С противоположного берега реки Мурсили, сидя на коне, наблюдал за тем, как небольшой отряд спасается от его сильных воинов. Этим неожиданным нападением он хотел посеять в рядах египетской армию панику и обеспечить себе быструю победу. Однако толику уважения хеттский царь все-таки испытал к своим врагам. Этот маленький отряд, состоящий в основном из молодых воинов давал хороший отпор уже опытным хеттским воякам.
— Ваше Величество, в этом лагере находится и царица. Вы уверены в ее безопасности? – спросил заместитель генерала, восседавший на лошади по правую руку от правителя.
— Рамсес Второй хотел воспользоваться моей женой, как своим щитом и в результате этого она погибла, – с улыбкой проговорил Мурсили.
Когда юноша узнал о том, что Нефертари вместе с Рамсесом отправилась на равнину, то испытал злость и чувство предательства. Почему-то ему не думалось, что его благоверная супруга находилась у египетского фараона на правах пленницы. Он был уверен, что Нефертари предала, а с предателями стоит жестко разбираться. Это война. Убийствам можно найти легкую причину.
— Если умрет, то заберу ее тело в Хатусу. Пусть дворцовые мыши узнают, что их ждет, – сказал Мурсили и обернулся, чтобы встретиться взглядом с заместителем генерала. Тот лишь смотрел на своего правителя с отвращением.
///
Тем временем Нефертари все также находилась в палатке и закрывала уши, потому что уже не могла слышать предсмертные вопли и то, как копья и стрелы протыкают человеческую плоть. Это было отвратительно и страшно. Неожиданно послышались тяжелые шаги, приближающиеся к палатке. Девушка тут же выпрямилась. Ее сердце бешено забилось от испуга. Она огляделась вокруг себя, чтобы найти хоть что-то, чем можно защититься. Единственным оружием, оставленным одним из воинов, был меч. Нефертари подошла и еле как достала его из ножен.
— Черт, тяжелый какой, – долго она его не продержала и бросила на землю. Сил не хватало просто держать меч не то, что сражаться. — Да уж, надо было научиться хоть каким-нибудь приемам, когда была возможность. Прям дама в беде.
В этот момент чья-то рука подняла ткань и яркий солнечный свет проник внутрь. Нефертари закрыла один глаз и подняла голову. Перед ней стоял хеттский воин. В его руках покоилось копье, с которого стекала кровь. Странно, но почему-то в этот момент она не испытывала страха. Наверно потому, что смерть уже пришла за ней и никуда не убежать. Девушка улыбнулась.
— Ваше Величество, почему вы улыбаетесь? – спросил воин средних лет. Он пришел убивать, но по какой-то причине его взгляд был грустным.
— Сама не знаю. Пока ты шел сюда я тряслась, а как только увидела тебя, то успокоилась. И почему же Мурсили приказал убить меня? – Нефертари решила держаться стойко. Если умирать, так с честью, а не рыдать в ногах своего палача.
— Предательство.
— Можно было и не спрашивать.
— Ваше Величество, простите…
Девушка посмотрела в глаза высокого крупного мужчины и увидела в них слезы.
— Но я не могу нарушить приказ.
Нефертари прищурилась. Ее глаза сами начали слезиться. А ведь сколько еще таких людей, которые никого не хотят убивать, а желают лишь спокойной жизни. Похоже, ее образ мышления не для древнего мира, где война – дело обычное. Бывшая хеттская царица хотела в последний раз увидеть свою дочь. За эти дни она очень по ней соскучилась.
Хеттский воин пошел в сторону девушки. Хватило лишь пару шагов его длинных ног, чтобы достичь цели. Вдруг Нефертари встала на колени. Ноги, словно ее не держали. В этот момент она нащупала рукоять меча, который некоторое время назад бросила. Ее сердце вновь бешено забилось, а по телу словно прошел ток. Как только хетт замахнулся своим копьем, дабы нанести жертве смертельный удар, девушка взяла меч в руки и полоснула по обоим ногам воина. От неожиданности мужчина упал. Раны оказались не смертельными, но глубокими. Меч был острым, а прилив адреналина сыграл свою роль. Капли крови попали на белое платье царицы.
