в свои руки – Вам останется лишь ожидать результата, не утруждая себя лишними хлопотами.
Инь Лоу безнадёжно опустила голову:
– Я уже говорила – это невозможно.
Она упёрлась, как скала, и продолжать настаивать не имело смысла. Что касается её привязанности к семье – она была права: можно бесконечно роптать на родных, но мысль об их гибели невыносима. Он позволил себе глубокий вздох.
_____
1. Цимбидиум – род вечнозелёных эпифитных растений семейства Орхидные. Эпифитные (растения, живущие на других растениях), литофитные (растения, приспособленные к жизни между скальных пород) или наземные растения, встречающиеся на высотах до двух тысяч метров над уровнем моря. Цветки от мелких до крупных. Цветовая гамма включает белые, зелёные, желтовато-зелёные, кремовые, жёлтые, коричневые, розовые и красные цвета и оттенки. Чашелистики и лепестки, как правило, одинаковой формы и окраски, свободные, ланцетные или серповидные. Насчитывает десятки видов.
2. 花雕 (huādiāo) – хуадяо – элитное сортовое вино из провинции Чжэцзян, отличающееся особой технологией приготовления. Его пьют, преимущественно, на свадьбах, а изготавливается оно семьёй невесты, поэтому часто называется "вином невесты". Его выдерживают не менее восемнадцати лет, открывая лишь тогда, когда дочь покидает родительский дом, выходя замуж. То есть, готовить его начинают как минимум с рождения ребёнка. Это по-своему чудная, но "правильная" позиция, которая подразумевает, что не нужно торопиться с браком дочери, пусть под родительским крылом поживёт хоть восемнадцать годков. Кувшины и чаны с этим вином закапывались по берегу пруда, обязательно зимой, когда пруды промерзали. Откапывать, впрочем, можно было в любое время, ждать со свадьбой до зимы необходимости не было. Вообще об этом вине есть много статей в интернете, так что если вам интересны подробности, загуглить будет легко.
Обновлено: 02.02.2026