Пудухепа всю ночь не спала, думая о тайном послании. Ей было ужасно интересно, кто его отправил, ведь этот человек явно был союзником. Но думать о возможном напарнике пока что не самое лучшее время, нужно было придумать, как избавиться от Нефертари, пока она не околдовала своими подозрениями всех во дворце.
— Ваше Высочество, вы выглядите не очень хорошо, – обеспокоенно сказала служанка.
— Да, этой ночью я плохо спала.
— Понимаю. Когда стало известно о смерти Шаррумы, то я тоже не могла уснуть, все боялась, что ее призрак придет ко мне.
— Призраков не существует, – с усмешкой проговорила принцесса, глядя в зеркало.
Ташми аккуратно причесывала волосы своей госпожи, а на столе лежало золотое украшение для волос с небольшим камнем изумруда в центре. Эта драгоценность должна будет красиво примоститься на лбу жены хеттского принца.
— Я так рада, что Ее Величество постепенно восстанавливается. Я слышала, что ей уже намного лучше, но, к сожалению, кормить свою дочь она не сможет. Наверное, придется отдать маленькую принцессу кормилице.
— И откуда же ты знаешь такие подробности? – спросила Пудухепа, приподняв одну бровь.
— А, мне Хувала рассказала. Вчера перед сном мы случайно столкнулись в коридоре и пока шли до своих комнат, разговорились. Она много хорошего рассказала про царицу.
Услышав имя служанки Нефертари, Пудухепа посмотрела на отражение в зеркале улыбающейся Ташми. Служанка царицы случайно столкнулась со служанкой главной подозреваемой. Как иронично. Жена хеттского принца прищурила глаза и надела на безымянный палец золотое кольцо с большим камнем изумруда в виде капли.
— Ты уже готова? – спросил слегка строгий мужской голос.
Пудухепа резко обернулась, не дав нормально надеть украшение для волос. В дверях ее покоев стоял Хаттусили, положив руки на пояс. Он выглядел как всегда внушительно и холодно. Многих девушек отталкивала эта серьезность и холодность принца, но только не Пудухепу. Ее наоборот все больше тянуло к нему. Она желала получить любовь этого мужчины, но все шло не так, как принцесса придумала у себя в голове, а виновата в этом одна девица.
— Почему Его Величество решил пригласить нас на обед? – спокойно спросила Пудухепа, вернувшись на свое место, чтобы позволить служанке закончить работу.
— Это не Его Величество пригласил нас, а царица. Сам узнал о приглашении на обед только сегодня утром.
Принцесса тут же напряглась и крепко сжала кулак. Получается, в послании говорилась правда. Нефертари действительно ее подозревает и теперь хочет что-то выяснить. Пудухепа ни за что не поверит, что это случайность. Таких совпадении не бывает. Однако выдавать себя не стоит. Девушка ни в чем не виновата. Главная виновница происшествия – Шаррума. Как только служанка закончила, то жена принца встала с гордо поднятой головой.
— Я готова. Давай сходим на обед и посмотрим, что там будет, – твердо проговорила Пудухепа, подавая Хаттусили руку. Мужчина взял ее, и они направились в трапезную.
Как и полагается Пудухепа и Хаттусили пришли раньше царской четы. Слуги уже все расставили на столе. Аромат свежеприготовленного мяса и гарнира был непередаваем. У любого бы заурчало в животе, но только не у принцессы. Почему-то ее наоборот тошнило. Из-за нервов и бессонной ночи, желудок словно выворачивало, но нельзя подавать виду. Принц помог своей жене разместиться за столом, а затем сел рядом.
— Ты в порядке? Какая-то бледная, – обеспокоенно спросил муж.
— Все хорошо, просто плохо спала, – с вымученной улыбкой ответила жена, а на самом деле внутри творились нешуточные страсти.
Спустя две минуты мучении в трапезной появились и царь с царицей. Принц и принцесса встали из-за своего места, чтобы поприветствовать их. Пудухепа не поднимала головы. Девушка боялась, что глаза выдадут ее. Как только царственные особы сели на свои места, то слуги разлили вино и принялись ухаживать за хозяевами.
— Надеюсь, что в этот раз мы спокойно пообедаем и обсудим какие-нибудь семейные дела, а может и рабочие, как получится, – с улыбкой проговорил Мурсили, отпивая вино из кубка.
— Да, мы же так редко обедаем всей семьей. Все вечно заняты, – с озорством проговорила Нефертари.
Услышав этот неприятный голос, Пудухепа подняла голову и встретилась взглядом с царицей, которая смотрела на нее с высоко поднятой головой и лукавой улыбкой.