Однако адреналин быстро проходит. Оружие вновь стало тяжелым и выпало из рук девушки. Хетт через боль опять поднялся на ноги. В этот раз Нефертари попыталась отползти назад. К сожалению, ноги ее не держали. Она ничего не понимала. Буквально минуту назад приняла смерть, а теперь почему-то активно сражалась. Но где хрупкая девушка, а где опытный воин. Мужчина поднял копье, а царица закрыла глаза. Но… удара не последовало. Нефертари услышала только скрежет. Она открыла глаза и увидела Хаттусили, который с помощью меча остановил атаку копья.
Хеттский войн замешкался. Он не ожидал прибытия принца. Хаттусили воспользовался этим секундным замешательством и вонзил меч в живот мужчины. Глаза воина расширились, а изо рта потекла кровь. Его Высочество сильнее нахмурил брови и резко вынул свой острый меч. Кровь окрасила лезвие и попала на черную накидку.
— Ваше Высочество… – таковы были последние слова этого храбреца.
Все произошло настолько быстро, что Нефертари не могла прийти в себя. Случившееся до сих пор не желало укладываться в голове. Все выглядело каким-то страшным сном. Девушка закрыла уши и наклонила голову. Ее тело дрожало, а голова раскалывалась. Вдруг крепкая мужская рука схватила красавицу за запястье и подняла на ноги. Вскоре бывшую царицу заключили в объятия. Столь знакомое тепло позволило Нефертари чуть расслабиться, и она осторожно положила руки на спину принца.
С каждым вздохом Хаттусили все крепче обнимал свою возлюбленную и впивался носом в ее шею, желая почувствовать любимый запах и ощутить тепло столь дорогого человека.
— Ты не ранена? – чуть обеспокоенно спросил мужчина и разомкнул объятия.
— Нет, только испугалась, – с выдавленной улыбкой ответила Нефертари. На самом деле по ее телу до сих пор шла дрожь.
— Для испуганного человека ты хорошо справилась. Смогла ранить опытного воина, – смеясь сказал Хаттусили и мягко ударил девушку по кончику носа. Нефертари сморщилась.
— Что теперь будет?
Принц положил свои руки на щеки возлюбленной и чуть приподнял ее лицо.
— Ничего страшного. Все будет хорошо, – сказав так, мужчина коснулся губами губ девушки. Нефертари закрыла глаза и ответила на поцелуй. С каждым моментом он становился все глубже. Словно эти два человека хотели поглотить друг друга без остатка.
Через некоторое время Хаттусили оставил губы Нефертари и коснулся лбом ее лба.
— Я сейчас тебе кое-что скажу, только не паникуй.
— Мне уже страшно.
— Обязательно поделись с Рамсесом этой информацией, когда он прибудет сюда.
— Боже, говори уже! Ты заставляешь меня нервничать.
Хеттский принц сделал глубокий вздох и выпрямился.
— Мурсили взял с собой Меритамон. Она сейчас с ним, и он хочет использовать ее для победы над Египтом.
Глаза Нефертари расширились. Ее взгляд был наполнен страхом. В душе вновь появилось это неприятное чувство беспокойства.
— Как это получилось? Я оставила ее в Хатусе, надеясь, что ты и Хувала защитите мою дочь. Так как она оказалась в руках Мурсили? КАК?!
Девушка не могла контролировать свои эмоции. Беспокойство, злость, страх – все перемешалось. Она одновременно кричала и плакала.
— Успокойся. Именно поэтому я и рассказал об этом, чтобы обеспечить ее безопасность.
— Обеспечить безопасность? О какой безопасности ты говоришь, когда она находится в руках такого человека, как Мурсили? – Нефертари кричала.
— Просто верь мне.
Девушка засмеялась и прищурив взгляд, посмотрела на Хаттусили.
— Я бы посмотрела, удалось бы тебе успокоиться и кому-то поверить, если бы твой ребенок находился в руках сумасшедшего человека, который в свое время не поскупился приложить руку к смерти собственного отца!
— Нефертари!
Мужчина не стал спорить с ней, а просто заключил в объятия. Нефертари пыталась вырваться, но Хаттусили не мог позволить этому случиться.
— Нефертари, твои слова были очень жестоки, ведь я люблю эту девочку не меньше тебя. Я в таком же ужасе, что и ты, поэтому обещаю, что обязательно верну ее. С Меритамон ничего не случится.
