Аксель, как и всегда, закончив завтрак, как раз собирался прихватить обед для Хеленс и направиться к её клетке.
«…!»
Ещё до того, как корзинка была собрана, Аксель услышал гул резонирующего круга.
Он бросился наружу, не раздумывая ни секунды. На улице было светло, и вероятность опасности казалась низкой, но осторожность никогда не была лишней.
Судя по тому, что он разузнал за последние несколько дней, влияние герцога уже давно превзошло власть принца. Можно было смело сказать, что королевский дворец находится в руках герцога.
Если бы герцог решил смириться с небольшим ущербом для репутации и хлопотами по заметанию следов, он вполне мог бы убить Хеленс даже средь бела дня.
Хотя Хеленс была сильнее обычного человека, если бы на неё напали толпой, ей было бы трудно вырваться.
— Аксель?
Он примчался запыхавшись, но у клетки Хеленс всё было мирно как никогда.
Единственным, в чьей душе мира не было, оставался сам Аксель.
— А, это он среагировал.
Хеленс, удивлённо уставившаяся на внезапно появившегося Акселя, осознала присутствие магического круга и хлопнула себя по колену. Ей показалось, что когда Айль подошёл к решётке, что-то чёрное на полу зашевелилось. Видимо, Магический круг сработал.
«А работает-то на совесть».
Увидев своими глазами эффективность системы безопасности, работающей на магической силе, Хеленс почувствовала уверенность. Однако Акселю ситуация явно не нравилась, и он смотрел на Айля так, словно собирался его сожрать.
— Айль пришёл, чтобы доложиться.
— Да! Я подумал, вам будет интересно узнать, что произошло вчера!
Лицо Айля было покрыто синяками от побоев.
И всё же, несмотря на это, он широко и радостно улыбался. Уголки его рта, разошедшиеся от улыбки, видимо, побаливали — он вздрагивал, но всё равно продолжал хихикать.
Тут даже Аксель засомневался. Почему этот человек так доволен после того, как его избили? Он выглядел таким счастливым и гордым, что…
— Он вчера головой ударился? Его по голове били?
Казалось, с его головой что-то не так. Аксель проявил милосердие и не стал превращать его в дурачка, а он сам пришёл в таком виде.
Аксель подумал, что, возможно, такова судьба этого человека.
— По голове меня били, но я в полном порядке.
— Ты действительно в порядке? — спросила Хеленс обеспокоенным голосом, так как со стороны он выглядел совсем неважно.
— Да, конечно!
Айля избили сильнее, чем когда-либо в жизни, но чувствовал он себя лучше, чем когда-либо.
— Тогда расскажешь, что случилось?
— Да, принцесса. Сначала я, как вы и велели, вернулся в банкетный зал через северные ворота. И стоило Гасу меня увидеть, как он тут же выскочил следом.
— И что потом?
— Я сказал, что вернулся, потому что принцесса отпустила меня. И тогда он, не говоря ни слова, начал размахивать кулаками.
Взгляд Хеленс упал на уголок рта Айля, который снова закровоточил, пока он говорил.
Говорят, что перед красавцем в образе печальной жертвы невозможно устоять, и его израненное лицо действительно пробуждало какой-то защитный инстинкт…
«Так, стоп. О чём я только думаю, глядя на побитого ребёнка».
Хеленс притворно кашлянула, словно её мысли могли прочитать.
— Тебе сильно досталось?
— Нем-немного? Но я тоже не просто стоял и терпел!
Айль сжал правую руку в кулак и гордо поднял её.
— Я тоже его ударил. Один раз.
Тот единственный удар после целой жизни, проведённой в качестве боксёрской груши.
Айль не мог забыть этот восторг. Когда он увидел струю крови, текущую из носа Гаса, всё его тело пронзила дрожь.
— У Гаса пошла кровь из носа. А у меня — нет.
— Значит, Айль, ты победил.
Хеленс даже похлопала в ладоши, выражая гордость. Айль довольно заулыбался и пообещал:
— В следующий раз я ударю его дважды.
На что Хеленс похвалила его:
— Отличная решимость, Айль.
У Акселя же от этого нелепого диалога начала кружиться голова.
Он не мог понять этого человека, который выглядел гордым, хотя получил десятки ударов в обмен на один, и это чудовище, которое хлопало ему в ладоши и хвалило.