— Надеюсь, что вы здоровы, Ваше Высочество, а то как-то бледны, – с некой издевкой проговорила Нефертари, поднимая кубок.
Принцесса сделала глубокий вздох. Она не могла позволить унижать себя. Раз царица объявила ей войну, то девушка обязана принять вызов и выиграть.
— Нефертари! – неожиданно окликнул ее Хаттусили.
— Для тебя Ее Величество. Не забывай, что я здесь, – с улыбкой сказал Мурсили и помахал рукой перед лицом дяди.
Царица даже не удостоила взглядом принца. Она до сих пор была зла. Нефертари понимала, что Хаттусили не обязан ей ничего рассказывать, знала, что так пытается огородить ее от неприятностей, но все равно в душе появилась обида.
Супруга хеттского принца взяла кубок с вином и сделала два больших глотка. Ее горло пересохло настолько, что болело. Но несмотря на всю стрессовую ситуацию, созданную царицей, Пудухепа держала спину прямо и открыто смотрела в глаза своей соперницы.
— Я тоже надеюсь, что вы здоровы, Ваше Величество. Вижу, что вам подали другое блюдо, нежели нам. Конечно, после отравления стоит есть более легкую пищу. Когда услышала, что преступницей оказалась Шаррума, то удивилась. Она всегда была такой хорошей девочкой, пару раз заменяла мою личную служанку, когда та болела. Как только решилась на такое?
Раз Нефертари решила устроить театральное представление, то принцесса просто не могла не подыграть. Сейчас было самое время включить дурочку, чтобы вывести своего оппонента на эмоции.
— Правда? К сожалению, мне не удалось познакомиться со столь прекрасной девушкой. Мы с ней даже никогда не пересекались, поэтому не могу представить, зачем она пыталась убить меня, – сказала Ее Величество и приложила ладонь к щеке, как обычно делали юные леди в каких-нибудь дешевых романтичных фильмах.
Хаттусили начинал знатно нервничать. От невыносимой атмосферы его правая нога затряслась. А вот Мурсили наоборот наблюдал за диалогом с улыбкой, уплетая мясо. Ему было весело. Однако взгляд царя был прикован не к красавице-жене, а так называемой тетушке. Хоть официально расследование и продолжается, но под подозрение правителя твердо попадал один человек. Он никоим образом не выказывал свои мысли по поводу Пудухепы. Но если выключить чувства и постараться включить голову, то было понятно, что во дворце именно у принцессы серьезный мотив для отравления царицы.
— Чаще всего убивают из-за зависти. Но я все же рада, что вы выжили, – с улыбкой проговорила Пудухепа и положила в рот маленький кусочек мяса.
— Даже интересно, почему вы мне завидуете, – сказала Нефертари и сделала глоток воды.
Принцесса резко подняла взгляд. Царица же облизнула своим губы и с прищуром посмотрела на девушку.
— Ваше Величество, данная тема не совсем приемлема за столом, – решил прекратить эти перипетии Хаттусили.
— Отчего же? Мне лично интересно выслушать мнение членов семьи. Тем более тех, кто даже не скрывает своей неприязни к моей жене, – чуть строго проговорил Мурсили и исподлобья бросил взгляд в сторону Пудухепы.
Девушка повернула голову и встретилась с этими подозревающими ее глазами. Новый комок нервов встал в глотке. Сердце стучало как бешенное. Только что царь без какой-либо утайки сказал о том, что подозревает ее в отравлении супруги. Противостоять глупой девчонке, которая еще толком не успела обжиться во дворце это одно, а вот иметь во врагах самого правителя – совершенно другое. А самое страшное то, что они супруги и могут смело подпитывать подозрения друг друга. В сложившейся ситуации Пудухепа чувствовала себя мышкой, которую в угол загнали две кошки.
Принцесса положила ладонь на руку своего супруга и посмотрела на него, однако не получила ответа. Ее любимый муж все это время наблюдал за Ее Величеством, осторожно поедавшей кашу. Складывалось ощущение, что этого человека совершенно не волновало то, что его жену только что оскорбили. Всегда стоит надеется только на себя.
— Я бы не сказала, что ненавижу царицу, просто у нас не было случая узнать друг друга лучше. Все-таки мне немного тяжело принять во дворце египтянку, которая не знает в совершенстве хеттского языка.
— А стоило бы уже привыкнуть. Тем более, Нефертари довольно неплохо говорить на хеттском языке. Не нужно искать проблемы там, где их нет. Стоит пользоваться своим положением, а не впускать в свое сердце зло, – гордо сказал Мурсили и сделал глоток вина.