Хеттская царица закрыла глаза и обняла принца. Почему же этот кошмар все не прекращался. Нефертари чувствовала, что сходит с ума.
Вдруг они вновь услышали звук копыт и крики уже хеттских воинов. Хаттусили осторожно подошел ко входу и приподнял ткань. Ситуация на поле боя резко изменилась. К маленькому египетскому отряду пришла подмога. Неожиданное нападение и работа лучников делали свое дело. Хетты умирали один за другим. А возглавлял это нападение Аменемхат. Сидя на коне, генерал сносил головы одному противнику за другим, активно продвигаясь к палатке.
— Похоже, тут нам придется расстаться, – серьезно проговорил Хаттусили. Он последний раз поцеловал Нефертари и быстро исчез. Все произошло в такой спешке, что девушка даже не успела ничего понять. Однако оставалась проблема – тело хеттского воина в палатке. Аменемхат не должен знать, что принц хеттов был здесь. Похоже, придется импровизировать.
Нефертари еле-еле подняла меч, села на бездыханное тело мужчины и вонзила его в полученную до этого рану. Удача! Именно в этот момент Аменемхат спешился с лошади и вбежал в палатку. Глаза мужчины расширились от удивления. Воин пару раз моргнул, потряс голов и только тогда пришел в себя. Он подбежал к девушке и помог встать.
— Я так беспокоился. Ты в порядке?
— Да. Благо кто-то оставил свой меч в палатке.
— А я и не знал, что ты умеешь пользоваться мечом, – проговорил Аменемхат и достал оружие из мертвого тела.
— Захочешь жить и не такому научишься.
Генерал в очередной раз бросил на нее удивленный взгляд и покачал головой.
— Я тебя боюсь. Я всегда думал, что все женщины хрупкие создания, а тут такое. Ты нанесла мне непоправимую травму.
Нефертари положила руку на пояс.
— Я не все.
— Это заметно.
— Важно другое. Этот воин сказал, что моя дочь находится сейчас с Мурсили.
Аменемхат нахмурился. И уже который раз пожалел, что перед началом боя не выпил кувшин вина.
///
Мурсили очень не нравилась смена сторон. Он был уверен, что практически выиграл, но откуда-то появилось подкрепление. Получается, кому-то удалось сбежать. Первая, на кого подумал хеттский царь, это Нефертари. И вновь в его душе вскипела ярость. Очередное предательство. Хорошо, что в его руках все еще оставался главный козырь – принцесса Египта.
— Отправь еще воинов. Нельзя позволить египтянам вернуть лагерь, – приказал Мурсили заместителю генерала.
— Слушаюсь.
— Да, и еще. Если Ее Величество жива, то пусть не трогают, а приведут ко мне.
— Да.
И вот еще пятьсот колесниц и четыре тысячи пехотинцев отправились на подмогу. Улыбка вновь появилась на губах правителя хеттов. Можно сказать, что победа уже была у него в руках. Мурсили был готов праздновать выигрыш, как в эту же секунду удача повернулась к нему спиной. Откуда-то взялась еще одна египетская армия, возглавляемая лично фараоном Рамсесом Вторым.
— Что? Разве он не должен был сражаться на равнине?
— Если верить доносам, то сражение там продолжается, но возглавляет войско другой человек. Фараон же взял отряд и отправился на подмогу в лагерь.
Лицо хеттского царя тут же обезобразилось маской гнева.
В отличие от места первого сражения здесь местность была не слишком ровной, поэтому преимущество явно уходило египтянам с их легкими колесницами. Да к тому же на этих колесницах были лучники, способные поражать цель издалека. Хеттские же колесницы, желавшие дать отпор противнику, просто не могли доехать до них – либо ломались, либо опрокидывались. И их тут же достигала стрела. Однако хеттским воинам стоило отдать должное, благодаря своей сплоченности, организованности и храбрости, они смогли сражаться на равных. Конечно, армия хеттов превышала войско египтян, да еще и вооружение было лучше.
Сражение вышло довольно кровопролитным. То одна сторона, то вторая брала трофей. Так Египет и Хатуса перекидывали победу друг другу.
К вечеру, когда потери были уже приличными, Мурсили не выдержал.
— Вези сюда Меритамон.
— Ваше Величество, может стоит пойти на перемирие. Я уверен, что фараон Египта согласится, – обеспокоенно сказал заместитель генерала.