И понимать не хотел. И вообще, с чего это они так разлюбезничались, хотя виделись вчера всего мгновение?
На душе у него стало как-то неприятно.
— Так ты пришёл сюда только для того, чтобы похвастаться своим единственным ударом?
Аксель словно вылил ушат холодной воды на их дружескую беседу.
— А, конечно же нет, господин Аксель.
Айль спохватился и постарался унять возбуждение. «Наконец-то пойдёт конструктивный разговор», — подумал Аксель, ожидая слов Айля.
Он надеялся услышать зацепки: как отреагировал Людвиг, или что Гас необычайно нервничал под его взглядом.
Разве не для того, чтобы он всё это разузнал, Аксель отпустил его целым и невредимым, не тронув разум?
Однако надежды Акселя рассыпались в прах в тот момент, когда Айль подтащил большую корзину для пикника прямо к решётке и поставил её на землю.
— Я пришёл, чтобы извиниться за вчерашнюю грубость.
Приходить с полными руками подарков, когда просишь прощения — долг джентльмена.
Айль долго размышлял, что могло бы понравиться Хеленс, и подготовил подарок.
По его мнению, он проявил достаточно учтивости для аудиенции у принцессы.
Айль посмотрел на Акселя с выражением «ну как?».
— Нет, я…
Аксель лишился дара речи, глядя на лицо Айля, вопрошающее: «Ведь неплохо же, правда?». Чтобы заставить дракона замолчать — нужно быть незаурядным человеком.
— И что, не было никого, кто вел бы себя подозрительно?
— Э-э, нет, не было.
Айль невинно захлопал глазами. Аксель был готов взорваться. Но в тот момент, когда он собирался сказать что-то ещё…
Ур-р-р-р-р
Желудок Хеленс подал голос, причём весьма громогласно.
Корзина для пикника Айля открылась.
Внутри клетки Хеленс начал накрываться настоящий пир.
Руки Айля так и мелькали в отверстии, через которое подавали еду. Он расстелил на траве скатерть, а сверху положил салфетки.
— О-о-о.
Хеленс не переставала восхищаться.
Это был самый приличный обед с тех пор, как она оказалась здесь.
— Я приготовил мясной пирог с базиликом, надеюсь, он придётся вам по вкусу.
На белоснежную тарелку с синей каймой по краям лег мясной пирог размером с две ладони.
Запах специй вместе с аппетитным ароматом мяса ударил в нос.
Хеленс непроизвольно облизнулась. От одного запаха она почувствовала дикий голод.
Глоть
Она сглотнула слюну.
Как только Айль протянул тарелку через отверстие, Хеленс мгновенно её подхватила.
Стоило ей откусить кусочек, как рот наполнился сочным мясным соком с пикантными нотками мелко нарезанного лука и перца.
Видя, как охотно ест Хеленс, Айль чувствовал небывалое удовлетворение.
На самом деле он десятки раз сомневался, не принести ли ей просто мясо, ведь Хеленс наверняка его любит, но боялся, что это будет выглядеть так, будто он относится к принцессе как к животному.
В итоге он пошёл на компромисс и выбрал мясной пирог, и это было правильное решение.
— …Так вкусно? — Аксель, наблюдая за тем, как Хеленс уплетает пирог с невероятной скоростью, достал из кармана платка.
Не в силах больше на это смотреть, он вытер крошки пирога с уголков её рта. Не желая уступать, Айль достал напитки.
— Принцесса, вы не хотите пить? Я не знал, что вам нравится, поэтому принёс три вида: яблочный, апельсиновый и вишнёвый.
Из корзины для пикника одна за другой появлялись разноцветные бутылочки с соком.
Айль наливал сок в кубок, а Аксель сидел рядом и время от времени вытирал ей рот.
«Вау, так вот она какая — жизнь принцессы?»
Наслаждаясь неожиданной роскошью, Хеленс довольно облизывалась. Ей казалось, что она пробует на вкус свою будущую жизнь после того, как Карлайл взойдет на трон.
Этот вкус роскоши, когда тебе не нужно и пальцем шевелить, а красивые мужчины прислуживают тебе…
«Это лучшее».
Это был божественный вкус. Хеленс окончательно утвердилась в решимости сделать Карлайла королём, причём очень сильным королём.
Только если король будет силён, в казну будет течь много денег, а если будет много денег, он сможет обеспечить ей роскошную жизнь.
