Эта вынужденная близость стала для Инь Лоу тяжким ударом. Некоторое время Вань Вань наблюдала, как та всё больше погружается в тоску и уныние, а вскоре Инь Лоу и вовсе занедужила. В столице же меж тем вспыхнула паника из-за появления лис-оборотней (1); вновь учреждённая Незримая Сыскная Палата (2) не справлялось со своими обязанностями, и хотя Император первоначально намеревался постепенно оттеснить и ослабить Тайную Сыскную Палату, из-за этой неразрешённой проблемы ему пришлось вернуть Сяо До и вновь призвать его в столицу.
О его возвращении Вань Вань ничего не знала. В тот день она, как обычно, отправилась наведаться во дворец Хуэй Луань и возвращалась лишь под вечер. Проходя по узкому внутреннему проходу, она издали заметила приёмного сына Сяо До, Цао Чунь Ана, который, подпрыгивая на ходу, поспешил к ней и почтительно сложил руки в приветствии:
– Вашему Высочеству, Хэ Дэ Ди Цзи, нижайший поклон!
Сердце Вань Вань наполнилось радостным волнением.
– Главный управитель наконец-то вернулся?
Цао Чунь Ан подтвердил:
– Только что вступил во дворец, и тут же Её Величество Вдовствующая Императрица потребовала его к себе для беседы, сейчас они ведут разговор в покоях Цы Нин!
– Давно он там?
Цао Чунь Ан прикинул:
– Уже время на две чашки чая (3) прошло. Её Величество Вдовствующая Императрица во всём полагается на моего названного отца, Ваше Высочество сами изволите знать. Боюсь, ещё задержится. Если Ваше Высочество имеют какое-либо поручение, прикажите своей служанке, и я непременно передам отцу.
Вань Вань покачала головой:
– Никаких особых поручений. До запирания ворот ещё есть время, я как раз собиралась пройтись по саду. Можешь идти по своим делам.
Цао Чунь Ан почтительно поклонился, согнувшись в пояс, и направился в сторону резиденции Тайной Сыскной Палаты.
Стоял конец знойного лета. Солнце уже скрылось, алое зарево застилало небосвод, растекаясь с самого западного края и поднимаясь ввысь, к макушке, где переливалось причудливыми узорами. Она бродила возле ворот Лун Цзун, не в силах заставить себя уйти: здесь сходились путь от покоев Вдовствующей Императрицы, дворца Цы Нин, и длинная Западная улица, и если он направится в расположение Тайной Сыскной Палаты, ему непременно придётся пройти здесь. Три месяца они не виделись, и она, признаться, немного по нему тосковала. Человеческое сердце поистине изменчиво: вначале, из-за слухов о его неясных связях с почтенной Императрицей Чжао, Вань Вань испытывала к нему неприязнь, но со временем даже этот изъян стал казаться ей незначительным.
Сжимая в пальцах носовой платок, девушка ощущала и тревогу, и радостное ожидание. Наконец, у ворот Цы Нин показались выходящие люди. Она, подобрав полы платья, сделала пару торопливых шагов вперёд, но при виде его внезапно смутилась.
Он произнёс:
– Ваше Высочество, – и в сгущающихся сумерках его фигура казалась более хрупкой и исхудавшей, чем прежде. Она, застенчиво поправляя рукава, распустила на своих губах крошечный, едва заметный цветок улыбки:
– То заниматься шёлковыми делами, то надзирать за судоходством – господин главный управитель в последнее время изрядно потрудился.
Он тихо рассмеялся:
– Всё сие входит в обязанности Вашего покорного слуги, Чэнь (4) не смеет жаловаться на тяготы. Зато Ваше Высочество, по сравнению с прежним, стали куда более умудрёнными и гармоничными.
Её щёки залил румянец.
– Если вечно оставаться незрелым дитятей, не станешь ли посмешищем? А Ваша поездка на юг прошла благополучно? Всё было спокойно в пути?
Он кивнул.
– Только вот дела были трудные, слишком много переплетённых интересов, пришлось изрядно потратить времени и сил, – и, внимательно взглянув на неё, добавил: – По возвращении во дворец Ваш слуга услышал слухи, касающиеся матримониальных планов Вашего Высочества. У почтенной Императрицы Чжао вновь проснулась страсть к сватовству; говорят, она рекомендовала сына цензора Чжао?