— Я сказал принести мне Меритамон. Смеешь оспаривать приказы?
— Нет, Ваше Величество.
Тем временем Рамсес приказал своим войскам отойти. Потери были очень большими с обеих сторон, и он был уверен, что вот-вот Мурсили пойдет на перемирие. За несколько часов боя, что те, что другие воины вымотались, да и в придачу имели серьезные раны.
Услышав, что все успокоилось, Нефертари вышла из палатки. Девушка закрыла рот, чтобы ненароком не закричать от огромного количества крови и мертвых тел. Очень страшно находится среди всего этого, зная, что происходящее не страшный сон.
Рамсес спустился с лошади и подошел к ней. Нефертари грустным взглядом посмотрела на фараона. Мужчина протянул руку и заключил девушку в объятия. Когда египетский царь узнал о нападении на лагерь, то чуть не сошел с ума. Ему было довольно тяжело сохранить ясность ума, чтобы придумать хоть какой-то план. Рука, в которой он держал меч, дрожала, ведь помимо бравых воинов в лагере оставалось самое дорогое – любимая девушка.
— Думаешь, Мурсили пойдет на переговоры? – спросила Нефертари чуть отодвинувшись от Рамсеса, но по-прежнему находящаяся в его объятиях.
— У него нет выбора. С обеих сторон большие потери, поэтому перемирие самый лучший вариант.
— Рамсес, мужчина, который напал на меня в палатке рассказал мне, что Меритамон находится вместе с Мурсили, – дрожащим голосом проговорила девушка.
Глаза мужчины расширились, а хватка на плече возлюбленной стала сильнее. В миг у египетского царя появилось дурное чувство. Что если хеттского царя до сих пор нет по причине того, что в данный момент в его руках находится серьезный козырь. В голове Рамсеса вновь начали путаться мысли, наступила легкая паника. Нужно было в срочном порядке придумать какой-то план на случай, если Мурсили действительно начнет прикрываться ребенком, как щитом.
— Рамсес, Мурсили Третий переходит реку. Похоже, он все-таки решился поговорить, – сказал только что подъехавший Аменемхат. Он буквально недавно получил это донесение.
— А на переговоры ли он едет? – у Рамсеса закрались сомнения. — Что там на другом поле боя?
— Мурсили Третий разместил войска позади «Старого Кадеша». Сейчас мы держим осаду.
— Хорошо. Хоть какие-то благие вести на сегодня, – фараон с облегчением выдохнул. — Приведите еще одну лошадь.
Приказ немедленно был исполнен. Юный воин привел жеребца и помог Нефертари сесть. Рамсес же взобрался на свою лошадь и подъехал к девушке. Отряд окружил их. Издалека они выглядели как настоящие царь и царица в окружении своих воинов.
Для многих это была прекрасная картина, но только не для Мурсили. Чем ближе он приближался, чем лучше фокусировалось его зрение, тем сильнее пылал огонь ярости внутри. Юноша понял, что ошибся. Нефертари не сбегала из лагеря, чтобы предупредить Рамсеса, а оставалась на поле боя до самого конца. Но хеттский царь все равно считал ее своего рода предателем, поскольку прекрасно знал о чувствах фараона и понимал, что без уговоров и упрямства этой девушки, царь ни за что бы не взял ее с собой. Однако война еще не проиграна, ведь позади него, в руках солдата, ехала маленькая девочка, способная перевернуть исход истории.
Мурсили с раздражающей улыбкой на лице подъехал к Рамсесу и остановил лошадь напротив него. Рядом с царем находился только заместитель генерала, остальные бравые воины держались на некотором расстоянии.
— Однако какая идиллия. Можно ли считать это воссоединением возлюбленных? – спокойно проговорил Мурсили, обратив свой взор в сторону Нефертари. Девушка нахмурилась.
— Ну, не хмурься. Хотя твое злое лицо мне тоже нравится, – продолжал ерничать хеттский царь, как будто специально раздражая своих противников. — Мне сказали, что египтяне держат мою супругу как пленницу, но мои глаза видят другое. Разве так обращаются с пленницей? Больше походит на египетскую царицу, только короны не хватает.
— Прекрати уже. Ты пришел сюда ради переговоров или чтобы устраивать представления? – Рамсес не выдержал первым.