«Слуг, которые будут мне прислуживать, я обязательно выберу среди красавцев».
Ведь даже та же еда кажется вкуснее, если её подаёт красавец.
— На десерт я приготовил зелёный виноград, надеюсь, вы его любите?
Айль достал из корзины очень аппетитный на вид виноград. Каждая ягода была словно драгоценный камень — упругая, блестящая, готовая лопнуть от малейшего прикосновения.
— Это виноград Жамбёр. Сезонный фрукт, который можно попробовать только в это время…
Договаривая, Айль запнулся, увидев, как Хеленс раздавливает виноградину когтем. Он не подумал и подал целую гроздь, но строение передних лап Хеленс не позволяло аккуратно отрывать ягоды.
Хеленс и сама пыталась есть благородно, но против физиологии не попрёшь.
— А ну дай сюда.
В тот момент, когда ситуация грозила стать неловкой, Аксель почти выхватил тарелку с виноградом из рук Хеленс. Затем он оторвал ягоду и на всякий случай ещё раз протёр её платком.
— Но я же его помыл… — тихо пробормотал Айль, но Аксель хладнокровно его проигнорировал.
— Скажи: «А».
— А.
Хеленс послушно открыла рот и принялась жевать виноград, который вкладывал ей Аксель. Во рту ягода с треском лопнула, выпуская освежающий аромат, и кисло-сладкая мякоть мгновенно обволокла язык.
Это был незабываемый вкус.
Да, это был вкус шайн-муската.
Тот самый дорогой фрукт, который хозяин ресторана, где она подрабатывала, получил в подарок на праздник и, будучи в хорошем настроении, выделил ей дольку. С тех пор она не могла забыть этот вкус.
Каждый раз в супермаркете она топталась перед полками с шайн-мускатом, но, глядя на цену, всегда уходила ни с чем.
«Вот выплачу все долги — и обязательно куплю».
Хеленс давала себе это обещание каждый раз.
Она работала усерднее всех, выплачивая долги, и когда оставался последний миллион вон… она безвременно скончалась.
— Проклятье!
Ведь почти всё выплатила! Почему именно тогда нужно было умирать?!
Забытая обида вспыхнула с новой силой.
— Слишком вкусно! Просто невероятно вкусно.
Это был вкус винограда, омытого слезами.
Примерно в то время, когда Хеленс ела виноград со вкусом слёз, герцог принимал лекарство от головной боли. Только осушив стакан холодной воды, герцог заговорил.
— Ты хочешь сказать, что не видел молодого господина Леметра, в то время как солдаты у северных ворот его видели?
— Так точно.
Герцог издал сухой смешок, полный разочарования.
Гас, Айль и солдаты у ворот — все говорили, что Айль ходил к клетке принцессы, и только Людвиг, который следовал за ним, ничего не видел.
Чертовщина какая-то. Герцога мучило неприятное чувство дежавю. Нечто подобное происходило и тогда, когда он пытался убить Карлайла.
Подсыпали ли яд в еду, посылали ли первоклассных наёмников — Карлайл каждый раз выживал. Словно кто-то всемогущий помогал ему.
А теперь казалось, что это нечто всемогущее помогает Хеленс.
— На всякий случай я установил слежку за молодым господином Леметром.
— Не подходите слишком близко, наблюдайте издалека и тихо. Так, чтобы граф не заметил. И распорядись выставить стражу у клетки принцессы.
— Стражу у клетки? Но тогда будет сложнее избавиться от неё…
Людвиг был недоволен тем, что дело с принцессой усложняется. Честно говоря, он считал, что можно сначала убить принцессу, а потом уже придумать оправдание — проблем бы не возникло.
Кого волнует, как умерла принцесса, несущая Роковое проклятие?
— В любом случае, в ближайшее время это невозможно.
Герцог поднялся со своего места и поправил одежду.
— Невозможно? Что-то случилось?
— Только что прибыл человек из Магической башни.
Его веки, всегда сохранявшие спокойствие, мелко задрожали.
Непредвиденные события происходили одно за другим.
— Проклятые маги из Башни, решили вот так завалиться?
Сглатывая ругательства, герцог вышел из кабинета и направился в приемную.
В приемную королевского дворца, где его ждал тот, кого называли вторым человеком в Магической башне.
Обновлено: 20.02.2026