Вань Вань тихо подтвердила:
– Да, она заговаривала со мной об этом.
Брови его сдвинулись.
– После кончины покойного Императора прошло всего лишь полгода с небольшим, почтенная Императрица Чжао слишком уж торопится. Чэнь осмеливается сказать Вашему Высочеству лишь одно: принцессы империи Великая Е имеют право самостоятельно избирать себе супруга. Брачные узы – дело всей жизни, а потому, Ваше Высочество, умоляю Вас тщательно всё обдумать и ни в коем случае не поступать опрометчиво.
Выходило, тот "безупречный муж", о котором твердила почтенная Императрица Чжао, уже прошёл через его оценку, и раз Сяо До советует ей хорошенько подумать, значит, кандидатура эта совершенно неприемлема. В душе Вань Вань воцарилось спокойствие, и она тихо, с облегчением выдохнула. Когда его не было в пределах дворца, Запретный Город словно лишался своей опоры, своего стержня; теперь же, когда он вернулся, вновь появилась надежда на всё.
Вань Вань сменила тему, и голос её прозвучал легко и игриво:
– А зачем Вдовствующая Императрица вызывала Вас?
Он проводил её обратно во дворец Юй Дэ, и, шагая в некотором отдалении, пояснил:
– Со вступлением на престол нового Императора повсюду расползаются самые разные толки. Престолонаследие от брата к брату отличается от наследования от отца к сыну, во всём здесь ощущается некоторая недостаточность легитимности, и есть опасения, что удельные Ваны могут затеять смуту. Даже те чиновники, что несут службу во внешних владениях, ещё не были вызваны ко двору. Ныне, когда в Поднебесной воцарился мир, Её Величество Вдовствующая Императрица изволила решить устроить пышный пир по случаю Фестиваля Середины Осени, дабы в тот день, сочетая милость и грозную мощь, явить величие Императора перед лицом всех удельных Ванов. Чэнь как раз занят подготовкой сего мероприятия, потому в ближайшее время, боюсь, будет весьма занят. Подарки, которые Чэнь привёз для Вашего Высочества, пока ещё остаются в моей резиденции; чуть позже Ваш покорный слуга распорядится, чтобы слуги доставили их во дворец.
Он проделал такой долгий путь с юга на север и всё же удостоился привезти для неё гостинцы – по крайней мере, это доказывало, что Сяо До помнил о ней. В этот момент любые слова казались излишними; Вань Вань опустила голову, и на её лице расцвёл нежный, лёгкий румянец.
_______
1. 狐妖 (húyāo) – лисы-оборотни – в китайской мифологии и фольклоре лисы, жившие много лет, способные обретать магические силы, превращаться в людей (часто в прекрасных женщин) и взаимодействовать с миром смертных, иногда помогая, а иногда вредя им. Вера в них была широко распространена.
2. 西缉事厂 (xījīshì chǎng) – исторический термин – Незримая Сыскная Палата – некая секретная служба, которая была основана при династии Мин в противовес могущественной Тайной Сыскной Палате. Как и другая, она управлялась евнухами. И под управлением Ван Чжи значительно превосходила Тайную Сыскную Палату, но позднее, когда два ведомства столкнулись, Незримая Сыскная Палата потерпела поражение и была расформирована. Исторически сложилось так, что Тайная Сыскная Палата была восточной, а Незримая Сыскная Палата – западной, поэтому их часто называли просто Восточная и Западная палаты, соответственно.
3. 两盏茶 (liǎngzhǎnchá) – литературный перевод – время, чтобы выпить две чашки чая. В Китае время измеряют не только палочками благовоний, но и чашками чая. Таким образом, этот период времени рассчитывается из времени, которое необходимо, чтобы подать чашку чая, вдохнуть аромат, пригубить и выпить её. В основном, это время составляет пятнадцать минут летом и десять минут зимой, потому что зимой чай остывает быстрее, а пить холодный чай в Китае не принято.
4. 臣 (chén) – исторический термин – Чэнь – хотя у этого слова есть несколько значений, в данной ситуации это иллеизм, которым о себе говорят чиновники, обращаясь к монарху или членам правящего дома. Можно перевести как верный слуга, Ваш покорный слуга.
Обновлено: 18.02.2026