Пудухепа иронично улыбнулась. Человек, сердце которого пропитано ненавистью и злостью, говорил подобные вещи. Если их вскрыть, то в душе царя невозможно будет ничего разглядеть под густой тьмой, в то время, как сердце принцессы еще не настолько пропиталось холодом. Любовь была главным светом в ее жизни.
Далее обед продолжился в тишине. Словно каждый человек, находящийся в трапезной, высказал свое мнение и обозначил границы. Атмосфера была очень тяжелой и гнетущей. Если можно было бы выразить цветом, то черный – главный оттенок в этом помещении. Каждый из особ в своей голове кого-то подозревал, кому-то всем сердцем желал подставить под ножку, кто-то хотел чьего-то падения. Ясно было одно, что в их сердцах засело нечто злое. Была объявлена война внутри дворца.
///
По окончании обеда Нефертари спокойным шагом возвращалась в свои покои. Девушка очень сильно желала взял маленькую дочь на руки и крепко обнять. Когда царица брала малышку, то ей становилось легче, словно камень сваливался с души. При виде столь красивых янтарных глаз все проблемы и распри оставались позади.
Непроизвольно на лице Ее Величества появилась улыбка, но она быстро омрачилась испугом, когда ее неожиданно схватили за запястье и уволокли за угол. Нефертари не успела и звука издать, как вдруг спина коснулась холодной стены, и чья-то тень нависла над ней. Девушка медленно подняла голову и встретилась с карими глазами оппонента. Хаттусили уперся одной рукой рядом с головой царицы, преграждая ей путь к отступлению.
— Что ты делаешь? – спросила Нефертари, подняв одну бровь.
— Это я у тебя хотел спросить. Что ты устроила за обедом? – немного грубо поинтересовался Хаттусили.
Девушка тяжело вздохнула и посмотрела на стену позади хеттского принца.
— Зачем наживаешь себе ненужных врагов? Почему бы не подружиться с Пудухепой?
На эти слова царица усмехнулась и вновь устремила свой взор на Хаттусили.
— А ты тоже дружишь с людьми, которые тебя травят?
— Нет никаких доказательств того, что именно Пудухепа отравила тебя. Я согласен, Шаррума не убийца, она лишь исполнила чей-то приказ, но подумай о самом яде. Один из ингредиентов можно найти на землях Египта. Пудухепа никогда не была в Египте, разумеется, не могла водить с кем-то дружбу.
— Я понимаю, Хаттусили, понимаю. Пудухепа – твоя жена и ты разумеется веришь ей. Будешь до последнего защищать ее. Тем более она принцесса и портить ей репутацию не хочется, но я уверена, что именно она отдала приказ. Мне не нужно, чтобы ты был на моей стороне и настраивать против жены тебя не хочу, но мотив у нее есть.
Зрение Нефертари слегка затуманилось. Причиной того были наступавшие слезы. В глубине души девушка хотела, чтобы возлюбленный встал на ее сторону, чтобы прислушался к ней и поделился результатами расследования, тогда бы и она рассказала о том, что знала. Вместе они могли бы сложить пазл воедино и узнать истинного преступника. Однако видя реакцию Хаттусили и слыша его слова, царица понимала, что он полностью перешел на сторону супруги. И это правильно. Нефертари искренне считала, что так и должно быть.
— Дело не в этом. Я просто не хочу, чтобы ты подвергала себя опасности. Сегодня ты вступила в конфронтацию с Пудухепой, и если она истинный преступник, то может вновь напасть на тебя. Нельзя говорить преступнику о том, что знаешь о нем.
— Предлагаешь смиренно сидеть в покоях и ждать, пока в очередной еде или напитке появится яд? Или пока не совершат покушение на мою дочь? Теперь я в ответе не только за себя, но и за Меритамон. Я обязана ее защитить. Да и если воевать, то напрямую, – строго проговорила Нефертари и ударила Хаттусили по руке, чтобы он убрал ее, но мужчина не поддался.
— Нефертари!
Царица не желала его слушать и просто наклонилась, дабы другим способом перейти преграду. Принц повернул голову. Солнце настолько ярко слепило глаза, что невозможно было разглядеть силуэт девушки.
— Кто знает, может Пудухепа тоже была лишь жертвой в этой игре, – это были последние слова царицы. После этого она покинула место, в которое ее привели и спокойно отправилась в свою комнату. Хаттусили, слыша звук ее шагов, закрыл глаза и сделал тяжелый вздох.