Веселое настроение Мурсили тут же исчезло, и он злобно посмотрел на египетского фараона.
— Я похож на человека, который желает вести с тобой какие-то переговоры? Ты держишь у себя мою жену, о каком перемирии идет речь?
— Жену? А не ты ли свою жену чуть не убил, когда напал на практически беззащитный лагерь? – голос Рамсеса был настолько холодным, что способен заморозить целый океан.
Хеттский царь и египетский фараон со злобой и ненавистью смотрели друга на друга. Их глаза словно метали молнии. Никто бы не посмел вклиниться в разговор в данный момент.
— Однако давай оставим личные препирательства и обсудим сложившуюся ситуацию. С обоих сторон большие потери, поэтому я предлагаю перемирие, – Рамсесу кое-как удалось обуздать свой гнев и вернуть холодность мыслей.
— Да? А ты уверен, что являешься той стороной, которая должна ставить мне условия? – чуть грубо проговорил Мурсили, наклонил голову на бок и улыбнулся.
Аменемхат и Нефертари переглянулись. Рамсес нахмурился еще сильнее.
— О чем ты? У нас ничья. Стоит пойти на перемирие и спасти остатки войск.
Хеттский царь приподнял одну брови, сохраняя улыбку.
Нефертари с подозрением смотрела на Мурсили. К сожалению, она не могла прочитать и понять его мысли, а знании по истории тут бы не пригодились, ведь все итак шло как попало. Хотя нет…
«Хоть по истории с Рамсесом воевал Муваталли Второй, но сражение все равно получилось, как в учебнике. Насколько я помню после этого сражения Муваталли и Рамсес заключили перемирие, так почему Мурсили так упирается? Почему он так уверен в себе? Из-за того, что в его руках Меритамон? Нет, взяв ее в заложники он полностью ход войны не перевернет, а лишь сможет уйти на выигрышных для себя условиях. Так почему он ведет себя как победитель? У них же ничья».
Нефертари дотронулась до своего лба. Голова начинала болеть. Что-то не давало ей покоя. Рамсес пойдет на любые условия, чтобы вернуть Меритамон – девушка верила в это, но ничья все равно так и останется ничьей. Что происходит?
— Думай, Нефертари, думай, – вполголоса говорила она, слегка постукивая кулаком по своему лбу. — Что еще было в той старой книге твоего отца. О чем еще он мог рассказывать…
В этот момент в голове Нефертари всплыли слова Аменемхата: «Мурсили Третий разместил войска позади «Старого Кадеша». Сейчас мы держим осаду». Девушка повернулась к генералу.
— Аменемхат, откуда известно, что Мурсили разместил войска позади «Старого Кадеша»?
— М? Шасу доложили Рамсесу.
— А разведка?
— Рамсес доверяет шасу, поэтому разведка не проводилась.
— Вот как. Тогда я понимаю, почему Мурсили такой спокойный.
— А?
Теперь все встало на свои места. Хоть история и идет как попало, но главные действующие лица на своих местах, кроме Мурсили Третьего. Зря Рамсес Второй доверял этим людям. В исторических хрониках кочевники-бедуины шасу были союзниками хеттов и главными предателями. Это не египетские войска держат осаду Кадеша, а хеттские воины в стороне посмеиваются над глупостью командира. А может уже и не посмеиваются.
— Генерал! Новости с поля боя. Хетты огромным числом напали на наши войска, осаждающие «Старый Кадеш».
Аменемхата как громом поразило. Вот так, в одно мгновение, все перевернулось. Мужчина подъехал к фараону и доложил не самую лучшую ситуацию. Узнав об этом, Рамсес злобно посмотрел на Мурсили, который до сих пор улыбался.
— Что случилось? Что пошло не так?
— Рамсес, мы больше не можем вести осаду Кадеша.
— Пусть отступают к Дамаску и ждут нас там. Оттуда уже отправимся в Египет.
— Да.
Фараон со всей силы сомкнул губы, смотря на хитрое и в то же время веселое лицо противника.
— Ну так что, давай поговорим. Только уже на моих условиях.
Мурсили махнул рукой, и воин с ребенком на руках подъехал к царю.
Удивительно, что при таких обстоятельствах маленькая Меритамон спокойно спала.
Обновлено: 14.02.2026