Вань Вань опешила, разве это и есть Нань Юань Ван? Как же он так разительно отличается от того, о ком ходили легенды? А возможно, она, проводя свои дни в глубоком затворничестве дворцовых покоев, получала сведения, не отличавшиеся особой точностью: иные их приукрашивали, другие же, напротив, очерняли. Род Юйвэнь владел самыми плодородными землями Великой Е, истинными сокровищницами, благословенными самим небом и землёй, и был той занозой в теле Императорского двора, тем недугом, что точил его изнутри, а также мишенью для обвинений со стороны прочих удельных Ванов. Раз уж не удавалось застать их врасплох с уликами о сосредоточении войск и самоуправстве, не находилось и доказательств притеснения и угнетения подвластного народа, то принимались чернить их иными способами. Посему и доверять слухам полностью нельзя было никогда, ибо уши часто слышат пустое, и только глазам дано узреть истину.
Когда внешние сановники входили во дворец, тщательной проверке непременно подлежали их именные таблички; лишь после сверки соответствия личности и таблички дозволялось преодолеть дворцовые ворота. Департамент церемоний направил для встречи гостей опытного старого евнуха, искушённого в делах. Прослужив во дворце несколько десятилетий, он уже давно с закрытыми глазами мог распознать любого удельного Вана или командующего, а потому ни малейшей ошибки здесь быть не могло.
Вань Вань прислуживала поблизости, высоко подняв ручку зонтика; летящие брызги дождя хлестали её по плечам. Сделав всего пару шагов, она увидела, как сбоку, сутулясь и сгибаясь в почтительном поклоне, приблизился евнух, облачённый в парадное платье с расширяющейся книзу юбкой (1); он вёл себя словно давний друг, разлука с которым длилась долгие годы, и вся его манера была проникнута радостью неожиданной встречи.
– Ванъе (2)! Ваш покорный слуга уже издали приглядывался, предполагая, что это Вы, и оказался прав! Ах, с тех пор, как мы расстались у южных ворот, минуло уже семь лет; тогда Ванъе были ещё Ван Шицзы (3). Я, Ваш покорный слуга, всегда умел разбираться в людях и знал, что Ванъе предстоят великие свершения. В прошлый раз, когда мои недоросли-посыльные направлялись на юг для надзора за шёлком, они говорили, что Наньюань под Вашим управлением стал ещё более процветающим, нежели при старом Ване. Ваш покорный слуга слушал, и уши мои горели от зависти, ибо всей душой желал отправиться на Цзяннань лицезреть Вас. Увы, лишь ноги мои немощны: в прошлом году, при возведении построек, мне нанесли увечье, и по сей день я не могу ходить на дальние расстояния… Но ныне, узрев Вас, Ваш покорный слуга словно обрёл то же самое; я специально пришёл высказать Вам своё почтение, Ванъе. Надеюсь, с тех пор как мы расстались, Вы не ведали невзгод?
Надо отдать должное необычайному терпению Нань Юань Вана: будучи высокого роста, он, дабы подстроиться под низкорослого толстяка, даже слегка наклонился. Увидев, как тот складывает руки в приветственном жесте, он поспешил сделать ответный жест, едва касаясь его рук, как бы поддерживая, – жест смиренной учтивости.
– Ни в коем случае не стоит таких почестей! В те времена я был молод и действовал опрометчиво, и лишь благодаря заступничеству внутреннего помощника (4) всё обошлось. Когда внутренний помощник встречает меня наедине, не стоит называть меня Ваном; зовите меня Лян Ши. Все эти годы, не удостоившись вызова от Императора, у меня не было возможности прибыть в столицу. Когда внутренний помощник переезжал в новый дом, я не смог лично поздравить Вас с радостным событием, что было с моей стороны величайшим проявлением неучтивости.
Евнух рассмеялся, и лицо его стало похоже на цветок хризантемы; он замахал руками.
– Что Вы, что Вы! Люди, которых прислал Ван, даже не отпили и глотка вина перед уходом; если уж говорить о неучтивости, то это я должен чувствовать, что мне дали пощёчину. На сей раз не знаю, выпадет ли возможность, но если Ванъе соизволит оказать честь и посетит мой убогий дом, я приготовлю пир и угощу Ванъе как подобает.
Нань Юань Ван же сохранял вид безмятежной ясности, подобной луне после утреннего ветра, и мягко произнёс:
– Тогда уж как получится; боюсь, свободного времени не предвидится. В середине месяца пришёл Императорский указ, и от момента отправления до прибытия в столицу прошло не более полумесяца; выезжали мы в спешке, не успев как следует подготовиться. Наспех велел приготовить два вида южных деликатесов; позже распоряжусь, чтобы доставили их в Вашу резиденцию. К тому же у Вас старая травма ноги, и как раз кстати: то снадобье обладает удивительным действием против таких повреждений.
Евнух принялся благодарить без удержу:
– Ах, чтобы Вы ещё помнили обо мне из-за такой пустяковой травмы! Нынче время поджимает, Ванъе, прошу Вас сначала проследовать во дворец, а когда выдастся досуг, мы побеседуем обстоятельнее.
Вань Вань не понимала: в этом обмене любезностями уже проскальзывали дела на несколько тысяч лянов серебра. Она лишь видела, что этот Нань Юань Ван скромен и учтив, и даже к этим подлизывающимся и пресмыкающимся старым евнухам обращается столь почтительно. Сама же она всем существом жаждала увидеть, как же выглядят южные варвары, и не ожидала, что как раз на неё выпадет очередь прислуживать. Выслушав его речь, она подумала, что характер у него, должно быть, благородный и возвышенный, и это оправдывало все её прежние тревоги и опасения.
Вань Вань повела его к залам Хуан Цзи Дянь. Мелкий дождь оросил зелёные кирпичи мостовой, и они, покрытые влажными пятнами, стали похожи на карту морских границ, висевшую в кабинете её старшего брата. Евнухов во дворце было множество, и она знала далеко не всех; даже тот, что только что вымогал взятку, был ей неизвестен, однако пути между передними и внутренними покоями она изучила досконально.
_____
1. 曳撒 (yìsǎn) – парадное платье с расширяющейся книзу юбкой. Характерный костюм евнухов и чиновников эпохи Мин, представляющий собой длинную одежду с широкими рукавами и юбкой, разделённой на секции для удобства движения.
2. 王爷 (wángye) – исторический термин – Ванъе – это обращение к принцу крови, получившему титул Вана.
3. 王世子 (wángshìzǐ) – Ван Шицзы – дословно можно перевести, как наследник принца / князя / царя. Это титул, который получали наследники Ванов, не утрачивая при этом ранг. То есть, по сути, они были такими же принцами, как их отцы. Это отличается от наследников других принцев, которые не могли сохранить за собой тот же ранг после вступления в наследство.
4. 内相 (nèixiàng) – внутренний помощник (или Внутренний министр). Лестное неофициальное обращение к влиятельным высшим евнухам, особенно к главе Департамента церемоний, который обладал властью, сопоставимой с властью первых советников ("внешних" сановников).
Обновлено: 18.02.2026