На самом деле хеттский принц надеялся сегодня помириться со своей любимой, но что-то пошло не так. Ссора стала только больше, а расстояние между ними увеличилось. Хаттусили не собирался как-то выгораживать Пудухепу. Честно, он сам активно подозревал ее, но ему очень не понравилась самостоятельность Нефертари. Его Высочество считал глупостью – прямое объявление войны. Все-таки кто бы что не говорил, но власти у хеттской принцессы внутри дворца больше, чем у хеттской царицы. Хаттусили элементарно боялся не успеть защитить Нефертари и в один день увидеть уже ее остывшее тело.
///
После происшествия в Хатусе прошло несколько дней. Пока внутренний дворец хеттов активно искал преступника, египетский двор готовился к своему первому походу под командованием нового фараона.
Рамсес и Тор стояли у величественной статуи Амон-Ра и обсуждали некоторые моменты предстоящего похода. В то же время Эвелин сидела неподалеку и внимательно наблюдала за тем, как время от времени меняется атмосфера столь важного разговора. Неожиданно к ней подошел один из жрецов и передал письмо. Эви с удивлением приняла послание. Как только девушка приступила к чтению, то на ее лице расцвела улыбка. Ей даже не нужно было смотреть подпись, чтобы понять, что письмо отправлено Нефертари. Однако счастье быстро закончилось на слове «отравление».
— ЧТО? – не сдержалась Эви и с громким криком встала со своего места. Рамсес и Тор посмотрели на нее.
— Что-то случилось? – спросил Тор, подбегая к жене. Взгляд верховного жреца невзначай упал на письмо. — Письмо от Нефертари?
Едва Тор произнес это имя, то подошел и Рамсес. Имя «Нефертари» словно было неким заклинанием для фараона. Оно одновременно согревало душу и причиняло боль.
— Да.
— Обычно ты читаешь ее письма с улыбкой, но в этот раз как-то бледна и испугана, – произнес Тор, вытирая платком пот со лба девушки.
Эвелин с неким испугом посмотрела на Рамсеса, не зная, стоит ли говорить об этом египетскому правителю, да еще и перед важным походом.
— Лучше не ври, – твердо сказал фараон. Его янтарные глаза были очень холодными и злыми.
Жрец приобнял возлюбленную за плечи, как будто старался придать храбрости.
— Нефертари пытались отравить. Она едва спаслась.
Тор прикрыл рукой свой рот.
На лице же Рамсеса можно было наблюдать целую гамму чувств. Сначала он испугался, потом пришел в себя, но в конечном итоге его брови сильно нахмурились, а руки сжались в кулаки. Мужчину трясло, но не от страха, а от злости.
— Кто? Кто посмел это сделать?!
— Неизвестно. Нефертари написала, что хеттский лекарь сказал о том, что одним из ингредиентов яда была трава, растущая преимущественно в Египте, поэтому она попросила меня провести расследование, – испуганно ответила Эвелин.
Фараон резким движением вырвал письмо из рук девушки, чтобы самому ознакомиться содержанием.
Да, Нефертари действительно просила о неофициальном расследовании со стороны Египта. Ей было важно знать, как яд мог попасть в хеттское царство, и кто послал его. При желании Эвелин могла обратиться за помощью к принцессе Хенутмире.
— Хеттская царица запрашивает официальное расследование? Она кого-то подозревает? Если преступник действительно в Египте, то это может вылиться в конфликт, – быстро говорил Тор, подойдя к другу.
— Разумеется, расследование неофициальное, иначе это письмо было бы у меня в руках. Я лично займусь этим расследование и своими же руками убью того, кто посмел отправить яд в Хатусу, – гневно произнес фараон, складки между его бровями стали еще сильнее.
— Ты не можешь лично вести это расследование. У нас на носу поход. Лучше сделаем так, как написала Нефертари. Пусть принцесса Хенутмира вместе с Эви проведут расследование по поводу отравления хеттской царицы, а мы пока отправимся в поход. Солдаты настроены на скорую войну и если сейчас все остановить, потом может аукнуться.
Рамсес хмыкнул. На его лице появилось что-то подобие улыбки.
— Ты и раньше больше прислушивался к Нефертари, нежели ко мне, Тор. Хорошо, пусть Хенутмира и Эви занимаются этим расследованием, но тайно. Никому не говорите о том, что Нефертари пытались убить. О каждом шаге расследования докладывайте мне, поняла?
— Да, Ваше Величество.
— Аменемхату я скажу, – проговорил Тор и скрестил руки на груди.
— Само собой, только главное, чтоб не орал на весь дворец.
Жрец опустил голову, понимая, что скорее всего так и будет.
Разумеется, интуиция мужчину не подвела. Едва Тор рассказал Аменемхату о попытке убийства хеттской царицы, тот начал кричать в приступе ярости, грозясь лично перерезать глотку преступнику. Четверо солдат еле-еле удержали своего командира.
Обновлено: 14.02.2026